English version

Made in ABD

Эта наша статья не совсем обычна – она посвящена не результатам работы архитектурной мастерской, не проекту или постройке, а рассказывает об устройстве творческого и рабочего процесса. Архитекторы компании ABD, чьи постройки давно стали эталоном качественной коммерческой архитектуры, согласились поделиться секретами организации работы бюро.

mainImg
Архитектор:
Борис Левянт
Борис Стучебрюков
ABD Architects очень сильно отличается от подавляющего большинства работающих на российском рынке проектных бюро – как структурой организации офиса, так и подходом к творческому процессу. Не секрет, что строительное проектирование – это мультидисциплинарный процесс, в который вовлечено множество участников различных специальностей. В проектных институтах, созданных в советское время и существующих поныне, большинство дисциплин, как правило, представлены в штате: архитекторы, инженеры различных профилей (конструкторы, механики, электрики и пр.), разработчики смежных разделов, экономисты и пр. Роль основного координатора проекта в них, по традиции, выполняет ГИП, и многие частные проектные бюро, появившиеся за 20 лет существования архитектурного рынка в России, пошли по тому же пути: именно ГИП по-прежнему управляет процессом проектирования везде,  где есть штатные инженеры. Именно из ГИПов, к слову, вышли многие директора современных коммерческих проектных организаций.

Борис Левянт поступил иначе, и основанное им бюро ABD Architects – один из первых примеров специализированного строго архитектурного офиса. Сказалось, очевидно, раннее знакомство с зарубежным опытом – хотя сам Борис Левянт уверен, что ноу-хау лежит на поверхности: узкая специализация в разы повышает эффективность. «И является конкурентным преимуществом – добавляет он – поскольку нам нет нужды продавать клиенту своих штатных смежников. Мы привлекаем специалистов экстра-класса в сложных случаях, не вызывая при этом простоя собственных сотрудников, и экономим деньги клиента, используя более дешевого субподрядчика, если высший пилотаж не нужен». При этом ABD Architects всегда старается выступить в роли генерального проектировщика. Возникает закономерный вопрос: кто же координирует всю работу? Тем более, что приходится управлять не собственным персоналом, а несколькими компаниями-субпроектировщиками!

Для этого в компании Бориса Левянта существуют менеджеры проектов, отвечающие за всю административную часть работы над объектом. Впервые эта позиция была введена в штат бюро около 10 лет назад, а в теперешнем виде схема взаимодействия ГАПа и менеджера с субпроектировщиками и заказчиком была отработана в период проектирования комплекса «Крылатские холмы», включающего бизнес-парк и медицинский центр. ABD Architects разрабатывало проект совместно с иностранными партнерами (NBBJ и Korda-Nemeth Engineering), что потребовало дополнительных усилий по координации.

И если специализированные архитектурные офисы сегодня уже не редкость среди частных московских бюро, то столь развитый институт управления проектами все-таки есть только в АБД. В большинстве небольших мастерских, отказавшихся от инженерного персонала, профессиональные управленцы так и не появились, и вся административная часть бизнеса ложится на плечи главного архитектора бюро и/или его ГАПов. Что не может не сказаться негативно на творческом аспекте работы, так как банально отнимает время и силы. «Когда у проекта есть менеджер, у ГАПа появляется гораздо больше времени на творческую работу, и он может вести 3-4 больших объекта одновременно, – поясняет Алла Феоктистова, главный архитектор проектов департамента архитектуры ABD Architects. – Из административных обязательств у ГАПа остается только необходимость ходить на рабочие совещания по каждому из объектов, однако готовит их именно менеджер, начиная с составления документов и заканчивая приглашениями всех нужных на данном этапе специалистов». Однако не стоит думать, что менеджер – это просто секретарь ГАПа, взваливший на себя всю скучную нетворческую работу. «ГАП участвует наравне с менеджером в составлении коммерческого предложения и договора с заказчиком, в части определения объемов и сроков выполнения работ, – добавляет Борис Стучебрюков, – менеджер без ГАПа вряд ли способен спланировать загрузку архитектурной бригады. Поэтому, как на этапе составления договора, так и в дальнейшем, ГАП и менеджер совместно формируют график и контролируют его выполнение. А вот всякие внешние сношения – субпроектировщики, заказчики, согласующие инстанции – это у нас в бюро, действительно, полностью в компетенции менеджеров». И это является существенным подспорьем. «Мы помогаем архитекторам не думать о бухгалтерии, а бухгалтеру – об архитектуре, – шутит Ник Барабанов, заместитель генерального директора по управлению проектами, руководящий в ABD Architects менеджерами. – Но в итоге, цель не столько в том, чтобы разгрузить ГАПа, сколько в том, чтобы повысить качество взаимодействия всех участников проекта, включая заказчика». «Мы много работаем с иностранными заказчиками, а для них профессиональный менеджмент – важный фактор бизнес-культуры, и залог того, что они останутся довольны. А значит, придут снова, или рекомендуют нас другим заказчикам», - говорит Борис Левянт.

