Страсть к ансамблям

25 ноября состоялось очередное заседание Общественного совета при мэре Москвы. На этот раз рассмотрели семь и из них одобрили шесть проектов. Самые жаркие дискуссии разгорелись по поводу предложений по застройке самых что ни на есть центральных участков столицы – Боровицкой площади и начала 1-й Тверской-Ямской улицы.

mainImg
Первым совет рассмотрел проект Юрия Гнедовского: застройку участка, ограниченного Окружной железной дорогой и улицами Нижегородской и Новохохловской. В плане этот участок представляет собой большой клин, к которому с севера примыкает жилой район, с юга – промзона «Технопарк». Проект предусматривает развитие существующей здесь зеленой зоны с восстановлением русла Новохохловского ручья, и попутное строительство многофункционального комплекса, девелопером которого выступает компания «ЭНКА». Комплекс состоит из нескольких офисных блоков, высота которых восразтает в сторону расширения клина. Более низкие корпуса спроектированы сдвоенными и напоминают раскрытые «книжки», а над ними доминируют две башни, установленные на общий четырехэтажный стилобат, в котором размещен торговый центр. Общую площадь авторы проекта после расчета возможной транспортной нагрузки с 500 тысяч квадратных метров сократили до 280 тысяч. Представляяя совету этот проект, главный архитектор Москвы Александр Кузьмин попросил экспертов учесть предложенные объемы с тем, чтобы заложить их в ПЗЗ. Совет, сочтя выбранный масштаб удачным, не стал возражать против проекта, отметив только необходимость сохранения баланса зеленых зон как обязательное условие его реализации.

А вот по поводу следующего проекта на заседании развернулась серьезная дискуссия. Совету был представлен проект гостиницы Андрея Меерсона. Гостиница должна разместиться в самом начале 1-й Тверской-Ямской улицы, прямо напротив здания Москомархитектуры. Сейчас в этом месте располагается наземный павильон и подземный вестибюль станции метро «Маяковская». Участок имеет очень скромные габариты – всего 120 на 40 метров, что фактически обязало архитекторов спроектировать очень протяженный главный фасад и решить непростую задачу по его включению в существующую красную линию.

Окружающая застройка, сформированная четырьмя поколениями архитекторов, от Георгия Гольца и Андрея Бурова до Максима Былинкина и Михаила Посохина, предъявляет поистине столичный масштаб, и Андрей Меерсон решил из него не выходить. Всего было разработано пять вариантов здания, но не во всех из них авторы учли ограничения по допустимой нагрузке на станцию метро (будущая гостиница не должна быть выше 9 этажей), поэтому совет рассматривал всего два из них. В обоих проектах объем отеля лапидарен и воспроизводит пропорции соседних домов, но в одном главным акцентом становится  мощный палладианский портик, выполненный в мраморе и дополненный стеклянной «шапкой» панорамного ресторана, а во втором – характерные для сталинского ампира полукруглые лоджии на фасаде и завершение в виде беседки-бельведера. Внутренние помещения отеля сгруппированы вокруг протяженного 9-тиэтажного атриума, прорезающего здание вдоль и выходящего на крышу световым фонарем.

Проект Андрея Меерсона сразу же получил одобрение Юрия Платонова, Александра Кудрявцева и многих других членов совета. С замечанием по превышению допустимой высотности выступил глава Москомнаследия Валерий Шевчук, но совет посчитал эту ремарку несущественной, сославшись на выполненный ЦИГИ ландшафтно-визуальный анализ, который показал, что новая гостиница не превысит здание Москомархитектуры. Главным направлением для доработки нынешнего проекта совет счел устройство открытой аркады в нижнем уровне, необходимой пешеходам. С этим условием проект в итоге и был одобрен.  

Вслед за гостиницей у станции «Маяковская» совет рассмотрел еще более ответственный с исторической точки зрения участок – Боровицкую площадь, которая частично располагается в охранной зоне №1, примыкающей к Кремлю. Как известно, эта площадь возникла в результате реализации генплана 1935 года и строительства Большого каменного моста, когда значительная часть исторической застройки была снесена. И с тех пор какие только ансамбли не предлагались для ее «заполнения» – от стел до помпезных дворцов! Сегодня  площадь формируют силуэты двух башен Кремля, Дом Пашкова, новое здание галереи Шилова и часовня рядом с ней, а в будущем на ней собираются построить здание депозитарно-реставрационного комплекса музеев Кремля, которое расположится на месте большого газона напротив Каменного моста, между Пашковым домом и Боровицкой башней Кремля (проект М. Посохина и В. Колосницына был рассмотрен на общественном совете в июле 2008). Новый проект для всё тех же музеев Кремля, показанный совету, сделан также Моспроектом-2 (руководителями коллектива значатся А.Кузьмин и М. Посохин). Он предполагает перестройку целого квартала к северу от Лебяжьего переулка. На совет авторы представили два варианта многофункционального комплекса: в первом случае он выполнен в виде одного объема, во втором – в виде двух с крытым пассажем посередине. Принципиальная разница между этими предложениями не в количестве квадратных метров, как можно было бы подумать, но в том, что первый вариант предусматривает снос исторического двухэтажного особняка по Лебяжьему пер, вл.4/3, а во втором заложена возможность его сохранения. Авторы проекта также предложили передвинуть на несколько десятков метров памятник федерального значения «Дом Зотова» чтобы освободить пространство под автомобильную развязку и решить вопрос с организацией въезда с Кремлевской набережной на Каменный мост.

