Град-Москва

Двенадцатая «Арх Москва» под руководством куратора Барта Голдхоорна превратилась в международный фестиваль и ощутимо преобразила пространство ЦДХ, а также вышла за его пределы и задумалась о градостроительстве

31 Мая 2007
mainImg
Мастерская:
Проектная группа Поле-Дизайн

«Арх Москву» все уже привыкли считать самым заметным архитектурным событием года – поддерживая имидж, она растет и реформируется, то более, то менее радикально. В этом году изменения намекают на то, что предприятие собирается перерасти в московскую архитектурную биеннале, о чем прямо сказали журналистам – правда пока неизвестно, станет она при этом двухгодичной или нет.

Реформа «Арх Москвы», проведенная в этом году куратором Бартом Голдхоорном, основателем журнала «Проект Россия» и главой холдинга «Проект Медиа», преследует как минимум две цели: приблизить выставку к европейским идеалам и рационально осмыслить факт ее разрастания вширь. Очень заметно, что «Арх Москва» укрупнилась – стенды стали больше – и начала по-новому осваивать ЦДХ. Два «основных» этажа, второй и третий целиком отданы так называемым «коммерческим» экспозициям, но в их числе заметно преобладают стенды архитекторов, занявшие где-то две трети самого представительного пространства, потеснив традиционную часть, состоящую в основном из интерьерного декора и освещения. На втором этаже открыли, обыкновенно занавешенные, большие ленточные окна – от солнечного света в зале стало заметно лучше, и внешний обход из затесненного и дробного стал почти парадным. Нижние ярусы, включая подвал, и двор отвели специальным экспозициям – в их числе Арх Каталог, занявший почти весь первый этаж.

Со времени его появления в 2001 году каталог был смысловым ядром выставки и собственным рейтингом «Арх Москвы». Однако шесть лет каждый выставлялся так, как хотел – и стенды более концептуальные чередовались с более информативными. Барт Голдхоорн сделал попытку проявить в архитектурной экспозиции ее каталожную суть – во-первых, участники показывают по одному проекту, во-вторых, это делается по единому формату: картинка с тем, как было – картинка с тем, как стало или станет после архитектурного вмешательства – плюс генпланы участка до и после. Рядом с каталогом – проникнутая светлой грустью выдержка из кураторского манифеста, там говорится, что градостроительства в Москве нет, и следовательно задача каталога осмыслить то, как в его отсутствие город стихийно изменяется отдельными постройками. На стендах есть постройки безусловно очень достойные и уже хорошо известные. Однако если попытаться извлечь из них ответ на вопрос, поставленный куратором, то исходя из общего ощущения он будет приблизительно таким – печален город и панелен, но архитекторы его преобразят. Рядом – более оптимистичный городок макетов – все очень разные, частью честные технические, частью артистичные скульптурные, частью информативные архитектурные.

Раньше «Арх Москва» была похожа на слоеный пирог: внутри коммерция, кольцом вокруг «некоммерческие» отчасти концептуальные и местами веселые проекты, еще одним кольцом снаружи – коммерция помельче. Все было в одном зале, в «некоммерческом» обходе можно было отдохнуть, глубоко вздохнуть перед очередным погружением в «деловую» часть. Потом в середине этого пирога стали возникать, разрастаясь и умножаясь, архитектурные стенды – что безусловно говорит об успешности профессии. Однако «культурно-ориентированная» часть переместилась наружу и на периферию, в частности в подвал – и трудно отделаться от ощущения, что из пирога вытекла начинка. Спецпроекты, рассредоточившись, отчасти потеряли свое значение отдушины в процессе просмотра – и эту роль развлечения граждан «внутри» неминуемо взяли на себя экспозиции архитекторов.

