Восемь памятников XX века в кризисе и после него

Санаторий в Паймио Алвара Аалто выставлен на продажу, лондонский комплекс Economist четы Смитсон отреставрирован, к ранней постройке Жана Пруве в Большом Париже пристраивают стометровую башню – а также новости из Детройта, Нью-Йорка и шотландской деревни Кардросс.

mainImg
Санаторий в Паймио пойдет с молотка
 
zooming
Санаторий в Паймио. Фото: LeonL via flickr.com. Лицензия Attribution 2.0 Generic (CC BY 2.0)

Ключевая постройка «классического» модернизма, туберкулезный санаторий в Паймио (1929–1933), выставлен на продажу. Это сооружение Алвара Аалто в 1960-е было превращено в обычную больницу, в наши дни оно функционировало как детский реабилитационный центр, а теперь, в ходе идущей в финской системе здравоохранения приватизации, оно будет продано; заявки возможных покупателей принимаются до 23 августа 2018. Уникальный с формальной и функциональной точки зрения памятник охраняется государством, однако перемены, которые принесет возможная смена функции, вызывают беспокойство.


Реставрация комплекса Economist в Лондоне
 
Комплекс Economist в Лондоне. Фото: Neil MacWilliams via flickr.com. Лицензия Attribution-NoDerivs 2.0 Generic (CC BY-ND 2.0)

Редакция журнала Economist, построенная по проекту Элисон и Питера Смитсонов в 1964, – известный образец брутализма. В отличие от жилого массива «Робин Гуд Гарденс» тех же авторов, от которого в ближайшее время останется лишь купленный музеем Виктории и Альберта кусок, в комплексе Economist сейчас завершилась первая очередь тщательной реставрации. Заказчик – девелопер Tishman Speyer, купивший здания в 2016, когда журнал покинул свою «резиденцию». Исполнители – бюро DSDHA. Теперь комплекс переименован в честь своих архитекторов Smithson Plaza. В ходе реновации первые этажи приобретают общественные функции: уже открылось кафе, в будущем планируется также найти арендатора-галерею. Все три корпуса, высотой 15, восемь и пять этажей, соответственно, будут более ресурсоэффективными. Фотографии результата реставрации – здесь.


Культурный центр Саутбэнк в Лондоне не станет памятником
 
Галерея Хэйвард в составе Центра Саутбэнк в Лондоне. Фото: ClemRutter via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International

Власти в четвертый раз отказались включить в список памятников Центр Саутбэнк, часть знаменитого ансамбля послевоенного модернизма на берегу Темзы. Центр, возможно, первый «полноценный» пример брутализма, состоит из галереи Хэйвард, концертного зала королевы Елизаветы и зала Перселла. Он был построен в 1963–1968 архитекторами из городского проектного отдела. Центр находится между уже получившими охранный статус «современниками» – Национальным театром и залом Ройял-Фестивал-холл. Однако, в отличие от них, он раз за разом оказывается отвергнутым Департаментом культуры, СМИ и спорта, который утверждает государственный список памятников. Первый раз заявку подавали еще в 1992; в этот раз отказ означает, что вновь просить о статусе можно только через пять лет. Занимающееся этой проблемой «Общество XX века» выразило свое возмущение решением чиновников, так как оно ставит под угрозу цельность комплекса. Несмотря на его хорошую сохранность и успешную реставрацию 2013 года, несколько лет назад не без труда удалось избежать его надстройки стеклянным объемом, и неизвестно, что ждет центр Саутбэнк без защиты государства в будущем.


Небоскреб AT&T в Нью-Йорке памятником станет
 
Здание AT&T на Манхэттене
David Shankbone via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY 2.5

Знаменитый пример постмодернизма с напоминающим шкаф Чиппендейла завершением и облицовкой из розового гранита, постройка Филипа Джонсона и Джона Берджи на Мэдисон-авеню, 550 (1984), оказался в центре борьбы девелоперов и защитников наследия в конце прошлого года. Тогда международную общественность возмутил проект нью-йоркского филиала Snøhetta, предполагающий замену существующей «базы» башни с вестибюлем на новый объем с остекленным главным фасадом. С тех пор интерьер фойе все же был демонтирован, но экстерьер не тронули, и именно он станет предметом охраны. В поддержку статуса памятника официально высказались видные деятели, включая, к примеру, Ричарда Роджерса. Не возражают против такого поворота и владельцы здания, которые значительно ограничили свои планы.


