author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

«Новые имена»: куратор об участниках

Экспресс-интервью с Бартом Голдхорном, куратором программы ‘Next’ и конкурса «Новые имена». Куратор называет те проекты выставки «Новые имена», которые особенно нравятся лично ему и для которых он не пожалел бы слово «гениальные».

29 Мая 2009

В данный момент на первом этаже ЦДХ выставлены двадцать четыре работы молодых архитекторов, отобранных куратором программы Арх Москва ‘Next’ Бартом Голдхорном. Одновременно двадцать четыре автора сидят на третьем этаже ЦДХ и в обществе компьютеров, мольбертов и кофейного автомата ловят за хвост красивые архитектурные идеи. Завтра из работ, сделанных прямо на выставке, жюри выберет четыре лучшие – их авторы поедут в Роттердам представляться международному жюри. Жюри выберет из четверых одного – он получит персоналку на следующей «Арх Москве».

Пока выставка открыта, а молоды архитекторы заняты делом, мы попросили Барта Голдхорна, куратора программы ‘Next’, показать нам те работы, которые нравятся лично ему. Те, которые куратор имел в виду, упоминая о гениальных проектах, присланных на конкурс «Новые имена». Ниже я попытаюсь передать состоявшийся разговор, а также показать и вкратце описать те проекты, которые отметил куратор. Всего их получилось шесть.

Архи.ру:
Итак, Вы действительно считаете, что среди произведений молодых архитекторов, отобранных для участия в программе «Новые имена» есть гениальные?

Барт Голхорн:
Не все, разумеется. Есть просто хорошие. Есть гениальные. Редко встречаются, но они есть.

[ Никита Асадов, Москва. Небоскребы. Нарисованы фломастером по одному на страничку. Каждый «небоскреб» состоит из основы – вертикального прямоугольника, призванного указать на его небоскребность, и одной характерной детали. Первым нарисован «небоскреб с парадным входом», то есть с портиком, затем – «с башенкой» (похожей на игрушечную ракету на крыше), с пожарной лестницей, с мансардой, с подвалом, с гаражами и т.п. Все вместе пародирует основные комплексы московских то ли архитекторов, то ли девелоперов, то жителей, то ли жизни вообще. ]

Барт Голхорн:
Мне очень нравится вот эта вещь Никиты Асадова. Она одновременно и художественная и актуальная. Очень точно пойман смысл. Супер-вещь. Я, кстати говоря, впервые увидел ее здесь на выставке.

Архи.ру:
Никита присылал на конкурс не это?

Барт Голхорн:
Я просил присылать лучшие работы и отбирал людей, а выставить они могли что хотели. Кто-то выставил то же самое, что прислал на конкурс, кто-то показал другой проект. Авторы сами решали, что им показать.

Архи.ру:
А что еще Вам особенно нравится из выставленного?

[ Рустам Керимов и Наталия Зайченко. Бюро «А-ГА», Москва. Жилой дом «Патриот» под малосемейное общежитие на 300 кв. для военных, Московская область
Красное кирпичное здание с треугольными балконами. Балконы через ряд белые и синие, все вместе: красно-сине-белое, образует цвета российского флага]

Барт Голхорн:
Здесь мне нравится простота. Очень бедное здание, вообще без бюджета. Авторы нашли остроумный выход из ситуации – взяли краску, раскрасили его соответственно назначению в цвета флага. Это тоже архитектура! Важно понимать, что архитектура – не всегда дорогостоящее и сложное решение, иногда доля художественности в подходе к зданию может очень многое изменить даже при минимальном бюджете.
С исполнением, правда, похуже… Синий цвет на силикатном кирпиче как-то плохо читается.

[ Саша Филимонов, Ольга Филимонова. Капитан Голландия. Архитектурно-художественная инсталляция на территории портового района Heijplaat. Rotterdam. Netherlands. Проект-победитель международного конкурса Folly Dock IFCR Euromast Prize. Первый приз за оригинальность.
Треугольная башня должна работать, как водонапорная. Вверху – лодка, символ спасения. Немного ниже – нулевая отметка (башня должна быть установлена в Голландии, там, где уровень земли ниже уровня океана). В самом низу – «павильон воды», традиционно обставленная комната в разрезе, по стенам которой постоянно течет вода. Уют, залитый потопом. Вода подается из резервуара в верхней части башни]

Барт Голхорн:
Этот проект победил на конкурсе в Голландии, в Дании его даже успели построить. На фестивале был его макет. Я считаю, что он гениально отражает идеи самарской школы Малахова. Т.е. эта вещь – гениальная в контексте.

