Очерк 7. Рамки традиции

Очередной очерк Александра Ложкина о том, можно ли сочетать традиции и новации в современном городе.

Александр Ложкин

Автор текста:
Александр Ложкин

01 Апреля 2013
mainImg
0 Опыт Паундбери, о котором я писал в предыдущем очерке, был попыткой прямой трансляции в кристально чистом виде исторической градостроительной модели в современный город. Можно предположить, что и Лион Крие, и принц Чарльз ощущают себя людьми Ренессанса и, в таком случае, строительство ими в XXI веке города со всеми признаками  XVI века оправдано. Можно даже предположить, что в Паундбери со временем соберутся все, кто ощущает себя  людьми Ренессанса и это будет подобие машины времени, своеобразная резервация вне суеты нашего тысячелетия.

Однако, мы видим, что попытки тиражировать этот опыт приводят к строительству поселков-декораций. Подобно тому, как в декорациях костюмных фильмов актер играет  исторического героя, приобретающий недвижимость в таком поселке клиент может почувствовать себя аристократом того же XVI века, но для нормальной жизни это место приспособлено не больше, чем киностудия. Наш клиент привык всё же передвигаться не в карете, и даже в камуфлированном под дворцовые покои интерьере у него всё равно спрятана компьютеризированная бытовая техника. Стилизация для него не более, чем аттракцион, он человек нашего времени.

Но мы помним также, что из всех созданных человеком моделей организации городской среды лишь одна оказалась жизнеспособной и комфортной, и это именно модель исторического города – поскольку она единственная была не придумана, а выстрадана. И что поиски иной модели начались лишь тогда, когда она не смогла справиться с вызовами гиперурбанизации, но закончились эти поиски ничем. Так можно ли сегодня совместить достоинства этой «выстраданной» веками модели и требований жизни в современном мегаполисе? Создать на основе многовекового опыта градостроительства не резервацию вне времени в предместье тихого городка, а живой, бурлящий, но в то же время удобный для жизни город?

Пожалуй, наиболее масштабная попытка совместить исторический опыт с современной жизнью и современной архитектурой – реконструкция Берлина после падения Стены.
Александр Ложкин. Фото Александра Сабурова (http://ittarma.livejournal.com/)
zooming
Карта Берлина 1940 года. Красным цветом нанесен проект реконструкции Шпеера-Гитлера с пробивкой оси «Север-Юг», как главной улицы новой немецкой столицы – города Германиа. Иллюстрация Ханса Штимана

Берлин – самый многострадальный город ХХ века. К началу Второй Мировой войны он был плотно застроен. По воспоминаниям современников, в архитектурном плане Берлин был довольно скучен. В 1940-х годах город должен был подвергнуться коренной перестройке по задуманному Гитлером плану реконструкции. Война помешала этим планам, но разрушения, которые она принесла, оказались куда серьезнее тех, что могли бы случиться в результате реконструкции. 90% зданий в городе было разрушено в результате бомбардировок и уличных боёв.
zooming
Берлин в 1945 году
zooming
Берлин. Синим цветом показаны здания, разрушенные во время войны и снесенные в 1945-2010 годах. Иллюстрация Ханса Штимана

Однако на этом беды города не кончились. После войны он был разделен в соответствии с Ялтинскими соглашениями на советскую, американскую, английскую и французскую зоны оккупации. Его восточная часть была столицей входившей в советский блок Германской Демократической Республики, а западная оставалась капиталистическим анклавом. В 1961 году власти ГДР выстроили пограничные сооружения прямо по демаркационной линии, проходившей через центр города – так появилась знаменитая Берлинская Стена. Город был фактически разделен на два; центральная, самая активная до войны его часть в районе Потсдамер плац и Лейпцигер плац стала приграничной территорией и городской окраиной, как для восточной, так и для западной части. Поблизости от Стены новые здания не строились, но уцелевшие сохранялись.
zooming
Берлинская стена разделила город надвое. Красным цветом показаны здания, построенные в Берлине в 1953-1989 годах. Иллюстрация Ханса Штимана

