Страсть к ансамблям

25 ноября состоялось очередное заседание Общественного совета при мэре Москвы. На этот раз рассмотрели семь и из них одобрили шесть проектов. Самые жаркие дискуссии разгорелись по поводу предложений по застройке самых что ни на есть центральных участков столицы – Боровицкой площади и начала 1-й Тверской-Ямской улицы.

mainImg
Первым совет рассмотрел проект Юрия Гнедовского: застройку участка, ограниченного Окружной железной дорогой и улицами Нижегородской и Новохохловской. В плане этот участок представляет собой большой клин, к которому с севера примыкает жилой район, с юга – промзона «Технопарк». Проект предусматривает развитие существующей здесь зеленой зоны с восстановлением русла Новохохловского ручья, и попутное строительство многофункционального комплекса, девелопером которого выступает компания «ЭНКА». Комплекс состоит из нескольких офисных блоков, высота которых восразтает в сторону расширения клина. Более низкие корпуса спроектированы сдвоенными и напоминают раскрытые «книжки», а над ними доминируют две башни, установленные на общий четырехэтажный стилобат, в котором размещен торговый центр. Общую площадь авторы проекта после расчета возможной транспортной нагрузки с 500 тысяч квадратных метров сократили до 280 тысяч. Представляяя совету этот проект, главный архитектор Москвы Александр Кузьмин попросил экспертов учесть предложенные объемы с тем, чтобы заложить их в ПЗЗ. Совет, сочтя выбранный масштаб удачным, не стал возражать против проекта, отметив только необходимость сохранения баланса зеленых зон как обязательное условие его реализации.

А вот по поводу следующего проекта на заседании развернулась серьезная дискуссия. Совету был представлен проект гостиницы Андрея Меерсона. Гостиница должна разместиться в самом начале 1-й Тверской-Ямской улицы, прямо напротив здания Москомархитектуры. Сейчас в этом месте располагается наземный павильон и подземный вестибюль станции метро «Маяковская». Участок имеет очень скромные габариты – всего 120 на 40 метров, что фактически обязало архитекторов спроектировать очень протяженный главный фасад и решить непростую задачу по его включению в существующую красную линию.

Окружающая застройка, сформированная четырьмя поколениями архитекторов, от Георгия Гольца и Андрея Бурова до Максима Былинкина и Михаила Посохина, предъявляет поистине столичный масштаб, и Андрей Меерсон решил из него не выходить. Всего было разработано пять вариантов здания, но не во всех из них авторы учли ограничения по допустимой нагрузке на станцию метро (будущая гостиница не должна быть выше 9 этажей), поэтому совет рассматривал всего два из них. В обоих проектах объем отеля лапидарен и воспроизводит пропорции соседних домов, но в одном главным акцентом становится  мощный палладианский портик, выполненный в мраморе и дополненный стеклянной «шапкой» панорамного ресторана, а во втором – характерные для сталинского ампира полукруглые лоджии на фасаде и завершение в виде беседки-бельведера. Внутренние помещения отеля сгруппированы вокруг протяженного 9-тиэтажного атриума, прорезающего здание вдоль и выходящего на крышу световым фонарем.

Проект Андрея Меерсона сразу же получил одобрение Юрия Платонова, Александра Кудрявцева и многих других членов совета. С замечанием по превышению допустимой высотности выступил глава Москомнаследия Валерий Шевчук, но совет посчитал эту ремарку несущественной, сославшись на выполненный ЦИГИ ландшафтно-визуальный анализ, который показал, что новая гостиница не превысит здание Москомархитектуры. Главным направлением для доработки нынешнего проекта совет счел устройство открытой аркады в нижнем уровне, необходимой пешеходам. С этим условием проект в итоге и был одобрен.  

Вслед за гостиницей у станции «Маяковская» совет рассмотрел еще более ответственный с исторической точки зрения участок – Боровицкую площадь, которая частично располагается в охранной зоне №1, примыкающей к Кремлю. Как известно, эта площадь возникла в результате реализации генплана 1935 года и строительства Большого каменного моста, когда значительная часть исторической застройки была снесена. И с тех пор какие только ансамбли не предлагались для ее «заполнения» – от стел до помпезных дворцов! Сегодня  площадь формируют силуэты двух башен Кремля, Дом Пашкова, новое здание галереи Шилова и часовня рядом с ней, а в будущем на ней собираются построить здание депозитарно-реставрационного комплекса музеев Кремля, которое расположится на месте большого газона напротив Каменного моста, между Пашковым домом и Боровицкой башней Кремля (проект М. Посохина и В. Колосницына был рассмотрен на общественном совете в июле 2008). Новый проект для всё тех же музеев Кремля, показанный совету, сделан также Моспроектом-2 (руководителями коллектива значатся А.Кузьмин и М. Посохин). Он предполагает перестройку целого квартала к северу от Лебяжьего переулка. На совет авторы представили два варианта многофункционального комплекса: в первом случае он выполнен в виде одного объема, во втором – в виде двух с крытым пассажем посередине. Принципиальная разница между этими предложениями не в количестве квадратных метров, как можно было бы подумать, но в том, что первый вариант предусматривает снос исторического двухэтажного особняка по Лебяжьему пер, вл.4/3, а во втором заложена возможность его сохранения. Авторы проекта также предложили передвинуть на несколько десятков метров памятник федерального значения «Дом Зотова» чтобы освободить пространство под автомобильную развязку и решить вопрос с организацией въезда с Кремлевской набережной на Каменный мост.

Скажем сразу, что этот проект был подвергнут серьезной критике и в итоге отклонен. Основным поводом для замечаний экспертов стало полное отсутствие исследовательской части при том, что он затрагивает важнейшую охранную зону №1 и, как выяснилось, угрожает некоторым историческим памятникам. Директор ЦИГИ Борис Пастернак отметил среди них дом, оформленный майоликовыми панно по эскизам Врубеля, а также здание старинного кинотеатра, от которого, правда, уже сейчас осталась одна стена. Однако она всё же сохранилась, и из-за нее сдвигать «Дом Зотова» некуда, к тому же подобное перемещение лишит его главной ценности – сохранившихся сводчатых подвалов. Александр Кузьмин со своей стороны добавил, что дальнейшая работа над проектом будет вестись сразу в двух направлениях – с одной стороны, архитекторы продолжат поиски решения сложной градостроительной задачи, а с другой прояснят все вопросы, связанные с охранными зонами. Последнее будет сделано с участием Москомнаследия, которое должно разработать режимы и регламенты на эту территорию, а также ЭКОСа, РААСН и Союза архитекторов.

Следующим на повестке дня оказался уже хорошо знакомый Общественному совету проект здания с  хлебозаводом на пересечении Большой Серпуховской и Валовой улиц. Напомним, что существующий на участке по адресу Валовая улица, вл. 37/ 1-6 хлебозавод №1 сносится, и на его месте возникает гибрид апарт-отеля и пекарни с функциями обслуживания населения. К нынешнему заседанию коллективу Владимира Плоткина нужно было разработать новые фасадные решения, и в итоге вниманию совета были представлены три варианта композиции фасадов – один в историческом духе со вставками из резного камня и два современных, чередующих панели камня и стекла. Здесь обсуждение получилось очень кратким: ведущий заседание первый заместитель Владимира Ресина Петр Бирюков спросил, какой из вариантов предпочитает главный архитектор Москвы. Александр Кузьмин указал на современный, каковой и был утвержден советом.  

Еще одна гостиница должна быть построена рядом с недавно реконструированным Курским вокзалом, напротив ТРК «Атриум». Этот проект разработан Архитектурной мастерской А.Асадова и предусматривает, что отель будет встроен в фасадную линию Садового кольца между 7-миэтажным жилым домом 1955 года и двухэтажным зданием, построенным в 1915-м. Кубический объем отеля с большим атриумом внутри приравнен по высоте к сталинскому дому. Фасады авторы предлагают оформить кружевными рельефами, недвусмысленно отсылающими к знаменитому «Ажурному дому» Андрея Бурова. В целом проект был одобрен, однако фасады отправлены на доработку и в дальнейшем будут рассмотрены советом отдельно.

