Крылатый образ Перми

В новом терминале аэропорта Перми бюро Асадова не только добилось баланса между технологичностью, безопасностью, комфортом и имиджевой составляющей, но и предложило новый символ для всего Прикамья.

mainImg

Возрождение внутренних линий
Статистика свидетельствует, что россияне стали больше путешествовать внутри страны. В этой ситуации у компаний, управляющих инфраструктурой аэропортов, наконец, появилась возможность инвестировать в нее средства. Хотя ее было бы правильнее назвать «необходимостью», поскольку подавляющее большинство аэропортов все еще существует в архаичном формате советских «стекляшек». В течение последних 15 лет лишь московские и питерские аэропорты были реконструированы с участием ведущих российских и иностранных архитекторов и с результатом разной степени актуальности и выразительности. К разряду экспериментов можно отнести Терминал D в «Шереметьево-2» спроектированный командой Дмитрия Пшеничникова с явным предпочтением бионических форм. Более спокойное решение терминала «Внуково» от «Метрогипротранс» принесло ему признание в профессиональных кругах и премию «Хрустальный Дедал». Некоторые, наиболее значимые объекты проводились через конкурсную систему. Так, Николас Гримшо в 2007 году выиграл конкурс на реконструкцию аэропорта «Пулково». В 2016 году стало известно, что победу в конкурсе на интерьеры нового, строящегося терминала B аэропорта «Шереметьево-2» одержало бюро RMJM. Темпы и география реконструкций аэропортов существенно возросли после объявления списка городов, которые будут принимать у себя матчи чемпионата мира по футболу 2018 года. Это событие стало катализатором обновления городских инфраструктурных объектов, и, в первую очередь терминалов аэропортов, выполняющих роль «лица города», обязанного представить его в наиболее выигрышном свете и продемонстрировать местные достопримечательности. Благодаря ЧМ'18 обновились аэропорты в Самаре и Нижнем Новгороде, на очереди Саратов и Ростов-на-Дону. Параллельно реконструируются аэропорты и в других российских городах, имеющих высокий туристический потенциал, к примеру в Симферополе и Перми.
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов

Пермская сага
История реконструкции аэропорта «Большое Савино» в Перми достаточно драматична. В ней нашлось место и для публичных скандалов, и заморозки проекта из-за смены региональных властей, и борьбе за контракт между ведущими российскими холдингами. Результаты нескольких архитектурных конкурсов то утверждались, то отменялись. В общей сложности между решением о реконструкции бывшего военного аэродрома и окончанием строительства на его месте современного аэропорта прошло больше 15 лет.

Предсказать, какой проект выйдет в финал и получит шанс быть реализованным, было невозможно. Все решило счастливое стечение обстоятельств, благодаря которому инвестор проекта – компания «Новапорт» остановила свой выбор на концепции, предложенной архитектурным бюро Асадова и компанией «Спектрум». В ней архитекторы смогли соединить уже апробированную в Саратове и хорошо себя зарекомендовавшую в России функционально-планировочную и логистическую схему, разработанную немецкими специалистами по проектированию аэропортов WP ARC, и яркий архитектурно-художественный образ, в котором угадывается широкий диапазон ассоциаций с различными культурными и историческими достопримечательностями Перми.
Аэропорт Большое Савино в Перми. Ситуационный план
© Архитектурное бюро Асадова

Схема терминала проста и логична. Основное здание представляет собой квадрат со стороной чуть меньше 140 метров. Со стороны летного поля к нему пристраивается галерея с расширением и перпендикулярными блоками, к которым стыкуются посадочные трапы. Внутри основного объема с немецкой точностью скомпонованы все основные функциональные блоки служб аэропорта, от стоек регистрации до магазинов и кафе, от таможни до ряда багажных транспортеров. Конструктивная схема здания также достаточно стандартна – монолитный каркас с шагом 9х9 метров, в отдельных зонах переходящий либо на удвоенный шаг, либо заменяемый на большепролетные конструкции, если нужно, например, перекрыть огромный двусветной зал в зоне вылета.
Аэропорт Большое Савино в Перми. План 1 этажа
© Архитектурное бюро Асадова
Аэропорт Большое Савино в Перми. План 2 этажа
© Архитектурное бюро Асадова
zooming
Аэропорт Большое Савино в Перми. Разрез
© Архитектурное бюро Асадова
zooming
Аэропорт Большое Савино в Перми. Разрез
© Архитектурное бюро Асадова