Скажем сразу, что этот проект был подвергнут серьезной критике и в итоге отклонен. Основным поводом для замечаний экспертов стало полное отсутствие исследовательской части при том, что он затрагивает важнейшую охранную зону №1 и, как выяснилось, угрожает некоторым историческим памятникам. Директор ЦИГИ Борис Пастернак отметил среди них дом, оформленный майоликовыми панно по эскизам Врубеля, а также здание старинного кинотеатра, от которого, правда, уже сейчас осталась одна стена. Однако она всё же сохранилась, и из-за нее сдвигать «Дом Зотова» некуда, к тому же подобное перемещение лишит его главной ценности – сохранившихся сводчатых подвалов. Александр Кузьмин со своей стороны добавил, что дальнейшая работа над проектом будет вестись сразу в двух направлениях – с одной стороны, архитекторы продолжат поиски решения сложной градостроительной задачи, а с другой прояснят все вопросы, связанные с охранными зонами. Последнее будет сделано с участием Москомнаследия, которое должно разработать режимы и регламенты на эту территорию, а также ЭКОСа, РААСН и Союза архитекторов.

Следующим на повестке дня оказался уже хорошо знакомый Общественному совету проект здания с  хлебозаводом на пересечении Большой Серпуховской и Валовой улиц. Напомним, что существующий на участке по адресу Валовая улица, вл. 37/ 1-6 хлебозавод №1 сносится, и на его месте возникает гибрид апарт-отеля и пекарни с функциями обслуживания населения. К нынешнему заседанию коллективу Владимира Плоткина нужно было разработать новые фасадные решения, и в итоге вниманию совета были представлены три варианта композиции фасадов – один в историческом духе со вставками из резного камня и два современных, чередующих панели камня и стекла. Здесь обсуждение получилось очень кратким: ведущий заседание первый заместитель Владимира Ресина Петр Бирюков спросил, какой из вариантов предпочитает главный архитектор Москвы. Александр Кузьмин указал на современный, каковой и был утвержден советом.  

Еще одна гостиница должна быть построена рядом с недавно реконструированным Курским вокзалом, напротив ТРК «Атриум». Этот проект разработан Архитектурной мастерской А.Асадова и предусматривает, что отель будет встроен в фасадную линию Садового кольца между 7-миэтажным жилым домом 1955 года и двухэтажным зданием, построенным в 1915-м. Кубический объем отеля с большим атриумом внутри приравнен по высоте к сталинскому дому. Фасады авторы предлагают оформить кружевными рельефами, недвусмысленно отсылающими к знаменитому «Ажурному дому» Андрея Бурова. В целом проект был одобрен, однако фасады отправлены на доработку и в дальнейшем будут рассмотрены советом отдельно.

И, наконец, еще одним проектом для исторической части города стали рассмотренные советом предложения по регенерации территории между Верхней Красносельской улицей и Третьим транспортным кольцом, принадлежащей Новоалексеевскому монастырю. От бывшего монастыря в Красном Cеле на данный момент сохранился только вновь выявленный памятник – здание т.н. богадельни Геера архитектора Льва Кекушева с домовой церковью Всех Святых. Проект предусматривает реставрацию этого объекта с возвращением исторических пропорций (в частности, будут разобраны два надстроенных этажа и пристройки) и инвестиционное строительство за границей территории памятника, по Верхней Красносельской, вл. 15. По этому адресу расположен дом советской постройки, который будет снесен, а на его месте в приблизительно тех же габаритах, но на два этажа выше, строится офисный центр. Совет не устроили, главным образом, фасады этого второго строения – его современное зеркальное остекление на фоне исторического здания богадельни, по мнению экспертов, смотрится чересчур контрастно. Была уменьшена на один этаж и высота офисного комплекса, что также улучшит визуальное восприятие объекта наследия. С этими поправками Общественный совет одобрил проект.

