Двойка за проект. С общественных слушаний по проекту реконструкции территории Крымского вала и ЦДХ

24 февраля в ГТГ прошли общественные слушания по вопросу о застройке территории на Крымском валу. Прошли мощно, со скандалом, выкриками, накалом эмоций. Стороны высказались, но диалога не получилось. Жители района собрались обсуждать вовсе не проект, а снос, но вот это как раз решили без них. Зато к конструктивным предложениям многие оказались не готовы, что оказалось на руку тем, кто все это затеял.

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

26 Февраля 2009
mainImg

Многолюдное и возбужденное собрание в фойе Третьяковки было первым опытом проведения общественных слушаний, которые появились в качестве обязательной процедуры в новом градостроительном кодексе. До этого решения городских властей не обсуждались, о них информировали, причем часто лишь на уровне префектуры. А вообще-то участие жителей в градостроительных делах – это нормальная практика гражданского общества в западных странах, где это происходит посредством референдума. Общественные слушания в Москве – своего рода полумера, поскольку, во-первых, они ограничивают участников лишь теми, кто проживает или работает в данном районе и собственниками земельных участков. А во-вторых, голосования не было, вместо этого предлагалось подавать свои предложения и замечания, которые затем из протокола должны поступить на рассмотрение авторитетной комиссии. Подчеркнем, комиссия будет анализировать их, а учитывать или нет – неизвестно. Наконец, результаты она доложит городскому начальству, которое и будет принимать решение.

Но собравшиеся в тот вечер в фойе Третьяковской галереи ухватились и за эту невеликую возможность. Самым интересным оказалось то, что народ пришел обсуждать снос ЦДХ, не понимая, что этот вопрос решили без участия общественности. На слушания же был вынесен проект планировки территории, выставленный в приговоренном здании в течение предыдущих 2х недель.

Весь народный гнев и обстрел вопросами мужественно принял на себя главный архитектор города Александр Кузьмин. Доверить эту роль именно ему было дальновидно с точки зрения организаторов. Кстати, остальные чиновники в «президиуме» – представители от Москомнаследия, «Моспроета-2», Департамента природопользования, глава управы «Якиманка», депутаты Госдумы и Мосгордумы – вообще не высказывались, за исключением депутатов Сергея Митрохина и Евгения Бунимовича.

Как рассказал Александр Кузьмин, к сносу ЦДХ власти подвигла сама Третьяковка, пожелавшая поселиться в чем-то более современном и удобном для музейной работы. По словам главного архитектора города, галерея сама первая обратилась к властям с просьбой о новом здании, составила техзадание  (мифический документ, который мало кто видел и неизвестно, кто подписывал), и после чего городские власти не смогли уже никак отказать, и НИиПИ Генплана принялся за разработку проекта планировки.

Новое здание Третьяковки строится первым. Его планирует передвинуть к Садовому кольцу по требованию самих музейщиков. Зал этому не поверил, загудел, закричал «абсурд!», но Александр Кузьмин был готов доказать свои слова документом. Затем в новые объемы переезжают фонды и только после этого приступают к сносу ЦДХ. Вырученной площадкой из-под старого здания расплачиваются с инвестором за галерею, и там он уже строит неизвестно что, но высотой 55 метров. Здание художественной школы (самое страшноватое в этой компании) сохраняется. Площадь парка также практически не урезается, тем более, как заверил Александр Кузьмин, статус этой территории не позволяет застраивать более 30%. Парк даже выходит на набережную, для чего проезжая часть заглубляется. Ко всему прочему под Садовым кольцом возникает некий торговый комплекс, однако главный архитектор все время уклонялся от ответа на вопрос каким конкретно он будет, ссылаясь на то, что комплекс находится за границами территории.

При упоминании инвестиционного строительства собравшиеся громко негодовали, предлагали инвестору убраться за МКАД или стоить свое здание рядом, у магистрали, куда хотят переместить Третьяковку, а ЦДХ оставить в покое. Однако, как заметил Александр Кузьмин, на переселение галереи в городском бюджете денег нет, зато они есть у инвестора. Какого-то конкретного девелопера, как заверил главный архитектор, пока нет, как нет и архитектурного решения, и даже полной уверенности, что этот проект будет реализован (sic!). В том, что выставленные планшеты еще сильно изменятся, Кузьмин уверен. Потом, возможно, будет проведен инвестиционный конкурс, потом архитектурный, с представителями от союза художников, союза архитекторов, и только после всего этого начнется реализация.

Само же инвестиционное строительство скорее всего будет гостиницей – считает Александр Кузьмин, или даже выставочными залами для антикварного салона, поскольку статус территории исключает как жилье (квартиры), так и офисы. Развлекательных и торговых функций тут тоже вероятнее всего не будет, зато гостиницы, по словам Кузьмина, существуют при всех крупнейших музеях мира, что в этом плохого? «Во время кризиса надо быть готовым к тому, что он кончится», – заявил главный архитектор, и галерею строить надо в любом случае.

