Жить в дереве

Пять самых высоких жилых домов из дерева, технология их возведения и огнестойкость, а также возможное будущее такого строительства.

mainImg
Недавний материал Archi.ru о 8-этажном деревянном доме архитектора Герта Вингорда в Стокгольме (9-этажном, если считать мансарду) вызвал живую реакцию наших читателей. Мы решили развить эту тему и рассказать о зданиях из дерева высотой восемь этажей и выше – о том, как их строят, и о том, может ли древесина составить конкуренцию железобетону.

Технологии
zooming
Здание из CLT-панелей возводится в два раза быстрее традиционного железобетонного © Malin Hardestam
CLT-панели © Chris Philpot

Многоэтажные деревянные здания возводят по технологии Cross-laminated timber или X-lam – из крупногабаритных перекрестно-клееных панелей (CLT panels), которые выполняют всю работу колонн, балок и стропил традиционной системы. Обычно для их изготовления используется древесина ели. Высушенные деревянные ламели от 10 до 45 мм толщиной под давлением не менее 0,6 Н/мм2 перекрестно наклеиваются друг на друга при помощи связующего без содержания фенолформальдегидных смол. Благодаря перпендикулярному расположению волокон нивелируется анизотропность древесины, почти до минимума сводится эффект усыхания и значительно увеличивается несущая способность. Чаще всего используются панели от 3-х до 7 слоев толщиной.

Там же на производстве из получившихся элементов в соответствии с тщательно разработанными чертежами вырезаются панели вместе со всеми необходимыми проемами, в некоторых случаях – даже с каналами под электропроводку и коммуникации. Максимально возможные габариты – 16,5 м х 2,95 м х 0,5 м, но обычно их уменьшают по длине: ограничение на размеры накладывает необходимость транспортировки.
Строительство жилого дома Forté в Мельбурне © Chris Philpot

Далее все панели маркируются и вместе с детальной сборочной схемой перевозятся на строительную площадку. Это один из самых длительных этапов, так как зачастую крупногабаритные деревянные материалы путешествуют не только из одной страны в другую по суше, но и пересекают океан: так, для жилого дома в Мельбурне несущие конструкции изготавливались в Австрии.

На строительном участке остается только собрать все элементы в правильной последовательности – и это довольно сложная задача, признаются инженеры: большинство ошибок допускается именно при сборке. Но если их удается избежать, то процесс идет гораздо легче и быстрее, чем при возведении традиционных железобетонных многоэтажек. Четыре строителя и подъемный кран собирают 8-10-этажное деревянное здание за 9–10 недель, трудясь несколько дней в неделю. Эти перерывы в работе связаны с поэтапным подвозом панелей: если бы привозили весь комплект сразу, потребовался бы отдельный ангар для складирования стройматериалов. В итоге, получается примерно 3 рабочих дня на этаж – именно так шло строительство здания на улице Мюррей-гроув в Лондоне. Кроме скорости, возведение многоэтажных домов из древесины отличает чистота стройплощадки и относительная тишина монтажного процесса.
zooming
Установка CLT-панелей © Steve Cook-Willmott Dixon

Самые большие нагрузки в конструкции возникают в стыках между панелями стен и в местах примыкания к стенам перекрытий. Панели соединяются друг с другом при помощи штифтов, стальных пластин и ряда поставленных крест-накрест шурупов, порой достигающих 550 мм в длину.

Одно из неоспоримых достоинств современных конструкций из CLT-панелей – это их сравнительная легкость при высокой несущей способности: небольшой вес облегчает транспортировку, снижает нагрузку на фундамент и ускоряет процесс монтажа. Учитывая как затраченное на производство время, так и время непосредственной сборки на участке, все вместе выходит примерно в два раза быстрее, чем при возведении традиционных систем.

Клееные панели обладают высокими акустическими качествами: у них значительно более высокая плотность, чем у массивного бруса, а допуски при подгонке на строительной площадке не превышают +/-5 мм, тогда как в железобетоне они составляют 10 мм. Такое плотное прилегание увеличивает герметичность, сокращает тепловые потери и облегчает состыковку элементов конструкции.
 