Архитектурная задача заключалась в поиске объемно-пространственного решения, способного придать этой «машине» для обслуживания пассажиров и самолетов индивидуальный и эффектный облик. Прилагающийся к этому образу огромный комплекс технических и инжиниринговых проблем редко принимают во внимание. А жаль. Именно решение этих задач и отличает высококлассных проектировщиков. До недавнего времени в этой роли выступали преимущественно иностранные специалисты, но сейчас ситуация начинает меняться. Во всяком случае, на проекте терминала в Перми собралась команда, имеющая опыт разработки и реализации аналогичных проектов. Помимо бюро Асадова в команду проекта вошли: генпроектировшик компания «Спектрум», пермский архитектор Сергей Шамарин, занимавшийся генпланом и вопросами, связанными с архитектурными деталями концепции терминала, а также бюро UNK project, выигравшее конкурс на дизайн интерьеров терминала, и многие другие компании, благодаря которым Пермь получила новый супер-современный терминал с авторской архитектурой и уникальным образом.​
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов

Формы и образы
Архитектурное бюро Асадова стремиться вкладывать в свои проекты сверхидею, которая переводит на понятный и привлекательный для заказчика и общественности язык характерные для бюро экспрессивные объемно-пространственные и оригинальные технологические решения. Александр Асадов комментирует идею, которая оказалась решающим аргументом в пользу предложенного проекта, так: «Когда-то мы проектировали мост для Киева и придумали, что он должен стать своего рода ангелом-хранителем для всего города, но проект так и остался на бумаге. А здесь в Перми, у нас, наконец, появился шанс создать ангела-хранителя с еще большим размахом крыльев, распростертыми по бокам огромной буквы «П». Словно сам город обрел крылья. И этот образ неразрывно связан со знаменитой коллекцией деревянной резной скульптуры, которая хранится в пермской художественной галерее. Там есть удивительный херувим, который и вдохновил нас на развитие крылатой темы, органично продолжающей идею с белым порталом, напоминающим букву «П».
zooming
Деревянная резная скульптура херувима. Художник Никон Кирьянов. 1906 г.
Аэропорт Большое Савино в Перми, 2013-2017
© АБ Асадова

Образное «деревянное крыло» на самом деле представляет собой огромную конструкцию, облицованную металлическими панелями золотистого цвета, нависающую над витражным периметром основного объема терминала. Впечатление распростертых крыльев создается за счет пластической игры криволинейных и прямых плоскостей. Конструкция то изгибается, нависая плавной дугой над входным порталом, то образует острые, словно срезанные гигантским лезвием, грани по углам здания, выступающие больше чем на 10 метров. За счет контраста между материальностью насыщенного по цвету и фактуре металла и прозрачностью витражей под ним создается ощущение, что вся конструкция парит над периметром здания, своим золотым сиянием защищая и охраняя все, что происходит под ней.
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов
zooming
Аэропорт Большое Савино в Перми. Фасад
© Архитектурное бюро Асадова
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов
zooming
Аэропорт Большое Савино в Перми. Фасад ©
Архитектурное бюро Асадова