В Западном Берлине восстановление города велось по принципам Афинской Хартии – свободно стоящими в пространстве многокватирными домами, образовывавшими  «суперблоки» - микрорайоны. В Восточном, после кратковременного насаждения «сталинской» архитектуры, оставившей свой след в виде ансамблей Сталин Аллее и советского посольства на Ундер-дер-Линден, также возобладали модернистские градостроительные идеи. Историческая планировочная ткань игнорировалась и новые панельные здания заполняли лакуны между сохранившимися после боёв и бомбежек домами.
Ханзаплац в Западном Берлине до войны (вверху) и осуществленный проект восстановления (внизу). Иллюстрация из лекции Филиппа Мойзера
zooming
Ханзаплац в Западном Берлине до войны и осуществленный проект восстановления. Иллюстрация из лекции Филиппа Мойзера

Таким образом, к моменту падения Стены и объединения Германии Берлин представлял собой два города, развивавшихся автономно в течение тридцати лет, историческая ткань которых сохранилась фрагментарно, а географический центр был полосой отчуждения государственной границы. «Сшивание» разорванных частей, превращение конгломерата хаотично застроенных пространств в столицу единого немецкого государства и, одновременно, город, удобный для жизни, было, пожалуй, самой сложной и масштабной градостроительной задачей, осуществленной за последнее столетие.
zooming
Ханс Штиман. Фотография предоставлена автором

Идея Ханса Штимана, директора департамента городского развития Сената Берлина, возглавившего проект реконструкции города, заключалась в том, чтобы восстановить плотную городскую ткань существовавшую до войны, но не идти по пути стилизации «под старину» или создания копий разрушенных зданий, а наполнить её современным архитектурным содержанием. Для того, чтобы создать такую историчную по топологии, но современную среду, был использован давно известный и широко применяющийся во всем мире инструмент – регламент.
zooming
Новые здания в Берлине, построенные в 1989-2000 годах. Иллюстрация Ханса Штимана
zooming
Новые здания в Берлине, построенные в 2000-2010 годах. Иллюстрация Ханса Штимана

Посмотреть, как этот инструмент применялся на практике, проще всего на примере Фридрихштадта – района в центре Берлина, сложившегося в эпоху Фридриха Великого. Но об этом в следующем очерке.

01 Апреля 2013

Александр Ложкин

Автор текста:

Александр Ложкин
Очерк 5. Город как организм
О протестах против Афинской хартии, рейтинге городов и принципах нового урбанизма. Продолжаем публиковать серию «Очерков о городской среде» Александра Ложкина.
Технологии и материалы
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Клуб SURF BROTHERS. Масштаб света и цвета
При создании концепции освещения в первую очередь нужно задаться некой идеей, которая будет проходить через весь проект. Для Surf Brothers смело можно сформулировать девиз «Море света и цвета».
Сейчас на главной
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.
Архивуд–13: Троянский конь
Вручена тринадцатая по счету подборка дипломов премии АрхиWOOD. Главный приз – очень предсказуемый – парку Веретьево, а кто ж его не наградит. Зато спецприз достался Троянскому коню, и это свежее слово.
Судьбы агломерации
Летняя практика Института Генплана была посвящена Новой Москве. Всего получилось 4 проекта с совершенно разной оптикой: от масштаба агломерации до вполне конкретных предложений, которые можно было, обдумав, и реализовать. Рассказываем обо всех.
Твой морепродукт
Пожалуй, первая в истории Архи.ру публикация, в которой есть слово «сексуальный»: яркий и чувственный интерьер для рыбного ресторана без прямых линий и прямолинейных намеков.
Каньон для городской жизни
В Амстердаме открылся комплекс Valley по проекту MVRDV: архитекторы соединили офисы, жилье, развлекательные заведения и даже «инкубатор» для исследователей с многоуровневым зеленым общественным пространством.
Интерьер как пейзаж
Работая над пространствами отеля в Светлогорске, мастерская Олеси Левкович стремилась дополнить впечатления, полученные гостями от природы побережья Балтийского моря.
Законченный образ
Каркасный дом с тремя спальнями и террасой, для которого архитекторы продумали не только технологию строительства, но и обстановку – вся мебель и предметы быта также созданы мастерской Delo.
Маяк на сопке
Смотровая площадка, построенная в рамках проекта «Мой залив», дает жителям Мурманска возможность насладиться природой родного края, поймать северное солнце или укрыться от непогоды.
Рыбий мост
Пешеходный и велосипедный мост в пригороде Сиднея по проекту Sam Crawford Architects вдохновлен местной фауной и традициями аборигенов.
КОД: «В удаленных городах, не секрет, дефицит кадров»
О пользе синего, визуальном хаосе и общих и специальных проблемах среды российских городов: говорим с авторами Дизайн-кода арктических поселений Ксенией Деевой, Анастасией Конаревой и Ириной Красноперовой, участниками вебинара Яндекс Кью, который пройдет 17 сентября.
Здесь будет город-сад
Институт Генплана работает над проектом-исследованием территории площадью больше тысячи га в районе Вороново. Результат сравним с идеальным городом, причем идеи «города-сада» и компактной урбанизированной, но малоэтажной застройки с красными линиями, улицами, площадями пешеходной доступностью функций он совмещает в равных пропорциях.
Логика жизни
Световая инсталляция, установленная Андреем Перличем в атриуме башен «Федерации», балансирует на грани между математическим порядком построения и многообразием вариантов восприятия в ракурсах.
«Отшлифованный образ»
Завод по переработке овса по проекту бюро IDOM стоит среди живописного пейзажа Наварры и потому получил «отполированный» облик, не нарушающий окружение.
Избушка волонтера
Микродом, придуманный бюро Архдвор для людей, готовых совмещать путешествия с участием в восстановлении заброшенных деревень и памятников архитектуры. Первые Izbushk′и установлены в деревне Астошово и уже принимают гостей.
Магистры и бакалавры Академии Глазунова 2022: кафедра...
Публикуем дипломы архитектурного факультета Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова. Это проекты реставрации и приспособления Спасо-Вифанской семинарии в Сергиевом Посаде, суконной фабрики в Павловской слободе, завода «Кристалл» в Калуге и мануфактуры Зиминых в Орехово-Зуево.
Зеленые углы
Офисная башня NION во Франкфурте по проекту UNStudio станет одним из самых экологичных зданий Германии.
Алексей Курков: «Суть навигации – в диалоге с пространством...
Одна из специализаций бюро «Народный архитектор» – навигационные системы в общественных пространствах. Алексей Курков рассказал о том, почему это направление – серьезная архитектурная задача, решение которой позволяет не только сделать место понятным и комфортным, но и сохранить его память или добавить новую ценность.
Культура каменной кладки
Словацкое бюро BEEF Architekti попробовало переосмыслить типологию классической средиземноморской виллы, основываясь на исторических строительных технологиях и традиционных материалах.
Пятидворье
Для микропарка в исторической части города Кукмор архитекторы Citizenstudio выбрали масштаб двора и создали систему камерных пространств с разными функциями и настроением, которые возвращают месту центральную роль в городе.
Пресса: 20 главных зданий России XXI века
За последние 20 лет города России радикально изменились, хотя иногда и казалось, что это не так. У нас появились школы, офисы и парки мирового уровня. «Афиша Daily» выбрала 20 главных архитектурных объектов, построенных в России в XXI веке.
Никита Токарев: «Искусство – ориентир в джунглях...
Следующий разговор в рамках конференции Яндекс Кью – с директором Архитектурной школы МАРШ Никитой Токаревым. Дискуссия, которая состоится 10 сентября в 16:00 оффлайн и онлайн, посвящена междисциплинарности. Говорим о том, насколько она нужна архитектурному образованию, где начинается и заканчивается.
Архитектурное образование: тренды нового сезона
МАРШ, МАРХИ, школа Сколково и руководители проектов дополнительного обучения рассказали нам о том, что меняется в образовании архитекторов. На что повлиял уход иностранных вузов, что будет с российской архитектурной школой, к каким дополнительным знаниям стремиться.