«Справедливости ради следует отметить, что штатный ГИП у нас тоже есть. Он, конечно, сам особо не проектирует, но незаменим для координации работы партнеров-инженеров,  – отмечает Сергей Крючков, ГАП и заместитель генерального директора по развитию проектов. – Мы пытались выстроить такие отношения с основным субподрядчиком по инженерным разделам, чтобы он выполнял функции ГИПа, но после ряда неудач поняли, что управление на аутсорсинге – нерабочая схема. А еще наш ГИП участвует в разработке концепции – стадии проектирования, на которой участие инженера, по советской традиции, практически не предусмотрено. Это позволяет избежать многих переделок в дальнейшем».

Другой важный фактор отличия ABD Architects от многих других бюро – подход к творческому процессу. Не секрет, что очень многие современные архитектурные мастерские успешно существуют за счет харизмы и творческой манеры своего руководителя, а работающие в них архитекторы занимаются преимущественно тем, что оттачивают стиль фронтмена. «Наш продукт, безусловно, не относится к категории signature architecture. Я стараюсь чаще напоминать, – говорит Борис Левянт, –  что ABD Architects не является «бюро Левянта» в творческом смысле. Я считаю себя постановщиком начальной задачи и оценщиком получившегося результата. Если результат мне вдруг сильно не нравится, я пытаюсь проанализировать истоки своей негативной реакции и подсказать коллегам возможные пути корректировки проекта, но всю основную творческую работу архитекторы всегда делают сами. Правильнее рассматривать наше бюро как творческое объединение архитекторов, каждый из которых имеет право голоса. Именно это подчеркивает употребление в нашем названии слова «архитекторы», во множественном числе: ABD ArchitectS – ВСЕ архитекторы ABD».

При этом любой архитектурный критик с уверенностью скажет, что архитектура ABD Architects очень узнаваема. И секрет этого прост. В бюро работают яркие индивидуальности, сумевшие выработать общий художественный язык: вне зависимости от того, кто из ГАПов ведет проект, на выходе получается качественный и стильный объект деловой архитектуры, безошибочно идентифицируемый как творение ABD Architects. «Мы не отрицаем творческой и социальной сверхзадач, но главная задача, которая стоит перед каждым из нас – это грамотный ответ на сформулированное заказчиком задание, – говорит Сергей Крючков. – Как правило, мы проектируем здания, предназначенные для коммерческого использования, и вопрос экономической эффективности объекта для нас является одним из важнейших приоритетов. Можно сказать, что в бюро выработаны определенные унифицированные ответы на возможные запросы заказчиков, наши внутренние ноу-хау, которые мы сами называем грамотой. Так вот, грамотой в ABD Architects владеет каждый, и именно это и есть тот уровень качества и тот сервис, которые бюро предлагает на рынке. Это, если угодно, и есть наше основное творческое кредо: мы всерьез считаем, что этический аспект нашей работы (то есть выполнение функциональной задачи) имеет приоритет перед эстетическим. Это не значит, что мы не думаем об эстетической составляющей, но мы точно не готовы поступиться функцией ради формы. Например, не станем проектировать башню, если ради набора высоты объекта нужно уменьшить площадь этажа, и он станет неэффективным».

