«Арх Москву» все уже привыкли считать самым заметным архитектурным событием года – поддерживая имидж, она растет и реформируется, то более, то менее радикально. В этом году изменения намекают на то, что предприятие собирается перерасти в московскую архитектурную биеннале, о чем прямо сказали журналистам – правда пока неизвестно, станет она при этом двухгодичной или нет.
Реформа «Арх Москвы», проведенная в этом году куратором Бартом Голдхоорном, основателем журнала «Проект Россия» и главой холдинга «Проект Медиа», преследует как минимум две цели: приблизить выставку к европейским идеалам и рационально осмыслить факт ее разрастания вширь. Очень заметно, что «Арх Москва» укрупнилась – стенды стали больше – и начала по-новому осваивать ЦДХ. Два «основных» этажа, второй и третий целиком отданы так называемым «коммерческим» экспозициям, но в их числе заметно преобладают стенды архитекторов, занявшие где-то две трети самого представительного пространства, потеснив традиционную часть, состоящую в основном из интерьерного декора и освещения. На втором этаже открыли, обыкновенно занавешенные, большие ленточные окна – от солнечного света в зале стало заметно лучше, и внешний обход из затесненного и дробного стал почти парадным. Нижние ярусы, включая подвал, и двор отвели специальным экспозициям – в их числе Арх Каталог, занявший почти весь первый этаж.
Со времени его появления в 2001 году каталог был смысловым ядром выставки и собственным рейтингом «Арх Москвы». Однако шесть лет каждый выставлялся так, как хотел – и стенды более концептуальные чередовались с более информативными. Барт Голдхоорн сделал попытку проявить в архитектурной экспозиции ее каталожную суть – во-первых, участники показывают по одному проекту, во-вторых, это делается по единому формату: картинка с тем, как было – картинка с тем, как стало или станет после архитектурного вмешательства – плюс генпланы участка до и после. Рядом с каталогом – проникнутая светлой грустью выдержка из кураторского манифеста, там говорится, что градостроительства в Москве нет, и следовательно задача каталога осмыслить то, как в его отсутствие город стихийно изменяется отдельными постройками. На стендах есть постройки безусловно очень достойные и уже хорошо известные. Однако если попытаться извлечь из них ответ на вопрос, поставленный куратором, то исходя из общего ощущения он будет приблизительно таким – печален город и панелен, но архитекторы его преобразят. Рядом – более оптимистичный городок макетов – все очень разные, частью честные технические, частью артистичные скульптурные, частью информативные архитектурные.
Раньше «Арх Москва» была похожа на слоеный пирог: внутри коммерция, кольцом вокруг «некоммерческие» отчасти концептуальные и местами веселые проекты, еще одним кольцом снаружи – коммерция помельче. Все было в одном зале, в «некоммерческом» обходе можно было отдохнуть, глубоко вздохнуть перед очередным погружением в «деловую» часть. Потом в середине этого пирога стали возникать, разрастаясь и умножаясь, архитектурные стенды – что безусловно говорит об успешности профессии. Однако «культурно-ориентированная» часть переместилась наружу и на периферию, в частности в подвал – и трудно отделаться от ощущения, что из пирога вытекла начинка. Спецпроекты, рассредоточившись, отчасти потеряли свое значение отдушины в процессе просмотра – и эту роль развлечения граждан «внутри» неминуемо взяли на себя экспозиции архитекторов.
Самая эффектная и профессионально сделанная экспозиция – персональная выставка «архитекторов года» бюро «Проект Меганом». Опять же по предложению куратора, в данном случае определенно удачному, для нее отвели место, хорошо всем известное как главный вход ЦДХ – выставка заняла собой площадку лестницы перед входом. Меганом подошел к задаче крайне основательно, выгородив здесь хороший выставочный павильон, в белой стене которого проделано одно ленточное окно – через него проходящим снаружи видны красиво подсвеченные изнутри макеты, городок парафиновых домиков, вместе составляющие проект «Красная поляна»: скульптурное представление об идеальном то ли городе, то ли квартале. В момент открытия по соседству можно было увидеть гору картонных форм, откуда эти чудо-макеты вылупились – а если вспомнить недавно прошедшую в галерее ВХУТЕМАС выставку, где Меганом показывал один похожий восковой куб – можно подумать, что перед нами выводок детей проекта, удачно расплодившегося в «РодДоме». Остальные вещи – а выставка состоит из одних макетов и проекций – выполнены из ажурных металлических листов, надо сказать, сделанных виртуозно. Особенно впечатляют человечки, населяющие эти макеты – они плоские и у них по две тени – одна от света, падающего из окна, а вторая – металлическая, во всем равная фигурке, только лежащая. Где-то эти тени накладываются друг на друга, где-то ложатся по разные стороны.
Надо сказать, что Меганом очевидный законодатель московской макетной моды: пару лет назад архитекторы показывал макеты из ржавого железа – сейчас, войдя в главные залы, можно наблюдать, что идея подхвачена – тем временем авторы уже разрабатывают новый материал, и не исключено, что в следующем году войдет в моду что-нибудь кружевное.