То, что с инвестором расплачиваются натурой, между прочим, территорией общего пользования, которую отнимают у москвичей, депутат Сергей Митрохин назвал прямым нарушением закона. Заданность коммерческой составляющей возмутила и депутата Мосгордумы Евгения Бунимовича. Он, напротив, убежден, что Россия свою национальную галерею может построить не за счет инвестора: «Если Третьяковку построил благотворитель и отдал городу, то абсолютно неприлично сегодня обустраивать эту галерею можно только за счет чьих-то частных интересов». А потом схема инвестиционного строительства объектов культуры уже доказала свою уязвимость в 1990-е гг., когда культурные здания получилась совсем не в той пропорции, в которой собирались, считает Евгений Бунимович: «Но уже театр Фоменко построен как просто театр. И было заявлено тогда, что мы так и будем строить культурные центры. Я думаю, мы должны просто убрать этот проект, а государство пусть подумает, как улучшить положение галереи и Дома художника. Все остальное – это натужные решения».

«Натужным» выглядел и сам проект, который профессор МАрхИ Евгений Асс назвал «грубой ошибкой», и те аргументы, какими пытались оправдать снос ЦДХ. В ходе дебатов выяснились такие мотивы сноса: неудовлетворительный внешний вид, в том числе реклама на крыше, плохое техническое состояние, неудобство для сотрудников Третьяковки. Однако, по мнению Асса, который участвовал в пяти проектах, связанных с этой территорией и самим зданием, в том числе по расширению и реконструкции залов, оно имеет гигантские ресурсы. А то, что инженерные системы не работают, так пришло время их менять – считает Асс, для сравнения – центр Помпиду уже два раза проходил ремонт. А сносить лишь потому, что кому-то это здание кажется «чемоданом» –  «это вообще опасный путь, – считает Асс. – Этот дом заслуживает того, чтобы с ним работать, его реконструировать».

Из слов директора Третьяковской галереи Родионова так и осталось непонятным, что именно не давало им спокойно работать в существующем здании. Родионов не скрывал, что этот дом он не любит, и от лица остальных сотрудников заявил, что они хотят красивого и современного. Того же, видимо, хочет и Масут Фаткулин, яростно защищавший свои права как собственника решать судьбу здания. Но, может быть, заявляя о больших неработающих площадях, Третьяковка и ЦДХ попросту не научилась грамотно их использовать? По новому проекту галерея получает плюс 20 % площади, т.е., грубо говоря, еще один зал, но оказывается вновь слитой в один объем с Домом художника, хотя хотела отделиться. Зато напоминающее букву «Г» здание становится экраном, вытянутым вдоль Садового кольца в зоне, наихудшей по загрязнению и вибрациям. Александр Кузьмин даже призвал жителей там не гулять, особенно с детьми. Под зданием галереи появляются подземные парковки, что попросту опасно для музейного хранения (их, возможно, что еще уберут под Садовое кольцо). И наконец, по заключению, сделанному известным реставратором Саввой Ямщиковым, сам переезд фондов и размещение галереи в указанном месте будут губительны для картин.

Возникает естественный вопрос – зачем идти на все эти жертвы, затевать в кризис многолетнюю стройку, лишать жителей парка на время строительства и подвергать риску наследие? Если бы дело касалось интересов культуры, то рациональным было бы оставить ЦДХ на месте и модернизировать его. Или, к примеру, выстроить новое здание ГТГ рядом со старым, в Лаврушинском, а на Крымском валу все отдать ЦДХ, как предложили из зала. (В Москомархитектуре, кстати, уже есть проект на набережной в Кадашах, но места там, по словам Кузьмина, хватит только под экспозицию, и главное – это бюджетный проект). Но культура, тут, к сожалению, ни при чем.

По мнению Евгения Асса, в этом деле лукавят все – «Третьяковка, которая собирается расширять свои площади. Лукавит НИиПИ Генплана, который делает бессмысленный проект по непонятному техзаданию. Лукавит главный архитектор города, который показывает проект и в то же время говорит «не смотрите на это, мы вам сделаем другой проект и ЦДХ, может, останется»». Видимо, как прозорливо заметил один из жителей, эту «вкусную» территорию Крымского вала кто-то уже приметил, и вопрос теперь лишь в том, куда выселить Третьяковку с Домом художника.