По словам Андрея Асадова, поиск материалов и технологий для создания «крыла» потребовал от архитекторов немало усилий, но они того стоили: «Поверхность конструкции воспринимается как золотистое дерево. Особенно вечером, с декоративной подсветкой. Мы долго подбирали оттенок металла и способ создания фактуры, чтобы добиться этого эффекта. Мы разработали индивидуальную комбинацию из П-образного профиля, который незаметным способом крепился на изогнутый металлический лист. Таким образом получалась объемная шершавая передняя сторона. А на боковых вылетах конструкции мы использовали гладкие листы, чтобы создать впечатление идеально ровного среза. С точки зрения качества исполнения и производимого эффекта эта конструкция стала для меня хорошим примером возможностей российских производителей. Подрядная компания «Альфа-Строй» из Екатеринбурга очень ответственно подошла к делу, скрупулезно реализовала наше решение».
zooming
Аэропорт Большое Савино в Перми. Конструктивные узлы крепления оболочки «крыла»
© Архитектурное бюро Асадова

Главный и боковые фасады терминала выполнены преимущественно из стекла. На витражи нанесены декоративные изображения, характерные для пермского звериного стиля (так называются бронзовые артефакты III–XII в. н.э.), а также стилизованные изображения окаменелостей и ископаемых, относящихся к так называемому «пермскому периоду» – последнему геологическому периоду палеозойской эры. Эти мотивы для оформления терминала предложил архитектор Сергей Шамарин, чтобы придать больший колорит новому зданию и представить гостям города самые яркие образы, ассоциирующиеся с историей и наследием всего Прикамья.
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов

На боковых фасадах, с внешней стороны, в качестве дополнительных декоративных элементов используются горизонтальные импосты в виде прямоугольных ламелей. Они закрывают витражи в тех местах, где расположены вспомогательные и технические помещения, которым не требуются большие площади остекления. А там, где расположены кабинеты, они разорваны стеклянными лентами окон.
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Андрей Асадов

В расчете на обзор нового аэропорта с борта подлетающих и улетающих самолетов, архитекторы оформили кровлю как пятый фасад, включив в него ту же комбинацию отделочных материалов и введя, в качестве акцента, криволинейные фонари, продолжающие пластическую игру металлических и стеклянных плоскостей, начатую на главном фасаде. Эти фонари и естественный свет, который проникает через них, задают тон и характер всему внутреннему пространству терминала.
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Архитектурное бюро Асадова
Аэропорт Большое Савино в Перми
© Архитектурное бюро Асадова

Внутренняя геология
Авторское архитектурное решение терминала задало высокую планку качества и художественной выразительности, которому должен был соответствовать и интерьерный дизайн. Для поиска лучшей концепции и команды разработчиков инвестор проекта провел конкурс, в котором победило бюро UNK project, предложившее интересное развитие архитектурной темы в оформлении общественных пространств терминала. Юлия Тряскина, партнер UNK project, так описывает найденное решение: «Для нас образ, который использовали Асадовы в архитектуре терминала, ассоциировался не с крылом или волной, а с осенним листом, упавшем с дерева и слегка скрученным от мороза. На этом образе мы построили наше конкурсное предложение, которое родилось буквально на одном дыхании, легко и естественно. Например, мы использовали силуэты растений для оформления декоративного фриза, идущего под крышей вдоль поперечной стены, отделяющей двусветное пространство главного зала от зоны вылета на втором ярусе. В то же время изображения на панно напоминают отпечатки ископаемых растений, которые часто обнаруживают палеонтологи. У аэропорта появился запоминающийся образ. Кто-то знает про пермский период, кто-то – нет. Но если скажешь знакомому «встречаемся под листом» – он поймет тебя. В интерьере должны быть такие знаки, не столько красивые, сколько цепляющие. В наших интерьерах мы всегда выделяем главное, то, что запомнится, а все остальное подтягиваем к этому».
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов
Аэропорт Большое Савино в Перми, 2016-2017. Интерьер
© АБ Асадова