Выставка Меганома, как было замечено, избегает традиционной экспозиции с рендерами и планами – она посвящена не итогу, а процессу – только тут он обособился в отдельный полускульптурный жанр – такие макеты правильнее называть объектами, они не подсобный материал, они в себе и для себя, отдельные произведения искусства. Глядя на макеты такого качества, можно подумать, что авторы выращивают свои дома, последовательно изготавливая их в разных масштабах и техниках: делают маленький, например парафиновый, зародыш, потом – домик покрупнее и в деталях, потом еще больше, потом макет в натуральную величину, потом настоящий дом. Такая разновидность биологизма – не по форме, а во времени. И судя по всему, зародышей немало.
Другой жанр, традиционно представленный на «Арх Москве» - жанр архитектурного прикола. Здесь надо отметить «музей Церетели», показанный в Арх Каталоге Борисом Бернаскони, который нашел-таки каким образом можно спрятать ненавистного Петра. Самый интересный проект на втором этаже – пенопластовая башня В. Савинкина и В. Кузьмина. Это сооружение до потолка из пенопластовых упаковок, местами совершено не обработанных, а местами дорастающих до горельефа с изображением главной героини хорошего натюрморта – бутылки, с включениями в виде небольших макетиков и других инородных тел. Оно похоже на индуистский храм и на небоскреб. Москва в виде небоскреба. Вокруг ходят студенты МАрхИ, участвовавшие в строительстве Пенопларх-а (так называется башня), одетые фрагментами пенопластовых коробок, видимо оставшихся от производства. Эта башня определенно привлекает внимание, можно сказать, это главный аттракцион в главном зале.
Другой аттракцион – в его создании участвовали многие архитекторы, посвящен стульям, раскрашенным разными авторами. У него интересный вход – три имитирующие перспективу белые плоскости, на которые проецируется кино – если долго на это смотреть, может закружиться голова.
Два похожих друг на друга проекта показывают арт-объекты, большей частью деревянные и очень веселые и предназначенные для установки не здесь, а далеко от Москвы – это хорошо уже известное Николо-Ленивецкое Арх-стояние, дважды в год проходящее в Калужской области на реке Угре и еще только готовящееся студенческое раздолье того же рода – «Шаман-город», который должен быть построен летом на Байкале. Первый на Стрелке под веселую музыку и угощение с качелями, осеняемый замечательным двухголовым петухом, показывает уже готовые объекты многих маститых авторов. Второй в ЦДХ выставляет макеты, мимо которых сложно пройти, хотя бы потому, что первым стоит «дерево желаний», на котором нетвердой студенческой рукой написано «надоело учиться».
Основная тема «Арх-Москвы», заданная куратором – градостроительство, заметно перекликается в девизом прошедшей венецианской биеннале, которая была всерьез сосредоточена на проблемах городов, математических выкладках и аэрофотосъемке. В Москве тема развилась по-своему – отзвук европейского понимания проблематики несут две экспозиции – расположенные в Art Play стенды с материалами журнала Проект International, и привезенная ЦСА выставка в «Красном Октябре», посвященная Барселоне – отмеченной прошедшей осенью в Венеции как город, успешно решивший свои проблемы.
Надо сказать, что в Москве существуют два вида градостроительства. Одно, скучное и зарегулированное, досталось в наследство от позднесоветских времен. Оно основано на трудоемких и сложных научных выкладках, стремится сохранять среду, включая линии горизонта и правила инсоляции. С ним архитекторы сталкиваются на советах при утверждении проектов. Любой кто был на таких советах подтвердит – слухи об отсутствии в Москве теоретического градостроительства сильно преувеличены.
Второе реальное, оно занимается тем, чтобы обойти ограничения первого и сделать как можно больше денег – оно дает работу архитекторам. Его достижения видны повсюду, особенно хорошо издалека – например, по дороге в ЦДХ от станции метро «Октябрьская» хорошо видны две строящиеся башни Москвы-Сити. Две главные темы второго вида градостроительства – небоскреб и квартал, они и были развиты в архитектурных экспозициях, авторы большинства которых сочли долгом показать свои самые масштабные, общегородского уровня, проекты.
Сергей Скуратов показал сразу два квартала – один, район элитных домов на месте завода «Каучук» за Лужниками, представлен на втором этаже огромным макетом из разных сортов дерева. Второй будет построен к северу от стены от Донского монастыря. Группа «АБВ» выставила объект, нависающий над перекрестком Аминьевского шоссе и Мичуринского проспекта. Небоскребам, скандально-градостроительному вопросу последнего времени, посвятила себя уже упомянутая инсталляция Савинкина/Кузьмина и конкурс, устроенный А. Кочуркиным «Триумфальной марки», из года в год устраивающей заметные проекты – результаты конкурса будут объявлены в 18:00 в пятницу.
Надо признать, что в этом году куратору удалось значительно сильнее переустроить выставку – темы прошедших лет накладывались поверх как дополнение, а здесь и проблема серьезная, и новшества налицо. Раскрытие же темы получилось двойственным – европейская аналитика осталась на внешних площадках, а в ЦДХ градостроительство было показано глазами практикующих архитекторов. Законодательно-теоретическая часть и научная московского градостроительства остались за рамками – впрочем, их очень трудно показывать. Тема «Арх Москвы» 2008 года, объявленная на пресс-конференции, звучит менее определенно – «Как жить», причем неизвестно, с восклицательным или с вопросительным знаком.