Позиция власти с этой истории была ясна с самого начала. Все иллюзии о возможности для населения как-то повернуть ход проекта разбились о саму постановку вопроса на слушаниях. Вместо того чтобы решать – сносить или нет, жителям предложили высказываться по поводу готового и откровенно халтурного проекта, с гигантской коммерческой составляющей в центре. «Как профессор МАРХИ, – заявил Евгений Асс собравшимся, – я поставил бы двойку за этот проект, он беспреспективный и бессмысленный». С Ассом согласен и архитектор Юрий Аввакумов, который признал, что представленный проект плох и не может быть улучшен. Его главная беда в том, что новым зданием Третьяковки авторы предлагают разорвать один длинный зеленый клин, который идет почти от Кремля и до Воробьевых гор.
 
Увы, несмотря на явно боевой настрой, общественность оказалась не готова к сопротивлению – ей следовало бы объединится, подумать над четкими формулировками, аргументами, требованиями. Вместо этого ценные замечания профессионалов просто потонули в раздраженных выкриках и невнятных мнениях остальных. Кричать всем залом «Долой проект!» и захлопывать сторонников проекта – аргумент совсем не весомый, путь этот бестолковый и тупиковый, причем на руку властям. К сожалению, судя по всему слушания-таки достигли того, чего хотели организаторы: покричали и разошлись.

Президиум. Фото Елены Петуховой, агентство архитектурной фотографии «Формат»
Фото Елены Петуховой
Фото Елены Петуховой
Александр Кузьмин и Сергей Митрохин. Фото Елены Петуховой
Александр Кузьмин. Фото Елены Петуховой
Евгений Бунимович. Фото Елены Петуховой
Андрей Бильжо. Фото Елены Петуховой
Евгений Асс. Фото Елены Петуховой
Юрий Аввакумов. Фото Елены Петуховой
Василий Бычков. Фото Елены Петуховой
Масут Фаткулин. Фото Елены Петуховой
Алексей Клименко. Фото Елены Петуховой
Григорий Ревзин и Рустам Рахматуллин. Фото Елены Петуховой


0

26 Февраля 2009

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Судьба ЦДХ–ГТГ на Крымском валу

ГТГ: ОМА
Бюро OMA представило проект реконструкции здания Третьяковской галереи на Крымском валу.
Плановая имитация
10 ноября в Общественной палате РФ состоялся круглый стол по проблеме публичных слушаний. Этот механизм работает в России уже год и применялся в том числе и при решении ряда крупных градостроительных вопросов, таких как реконструкция ЦДХ, актуализированный генплан Москвы, строительство «Охта-центра». Именно эти проекты и показали, что в своем нынешнем виде публичные слушания совершенно не эффективны – фактически они не учитывают, а манипулируют общественным мнением. Участники круглого стола попытались разобраться, почему это происходит, и предложить более приемлемые модели.
Двойка за проект. С общественных слушаний по проекту...
24 февраля в ГТГ прошли общественные слушания по вопросу о застройке территории на Крымском валу. Прошли мощно, со скандалом, выкриками, накалом эмоций. Стороны высказались, но диалога не получилось. Жители района собрались обсуждать вовсе не проект, а снос, но вот это как раз решили без них. Зато к конструктивным предложениям многие оказались не готовы, что оказалось на руку тем, кто все это затеял.
Надежда на молодых
Программа новой «Арх Москвы Next», о которой организаторы рассказали журналистам в прошедший вторник, призвана дать дорогу молодым архитекторам и стимулировать таким образом появление новой, живой, футуристической и творческой архитектуре. Архитектура последних 20 лет была объявлена одномерной и отцветшей, ей предлагается уступить место молодым.
ЦДХ и общественность. Заседание Общественной палаты...
На прошлой неделе обсуждением проблемы перестройки территории ЦДХ на Крымском валу занялась Общественная палата РФ. Обсуждение было напряженным, не только из-за разницы позиций присутствующих, но также и потому, что реального проекта пока никто не видел. Члены Общественной палаты неоднократно призвали к применению иных, цивилизованных механизмов контроля за подобными решениями, для чего вопрос с ЦДХ предложили вынеси на пленарное заседание и, возможно, даже в Госдуму. Василий Бычков призвал приостановить разработку проекта планировки этой территории, которым занимается сейчас НИиПИ Генплана.
«Апельсина» не будет». Интервью с Григорием Ревзиным
31 октября в павильоне России на XI венецианской биеннале планировалось провести презентацию проекта «Апельсин» – с участием представителей «Интеко», мастерской Нормана Фостера, правительственных комиссий, а также противников проекта. Несколько дней назад презентация была внезапно отменена, без каких-либо комментариев, руководством компании «Интеко». Куратор российского павильона ГРИГОРИЙ РЕВЗИН согласился дать Агентству архитектурных новостей интервью, в котором он делится своими предположениями относительно причин отмены представительной презентации проекта и мнением о проекте в целом.
Город архитектурных чудачеств
Во вторник в пресс-центре «РИА Новости» состоялся круглый стол, посвященный проблеме московского архитектурного наследия. Эту инициативу спровоцировал ряд недавних событий: открытие нового «Военторга», скандал с надстройкой дома Пастернака, нелепая история «подкопа» под Кремль рядом с Заиконоспасским монастырем, заявление столичного правительства о скором окончании реконструкции гостиницы «Москва», а также грозящая перестройка ансамбля Провиантских складов
Модернистское здание ЦДХ/ГТГ или «Апельсин» мастерской...
Мы задали известным московским архитекторам и представителям общественности два вопроса – нравится ли им проект «Апельсин» мастерской Фостера и надо ли, по их мнению, сохранять существующее здание ЦДХ/ГТГ, построенное в 70-е годы архитекторами Николаем Сукояном и Юрием Шевердяевым. Публикуем блиц-интервью с Юрием Аввакумовым, Евгением Ассом, Юрием Григоряном, Бартом Голдхоорном, Николаем Лызловым, Давидом Саркисяном и Михаилом Хазановым