В одном кубическом метре древесины секвестируется одна тонна диоксида углерода © Michael Green

Помимо прочего, производители и архитекторы подчеркивают экологичность этой технологии. Древесина – природный ресурс, который возобновляется быстрее, чем расходуется. Деревья поглощают диоксид углерода, и в течение жизни дерева он накапливается (секвестируется), до тех пор, пока растение не начнет гнить, разлагаться или не сгорит: тогда происходит обратный выброс CO2 в почву и в атмосферу. Таким образом, если здоровое дерево с накопленным в нем углеродом использовать в строительстве, возврата диоксида в окружающую среду не произойдет. Один кубический метр древесины сохранит в себе тонну СО2, а на месте срубленного дерева вырастет новое. В конце своей эксплуатации деревянные здания очень просто разбираются и идут на переработку, используются вторично или даже сами становятся источником энергии, например, в качестве органического топлива. Замещение древесиной некоторой доли объема ныне используемых в строительстве стали или железобетона – очень энергозатратных в производстве материалов – может привести к значительному сокращению выбросов СО2.
 
Огнестойкость
 
zooming
Поведение деревянной конструкции при пожаре: до возгорания, через 30 и через 60 минут горения © Malin Hardestam

Многие сомневаются в пожарной безопасности многоэтажных деревянных зданий. Безусловно, дерево горит, а сталь – нет, однако степень горючести не является показателем огнестойкости. Древесина обладает низкой теплопроводностью и может сохранять целостность структуры долгое время. Поджечь бревно, балку или толстую деревянную панель очень сложно, но если она все-таки загорелась, то горит очень медленно и по предсказуемой схеме.

При прогреве древесины примерно от 280°C на её поверхности образуется обуглившийся слой, который тлеет и изолирует собой сердцевину, осложняя поступление кислорода внутрь, что замедляет процесс горения. Тление массивной древесины происходит со скоростью около 0,5–0,8 мм в минуту: например, за 60 минут от 200-миллиметровой балки прогорит 30–50 мм внешнего слоя. Опасность обрушения наступает примерно при 500°C, так как при этой температуре защитный угольный слой раскаляется и воспламеняется. Предел огнестойкости – период времени, на протяжении которого деревянная конструкция сохраняет свою несущую способность – зависит от величины её сечения и размеров: чем больше габариты, тем сложнее происходит возгорание и медленнее идет процесс горения.

При таких же температурах негорючая, но теплопроводная сталь плавится, деформируется в разных направлениях и примерно при 450–500°C теряет свою несущую способность. Необработанная огнезащитой стальная конструкция обрушивается уже через 15 минут после начала пожара, при этом невозможно рассчитать, где именно произойдет обрушение. Поэтому основное преимущество деревянной конструкции при пожаре – это повышенная огнестойкость и предсказуемость поведения.

Почему это важно? Если пожар начался и не удалось нейтрализовать его источник, необходимо вывести людей из здания: для успеха эвакуации необходимо точно знать, сколько времени конструкция будет сохранять свою целостность и где именно она обрушится. При горении деревянных конструкций это время расчетное и место их обрушения предсказуемое. Кроме того, горящая древесина выделяет умеренное количество дыма, который редко бывает токсичным. Эти естественные свойства вкупе с современными технологиями огнеупорной обработки показывают хорошие результаты.

Для предупреждения возгорания производится заводская обработка конструкций антипиренами, а для нейтрализации источника – устанавливаются системы оповещения и спринклерные системы.
 
Самые высокие деревянные дома

8 этажей: Bridport House, Лондон
Bridport Pl London
Karakusevic Carson Architects
 
zooming
Bridport House © Ioana Marinescu

При выборе типа несущего остова архитекторы руководствовались критериями веса конструкции: под строительным участком проходит труба водостока XIX века, которую было необходимо сохранить. Традиционное железобетонное здание вышло бы неприемлемо тяжелым, поэтому выбор пал именно на перекрестно-клееные панели.
Bridport House. Фото с сайта www.ketley-brick.co.uk
Bridport House © Ioana Marinescu
zooming
Bridport House: вход в здание изнутри и снаружи © Ioana Marinescu
zooming
Bridport House. Фото с сайта www.storaenso.com