Геологическую тему продолжают серые полосы на боковых стенах и парапетах антресольного этажа. Неровные изломанные линии нескольких серо-бежевых оттенков напоминают слои разных геологических пластов на раскопках. Но в целом интерьер терминала развивает скорее хайтековскую, нежели археологическо-геологическую тематику. Лаконичная колористическая гамма с доминирующим белым цветом, конструктивные элементы простых форм без намека на декор, графичность и ритмичная четкость подвесных потолочных систем с акцентированными световыми приборами – все это гармонично дополняет общее архитектурное решение, не вступая в конфликт с доминирующим элементом интерьера – огромным дугообразным световым фонарем, пересекающим зал и обнажающим сложносочиненную сеть из тонких стальных подконструкций, поддерживающих оболочку «крыла».
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов

До этого проекта у бюро UNK project не было опыта работы в аэропортах, но законченные незадолго до этого интерьеры «Детского мира» подготовили команду к наиболее сложной части проекта – поиску баланса между эстетикой, экономикой и безопасностью. «Аэропорт – это, прежде всего, функция, где должно быть комфортно, уютно и понятно, куда идти. В большей части помещений, люди, как правило, не замечают дизайна. Эмоциональная, визуально-активная составляющая проекта сосредотачивается лишь в трех местах: общем зале и в зоне ожидания вылета. В остальных местах во главу угла ставилась безопасность пассажиров, в первую очередь, пожарная», – так характеризует специфику работы в аэропорту Юлия Тряскина.
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов
Аэропорт Большое Савино в Перми. Интерьер
© Андрей Асадов

Архитекторы при разработке интерьеров могли использовать очень ограниченный перечень материалов, подходящих под необходимый класс огнестойкости (К0) и при этом укладывавшихся в заданный бюджет. Каждое решение и узел проверяли на соответствие требованиям безопасности, оно также должно было быть функциональным, легким в обслуживании и, при необходимости, легко заменяемым или восстанавливаемым. Так что в приоритете были не столько художественные задачи, сколько условия эксплуатации и удобство пассажиров, контроль за соблюдением которых осуществлял генеральный проектировщик – компания «Спектрум».

Командная работа
Залог успеха крупных инфраструктурных проектов – слаженная работа всех участников, решающих творческие, технические и административные проблемы. В данном случае функции генпроектировщика были доверены компании «Спектрум», с которой у бюро Асадова сложился успешный тандем еще на проекте саратовского аэропорта. Сергей Фролов, директор по управлению проектами «Спектрум» считает, что «задача генерального проектировщика – сбалансировать интересы всех участников проекта и найти компромиссные технические решения, сохраняющие исходную архитектурную идею при соблюдении интересов оператора аэропорта и ограничениях строительства. При этом нельзя забывать об обеспечении комфорта пассажиров, необходимом уровне безопасности, технологиях и логистической схеме, обеспечивающей требуемый пассажиропоток и при достаточном объеме пригодных для аренды площадей. Реализовывать такой подход «Спектруму» помогают управленческие стандарты и широко применяемые современные инструменты поддержки проектирования – информационное моделирование (BIM) и облачные технологии, создающие единую информационную среду для всех участников проекта».

Помимо собственно терминала в состав проекта вошла концепция развития прилегающей территории, включавшая традиционные для аэропортов отель и многоэтажную парковку. Эти объекты пока не реализованы, но вся инфраструктура рассчитывалась с их учетом. Также был разработан проект благоустройства площади перед терминалом, в котором также, как и в архитектуре аэропорта, обыграны местные особенности. «Вместо банальной парковки или чисто функциональной площади перед терминалом мы решили сделать экскурс в специфику края для гостей нашего города, – рассказывает архитектор Сергей Шамарин. – Наш регион называется Прикамье и река Кама – это основа, костяк города. Чтобы подчеркнуть значимость воды, мы предложили сделать посередине площади плоский бассейн или сухой фонтан, который будет функционировать в летнее время. Внутри фонтана мы запланировали арт-объекты в виде огромных светящихся кубов, на которых могут быть запечатлены какие-то символические изображения из истории Перми».