Народный дом 1930-х в Большом Париже может пострадать от высотной пристройки
 
zooming
Народный дом в Клиши. Фото: Lolo92110 via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International

Французское отделение Docomomo опубликовало открытое письмо, где Жан-Луи Коэн, Марио Ботта, Кенго Кума, Кеннет Фремптон и другие призывают защитить памятник раннего модернизма от катастрофического проекта реконструкции. Главная ценность Народного дома (1936–1939) – его сборный навесной фасад, один из первых таких фасадов во Франции, созданный Жаном Пруве и Владимиром Бодянским; также Пруве придумал для дома раздвижную крышу. Однако, несмотря на реставрацию на рубеже тысячелетий, памятнику никак не могли найти новую функцию, и поэтому мэр пригорода Клиши, где он находится, включил его в число объектов для реконструкции в ходе масштабного конкурса, охватившего Большой Париж – по типу проведенного чуть ранее конкурса для «малого» Парижа. Конкурс-тендер на реновацию Народного дома выиграли Руди Риччотти и девелопер Duval (рендеры их проекта можно посмотреть тут и тут), их соперниками были архитекторы Atelier Herbez Architectes и Сигэру Бан. Все три финалиста предлагали добавить к внесенной в список памятников в 1983 постройке башню. Вариант Риччотти, с «плетеным» фасадом, должен достигнуть 96 метров в высоту: в нижней части разместят гостиницу группы Hyatt (известного своей поддержкой архитектуры организатора Притцкеровской премии), выше – квартиры класса «люкс». В собственно Народном доме устроят рынок-фудкорт и мини-филиал Центра Помпиду, под ним – подземный гараж. Проблему для модернистской постройки представляет не только визуальное нарушение ее целостности, но и разрушение уникального фасада со стороны башни, которое неизбежно при закладке фундамента; кроме того, это крайне опасный прецедент. Тем не менее, проект Риччотти уже преодолел первый этап согласования. Печальная деталь: Народный дом включен в экспозицию текущей венецианской биеннале как важный пример общественного «свободного пространства».


Автовокзал в Престоне на севере Англии не снесли, а отреставрировали
 
zooming
Автовокзал в Престоне. Фото: Dr Greg via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution 3.0 Unported

Автовокзал – яркая постройка брутализма, работа бюро BDP 1969 года. Благодаря длине в 170 метров на момент строительства он оказался самым крупным в Европе. Элегантное сооружение к 2013 было приговорено к сносу, но «Обществу XX века» удалось добиться для него статуса памятника, и в 2015 RIBA провел конкурс на его реновацию и на строительство рядом молодежного центра (оно должно вскоре начаться). В ходе реставрации были очищены наливные полы производства Pirelli, оказавшиеся в прекрасном состоянии – как и скамьи и другие части здания из древесины ироко, а также белая плитка. Первоначальные надписи шрифтом Helvetica пришлось, однако, восстановить. Проектом занимаются архитекторы John Puttick Associates, фотографии обновленного здания можно посмотреть здесь.


Семинария святого Петра в Кардроссе лишилась своих покровителей
 
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)

Еще один памятник британского брутализма, католическая семинария святого Петра в деревне Кардросс близ Глазго, – одна из самых неудачливых построек Объединенного королевства. Она открылась в 1966; ее архитекторы, Gillespie, Kidd & Coia, специализировались на культовой архитектуре, однако не всегда их эффектные сооружения были функциональны (и потому часть их, несмотря на сравнительную молодость, не дожила до наших дней). Так случилось и с семинарией, которая закрылась через 13 лет после начала работы – частью из-за проблем со зданием, но также и из-за недобора студентов. В 1980-е постройку использовали как центр реабилитации наркоманов, но с 1990-х она была оставлена, хотя в 1992 приобрела статус памятника. Довольно быстро семинария превратилась в руину, однако разговоры о необходимости ее спасения велись постоянно. Фотографии здания в разные периоды его существования можно посмотреть здесь.
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)

С начала 2010-х им занялся коллектив NVA, автор и организатор крупных проектов в области современного искусства и музыки. Семинария стала пространством для его работ, там стали проводиться экскурсии. Конструкции укрепили, здание очистили от захвативших его кустов и асбеста, в планах было превращение его в постоянную арт-площадку. Однако NVA не получил в этом году привычной поддержки от государства и был вынужден закрыться, что вновь поставило под угрозу судьбу семинарии.