Bridport House заместил собой старый 5-этажный дом 1950-х годов постройки. В здании 41 квартира, жители первого этажа получили собственный выход на улицу и патио, а жители остальных 33 квартир – просторные балконы. Фасад облицован кирпичом, а выступающие балконы – медными листами. Несущий остов здания из перекрестно-клеёных панелей был собран за 12 недель.
Bridport House: установка CLT-панелей 1-го этажа © Rahul Patalia
zooming
Жилой дом Bridport House в Лондоне: ограничения участка © Rahul Patalia
Bridport House: устройство фундамента © Rahul Patalia
zooming
Bridport House. Аксономерия © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House. Поперечный разрез © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House_продольный разрез © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House. Мастерплан © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House. 1 этаж © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House. 3 этаж © Karakusevic Carson Architects
zooming
Bridport House. 8 этаж © Karakusevic Carson Architects


9 этажей: Stadthaus
24 Murray Grove London
Waugh Thistleton Architects
Жилой дом Stadhaus в Лондоне © Waugh Thistleton Architects

В лондонском доме номер 24 по улице Мюррей-гроув на 9 этажах располагаются 29 квартир двух разных типов: коммерческие, находящиеся в собственности своих жильцов, и съемные, принадлежащие жилищной ассоциации Metropolitan Housing Trust. Социальный блок занимает первые четыре этажа, коммерческий – последние пять, причем эти блоки полностью изолированы друг от друга.
Жилой дом Stadhaus в Лондоне. Генплан и план 1-го этажа © Waugh Thistleton Architects

Переход от одного блока к другому отражен в рисунке фасадов: на уровне 4-го этажа серые панели сменяются белыми. Фасад облицован 5000 панелями (1200 мм х 230 мм), на 70% состоящими из переработанных отходов деревообрабатывающей промышленности. Их рисунок напоминает игру светотени, создаваемую в течение дня на фасадах окружающей застройкой и деревьями.
zooming
Жилой дом Stadhaus в Лондоне © Waugh Thistleton Architects

Несмотря на то, что технология строительства из клееных панелей – дороже, чем традиционная железобетонная, она помогает сэкономить на строительном участке. Например, для возведения аналогичной конструкции из железобетона понадобилось бы примерно 72 недели, тогда как это здание было построено за 49. При этом саму несущую конструкцию собрали четыре строителя за 27 рабочих дней, работая 9 недель по 3 дня в каждой. Также не пришлось использовать дорогостоящий башенный кран: обошлись подвижным грузоподъемным и строительными лесами для работ по облицовке фасада.
Жилой дом Stadhaus в Лондоне. План 2-4-го этажей © Waugh Thistleton Architects

Более подробно о пространственной планировке и об экологической составляющей проекта можно прочитать здесь.
Жилой дом Stadhaus в Лондоне. План 5-9-го этажей © Waugh Thistleton Architects
Жилой дом Stadhaus в Лондоне © Waugh Thistleton Architects


9 этажей: Via Cenni, Милан
Rossiprodi Associati s.r.l.
zooming
Жилой комплекс Via Cenni. Фото с сайта makbuilding.eu

Впервые высотная конструкция из перекрестно-клееных панелей используется в условиях сейсмоопасного региона: на окраине Милана вероятность землетрясений не очень высока, но все же существует, и технология X-Lam удовлетворяет всем требованиям строительства в таких районах.
zooming
Жилой комплекс Via Cenni. Фото с сайта makbuilding.eu
Жилой комплекс Via Cenni © Gaia Cambiaggi

Жилой комплекс общей площадью 17000 м2 состоит из четырех 9-этажных башен, соединенных 2-уровневым стилобатом. В комплексе – 124 квартиры размером от 2-х до 4-х комнат (от 50 до 100 м2). Башни 13,6 х 19,1 м в плане и 27,95 м высотой – однотипные, но не одинаковые: индивидуальный облик формируется рисунком балконов.
zooming
Жилой комплекс Via Cenni. Фото с сайта carron.it
zooming
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati
zooming
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati

Конструктивная толщина стен уменьшается на 20 мм через каждые два-три этажа: на первом она составляет 200 мм, на девятом – 120 мм. Полы – 200 и 230 мм (7 слоев). Пролеты меньше 5,8 м перекрываются 5-слойной панелью 200 мм, а пролеты меньше 6,7 м – 7-слойной 230-миллиметровой. Стыкуются панели с помощью специальных соединительных шурупов от 200 до 550 мм длиной.
zooming
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati
zooming
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati
zooming
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati
Жилой комплекс Via Cenni © Rossiprodi Associati