Последним совет рассмотрел географически самый удаленный от центра проект – комплекс муниципального жилья в Марьиной роще, на пересечении улиц Фонвизина и Добролюбова (авторы «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий»). На месте трех сносимых пятиэтажек здесь будут построены три высотных жилых дома (24, 29 и 34 этажа), входящие в программу «Новое кольцо Москвы», а также прилегающий к ним вплотную 3-5 этажный корпус общественного назначения и 4-хуровневая подземная стоянка. Поскольку участок зажат между двумя автомобильными трассами и запроектировать двор и тем более парк на нем физически невозможно, авторы проекта нашли интересную альтернативу – озелененные рекреационные зоны они предлагают разместить внутри жилых домов, на уровне второго этажа. Члены совета на подобный эксперимент с легкостью согласились, однако поставили непременно условие следить за тем, чтобы в зоне рекреаций в самый последний момент «случайно» не появились квартиры.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др. Варианты.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др.
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. Вариант 4
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. ландшафтно-визуальный анализ
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. Генплан
3. Проект архитектурного решения ансамбля Боровицкой площади. «Моспроект-2». А. Кузьмин, М. Посохин и др.
3. Проект архитектурного решения ансамбля Боровицкой площади. «Моспроект-2». А. Кузьмин, М. Посохин и др.
4. Проект комплекса апарт-отеля с помещениями хлебозавода и службами по обслуживанию населения. Валовая ул., вл. 37, стр. 1-6. «ТПО Резерв». В. Плоткин, И. Деева и др.
Проект гостиницы на Земляном валу, вл. 26. ГУП «Моспроект-2». маст. №19. А. Асадов, А. Рожественский, А.А. Асадов, С. Терехов, Я. Миронова.
6. Проект реставрации и регенерации территории Новоалексеевского монастыря. Верхняя Красносельская, вл. 15/ 1 и 2. «ИТЦ Москомархитектуры». Е. Рутковский, А. Десяткин и др.
7. Проект многофункционального высотного жилого комплекса на пересечении улиц Фонвизина, вл. 14 и ул. Добролюбова, вл. 29/16. «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий». В. Острецов, Н. Лесникова и др.
7. Проект многофункционального высотного жилого комплекса на пересечении улиц Фонвизина, вл. 14 и ул. Добролюбова, вл. 29/16. «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий». В. Острецов, Н. Лесникова и др.

28 Ноября 2009

Похожие статьи
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Технологии и материалы
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Стеклопакет: от ограждающей конструкции к интеллектуальной...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Сейчас на главной
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Легкая степень брутализма
Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Текстильный подход
Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.
Цветы жизни
Архитектурная мастерская «Константин Щербин и партнеры» разработала мастер-план кампуса Университета имени Лесгафта, который, вероятно, расположится во Всеволожске. Планировочная структура с четким ядром и системой осей напоминает цветочную поляну, в центре которой – учебные корпуса, а ближе к периферии – жилой городок, спортивные объекты и медицинский кластер. В мастер-план заложен зеленый и водный каркас, а также транспортная схема, предполагающая приоритет пешеходов и велосипедистов.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
Ярче, выше и заметнее: обзор проектов 23-29 марта
В подборку этой недели вошли семь проектов – за исключением башни в Грозном, все они московские, и каждый по-своему борется за внимание: с помощью оригинального облицовочного материала, цветовых контрастов, неожиданных пропорций, демонстрируя все лучшее и сразу, а иногда – выверяя и исследуя лишь единственный прием.
Город-цех
Публикуем магистерскую диссертацию «Ревитализация старой промзоны с созданием вертикальной планировочной структуры производственно-жилого комплекса». Ее автор, Кирилл Шрамов, рассматривает, по сути, возможность создания промышленного небоскреба – что в контексте сегодняшней любви к небоскребостроению в Москве выглядит весьма интересно.
Корочка льда
В рамках конкурса «Неочевидное. Арктика» петербургское бюро GRAD предложило для города-спутника Мурманска социальный хаб с видами на Кольский залив. Здание состоит из нескольких модулей, которые группируются вокруг атриума и соединяются мостами. У каждого модуля своя функциональная программа, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. В проекте используются prefab-технологии
В ритме Неглинной
Citizenstudio бережно осовременили недостроенный трехэтажный корпус на Неглинной, принадлежащий МФЮА. Ограниченные логикой существующего объема, архитекторы, тем не менее, смогли реализовать достаточно тонкую игру со стилевыми реминисценциями самых разных исторических периодов и максимально деликатно вписаться в контекст центра Москвы.
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>