Ford купил заброшенный Мичиганский вокзал в Детройте и поручил его реконструкцию Snøhetta
 
zooming
Мичиганский вокзал в Детройте. Фото: Albert duce via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported

Вокзал в Детройте, включающий 70-метровый офисный корпус, открылся в конце 1913-го (архитекторы Reed & Stem и Warren & Wetmore), получил охранный статус в 1975, а последние поезда ушли с него в 1988. С тех пор масштабная постройка постепенно ветшала, однако сейчас у нее появились новые перспективы. Компания Ford, один из тесно связанных с Детройтом, его взлетом и упадком автомобилестроителей, купила здание площадью почти 50 тыс. м2 и планирует превратить его в центр исследований и развития будущих транспортных средств – для себя и для фирм схожего профиля. Проект приспособления здания разрабатывает Snøhetta; оно войдет в состав кампуса Ford Корктаун общей площадью более 110 тыс. м2. Его открытие назначено на 2022 год.

25 Июня 2018

Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
Бетон и искусство иллюзии
В парижском парке Ла-Виллет по проекту бюро Loci Anima реконструирован кинотеатр La Géode – геодезическая сферорама на бруталистском основании.
«Плавательный оперный театр»
Крытый бассейн начала 1970-х годов в Гамбурге, памятник архитектуры модернизма и одна из крупнейших оболочечных конструкций в Европе, реконструирован архитекторами gmp и конструкторами schlaich bergermann partner.
Вопрос аутентичности
Один из крупнейших и важнейших памятников чешского функционализма, здание Электрических предприятий в Праге, полностью реконструирован и теперь вмещает офисы холдинга WPP.
«Любимый пациент»
В Берлине открывается после реконструкции и реставрации по проекту David Chipperfield Architects Новая национальная галерея – позднее творение Людвига Мис ван дер Роэ.
Технологии и материалы
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Сейчас на главной
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
Консервация как комментарий
Для руинированной усадьбы Сумароковых-Миллеров, расположенной недалеко от Тарусы, бюро Рождественка предложило концепцию противоаварийных работ, которая помогает восстановить целостность объекта, не нарушая принципов охраны наследия. Временная мера не только стабилизирует памятник и защищает его от дальнейших разрушений, но также позволяет ему функционировать как общественный объект.
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
Лесные травы
Студия 40 создала интерьер ресторана FOREST в Екатеринбурге, руководствуясь необычным принципом – дизайн должен быть высококлассным и при этом ненавязчивым, чтобы все внимание посетителей было сосредоточено на кулинарных впечатлениях.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Баня по-царски
Бюро «Уникум» создало собственную версию идеального банного интерьера, отказавшись от расхожих трендов в пользу собственного уникального стиля – нео-русской готики, одновременно роскошной, интригующей и сказочной, что делает поход в эту баню настоящим побегом от серой реальности.
«Заря» над волнами
В проекте реконструкции муниципального пляжа «Заря» в Сочи от бюро V6 GROUP – террасирование, «текучий» бетон и открытый бассейн стали ответами на главные вызовы курорта: нехватку места, капризы моря и модернистскую айдентику местной инфраструктуры.
Белый конгломерат: AI-Architects
Белые цилиндры «слипаются», расширяются кверху и подсвечиваются изнутри, как гигантские лабораторные колбы. Внутри – атриум-амфитеатр, где наука становится зрелищем. Мы продолжаем публиковать конкурсные проекты ФИЦ оригинальных и перспективных биомедицинских и фармацевтических технологий и показываем концепцию от консорциума «АИ-АРХИТЕКТС+ТОЛК+ZLT+АрТех Лаб».
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Северный ветер
Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.
Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля
Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.