Кроме отеля, паркинга и фонтана, в рамках реконструкции предстоит закончить один из ключевых элементов инфраструктуры аэропорта – покрытие перрона за терминалом, который позволяет самолетам подъезжать непосредственно к зданию, чтобы пассажиры могли подниматься на борт, не выходя на улицу. Эта часть строительства должна финансироваться из регионального бюджета и, согласно планам, все работы будут закончены в 2019 году. Именно тогда жители и гости Перми смогут в полной мере оценить удобство и совершенство нового комплекса, созданного усилиями большой интернациональной команды.
 

Поставщики, технологии

представительство компании Cladding Solutions на Архи.ру Яркий архитектурно-художественный образ нового терминала аэропорта Большое Савино удалось реализовать с помощью алюминиевых панелей SEVALCON золотистого цвета. По словам Андрея Асадова, поиск материалов и технологий для создания «крыльев» потребовал от архитекторов немало усилий, но они того стоили: «Поверхность конструкции воспринимается как золотистое дерево. Особенно вечером, с декоративной подсветкой. Мы долго подбирали оттенок металла и способ создания фактуры, чтобы добиться этого эффекта».

13 февраля 2018

Похожие статьи
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Сразу пять: Москва ищет «новый стиль» реновации и...
7 сентября в Москве начался прием заявок сразу на пять конкурсов. Архитекторам предлагают заняться урбан-блоками реновации, районными центрами, паркингами, зданиями ОВД и УВД и подстанциями скорой помощи. Самый громкий заголовок – «новый стиль реновации», хотя техническое задание показывает, что речь идет скорее о новом облике уже довольно жестко заданных типологий.
Будущее науки
Открылась выставка проектов конкурса на новое здание ФИЦ. Она скорее техническая, 2 дня в неделю 2 сеанса по 30 минут. Одновременно объявлено о планах следующей выставки по следам того же конкурса, в Сколково. И о планах использовать проекты финалистов не только для ФИЦ, а для реконструкции других зданий, связанных с научной работой.
Премия неизвестного архитектора
ДГП Москвы объявил о старте голосования за проекты, реализованные в 2025. Премия существует 26 лет, народное голосование проводится с 2015 года. Раньше мы ее не замечали, а теперь – на фоне турбулентности – заметили и рассмотрели. Это неплохой путеводитель по новостройкам города. Жаль, что половина, а то и больше – эстетически никакие, невыразительные, а у другой половины не указаны или попросту не известны авторы. А впрочем, может, половина потому не эстетична, что не указаны авторы? Как-то это связано, может быть?
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.
Внимательный фланер
Проект «Прогулки с архитектором», основанный Светланой Васильевой, заслужил определенное признание уже не только в профессиональных кругах, но и «около». И вот он издал свой первый путеводитель. Не замахиваясь на всю Москву, авторы взяли треть или четверть от наработанной на экскурсиях информации. Зато получился компактно-плотный, нетяжелый томик с выверенной информацией.
Кот-котейка...
Вроде обычный набор фестивальных объектов – но, стремясь ответить на задачу современного высказывания о русском коде Антон Кочуркин и группа «8 линий» поместили в центр двора Музея прикладного искусства на Делегатской очень даже хтонического кота. «В стиле Полисского». Наблюдается заметное напряжение между простотой ярмарочных сцен и прилавков – и задумчивым котом.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Стилизация как жанр
Утверждена архитектурная концепция станции «Достоевская». История проекта насчитывает практически 70 лет, за которые он успел побывать в разной стилистике, и сейчас, словно бы описав круг, как кажется, вернулся к истокам – «сталинскому ампиру»? ар-деко? неоклассике? Среди авторов Сергей Кузнецов. Показываем, рассказываем, раздумываем об уместности столь откровенной стилизации.
Подлесок нового капрома
Сообщение по письмам читателей: столовую Дома Пионеров превратили в этакий ресторанчик. Казалось бы, какая мелочь. Обратимая, скорее всего. Но она показывает: капром жив. Не остался в девяностых, а дает новую, модную, молодую поросль.