И, наконец, еще одним проектом для исторической части города стали рассмотренные советом предложения по регенерации территории между Верхней Красносельской улицей и Третьим транспортным кольцом, принадлежащей Новоалексеевскому монастырю. От бывшего монастыря в Красном Cеле на данный момент сохранился только вновь выявленный памятник – здание т.н. богадельни Геера архитектора Льва Кекушева с домовой церковью Всех Святых. Проект предусматривает реставрацию этого объекта с возвращением исторических пропорций (в частности, будут разобраны два надстроенных этажа и пристройки) и инвестиционное строительство за границей территории памятника, по Верхней Красносельской, вл. 15. По этому адресу расположен дом советской постройки, который будет снесен, а на его месте в приблизительно тех же габаритах, но на два этажа выше, строится офисный центр. Совет не устроили, главным образом, фасады этого второго строения – его современное зеркальное остекление на фоне исторического здания богадельни, по мнению экспертов, смотрится чересчур контрастно. Была уменьшена на один этаж и высота офисного комплекса, что также улучшит визуальное восприятие объекта наследия. С этими поправками Общественный совет одобрил проект.

Последним совет рассмотрел географически самый удаленный от центра проект – комплекс муниципального жилья в Марьиной роще, на пересечении улиц Фонвизина и Добролюбова (авторы «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий»). На месте трех сносимых пятиэтажек здесь будут построены три высотных жилых дома (24, 29 и 34 этажа), входящие в программу «Новое кольцо Москвы», а также прилегающий к ним вплотную 3-5 этажный корпус общественного назначения и 4-хуровневая подземная стоянка. Поскольку участок зажат между двумя автомобильными трассами и запроектировать двор и тем более парк на нем физически невозможно, авторы проекта нашли интересную альтернативу – озелененные рекреационные зоны они предлагают разместить внутри жилых домов, на уровне второго этажа. Члены совета на подобный эксперимент с легкостью согласились, однако поставили непременно условие следить за тем, чтобы в зоне рекреаций в самый последний момент «случайно» не появились квартиры.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др. Варианты.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
1. Концепция реновации территории районе ул. Новохохловская и Третьего транспортного кольца. ООО «Товарищество театральных архитекторов», НИиПИ Генплана, ООО «ЭНПИ». Ю. Гнедовский, В. Красильников, Е. Шаранова, Н. Каверин и др.
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др.
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. Вариант 4
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. ландшафтно-визуальный анализ
2. Проект гостиничного комплекса. 1-я Тверская-Ямская, вл. 2. «Моспроект», НИиПИ Генплана. А. Меерсон, А. Воронова и др. Генплан
3. Проект архитектурного решения ансамбля Боровицкой площади. «Моспроект-2». А. Кузьмин, М. Посохин и др.
3. Проект архитектурного решения ансамбля Боровицкой площади. «Моспроект-2». А. Кузьмин, М. Посохин и др.
4. Проект комплекса апарт-отеля с помещениями хлебозавода и службами по обслуживанию населения. Валовая ул., вл. 37, стр. 1-6. «ТПО Резерв». В. Плоткин, И. Деева и др.
Проект гостиницы на Земляном валу, вл. 26. ГУП «Моспроект-2». маст. №19. А. Асадов, А. Рожественский, А.А. Асадов, С. Терехов, Я. Миронова.
6. Проект реставрации и регенерации территории Новоалексеевского монастыря. Верхняя Красносельская, вл. 15/ 1 и 2. «ИТЦ Москомархитектуры». Е. Рутковский, А. Десяткин и др.
7. Проект многофункционального высотного жилого комплекса на пересечении улиц Фонвизина, вл. 14 и ул. Добролюбова, вл. 29/16. «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий». В. Острецов, Н. Лесникова и др.
7. Проект многофункционального высотного жилого комплекса на пересечении улиц Фонвизина, вл. 14 и ул. Добролюбова, вл. 29/16. «ЦНИИЭП жилых и общественных зданий». В. Острецов, Н. Лесникова и др.

28 Ноября 2009

Похожие статьи
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Технологии и материалы
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
Сейчас на главной
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.
«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени
Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Симоновская ветвь
Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.
Чемпионский разряд
Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.