Район, где расположено здание, представляет собой череду традиционных итальянских фермерских домиков – с одной стороны, и комплекс городских административно-деловых, промышленных и коммерческих зданий – с другой. Идеей проекта было соединение этих двух типов застройки и создание пограничного пространства – перехода от городской типологии к сельской. За счет наличия в доме квартир разных типов (от 65 м2 до 125 м2) и общественных пространств различного назначения архитекторы хотели сформировать среду, пригодную для возникновения локального сообщества и создать центр притяжения для всего района.

10 этажей: Forté, Мельбурн
807 Bourke Street, Victoria Harbour
Девелопер – Lend Lease
zooming
Forté © Lend Lease

При высоте 32,17 м Forté считается самым высоким деревянным зданием в мире: в нем 10 этажей, возведенных всего лишь за 11 месяцев, причем для установки деревянной несущей конструкции потребовалось 38 рабочих дней. В доме – 23 квартиры: 7 однокомнатных (59 м2), 14 двухкомнатных (80 м2) и 2 двухкомнатных пентхауса (102 м2).
Forté © Lend Lease

Фундамент и первый этаж выполнены из железобетона: кроме передачи нагрузки на грунт, он защищает вышележащую деревянную часть от характерной проблемы региона – атак термитов. Все остальные элементы сделаны из перекрестно-клееных панелей – от стен и потолков до лифтовых шахт и лестниц. Стены – 5-слойные панели 128 мм с 13-миллиметровым слоем огнеупорной штукатурки с двух сторон. Полы – панели 146 мм с 16-миллиметровым слоем огнеупорной штукатурки. Предел огнестойкости этих конструкций составляет 90 минут. Внешняя стена, приближенная к соседнему участку на 6 метров, утолщена для дополнительной защиты от огня в этом направлении. Металлические крепления панелей к стенам скрыты стяжкой. Лифтовая и лестничная шахты выполнены в двойных стенках: по расчетам проектировщиков, в случае обрушения части здания они смогут сохранить целостность и несущую способность.
zooming
Forté © Lend Lease
zooming
Forté © Lend Lease
Стройплощадка © Chris Philpot

Фасады облицованы алюминиевыми панелями, балконы, являющиеся продолжением панелей перекрытия, покрыты полиуретановой гидроизоляционной мембраной, а затем – плиткой по стяжке. Деревянные CLT-панели оставлены открытыми только на потолках лоджий и на одной стене в интерьере каждой квартиры.
CLT-панели © Chris Philpot
CLT-панели © Chris Philpot
Жилой дом Forté в Мельбурне. План типового этажа © Lend Lease

В лоджиях отведено место под мини-огороды, а атмосферные осадки собираются и используются для технических нужд, в том числе – в спринклерной системе.
Жилой дом Forté в Мельбурне. Конструкция фасада © Lend Lease
Жилой дом Forté в Мельбурне. Конструкция окна © Lend Lease
Жилой дом Forté в Мельбурне. Конструкция парапета © Lend Lease


14 этажей: Treet, Берген
Damsgårdsveien 99
ARTEC Arkitekter / Ingeniører
zooming
Жилой дом Treet © BOB

В норвежском городе Берген идет строительство 49-метрового деревянного дома – самого высокого в мире на сегодняшний день. Уже продана половина из 62 будущих квартир, и в октябре 2015 жильцы должны расселиться по его 14 этажам.