Одним из ключевых средств повышения качества проектирования в ABD Architects считают внутренние конкурсы. Сейчас, когда по причине кризиса общее число заказов снизилось, их проводят даже на небольшие объекты, и участвуют в таких состязаниях все бригады. Кроме того, собственный проект может подготовить любой из архитекторов компании. «В нашем бюро не существует разделения на непререкаемых авторитетов и подмастерьев, от любого из наших сотрудников мы ожидаем постоянного творческого роста и рады, когда эти ожидания оправдываются, – говорит Сергей Крючков. – Вообще, у нас иерархия отличается от традиционно советской. Наш архитектурный персонал делится на техников-архитекторов, ведущих архитекторов и ГАПов, причем последние 2 категории различаются только тем, что ГАП несет персональную юридическую ответственность за проект. А разработка архитектурных решений может быть выполнена абсолютно каждым, кто на это способен, в любом объеме. Если рядовой сотрудник выдвигает хорошую идею, и может ее развить – он берет и делает проект от начала до конца, при минимальном вмешательстве старших коллег».

Еще одно средство серьезно повысить конкурентоспособность – расширить ассортимент оказываемых услуг. Исторически так сложилось, что сотрудники ABD Architects всегда выполняли большой объем градостроительных работ. «Мы были одними из первых, кому Москомархитектура поручала выполнение ландшафтно-визуального анализа, разработку градостроительных обоснований размещения объектов и другую планировочную документацию, – вспоминает Борис Стучебрюков. – В последствии исключительное право предоставлять эти услуги были оставлены за специализированными отделами МКА и НИИПИ Генплана. Однако качество их работы далеко от идеального, видимо, в силу большой загрузки. Так что старые навыки оказываются очень полезны: мы всегда можем обосновать свое решение и компетентно сопровождать выпуск градостроительной документации. Это важно для клиента, так как позволяет контролировать качество предоставляемых городом исходных данных».

Архитекторы ABD Architects разрабатывают и проекты планировки и межевания территории. Это сегодня тоже очень востребовано, так как с наступлением кризиса стоимость содержания участка неожиданно стала заметной в общей затратной части бизнеса, а межевание позволяет вывести дороги и другие участки инфраструктуры из  площади, за которую нужно платить аренду и налоги. «От развития отдельных участков застройки мы в своей работе переходим к комплексному развитию территорий, поскольку только это способно обеспечить максимально гармоничное существование новых объектов в городской среде, – добавляет Сергей Крючков. – Фактически кризис вынудил нас заняться девелопментом, только не коммерческим, а техническим. Правда, в Москве это чрезвычайно сложно, поэтому куда успешнее наши проекты комплексного освоения территорий развиваются в регионах – например, Томске и Липецке».
Алла Феоктистова, ГАП Департамента архитектуры ABD Architects
Сергей Крючков, ГАП и заместитель генерального директора по развитию проектов ABD Architects
Леонид Микишев, ГАП Департамента архитектуры ABD Architects
Всеволод Шабанов, ГАП Департамента архитектуры ABD Architects
Саид Джабраилов, ГАП Департамента архитектуры ABD Architects
Ник Барабанов, заместитель генерального директора по управлению проектами
Анна Корзенкова, менеджер проектов Департамента архитектуры
Борис Живоченков, менеджер проектов Департамента архитектуры
Архитектор:
Борис Левянт
Борис Стучебрюков