Вопрос дефиниции
Приглашенным редактором журнала Domus в 2026 станет Ма Яньсун, основатель ведущего китайского бюро MAD. 10 номеров под его руководством будут посвящены поиску нового, релевантного для 2020-х определения для понятия «архитектура».
Возврат к реальности
Кураторами Венецианской архитектурной биеннале-2027 назначены китайские архитекторы Ван Шу и Лу Вэньюй, которые обещают показать «простые и истинные методы и идеи» – в отличие от оторванной от действительности погони за новизной, которую они считают причиной кризиса в архитектуре.
Хай-Лайн деревянщика
Проект бюро Totan и Saga предполагает превращение московского монорельса – а один километр из пяти, ближе к улице Эйзенштейна, там уже разбирают – в парк на высоте 6 метров с панорамными видами и разнообразными павильонами, которые используют и сохраняют конструкции станций.
Приручение фламинго
Стенд МКА на Зодчестве 2025 посвящен муралам и объектам паблик-арта, сделанным за 8 лет в рамках программы ведомства «НетСТЕН». Где кого приручили, зачем и почему – читайте в нашей заметке.
Несгибаемый
Появились детали проекта башни неназываемого бюро в ММДЦ Москва-Сити. Изучаем башню, ее соседей, форму внутри и снаружи и ставим проект в контекст работы иностранцев в России. Надо сказать, неназываемый архитектор уже сейчас занимает в этой истории особенное место. Он, как кажется, очень смелый архитектор. Так где сложная, продырявленная скульптурная форма? Вот в чем вопрос...
Отзовись, Атлантида!
Платформа IDOARCH, специализирующаяся на конкурсах архитектурных идей, подвела итоги соревнования «Переосмыслить Эльбскую филармонию». На почетном втором месте – студентки МАРХИ. Показываем работы всех трех победителей
Курорт на Каме
Архитектурное бюро Wowhaus разработало проект реконструкции санатория «Корабельная роща» – оздоровительного комплекса на берегу реки Кама.
Руины. Второе дыхание
Международное архитектурное бюро Alvisi Kirimoto представило новый выставочный маршрут в базилике Максенция в Археологическом парке Колизея в Риме.
Пятое измерение МАРХИ
Анонсирован проект нового корпуса МАРХИ, спроектированный Сергеем Кузнецовым и Иваном Грековым, соавторами по зданию кластера Ломоносова МГУ. Он включает недовосстановленный в 2008 году каретный сарай и смелые, крупные, зеркальные консоли. Ширина – не больше 10 метров, главное назначение художественная школа.
Интерьер как архитектурная задача
Запускаем новый специализированный раздел – Интерьер. Он будет служить площадкой для публикаций общественных интерьеров, включая офисы – преимущественно реализованных. А также местом для обмена мнениями, экспертизой и информацией о новых технологических решениях. Читайте анонс раздела, ищите кнопку Интерьер – она скоро появится в меню сайта.
Башня переехала
В Выксе собрали на новом месте, на территории будущего Шухов-Парка за плотиной пруда, большую часть водонапорной «башни Шухова». Закончить обещают к осени, но подсветку уже включали. Техническое сооружение завода обещает стать одним из главных акцентов парка. Да и уже им является. За башней, размышления о судьбе которой шли с 2005 года, наблюдала Марина Игнатушко.
Технологии и материалы
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Сейчас на главной
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.
Особняком стоять
Клубный дом на улице Грязнова в Иркутске, построенный по проекту бюро «Мегаполис», вписан в сложившуюся застройку без прямых стилистических заимствований. Разделение здания на два кирпичных объема, соединенных стеклянной вставкой, мансардные кровли из зеленой меди и рельефная кладка позволяют переосмыслить исторический код средствами современной архитектуры.
Школа как центр сообщества
Архитектурное бюро akvk+partners выпустило книгу, в которой соединило свой опыт проектирования образовательных пространств с исследованием концепции школы как центра городского сообщества. Книга предлагает экскурс в историю педагогики и сопутствующую реакцию архитектуры, богатый иллюстративный материал, а также практические рекомендации, собранные в удобные схемы и диаграммы.