Все вертикальные нагрузки несут клееные (gluelam) вертикальные деревянные фермы (колонны сечения 495 х 495 мм и 405 х 650 мм, раскосы – 406 х 405 мм), а из CLT-панелей возведены лестницы, лестничные и лифтовые шахты, стены и перекрытия. Период огнестойкости основной несущей системы (ферм) – 90 минут, вторичной (CLT-панелей) – 60.
Treet. Последовательность возведения © reThinkWood
Treet - конструктивная модель © Rune Abrahamsen
Treet - конструктивная модель © Rune Abrahamsen
Treet. План типового этажа © Rune Abrahamsen

Одной из основных задач проекта было найти способ сопротивления легких деревянных конструкций высоким ветровым нагрузкам приморского города. Чтобы прибавить зданию массы, увеличить жесткость, связав между собой фермы, и уменьшить амплитуду качания, были добавлены три бетонные плиты в качестве перекрытий – на уровне пятого и десятого этажей и в роли крыши. Таким образом, максимальное горизонтальное отклонение ферм на вершине здания – 71 мм, что составляет 1/634 высоты здания: это удовлетворяет норвежским нормам в 1/500.
Жилой дом Treet © BOB
Жилой дом Treet © BOB
Жилой дом Treet © BOB

Ветреная и сырая погода повлияла не только на конструктивное решение, но и на внешний вид дома: северный и южный фасады остеклены, западный и восточный – облицованы металлическими панелями.
zooming


Возможное будущее

Стоимость конструкций из CLT-панелей пока остается довольно высокой. Это связано, в основном, с ограниченным числом игроков на рынке: в мире существует всего 2–3 крупных производителя, и большая доля затрат приходится на транспортировку материалов из Австрии – основного поставщика – по всему миру. По иронии судьбы, кроме финансовых расходов, это «обеспечивает» значительный выброс СО2 – чего так старательно избегали, превращая дерево в стройматериал.

Но сторонники CLT-технологии не унывают: они уверены, что будущее за деревянными небоскребами. Комбинируя железобетонное ядро с деревянной вторичной несущей системой, или, наоборот, деревянные стойки и балки – с монолитными перекрытиями, можно возводить здания в 25–30 и даже 40 этажей. Производятся многочисленные инженерные расчеты, доказывается возможность построения здания такого типа всего за неделю, представляются на суд общественности научные работы и разрабатываются возможные архитектурные решения деревянных многоэтажек.

Канадский архитектор Майкл Грин, один из самых известных популяризаторов идеи деревянного высотного строительства, надеется, что его родной Ванкувер станет лидером по количеству деревянных высоток, а эра железобетона завершится вслед за XX веком: «Я никогда не видел, чтобы люди, заходя в одно из моих зданий, обнимали стальную или бетонную колонну, но они делали это с деревянной!»