29 Декабря 2009

Похожие статьи
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Полки с квартирами
При разработке проекта многоквартирного дома на озере Лиси под Тбилиси Architects of Invention вдохновлялись теоретической работой студии SITE и офортом Александра Бродского и Ильи Уткина.
Глазурованная статуэтка
В поисках образа для дома у Новодевичьего монастыря архитекторы GAFA обратились к собственному переживанию места: оказалось, что оно ассоциируется со стариной, пленэрами и винтажными артефактами. Две башни будут полностью облицованы объемной глазурованной керамикой – на данный момент других таких зданий в России нет. Затеряться не дадут и метаболические эркеры-ячейки, а также обтекаемые поверхности, парадный «отельный» въезд и лобби с видом на пышный сад.
Климатические капризы
В проекте отеля vertex для японской компании Not a Hotel бюро Zaha Hadid Architects учло все климатические условия острова Окинава вплоть до колебания качества воздуха в течение года.
Горы, рощи и родовые башни
Всесезонный курорт «Армхи» в Республике Ингушетия позиционируется как место для спокойного семейного отдыха и имеет устоявшиеся традиции, связанные с его 100-летней историей и культурой региона. Программа развития, которую подготовил Институт Генплана Москвы, сохраняет индивидуальность курорта и одновременно расширяет его программу, предлагая новые направления туристического досуга. В ближайшем будущем здесь появятся: бальнеологический центр, термальный комплекс, интерактивный музей, экстремальный парк и новые горнолыжные трассы.
Маленькая страна
Бюро «Мезонпроект» разрабатывает перспективный мастер-план кампуса МИФИ в Обнинске: в ближайшие десять лет анклавная территория площадью около 100 га, в лесу на северном краю города должна превратиться в современный центр развития атомной энергетики. Планируется привлечение иностранных студентов и специалистов, и также развитие территории: как путем реализации «замороженных» планов 1980-х годов на современном уровне, так и развитие новых тенденций – создание общественных пространств, аквапарк, фудкорт, школа и даже центря ядерной медицины. Общественные и спортивные функции планируется сделать доступными для жителей, а также связать кампус с городом.
История с тополями
Архитекторы Ofis перестроили частный дом в люблянском районе Мургл 1960-1980-х годов. Их подход позволил сохранить характерные планировочные решения, целостность и саму ДНК района.
Ловцы жемчуга
Бюро GAFA спроектировало для Дербента апарт-комплекс, который призван переключить режим человека с рабочего на курортный, а также по-хорошему встряхнуть окружающую среду. Здание предлагает сразу два образа: лаконичный со стороны города, и пышно-ажурный со стороны моря. А в центре спрятана жемчужина – открытый бассейн с аркой, звездным небом и выходом к пляжу.
Остров-спутник
Институт Генплана Москвы подготовил мастер-план развития системы островов Сарпинский и Голодный – они расположены в административных границах Волгограда и считаются одними из крупнейших в России. К 2045 году на их территории планируется реализовать 15 масштабных инвестиционных проектов, среди которых спортивный и образовательный кластеры, конгресс-центр с «Волгонариумом», кинокластер, а также 21 тематический парк. Рассказываем, какие инженерные, экологические и транспортные задачи необходимо решить, чтобы «сказка стала былью». Решения мастер-плана уже утверждены и включены в генеральный план развития города.
Крыша-головоломка
У треугольного в плане дома по проекту бюро Tetro в агломерации Белу-Оризонти крыша тоже составлена из треугольников – сплошных и остекленных.
Янтарные ворота
Жилой комплекс Amber City – один из проектов редевелопмента промышленной территории, расположенной за ТТК у станции «Беговая». Мастерская Алексея Ильина предложила оригинальный генплан, который превратил два кластера башен в торжественные пропилеи, обеспечил узнаваемый силуэт и выстроил переклички с новым высотным строительством поблизости, и справа, и слева – вписавшись, таким образом, в масштаб растущего мегаполиса. Он отмечен и собственной футуристической стилистикой, основанной на переосмысленном стримлайне.
Мост в высоту
Архитекторы UNS уверены, что их офисная башня «Мост» в Варшаве стала местом, где история в буквальном смысле встречается с будущим.
Театральный треугольник
Архитектурное бюро «Четвертое измерение» разработало проект новой сцены Магнитогорского музыкального театра, переосмыслив не только театральную архитектуру, но и роль театра в современном городе.
Сосуд для актуального искусства
Архитекторы Snøhetta реконструировали арт-центр в Дартмутском колледже на северо-востоке США в соответствии с меняющимися формами и методами творчества и преподавания.
Круги учености
В Ханчжоу завершена последняя очередь строительства нового Университета Уэстлейк. Бюро HENN организовало его кампус вокруг круглого в плане ядра.
