«Работа с деревом требует отличной подготовки, иначе ничего не выйдет»

Олави Копонен, мастер финской деревянной архитектуры, рассказал Архи.ру о своих домах и школах, а также о том, почему в ЕС построек из дерева скоро станет намного больше.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
Олави Копонен – участник прошедшего в московском Центральном доме архитектора фестиваля Nordic Wood, организованного проектом АРХИWOOD при поддержке Союза московских архитекторов (СМА), журнала «Проект Балтия», а также при партнерском участии HONKA, Посольства Королевства Норвегия в России, компании «Вельский лес» и агентства «Правила Общения».

Архи.ру: До того, как получить архитектурное образование, вы изучали политологию в СССР. Почему вы решили учиться в Москве? Вы были коммунистом?


Олави Копонен: Да, был – когда был молод. Я увлекся этим еще лет в 14–15, в 1960-е годы, когда по всей Европе усилилось левое движение, в первую очередь, студенческое. В Финляндии в 1970-е оно слилось с существовавшими партиями, часть участников ушла к социал-демократам, а самые радикальные примкнули к компартии. Я пробыл в Москве с 1979 по 1981 годы, когда учился в Институте общественных наук при ЦК КПСС – это была специальная партийная школа для коммунистов из западных стран.

Вы уже тогда хотели стать архитектором?

Нет, вначале я даже собирался остаться в СССР подольше, закончить Академию общественных наук при ЦК КПСС, но потом решил вернуться в Финляндию и поступить в архитектурный вуз. Я уже тогда занимался живописью и рисовал, в партийной школе написал большой портрет Отто Куусинена [крупный финский и советский политический деятель, участник международного коммунистического движения – прим. Архи.ру], а еще изобразил советских лидеров, играющих панк-рок – картинку для песенника, который выпустили в школе. Потом кто-то со стороны это увидел, и весь тираж конфисковали.

Неужели в партийной школе была такая либеральная атмосфера?

Да, например, наша преподавательница философии, у которой была докторская диссертация о культе личности и которая ходила в православную церковь, шутила: «С 1960-х они больше не казнят инакомыслящих, у них есть два варианта, куда их деть – сибирское отделение Академии наук и партийная школа». Другой преподаватель философии, который одновременно работал в школе КГБ, тоже придерживался весьма радикальных взглядов. Это были люди, которые хорошо представляли себе реальное положение вещей в стране, им не было нужды лгать. Например, перед возвращением в Финляндию у меня был долгий разговор с нашим профессором экономики. Это был уже немолодой человек, ведущий сотрудник Института СЭВ, советник А.Н. Косыгина [председателя Совмина СССР в 1964–80 – прим. Архи.ру], он сказал мне, что Советский Союз и все социалистические страны через несколько лет ждут большие изменения, революция крупнее, чем в 1917, и тогда им всем наступит конец. Он и подобные ему люди знали настоящие статистические данные и понимали, что все рушится.
zooming
Олави Копонен. Фото предоставлено организаторами фестиваля Nordic Wood
Вилла Langbo. Фото © Jussi Tiainen

Давайте теперь обратимся к архитектуре. В Финляндии вы строили из дерева небольшие дома, а во Франции – крупные общественные сооружения, школы, спорткомплексы. В чем причина такой разницы между вашей практикой в двух странах?

Сейчас я работаю почти исключительно во Франции, и переезд туда был вызван случаем. Большую парижскую выставку об «устойчивой» архитектуре «Жить экологично», куда вошел мой «идеальный» проект жилья нового типа для столичного пригорода Булонь-Бийанкур, весной 2010 показали в Гренобле, и после этого я получил оттуда предложение о сотрудничестве от Вероники Климин (Véronique Klimine), основательницы бюро R2K Architectes. Ей очень понравился мой проект, и, так как она знала, что раньше я не занимался общественными зданиями, она предложила мне поработать над такими проектами в партнерстве с ее мастерской. И в октябре 2010 я насовсем перебрался в Гренобль. Это альпийский регион, где много лесов. Сейчас бюро R2K Architectes уже 16 лет, и они постоянно строят из дерева, причем они были среди первых архитекторов, кто продвигал этот материал в общественных проектах.