Самая эффектная и профессионально сделанная экспозиция – персональная выставка «архитекторов года» бюро «Проект Меганом». Опять же по предложению куратора, в данном случае определенно удачному, для нее отвели место, хорошо всем известное как главный вход ЦДХ – выставка заняла собой площадку лестницы перед входом. Меганом подошел к задаче крайне основательно, выгородив здесь хороший выставочный павильон, в белой стене которого проделано одно ленточное окно – через него проходящим снаружи видны красиво подсвеченные изнутри макеты, городок парафиновых домиков, вместе составляющие проект «Красная поляна»: скульптурное представление об идеальном то ли городе, то ли квартале. В момент открытия по соседству можно было увидеть гору картонных форм, откуда эти чудо-макеты вылупились – а если вспомнить недавно прошедшую в галерее ВХУТЕМАС выставку, где Меганом показывал один похожий восковой куб – можно подумать, что перед нами выводок детей проекта, удачно расплодившегося в «РодДоме». Остальные вещи – а выставка состоит из одних макетов и проекций – выполнены из ажурных металлических листов, надо сказать, сделанных виртуозно. Особенно впечатляют человечки, населяющие эти макеты – они плоские и у них по две тени – одна от света, падающего из окна, а вторая – металлическая, во всем равная фигурке, только лежащая. Где-то эти тени накладываются друг на друга, где-то ложатся по разные стороны.
Надо сказать, что Меганом очевидный законодатель московской макетной моды: пару лет назад архитекторы показывал макеты из ржавого железа – сейчас, войдя в главные залы, можно наблюдать, что идея подхвачена – тем временем авторы уже разрабатывают новый материал, и не исключено, что в следующем году войдет в моду что-нибудь кружевное.

Выставка Меганома, как было замечено, избегает традиционной экспозиции с рендерами и планами – она посвящена не итогу, а процессу – только тут он обособился в отдельный полускульптурный жанр – такие макеты правильнее называть объектами, они не подсобный материал, они в себе и для себя, отдельные произведения искусства. Глядя на макеты такого качества, можно подумать, что авторы выращивают свои дома, последовательно изготавливая их в разных масштабах и техниках: делают маленький, например парафиновый, зародыш, потом – домик покрупнее и в деталях, потом еще больше, потом макет в натуральную величину, потом настоящий дом. Такая разновидность биологизма – не по форме, а во времени. И судя по всему, зародышей немало.

Другой жанр, традиционно представленный на «Арх Москве» - жанр архитектурного прикола. Здесь надо отметить «музей Церетели», показанный в Арх Каталоге Борисом Бернаскони, который нашел-таки каким образом можно спрятать ненавистного Петра. Самый интересный проект на втором этаже – пенопластовая башня В. Савинкина и В. Кузьмина. Это сооружение до потолка из пенопластовых упаковок, местами совершено не обработанных, а местами дорастающих до горельефа с изображением главной героини хорошего натюрморта – бутылки, с включениями в виде небольших макетиков и других инородных тел. Оно похоже на индуистский храм и на небоскреб. Москва в виде небоскреба. Вокруг ходят студенты МАрхИ, участвовавшие в строительстве Пенопларх-а (так называется башня), одетые фрагментами пенопластовых коробок, видимо оставшихся от производства. Эта башня определенно привлекает внимание, можно сказать, это главный аттракцион в главном зале.

Другой аттракцион – в его создании участвовали многие архитекторы, посвящен стульям, раскрашенным разными авторами. У него интересный вход – три имитирующие перспективу белые плоскости, на которые проецируется кино – если долго на это смотреть, может закружиться голова.

Два похожих друг на друга проекта показывают арт-объекты, большей частью деревянные и очень веселые и предназначенные для установки не здесь, а далеко от Москвы – это хорошо уже известное Николо-Ленивецкое Арх-стояние, дважды в год проходящее в Калужской области на реке Угре и еще только готовящееся студенческое раздолье того же рода – «Шаман-город», который должен быть построен летом на Байкале. Первый на Стрелке под веселую музыку и угощение с качелями, осеняемый замечательным двухголовым петухом, показывает уже готовые объекты многих маститых авторов. Второй в ЦДХ выставляет макеты, мимо которых сложно пройти, хотя бы потому, что первым стоит «дерево желаний», на котором нетвердой студенческой рукой написано «надоело учиться».

Основная тема «Арх-Москвы», заданная куратором – градостроительство, заметно перекликается в девизом прошедшей венецианской биеннале, которая была всерьез сосредоточена на проблемах городов, математических выкладках и аэрофотосъемке. В Москве тема развилась по-своему – отзвук европейского понимания проблематики несут две экспозиции – расположенные в Art Play стенды с материалами журнала Проект International, и привезенная ЦСА выставка в «Красном Октябре», посвященная Барселоне – отмеченной прошедшей осенью в Венеции как город, успешно решивший свои проблемы.