26 Августа 2014

Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Модульная ротонда
Круглое в плане офисное здание с деревянно-бетонным каркасом по проекту HENN строится в Юлихе на западе Германии: оно должно стать центром инновационного бизнес-парка.
Тропа к центру Земли
Посетительский центр в Национальном парке ледника Снайфедльсйёкюдль в Исландии, спроектированный бюро Arkis, служит также смотровой платформой и пропускает через себя пешеходную тропу.
Змея на берегу
Деревянная тропа вдоль берега реки Тежу, спроектированная бюро Topiaris, связывает пешеходным и велосипедным маршрутом входящие в агломерацию Большой Лиссабон муниципалитеты Лориш и Вила-Франка-ди-Шира.
Храм тенниса
Павильон теннисного клуба в Праге по проекту Pavel Hnilička Architects+Planners напоминает маленький античный храм с деревянной конструкцией.
Технологии и материалы
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Сейчас на главной
Добро пожаловать в мультфильм!
Студия ZARDECO с легкостью демонстрирует свой широкий креативный диапазон в интерьере ивент-пространства ONE TABLE art.studio, в котором с первого взгляда узнается источник вдохновения – знаменитый советский мультфильм «Алиса в Стране чудес».
Красный след на холме
В холмах итальянской области Марке, среди бескрайних пшеничных полей, открылся новый корпус фабрики пасты Mancini Pastificio Agricolo по проекту Stefano Boeri Architetti.
Колючий фасад
Флагманский бутик Urban Revivo по проекту MVRDV в пекинском районе Саньлитунь как будто ощетинился алюминиевым фасадом из множества выступающих деталей.
Силуэты прошлого
Архитектурная мастерская ЕЛЬ разработала концепцию сквера, который поможет сформировать общественный центр в старинном селе Николаевка Ульяновской области. Дизайн малых архитектурных форм вдохновлен историко-культурным наследием этого края: деревянным зодчеством, ныне руинированными храмами и усадьбами, силуэтами кирпичного моста и винокуренного завода.
Тихое великолепие
Бюро Kozeen + Rueda продолжает сотрудничество с ювелирным брендом компании АЛРОСА – ALROSA Diamonds, создав для нее второй бутик ювелирных украшений в Москве и ища вдохновение не в сиянии самых твердых на свете драгоценных камней, а в аутентичном контексте региона, где эти камни добываются вот уже почти 70 лет.
Москва без возражений
В Музее Москвы с 1 по 16 августа работает выставка «70 лет созидания», приуроченная к 70-летию Дня строителя. Если вы устали от рутины и мечтаете о празднике, вам сюда. Если у вас есть дети, которых нечем занять в августе, срочно идите в Музей Москвы, тем более что вход на выставку бесплатный. Если вы историк-реконструктор и обожаете советское ретро, вам тоже сюда: здесь немало аутентичного винтажа. Если вы строитель – приглашайте друзей и родственников: вам есть чем гордиться.
Гора знаний
Бюро Storaket разработало концепцию школы для села Дебет в родной Армении. Здание встроено в рельеф: в сторону долины оно раскрывается трехэтажным объемом, а к дороге обращено туннелеобразным входом и частично озелененной скатной кровлей. Адаптивные учебные пространства концентрируются вокруг центрального дворика.
Реинкарнация горы и лотоса
По проекту бюро АСАДОВ в Благовещенске построен новый пассажирский терминал Международного аэропорта имени Николая Муравьева-Амурского (Игнатьево), который свяжет российские горда с Китаем и Вьетнамом. Аэропорт получил сквозной дизайн: фасадное решение, интерьеры и благоустройство площади-парка основаны на треугольном модуле и единой цветовой гамме, которые отсылают к необычным явлениям амурского края – дальневосточному лотосу, «горящим горам» и космодрому «Восточный».
ДонГТУ: бакалавры 2026
Предлагаем три работы бакалавров Донского государственного технического университета, выпускников кафедры «Градостроительство и проектирование зданий». Руководители Юрий Дворников и Валерия Шеин выбрали для публикации проекты образовательного комплекса и библиотеки в Ростове-на-Дону, а также Академию танца в Элисте.
Ностальгия по стилю
Бюро Muno Design разработало дизайн для первой в Москве кофейни сети «Зацепи кофе», успешно развивающейся в Краснодарском крае и вышедшей на столичный рынок, уверенно заявив о себе интерьером, в котором найдет баланс между теплым консерватизмом и экстравагантным футуризмом.
Не время собирать камни
В Китае завершено строительство Площади культуры Шэньчжэньского залива по проекту бюро MAD: Ма Яньсунь разбросал по берегу «валуны».
Открытый дом закрытых клубов
Архитектура этого дома столь же индивидуальна, как организация, которая его занимает. A-House – мультикультурный хаб, призванный объединить активные, творческие и платежеспособные городские сообщества: банкиров, инвесторов, девелоперов, архитекторов, арт-дилеров, коллекционеров, художников.
Дизайн баров в СССР на примере Риги 1980-х
Основатель бюро «Архип» Евгений Леонов составил впечатляющую подборку интерьеров рижских баров и ресторанов, которые за 50 лет не потеряли привлекательности: мягкая кожа, латунь, стеклоблоки и деревянные панно выглядят как никогда актуально. Но главный секрет очарования этих пространств – в тотальном дизайне и индивидуальном подходе, часто вынужденном из-за дефицита. Консультант в подготовке обзора – мама архитектора, Галина Шепсе-Леонова.