Вероятно, разница между виллами – «объектами в ландшафте» и крупными, почти утилитарными сооружениями была очень большой …

Да, это совершенно другое явление. Они как минимум в 10 раз больше, чем привычный для меня масштаб. Во-вторых, с крупными проектами невозможно удержать в своих руках весь процесс, а до того я практически всегда работал один. В начале сотрудничества с R2K Architecte я был почти в отчаянии: оставляешь кому-нибудь проект утром, а днем ты уже не можешь его узнать. Сейчас, впрочем, стало легче. Кроме того, надо соблюдать более жесткий график.
Вилла Langbo. Фото © Jussi Tiainen

В Финляндии тоже есть общественные здания из дерева. Но вы делали только проекты частных домов – это был ваш выбор?

Нет, у меня просто не было возможности заниматься чем-то другим. Я пытался переломить ситуацию, но ничего не выходило. Я приобрел авторитет, я получал награды, я получил эту почетную должность «профессор-художник» (Artist Professor), но реальные проекты я получить не мог.
Вилла Langbo. Фото © Jussi Tiainen

Какова сейчас ситуация во французском деревянном строительстве?

В последние годы во Франции строится много государственных объектов из дерева – по инициативе властей. В стране высокая безработица, поэтому в лесистых районах – в горах, а также в Бретани и Нормандии – политики таким образом поддерживают местную лесозаготовительную промышленность. Мы реализовали в ноябре 2012 проект группы из 5 школ в Лимей-Бреванне близ Парижа, и построить эти школы из дерева хотел именно местный мэр, человек, кстати, коммунистических взглядов. Существуют специальные государственные субсидии для сооружений из дерева, потому что они примерно на 20% дороже, чем бетонные. Дороги именно крупные, многоэтажные сооружения, т. к. достигнуть требуемых акустических и других стандартов в дереве труднее.

А живы ли там традиционные методы деревянной архитектуры?

Во Франции строительство из дерева тесно связано с германской традицией. Например, инженеры-специалисты по дереву, которые всегда с нами работают, в большинстве своем учились в Швейцарии. Это выражается в предпочтении определенных типов врубки и т. д., это сильно отличается от скандинавской традиции. В то же время, шведские и финские деревообрабатывающие компании – Stora Enso, UPM, Metsä – успешно работают во Франции.

Такие строения скорее можно назвать «деревянным хай-теком», а виллы в Финляндии вы строили согласно национальным традициям?

На самом деле, никакого хай-тека нет: есть технологичные материалы типа CLT (клеенная древесина с перекрестным расположением слоев) и клеено-ламинированного бруса (gluelam beam), но все остальное в деревянной архитектуре – лоу-тек. Мне повезло, что я строил все свои виллы с одним и тем же инженером, очень практичным человеком, не любящим сложных приемов. Я ему сразу сказал, что нужна самая простая конструкция, чтобы я мог построить дом самостоятельно. До вуза я работал плотником, и первые дома я возвел своими руками. Причем долгое время я сам был своим основным заказчиком, но сегодня могу сказать, что большинство вилл я все же построил для других.
Вилла Langbo. Фото © Jussi Tiainen
Вилла Langbo. План. Предоставлено Олави Копоненом

На круглом столе Nordic Wood архитектурный критик Лара Копылова подняла вопрос об уровне мастерства, необходимом для строителя деревянного дома. Так как вы прекрасно знакомы с практической стороной дела, что вы можете сказать на эту тему?


Разница в мастерстве заметна и при работе с бетоном, к примеру, между Францией и Германией она огромна. Немцы добиваются большой точности, а во Франции это просто катастрофа. В Финляндии же, когда работают с бетоном, не делают никаких допусков, 5 см максимум. Но при работе с деревом ты обязательно должен быть отлично подготовлен, иначе ничего не выйдет. Кроме того, необходимо очень хорошо организовать строительную площадку, потому что все деревянные материалы нужно надежно защищать от влаги и т. д., иначе их придется выбросить. И это одна из причин нежелания строительных компаний работать с деревом, потому что к такой аккуратности они не привыкли. Но во Франции в последние годы крупнейшие компании поглощают маленькие, специализирующиеся на дереве, чтобы взять их ноу-хау. Ведь иначе им не выжить: по всему Евросоюзу эко-нормативы становятся все более жесткими, подсчитывается углеродный след строительства объекта, а за дерево при этом дают льготы. Поэтому если хочешь строить из бетона – «покупай» это право, используя дерево.