«Корейская волна» Доминика Перро
В Сеуле реализуется крупнейший для Южной Кореи подземный объект – 6-уровневый транспортный узел с парком на крыше Lightwalk авторства Доминика Перро. Рассказываем о разнообразном контексте и сложностях воплощения этого замысла.
Луч солнца золотого
Компактное кирпично-металлическое здание на территории растущего в Выксе «Шухов-парка», кажется, впитывает в себя солнечный свет, преобразует в желтые акценты внутри и вечером «отдает» теплотой золотистого света из окон. Серьезно, очень симпатичное получилось здание: и материальное, и легкое, причем легкость внутри, материальность снаружи. Форма в нем выстроена от функции – лаконично, но не просто. Изучаем.
Арка для вентиляции
В округе Наньша в Гуанчжоу открывается спорткомплекс (стадион, крытая арена и центр водных видов спорта) по проекту Zaha Hadid Architects.
Технологии и материалы
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
Сейчас на главной
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Пресса: Архитектура без будущего: какие здания Россия потеряла...
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Пресса: «Пока не сменится поколение, не видать нам деревянных...
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Лаборатория стихий
На берегу озера Кабан в Казани бюро АФА реализовало проект детского пространства, где игра строится вокруг исследования. Развивая концепцию благоустройства Turenscape, архитекторы превратили территорию у театра Камала в последовательность природных ландшафтов – от «Зарослей» с песком до «Отмели» с ветряками и «Высоких берегов» со скалодромом. Ключевой элемент – вода, которую можно направлять, слушать и чувствовать.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Рестораны с историей
Рестораны в наш век перестали быть местом, куда приходят для того, чтобы утолить голод – они в какой-то степени заменили краеведческие музеи и стали культурным поводом для посещения того или иного города, а мы с вами дружно и охотно пополнили ряды многочисленных гастропутешественников.
Они сказали «Да!»
Da Bureau выпустило в издательстве Tatlin книгу, которая суммирует опыт 11 лет работы: от первых проектов и провалов до престижных наград, зарубежных заказов и узнаваемого почерка. Раздел-каталог с фотографиями реализованных интерьеров дополняет история успеха в духе «американской мечты». Что сделало ее реальность – рассказываем в рецензии.
Алмазная огранка
Реконструкция концертного зала Нальмэс и камерного музыкального театра Адыгеи имени А.А. Ханаху, выполненная по проекту PXN Architects, деликатно объединила три разных культурных кода – сталинского дома культуры, модернистской пристройки 1980-х и этнические мотивы, сделав связующим элементом фирменный цвет ансамбля – красно-алый.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Слагаемые здоровья
Одним из элементов бренда сети медицинских клиник «Атлас» выступают интерьеры, созданные бюро Justbureau с учетом дизайн-кода и современных подходов к оформлению оздоровительных пространств, которые должны обеспечивать комфорт и позитивную атмосферу.
Сад на Мосфильмовской
Жилой комплекс «Вишневый сад», спроектированный AI Studio, умелая интервенция в контекст Мосфильмовской улицы, спокойная и без вычурности, но элитарная: отличается качеством реализованных решений и работой с территорией.
Разрыв шаблона
Спроектировать интерьер завода удается мало кому. Но архитекторы бюро ZARDECO получили такой шанс и использовали его на 100%, найдя способ при помощи дизайна передать амбициозность компании и высокотехнологичность производства на заводе «Скорса».
Барокко 2.0
Студия ELENA LOKASTOVA вдохновлялась барочной эстетикой при создании интерьера бутика Choux, в котором нарочитая декоративность деталей сочетается с общим лаконизмом и даже футуристичностью пространства.
Отель на вулкане
Архитектурное бюро ESCHER из Челябинска поучаствовало в конкурсе на отель для любителей конного туризма в кратере потухшего вулкана Хроссаборг в Исландии. Главная цель – выйти за рамки привычного контекста и предложить новую архитектуру. Итог – здание в виде двух подков, текучие формы которого объединяют четыре стихии, открывают виды на пейзажи и создают условия для уединения или общения.
Огороды у кремля
Проект благоустройства берега реки Коломенки, разработанный бюро Basis для участка напротив кремля в Коломне, стал победителем конкурса «Малых городов» в 2018 году. Идеи для малых архитектурных форм авторы черпали в русском деревянном зодчестве, а также традиционной мебели. Планировка функциональных зон соотносится с историческим использованием земель: например, первый этап с регулярной ортогональной сеткой соответствует типологии огорода.
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.