Восемь памятников XX века в кризисе и после него

Санаторий в Паймио Алвара Аалто выставлен на продажу, лондонский комплекс Economist четы Смитсон отреставрирован, к ранней постройке Жана Пруве в Большом Париже пристраивают стометровую башню – а также новости из Детройта, Нью-Йорка и шотландской деревни Кардросс.

Нина Фролова

Автор текста:
Нина Фролова

25 Июня 2018
mainImg
Санаторий в Паймио пойдет с молотка
 
zooming
Санаторий в Паймио. Фото: LeonL via flickr.com. Лицензия Attribution 2.0 Generic (CC BY 2.0)

Ключевая постройка «классического» модернизма, туберкулезный санаторий в Паймио (1929–1933), выставлен на продажу. Это сооружение Алвара Аалто в 1960-е было превращено в обычную больницу, в наши дни оно функционировало как детский реабилитационный центр, а теперь, в ходе идущей в финской системе здравоохранения приватизации, оно будет продано; заявки возможных покупателей принимаются до 23 августа 2018. Уникальный с формальной и функциональной точки зрения памятник охраняется государством, однако перемены, которые принесет возможная смена функции, вызывают беспокойство.


Реставрация комплекса Economist в Лондоне
 
Комплекс Economist в Лондоне. Фото: Neil MacWilliams via flickr.com. Лицензия Attribution-NoDerivs 2.0 Generic (CC BY-ND 2.0)

Редакция журнала Economist, построенная по проекту Элисон и Питера Смитсонов в 1964, – известный образец брутализма. В отличие от жилого массива «Робин Гуд Гарденс» тех же авторов, от которого в ближайшее время останется лишь купленный музеем Виктории и Альберта кусок, в комплексе Economist сейчас завершилась первая очередь тщательной реставрации. Заказчик – девелопер Tishman Speyer, купивший здания в 2016, когда журнал покинул свою «резиденцию». Исполнители – бюро DSDHA. Теперь комплекс переименован в честь своих архитекторов Smithson Plaza. В ходе реновации первые этажи приобретают общественные функции: уже открылось кафе, в будущем планируется также найти арендатора-галерею. Все три корпуса, высотой 15, восемь и пять этажей, соответственно, будут более ресурсоэффективными. Фотографии результата реставрации – здесь.


Культурный центр Саутбэнк в Лондоне не станет памятником
 
Галерея Хэйвард в составе Центра Саутбэнк в Лондоне. Фото: ClemRutter via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International

Власти в четвертый раз отказались включить в список памятников Центр Саутбэнк, часть знаменитого ансамбля послевоенного модернизма на берегу Темзы. Центр, возможно, первый «полноценный» пример брутализма, состоит из галереи Хэйвард, концертного зала королевы Елизаветы и зала Перселла. Он был построен в 1963–1968 архитекторами из городского проектного отдела. Центр находится между уже получившими охранный статус «современниками» – Национальным театром и залом Ройял-Фестивал-холл. Однако, в отличие от них, он раз за разом оказывается отвергнутым Департаментом культуры, СМИ и спорта, который утверждает государственный список памятников. Первый раз заявку подавали еще в 1992; в этот раз отказ означает, что вновь просить о статусе можно только через пять лет. Занимающееся этой проблемой «Общество XX века» выразило свое возмущение решением чиновников, так как оно ставит под угрозу цельность комплекса. Несмотря на его хорошую сохранность и успешную реставрацию 2013 года, несколько лет назад не без труда удалось избежать его надстройки стеклянным объемом, и неизвестно, что ждет центр Саутбэнк без защиты государства в будущем.


Небоскреб AT&T в Нью-Йорке памятником станет
 
Здание AT&T на Манхэттене
David Shankbone via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY 2.5

Знаменитый пример постмодернизма с напоминающим шкаф Чиппендейла завершением и облицовкой из розового гранита, постройка Филипа Джонсона и Джона Берджи на Мэдисон-авеню, 550 (1984), оказался в центре борьбы девелоперов и защитников наследия в конце прошлого года. Тогда международную общественность возмутил проект нью-йоркского филиала Snøhetta, предполагающий замену существующей «базы» башни с вестибюлем на новый объем с остекленным главным фасадом. С тех пор интерьер фойе все же был демонтирован, но экстерьер не тронули, и именно он станет предметом охраны. В поддержку статуса памятника официально высказались видные деятели, включая, к примеру, Ричарда Роджерса. Не возражают против такого поворота и владельцы здания, которые значительно ограничили свои планы.


Народный дом 1930-х в Большом Париже может пострадать от высотной пристройки
 
zooming
Народный дом в Клиши. Фото: Lolo92110 via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International