Какие архитекторы, работающие с деревом, повлияли на ваше творчество?

Когда я учился, мне были интересны работы австралийского архитектора Глена Мерката, также назову Сверре Фена, хотя оба они не так много построили из дерева. Кроме того, я постоянно смотрел каталоги норвежской премии за деревянную архитектуру Treprisen. А для меня самого выбор дерева как материала был самим собой разумеющимся: я знал плотницкое дело и был уверен, что смогу спроектировать и построить дом сам, с нуля.
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen

Олави Копонен (Olavi Koponen) родился в Туусниеми в 1951, изучал политологию в Москве (1979–81), закончил Технический университет Тампере (1983–1993). С 1986 работает как архитектор. Представлял Финляндию на Венецианской биеннале архитектуры в 2004 и 2006 и получил Finnish Wood Award (национальную премию в области деревянного строительства) в 2007. С 2010 работает во Франции в составе бюро R2K Architectes.

За помощь в проведении интервью благодарим журнал «Проект Балтия» и лично Владимира Фролова и Александру Аникину.
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen
Школьная группа «Пастер» (Groupe Scolaire Pasteur) в Лимей-Бреванне. 2012. Фото © Jussi Tiainen
Сауна Tuuliniemi. Фото © Jussi Tiainen
Сауна Tuuliniemi. Фото © Jussi Tiainen
Сауна Tuuliniemi. Фото © Jussi Tiainen
Сауна Tuuliniemi. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Lena. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Lena. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kari. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kari. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kari. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kari. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kari. Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen
zooming
Вилла Kotilo («Улитка»). Фото © Jussi Tiainen


27 Марта 2013

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Дерево среди стекла
Архитекторы Sheppard Robson придали «человеческое измерение» площади в новом деловом районе Манчестера с помощью деревянного павильона с озелененными фасадами и кровлей.
Оригами из лиственницы
Тренировочная байдарочная база в Августове на северо-востоке Польши по проекту бюро INOONI и PSBA получила фасады из сибирской лиственницы.
Десять часов роста
В кантоне Берн открылся новый кампус Swatch – Omega по проекту Сигэру Бана: объем древесины, использованный для каркаса трех зданий, «вырастет» в швейцарских лесах всего за 10 часов.
Дом на склоне
Комплекс доступного жилья в Винтертуре в кантоне Цюрих по проекту бюро Weberbrunner Architekten и Soppelsa Architekten получил гибридную деревянно-бетонную конструкцию.
Деревянные волны
Trahan Architects, чтобы сделать театральный зал в Атланте более удобным и демократичным по планировке как ответ на историю расовой сегрегации, использовали гнутые деревянные конструкции, изготовленные с помощью цифровых методов и пара.
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.
Фантазия о дикой природе
На кампусе компании Vitra в Вайле-на-Рейне, в знаменитой «коллекции» зданий звездных авторов – пополнение: там создают сад по проекту Пита Аудолфа.
Пресса: Как клип трансформирует город. Григорий Ревзин о городе...
В надежде на будущее обычно присутствует то ли презумпция, что смутность настоящего не может не проясниться, то ли воля к ее прояснению. Будущее всегда стремилось к целостности — пожалуй, мы теперь в первый раз переживаем время, когда это не так.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Музей на железной дороге
Новое здание Кантонального музея изящных искусств по проекту Barozzi Veiga – первый пункт мастерплана этих архитекторов: рядом с вокзалом Лозанны возникает арт-квартал Platform 10.
Курортная история
Про участок в Геленджике, планы развития которого начались в 2005 году и пришли к завершению только сейчас, миновав стадии многоквартирного дома среднего, затем большого размера и наконец воплотившись в таунхаусы со скатными кровлями.
Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.
Премия Москвы: итоги 2020
Названы пять проектов-лауреатов Архитектурной премии Москвы. Впервые среди победителей – объект транспортной инфраструктуры и проект, реализуемый в рамках программы реновации.
Метро как источник энергии
В Лондоне заработала первая ТЭЦ, которая использует «потерянное тепло» метрополитена: для отопления жилых домов и начальной школы. Авторы архитектурного проекта – Cullinan Studio.
Городская «обманка»
Новый корпус музея Хельги де Альвеар по проекту Emilio Tuñón Arquitectos в Касересе на западе Испании кажется неприступным, но на самом деле пешеходы могут сократить путь через его сад и террасу.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.