Технологии и материалы

Паттерн золотой волны
Потолочные детали и настенные панно, выполненные из алюминия Sevalcon, превращаются в орнамент и оттеняют вереницу национальных узоров в интерьерах Центра художественной гимнастики, формируя переклички с основной иконической формой фасада здания.
Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Дюны, кварц и атом
Проект-победитель конкурса Малых городов для Соснового Бора: благоустройство парка и пляжа, вдохновленное северным ландшафтом, зеркалами и ядерной энергетикой.
Стеклянный ларец
Пражские архитекторы OV-A спроектировали штаб-квартиру производителя дизайнерского богемского стекла Lasvit в Нови-Боре: главную роль там играет корпус с фасадами из специально изобретенной стеклянной плитки.
Пресса: Как мир перенесет прививку от изоляционизма
«Мне странно теперь представить себе,— пишет Илья Эренбург в начале 1960-х, вспоминая 1914-й,— что можно было отправиться в другую страну, не заполнив анкеты, не проводя недели в ожидании — впустят или не впустят; но слово "виза" я услышал впервые во время войны; прежде не спрашивали даже паспорта».
Красный акцент
Коммерческое здание Stellar по проекту Sanjay Puri Architects в новом районе Ахмадабада привлекает внимание офисным «пентхаусом» из красного металла.
Течение линий
Пять домов квартала «Свобода» ЖК «Символ» – пример комплексной работы архитекторов над целостным фрагментом города, который стал воплощением того подхода к архитектуре, который в Москве ранее не встречался: все подчинено пластическому потоку – своего рода течению, подчеркнутому энергичным рисунком фасадов сродни «суперграфике».
Каркас по донцу
Проект-победитель конкурса Малых городов для Городца: комплексная программа обновления общественных пространств с углубленным анализом истории и культурных кодов места.
Зеркальная иллюзия на работе
Атриум офисного здания в центре Сеула превращен архитекторами OBBA в визуальный аттракцион, чтобы спасти сотрудников от рутины. При этом эффективность использования площадей достигает максимума, разрешенного СНиПами.
Город у большой воды
Концепция масштабной застройки на краю Воронежа, над водой водохранилища-«моря», использует прибрежный перепад высот для организации сложносоставного общественного пространства и уделяет много внимания силуэту и распределению масс, определяющих вид на будущий комплекс с другого берега реки.
Пол Флауэрс: «Инвестиции в архитекторов – это инвестиции...
Поговорили с вице-президентом по дизайну корпорации LIXIL, в состав которой с 2014 года входит GROHE, о новой премии WAF Water Research Prize, о микро- и макротрендах и о том, почему архитекторы и производители вместе смогут сделать для этого мира больше, чем по отдельности.
Паломничество в страну ар-деко
В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.
Дом в порту
Жилой комплекс на Двинской улице – первый случай современной архитектуры на Гутуевском острове. Бюро «А.Лен» подробно исследует контекст и создает ориентир для дальнейших преобразований района.
Дюжина видео-каналов в спину карантинному времени
Все вокруг советуют, как провести период изоляции с пользой. Мы собрали для вас YouTube-каналы, которые помогут не только скоротать время, но и узнать что-то новое, полезное – 12 об архитектуре, и еще несколько просто интересных. И БГ, если кто не видел.
Вместо плаца – парк
Архитекторы ChartierDalix приспособили исторические казармы Лурсин для юридического факультета университета Париж I: главную роль там играет созданный на месте плаца парк.
Взлетная полоса
Проект-победитель конкурса Малых городов для Гатчины: линейный парк в большом микрорайоне и возвращение памяти о первом военном аэродроме России.
Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.