Французское отделение Docomomo опубликовало открытое письмо, где Жан-Луи Коэн, Марио Ботта, Кенго Кума, Кеннет Фремптон и другие призывают защитить памятник раннего модернизма от катастрофического проекта реконструкции. Главная ценность Народного дома (1936–1939) – его сборный навесной фасад, один из первых таких фасадов во Франции, созданный Жаном Пруве и Владимиром Бодянским; также Пруве придумал для дома раздвижную крышу. Однако, несмотря на реставрацию на рубеже тысячелетий, памятнику никак не могли найти новую функцию, и поэтому мэр пригорода Клиши, где он находится, включил его в число объектов для реконструкции в ходе масштабного конкурса, охватившего Большой Париж – по типу проведенного чуть ранее конкурса для «малого» Парижа. Конкурс-тендер на реновацию Народного дома выиграли Руди Риччотти и девелопер Duval (рендеры их проекта можно посмотреть тут и тут), их соперниками были архитекторы Atelier Herbez Architectes и Сигэру Бан. Все три финалиста предлагали добавить к внесенной в список памятников в 1983 постройке башню. Вариант Риччотти, с «плетеным» фасадом, должен достигнуть 96 метров в высоту: в нижней части разместят гостиницу группы Hyatt (известного своей поддержкой архитектуры организатора Притцкеровской премии), выше – квартиры класса «люкс». В собственно Народном доме устроят рынок-фудкорт и мини-филиал Центра Помпиду, под ним – подземный гараж. Проблему для модернистской постройки представляет не только визуальное нарушение ее целостности, но и разрушение уникального фасада со стороны башни, которое неизбежно при закладке фундамента; кроме того, это крайне опасный прецедент. Тем не менее, проект Риччотти уже преодолел первый этап согласования. Печальная деталь: Народный дом включен в экспозицию текущей венецианской биеннале как важный пример общественного «свободного пространства».


Автовокзал в Престоне на севере Англии не снесли, а отреставрировали
 
zooming
Автовокзал в Престоне. Фото: Dr Greg via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution 3.0 Unported

Автовокзал – яркая постройка брутализма, работа бюро BDP 1969 года. Благодаря длине в 170 метров на момент строительства он оказался самым крупным в Европе. Элегантное сооружение к 2013 было приговорено к сносу, но «Обществу XX века» удалось добиться для него статуса памятника, и в 2015 RIBA провел конкурс на его реновацию и на строительство рядом молодежного центра (оно должно вскоре начаться). В ходе реставрации были очищены наливные полы производства Pirelli, оказавшиеся в прекрасном состоянии – как и скамьи и другие части здания из древесины ироко, а также белая плитка. Первоначальные надписи шрифтом Helvetica пришлось, однако, восстановить. Проектом занимаются архитекторы John Puttick Associates, фотографии обновленного здания можно посмотреть здесь.


Семинария святого Петра в Кардроссе лишилась своих покровителей
 
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)

Еще один памятник британского брутализма, католическая семинария святого Петра в деревне Кардросс близ Глазго, – одна из самых неудачливых построек Объединенного королевства. Она открылась в 1966; ее архитекторы, Gillespie, Kidd & Coia, специализировались на культовой архитектуре, однако не всегда их эффектные сооружения были функциональны (и потому часть их, несмотря на сравнительную молодость, не дожила до наших дней). Так случилось и с семинарией, которая закрылась через 13 лет после начала работы – частью из-за проблем со зданием, но также и из-за недобора студентов. В 1980-е постройку использовали как центр реабилитации наркоманов, но с 1990-х она была оставлена, хотя в 1992 приобрела статус памятника. Довольно быстро семинария превратилась в руину, однако разговоры о необходимости ее спасения велись постоянно. Фотографии здания в разные периоды его существования можно посмотреть здесь.
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)
zooming
Семинария святого Петра в Кардроссе. Сентябрь 2017. Фото: Magnus Hagdorn via flickr.com. Лицензия Attribution-ShareAlike 2.0 Generic (CC BY-SA 2.0)

С начала 2010-х им занялся коллектив NVA, автор и организатор крупных проектов в области современного искусства и музыки. Семинария стала пространством для его работ, там стали проводиться экскурсии. Конструкции укрепили, здание очистили от захвативших его кустов и асбеста, в планах было превращение его в постоянную арт-площадку. Однако NVA не получил в этом году привычной поддержки от государства и был вынужден закрыться, что вновь поставило под угрозу судьбу семинарии.


Ford купил заброшенный Мичиганский вокзал в Детройте и поручил его реконструкцию Snøhetta
 
zooming
Мичиганский вокзал в Детройте. Фото: Albert duce via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported

Вокзал в Детройте, включающий 70-метровый офисный корпус, открылся в конце 1913-го (архитекторы Reed & Stem и Warren & Wetmore), получил охранный статус в 1975, а последние поезда ушли с него в 1988. С тех пор масштабная постройка постепенно ветшала, однако сейчас у нее появились новые перспективы. Компания Ford, один из тесно связанных с Детройтом, его взлетом и упадком автомобилестроителей, купила здание площадью почти 50 тыс. м2 и планирует превратить его в центр исследований и развития будущих транспортных средств – для себя и для фирм схожего профиля. Проект приспособления здания разрабатывает Snøhetta; оно войдет в состав кампуса Ford Корктаун общей площадью более 110 тыс. м2. Его открытие назначено на 2022 год.

25 Июня 2018

Нина Фролова

Автор текста:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Передышка на Манхэттене
Перестройка вестибюля небоскреба-«шкафа» Сони-билдинг Филипа Джонсона на Манхэттене: бюро Snøhetta запретили трогать фасад, который теперь получил статус памятника, зато им удалось устроить внутри большой зимний сад.
«Если проанализировать их сходство, становится ясно:...
Кураторы выставки о Джузеппе Терраньи и Илье Голосове в московском Музее архитектуры Анна Вяземцева и Алессандро Де Маджистрис – о том, как миф о копировании домом «Новокомум» в Комо композиции клуба имени Зуева скрывает под собой важные сюжеты об архитектуре, политике, обмене идеями в довоенной и даже послевоенной Европе.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни