Эта встреча была необходима по нескольким причинам. Организаторы планировали познакомить финалистов с замечаниями к конкурсным работам, а также с изменениями, которые были внесены в сам проект планировки и нашли отражение в задании на второй тур (теперь оно включает не только скорректированный генплан и геоподоснову, но и разработанные недавно «Зеленые коды»). Существенные изменения коснулись и формата подачи конкурсных работ в финале. Со всеми новыми вводными архитекторам-финалистам предстояло ознакомиться за два с половиной часа, потом еще полчаса позадавать вопросы и отправиться на короткую экскурсию на территорию района «Технопарк», чтобы лично удостовериться в царящей там пустоте, а вечером подписать контракты на разработку архитектурных концепций.
Таков был план. Реальность же, как принято говорить, внесла свои коррективы. Оказалось, что у собравшихся уже накопилось немало вопросов к организаторам, а информация о новых конкурсных требованиях сработала как детонатор, запустивший термоядерную реакцию многочасовой дискуссии. И если на известие о введении трех категорий застройки (пока условно называемых «S», «M» и «L» – предназначенные для аренды различными группами будущих обитателей «Сколково», они будут различаться между собой метражом, уровнем комфорта и качеством отделки) архитекторы прореагировали весьма индифферентно, то информация о корректировке плотностных показателей и уменьшении высотности многоквартирных домов (с 7 этажей до 5 максимум) вызвала у аудитории неподдельное волнение. Тревога еще больше усилилась после объявления о смене участков проектирования. Три участка, выделенные на первом этапе конкурса под проектирование трех типов застройки, – это лишь малая часть запланированных жилых кварталов, и теперь для того, чтобы приблизить работу конкурсантов к реальной ситуации, организаторы распределили 30 проектов-финалистов по всем имеющимся «островам» (так кураторы района «Технопарк» называют жилые кварталы). Причем распределили не случайным образом, а сгруппировав проекты по принципу сходности объемно-планировочного решения. Сделано это было лично председателем жюри Жаном Пистром, который также сопроводил каждый вышедший в финал проект небольшим списком замечаний и рекомендаций. Как не странно, сами эти рекомендации, которые изначально планировалось открыто обсудить, не вызвали особого интереса. Чего нельзя сказать о смене локализации и снижении показателей плотности застройки. В них присутствующие увидели серьезную проблему, опять-таки наиболее актуальную для авторов больших домов, ведь изменение диаметра пятна застройки (в некоторых случаях в 1,5 раза) вкупе с уменьшением этажности и плотности неизбежно повлечет за собой полную переделку проекта.
В условиях, когда большая часть отпущенного времени (сдача проектов запланирована на 3 февраля) приходится на новогодние и рождественские праздники, столь существенное увеличение объема работы не могло не вызвать встречной реакции. К общему сожалению, организаторы категорически отказались менять дату сдачи проектов или возвращаться на исходные позиции. Зато ощутимый реванш архитекторы взяли, когда речь зашла об объеме и составе конкурсных проектов. По изначальному предложению организаторов, финальная подача должна была быть представлена на 8 (!) планшетах формата А0 (и это после 1 планшета на первом туре) и состоять из основных проекций (планы, разрезы, фасады) в масштабе 1:100, визуализаций и даже эскизов интерьеров. Объем, сопоставимый с дипломной работой в архитектурном ВУЗе, категорически не устроил мэтров, у многих из которых за плечами, как они не преминули отметить, тысячи подобных конкурсов. С их стороны поступило жесткое встречное предложение сократить количество планшетов до 2, максимум 3, свести к минимуму «показушные» визуализации, отказаться от интерьеров и радикально уменьшить масштабы проекций до 1:200, а еще лучше унифицировать состав проекций и их размещение на листах, для удобства сравнения достоинств архитектурных проектов. В благородном гневе старших товарищей потонули слабые заверения молодых авторов в том, что они спокойно сделают и 8, и 10 планшетов. А организаторы поторопились скорректировать конкурсные условия (за вычетом унификации подачи), чтобы включить их в договора с участниками.
Как оказалось, состав проектов – это отдельная «больная тема». Публикация проектов-финалистов на Архи.ру позволила всем участникам сравнить свои работы и обнаружить существенные, порой принципиальные расхождения. В адрес жюри было высказано немало претензий по поводу того, что эксперты столь снисходительно отнеслись к допущенным отдельными конкурсантами нарушениям не только заданных градостроительных и проектных параметров, но и общего требования представить свою работу на одном планшете. Попытки организаторов обратить внимание недовольных, что в первом туре требования были не столь жесткими исключительно из-за желания собрать в финале наиболее талантливые и перспективные коллективы, особого эффекта не возымели. И перед устроителями был жестко поставлен вопрос о недопустимости подобных поблажек.
В общем, три часа пролетели незаметно. Количество вопросов и уточнений, которые участники конкурса адресовали присутствующим представителям организаторов, а также отсутствующим членам жюри и идеологам проекта «Сколково», впечатляло. В какой-то момент было даже трудно понять, что именно движет архитекторами: профессиональное возмущение непродуманностью конкурса, амбициозное желание прояснить все нюансы, чтобы сделать качественный проект и победить, или патриотичное стремление уличить «чужаков», посягнувших на «общую поляну» в тотальном незнании местных «правил игры». Азарт вопрошающих и их нередкое невнимание к ответам не только организаторов, но и своих же коллег, нередко заставлял сомневаться в желании вести конструктивный диалог.
Несомненно, и сам проект «Сколково» и данный конкурс оказались на острие архитектурной дискуссии не случайно. На него спроецировались многие проблемы, тяготящие профессиональное сообщество на протяжении последних 10 лет.. Это и захват рынка иностранными «гастролерами», и теневые игры при распределении крупных и значимых заказов, и двойные, если не тройные стандарты в прохождении экспертизы различными проектами, и утрата хоть сколько-нибудь заметного влияния на этот процесс профессиональных общественных организаций. Возможно, именно проект «Сколково», в рамках которого предполагается провести еще несколько конкурсов, станет катализатором качественного изменения ситуации, но произойти это может только благодаря совместной работе обеих сторон. Впрочем, организаторы конкурса несколько раз повторили, что все замечания и предложения, высказанные участниками семинара, чрезвычайно важны для них и будут учтены.
По итогам второго тура конкурса не менее 10 участников получат контракт с Фондом «Сколково». В случае, если в их числе окажутся молодые архитекторы, не имеющие собственных проектных бюро, они получат поддержку выбранного Фондом Генерального проектировщика, задачей которого является подготовка необходимой документации.
PS Многие вопросы архитекторов на семинаре были адресованы организаторам конкурса и членам жюри. Судя по репликам выступающих, в роли первых выступал исключительно Фонд «Сколково» (на самом деле непосредственно координацией конкурса занимается институт «Стрелка»), а вторые ассоциировались лично с Жаном Пистром. Как-то в стороне оказалось соображение, что все ключевые вопросы архитекторы могли адресовать не только сюда, но и в Союз архитекторов России, т.е. в свою собственную общественную организацию. Как указано в анонсе состязания на сайте САР «Цель конкурса, подготовленного Фондом «Сколково» совместно с Союзом архитекторов России, – выбор эффективного архитектурно-планировочного и объемно-пространственного решения объектов жилых кварталов района «Технопарк». Правда, после объявления о начале приема заявок 16 октября 2011 года на «Зодчестве», в котором принимал участие Андрей Боков, Союз архитекторов занял позицию избирательной вовлеченности в процесс проведения конкурса. Характерно, например, что на сайте САР проекты победители I тура так и не были опубликованы. Официальные представители Союза не присутствовал и на семинаре, хотя там должны были быть определены принципы проведения второго – решающего – этапа конкурса и преодолены все вскрытые проблемы, о которых заявляли сами деятели Союза. Иными словами, отстаивать интересы архитекторов, принимающих участие в конкурсе, пришлось самим архитекторам, а никак не той общественной организации, которая как бы обязана осуществлять эти функции, в том числе и в силу своего официального участия в подготовке конкурса.
Ознакомительный семинар второго этапа конкурса на архитектурную концепцию жилых кварталов района «Технопарк» инновационного центра «Сколково»
Участники семинара - представители 30 архитектурных команд, победивших в первом туре конкурса
Ведущие семинара (слева-на право): Джемал Сурманидзе, Наиль Бородина, Анна Тургеньева, Ольга Хохлова, Гари Вентворт
Директор района «Технопарк» Гари Вентворт
Смену «островов» комментирует Наиль Бородина, менеджер проекта
Корректировка условий конкурса по замечаниям архитекторов
На переднем плане: Сергей Скуратов и Дмитрий Буш
На переднем плане: Дмитрий Величкин и Николай Голованов
Михаил Белов
Справа: Вера Бутко и Антон Надточий
Сергей Скуратов
Андрей Савин и Михаил Хазанов
Выступает Левон Айрапетов
Георгий Снежкин (Санкт-Петербург)