Надо сказать, что в Москве существуют два вида градостроительства. Одно, скучное и зарегулированное, досталось в наследство от позднесоветских времен. Оно основано на трудоемких и сложных научных выкладках, стремится сохранять среду, включая линии горизонта и правила инсоляции. С ним архитекторы сталкиваются на советах при утверждении проектов. Любой кто был на таких советах подтвердит – слухи об отсутствии в Москве теоретического градостроительства сильно преувеличены.
Второе реальное, оно занимается тем, чтобы обойти ограничения первого и сделать как можно больше денег – оно дает работу архитекторам. Его достижения видны повсюду, особенно хорошо издалека – например, по дороге в ЦДХ от станции метро «Октябрьская» хорошо видны две строящиеся башни Москвы-Сити. Две главные темы второго вида градостроительства – небоскреб и квартал, они и были развиты в архитектурных экспозициях, авторы большинства которых сочли долгом показать свои самые масштабные, общегородского уровня, проекты.

Сергей Скуратов показал сразу два квартала – один, район элитных домов на месте завода «Каучук» за Лужниками, представлен на втором этаже огромным макетом из разных сортов дерева. Второй будет построен к северу от стены от Донского монастыря. Группа «АБВ» выставила объект, нависающий над перекрестком Аминьевского шоссе и Мичуринского проспекта. Небоскребам, скандально-градостроительному вопросу последнего времени, посвятила себя уже упомянутая инсталляция Савинкина/Кузьмина и конкурс, устроенный А. Кочуркиным «Триумфальной марки», из года в год устраивающей заметные проекты – результаты конкурса будут объявлены в 18:00 в пятницу.

Надо признать, что в этом году куратору удалось значительно сильнее переустроить выставку – темы прошедших лет накладывались поверх как дополнение, а здесь и проблема серьезная, и новшества налицо. Раскрытие же темы получилось двойственным – европейская аналитика осталась на внешних площадках, а в ЦДХ градостроительство было показано глазами практикующих архитекторов. Законодательно-теоретическая часть  и научная московского градостроительства остались за рамками – впрочем, их очень трудно показывать. Тема «Арх Москвы» 2008 года, объявленная на пресс-конференции, звучит менее определенно – «Как жить», причем неизвестно, с восклицательным или с вопросительным знаком.

фото Ирины Фильченковой
фото Юлии Тарабариной
фото Ирины Фильченковой
фото Ирины Фильченковой
фото Ирины Фильченковой
фото Юлии Тарабариной
фото Юлии Тарабариной
Экспозиция «Арх Каталог». фото Ирины Фильченковой
Проект Андрея Асадова для «Шаман-города». фото Ирины Фильченковой
фото Ирины Фильченковой
Конкурсный проект для Кутузовского пр. АБ Башкаева. фото Ирины Фильченковой
Проект Меганом. фото Ирины Фильченковой
Проект Меганом. фото Ирины Фильченковой
Проект Меганом. фото Ирины Фильченковой
фото Юлии Тарабариной
фото Юлии Тарабариной
фото Юоии Тарабариной
фото Ирины Фильченковой


Мастерская:
Проектная группа Поле-Дизайн

31 Мая 2007

author pht

Авторы текста:

Юлия Тарабарина, Ирина Фильченкова
Технологии и материалы
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Тонкие и белые
Стальные ламели арены Match Point выполнены на высокотехнологичном производстве компании GRADAS.
Превращение мансарды
Для «Петровского квартала» бюро «Евгений Герасимов и партнеры» воспользовались окнами VELUX Cabrio, которые позволяют одним движением руки превратить мансарду в небольшую террасу.
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Сейчас на главной
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».
Парк чувств
Проект «Романтического парка Тучков буян» консорциума «Студии 44» и WEST 8, победивший в международном конкурсе, соединяет скульптурную геопластику и деревянные конструкции, разнообразие пространственных характеристик и насыщенную программу, рассчитанную на разнообразную аудиторию, с красивой и сложной пассеистической идеей усадебно-дворцового парка, настроенного на активизацию мыслей и чувств.
Деревянный «флибустьер»
Дом Freebooter на две квартиры-дуплекса в Амстердаме с деревянными солнцезащитными ламелями и деревянно-стальной гибридной конструкцией. Авторы проекта – бюро GG-loop.
Ландшафт как мемориал
Бюро Snøhetta выиграло конкурс на проект президентской библиотеки Теодора Рузвельта рядом с национальным парком его имени в Северной Дакоте.
Третья гора
Выставочный центр традиционной китайской медицины по проекту Wutopia Lab на горе Лофушань недалеко от Гуанчжоу напоминает о принципах даосизма и древнем ландшафтном искусстве.
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
Кристаллический ландшафт
На Тайване открылся концертный зал Тайбэйского центра музыки по проекту RUR Architecture: этот посвященный поп-музыке комплекс 11 лет назад был предметом крупного международного архитектурного конкурса.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Архитектура как инструмент обучения
Концепция благотворительной школы «Точка будущего» в Иркутске основана на новейших образовательных программах и предназначена, в числе прочего, для адаптации детей-сирот к самостоятельной жизни. Одной из составляющих обучения должна стать архитектура здания: его структура и разные типы связанных друг с другом пространств.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Метро как по учебнику
В столице Катара Дохе строится с нуля метрополитен: готовы 37 станций, спроектированных по «дизайн-руководству», разработанному бюро UNStudio.
Первый выпуск Ре-школы: наследие Ельца
Дипломники школы Наринэ Тютчевой подготовили мастер-план развития Ельца, а также концепцию сохранения трех объектов культурного наследия, предлагая решения для сохранения слободской застройки, расселения ветхого жилья и восстановления городских связей.
Керамика в ракурсе
Изогнутые керамические пластинки на фасадах исследовательского института при барселонской больнице Сан-Пау – «двойного назначения»: снаружи это натуральная терракота, а в ракурсе видна разноцветная глазурь.
Пресса: Как изменится Небесный град. Григорий Ревзин о городе...
Рядом с реальным городом у нас на глазах вырос город виртуальный, и можно с большой уверенностью утверждать, что эта пара теперь просуществует неопределенно долго. Даже более определенно — эта пара и есть город будущего при любом варианте его развития.
Машина для эмоций
Новый небоскреб в деловом районе Дефанс – башня компании Saint-Gobain, по замыслу архитекторов Valode & Pistre, должна вызывать эмоции – своей сложной формой, висячими садами, переменчивым обликом фасада.
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Наедине с морем
Плавучий сборный отель Punta de Mar у испанского побережья Средиземного моря – образец туризма будущего. При реализации проекта важную роль сыграло стекло Guardian Glass.
Галерейный подход
Рассказываем о концепции Центральной районной больницы вместимостью 240 мест «Гинзбург архитектс», которая заняла 1 место на конкурсе Союза архитекторов и Минздрава.
Конструктор здоровья
Публикуем концепцию типовой больницы бюро UNK project, занявшую 2 место в конкурсе, проведенном Союзом архитекторов России при участии Минздрава.
Пресса: Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро
В Москве объявили результаты очередного — пятого — конкурса на архитектурный облик станций метро. Мы решили разобраться, что происходит с 9-ю концепциями-победителями уже прошедших конкурсов и почему реализации могут оказаться совсем на них не похожими.
«Скальпель» в сердце Сити
Новая офисная башня по проекту KPF в центре Лондона благодаря своему острому силуэту получила прозвище «Скальпель». Она стоит рядом с «Корнишоном» и «Теркой для сыра».
Пресса: Вини Маас: Петербургу нужно два мэра — для центра...
Знаменитый архитектор, один из самых смелых визионеров от урбанистики в мире, руководящий партнёр бюро MVRDV Вини Маас рассказал dp.ru о том, почему окраины в Петербурге важнее центра, как вернуть город в мировой контекст, есть ли смысл развивать в городе сельское хозяйство, а также о своём проекте для Охтинского мыса.
От гор к водам
В Шэньчжэне реализован проект OMA: офисная башня Prince Plaza c торговым центром в большом стилобате.