Балтийская экосистема
Обновление бренда компании «Балтика» потребовало радикальной реконструкции офиса. Вместо архаичной системы кабинетов бюро DESIGNIC создало современную и стильную рабочую среду – полноценную «экосистему», в дизайне которой высокие технологии сочетаются с балтийской романтикой.
Забайкальская огранка
В облике гостиницы для Читы бюро Megabudka предложило необычное сочетание мотивов Грановитой палаты с местным модерном. Треугольный объем основного здания окружен цветными деревянными домиками, воспроизводящими архетипы исторической застройки и восстанавливающими утраченный периметр.
Пресса: "Пусть город наполнится центрами досуга и общения"....
Руководитель архитектурного бюро "Эмпейт" Марина Егорова и директор по градостроительной деятельности ГК "А101" Татьяна Гук, на рубеже 2010-2020-х работавшие в Институте Генплана Москвы буквально бок о бок (Марина была заместителем Татьяны), так и не пересеклись на последней "Арх Москве", где по инициативе "Эмпейт" обсуждался кризис институций в архитектурно-градостроительной сфере. Однако нашли время, чтобы встретиться для беседы об актуальных проблемах профессии.
Под крылом полярной совы
Новый Уренгой – газовая столица России, крупнейший город Ямало-Ненецкого автономного округа с населением 110 000 человек. В 2025 году, к 50-летнему юбилею там решили построить масштабный многофункциональный культурный центр. Работы близятся к завершению, в конце 2026 года объект войдет в строй. Не так давно он получил официальное название – арт-центр «ГАЗ».
Тюремные схемы
Многоквартирный дом The Martin в Амстердаме – часть жилого района, спроектированного бюро OMA с опорой на планировку существовавшей на этом месте тюрьмы.
Лес в городе
В концепции Бизнес-центра Эко в Берёзовском под Екатеринбургом здание буквально отрывается от земли, а границы первого этажа намеренно нивелируются: так архитекторы из бюро Алкута подчеркнули роль БЦ как общественного центра, сделав пространство вокруг максимально приглашающим.
Загляденье в Новоселье
В Санкт-Петербурге подвели итоги открытого конкурса на разработку концепции благоустройства общественной территории жилого комплекса «Загляденье» на территории городского поселка Новоселье. На конкурс поступило свыше 20 работ. Победителем был объявлен творческий коллектив 3BY THREE из Воронежа. Показываем проекты победителя и призеров.
Близкое соседство
Новое здание детского сада и начальной школы в парижском пригороде Пантен по проекту Marjan Hessamfar & Joe Vérons architectes urbanistes «отвечает» крупному комплексу складов 1930-х через улицу.
Проекция спирали, проекция волны
Архитекторы «Мезонпроект» спроектировали высотный жилой комплекс из четырех башен – недалеко у пересечения Новой Риги и Москвы-реки. Доминантность мотивирована как соседством Рублева-Архангельского с его СберСити, так и темой столкновения двух потоков: водного и автомобильного. Фасадный паттерн авторы подчинили суперграфике пиксельной спирали – она призвана оживить, а может быть, даже и трансформировать восприятие призматических объемов.
Чикагские лауреаты 2026
Среди призеров премии International Architecture Awards 10 заявок из России: пять реализаций и пять проектов. Что особенно радует, две из них – в номинации «Музеи и культурные центры»: Театр Камала и Пермская художественная галерея. Коротко рассказываем обо всех.
МАРХИ 2026: комплексные решения городских пространств
Представляем шесть выпускных работ, подготовленных бакалаврами кафедры «Архитектура жилых зданий» под руководством Дмитрия Величкина, Николая Голованова и Виолетты Пилипенко. Одна из них удостоена Золотой медали МАРХИ.
Без острых углов
Можно ли выразить философию бизнеса средствами интерьерного дизайна? Именно такую задачу поставила перед собой команда T+T Architects, проектируя офис девелоперской компании STONE. Статус здесь подчеркнут без показной роскоши, а корпоративные ценности воплощены без громких деклараций – в пластике, материалах и организации пространства.
Балансируя на грани
Бюро NOWADAYS office разработало дизайн концептуального магазина SV Moscow в историческом особняке на Тверском бульваре, комбинируя старые и новые элементы и приемы, чтобы создать узнаваемый интерьер, способный удивить и восхитить настоящих знатоков экспериментальной моды.
Пресса: Я живу в маленьком домике. Большое интервью с архитектором...
Архитектор Михаил Белов застал четыре больших периода в архитектуре: позднесоветский, «лихие девяностые», «лужковский» и сегодняшний. И не просто застал, а активно проектировал и строил, иногда вопреки обстоятельствам. Для спецпроекта «Люди эпохи» мэтр рассказал, что такое «бумажная архитектура», вспомнил, как японец-якудза заказывал ему проект русского ресторана, похвалил Сталина, поругал Татлина, а ещё объяснил, почему Натали не должна быть выше Пушкина — по крайней мере, в лужковской Москве