Это нечто другое, чем Никита Асадов, который сам по себе. Хотя в нем есть что-то японское, и какая-то связь с Бродским, хотя не прямая, так как он не учился у Бродского.

[ Евгений Жабреев, Тюмень. Проект для конкурса «Дом-автоном». Автор характеризует свой проект как «универсальное пространство смешанного пользования». Это очень лаконичное пространство, заключенное в простую бетонную оболочку с традиционным абрисом из стен и двускатной кровли. Торцевые фасады целиком застеклены и прозрачны, боковые, наоборот, глухие, без окон. Похоже на большую бетонную палатку. Подача электричества встроена в пол, от пола можно подключать приборы в разных местах. Никаких перегородок нет, мебель как угодно расставляется по мере необходимости. Характерно, что автомобиль тоже заезжает внутрь дома, поэтому может показаться, что человек живет в гараже. Основное ощущение, помимо подчеркнутого лаконизма обстановки – автор играет на известном образе Сибири как очень сурового места, а также на чувстве защищенности-незащищенности: то ли дом – бункер, то ли его вообще нет и человек открыт всем ветрам.]

Барт Голхорн:
Этот проект мы получили на конкурс Дом-автоном, и на мой взгляд, он совершенно замечательный, просто супер. В нем заложена сильная концепция, даже до какой-то степени исследование. Все принципиально продумано.

Архи.ру:
Тем не менее он не победил в конкурсе Дом-автоном?

Барт Голхорн:
Нет. Победителя выбирал Норман Фостер, и он выбрал проект, на мой взгляд, достаточно слабый. Правда, проект-победитель, вероятно, лучше других выражает одну простую мысль: как надо делать дачи, которые не портят ландшафт. Землянка – она, действительно, не портит ландшафт. Прагматический выбор, но его мысль я понимаю его мысль.

[ Елена Дешинова, Дмитрий Гольдберг. Санкт-Петербург. Взаимодействие.
По словам авторов, это «попытка поверить в возможность найти человека, говорящего с тобой на одном языке…» и «попытка оценить свои отношения с обществом».
Действие, превращающее проект в хепенинг, заключается в том, что два участника надевают на голову картонные конструкции с узкой и по-разному повернутой смотровой щелью и безуспешно пытаются разглядеть друг друга в эти щели. Достаточно успешная иллюстрация того, как узость мировоззрения мешает понять другого человека. ]

Архи.ру:
Здесь скорее хепенинг чем архитектура…

Барт Голхорн:
Здесь мне нравится, что люди пытаются коммуницировать, что-то объяснять. Здесь архитектура представлена как процесс, а не просто картинка.
Этот проект живой, новый, неожиданный. В нем есть своя гениальность.

Архи.ру:
Вам не кажется, что он немножко смахивает на наших поздних бумажников, на то, что делали Арт-Бля и другие?

Барт Голхорн:
Пожалуй, да. Есть хорошие традиции в России.

Я думаю, что дело в наличии некоторого начала, своего рода одаренности и склонности к подобным вещам. Если это начало в человеке присутствует, то позднее работая с реальными объектами он перенесет его и туда. А если такого начала нет, то практика быстро и настойчиво диктует архитектору свои банальности, рамки.

Хотя надо признать, что этот перенос случается не всегда. Иногда люди, которые делают хорошие концептуальные вещи, обращаясь к практике, теряют эту способность. Как например Дилер и Скорфидио: их концептуальные вещи мне очень нравятся, но если посмотреть на то, что они строят – где эти идеи, куда они подевались?

Архи.ру:
Надо ли понимать, что Вы выбирали конкурсантов по принципу концептуальности? Или если не использовать это слово, которое многие не любят – смысловой насыщенности, наличия некоего мессаджа?

Барт Голхорн:
Да, это мой взгляд, может быть, моя личная позиция.
Но здесь и есть не гениальные работы, а просто виртуозно исполненные.

[ в качестве примера смотрим на стенд Яны Цебрук (соавторы Ольга Несветайло, Олег Ткачук, Виктор Цебрук. Санкт-Петербург. Стенд представляет проекты, представленные на международном конкурсе идей Койвусаари. Остров Койвусаари – новый район Хельсинки на западном въезде в столицу. На стенде – несколько пластических штудий на тему европейской нелинейно-орнаментальной архитектуры. Вызывает в памяти образы сразу нескольких западных «звезд». ]

Барт Голхорн:
В них нет совершенно нового подхода к архитектуре, но их авторы виртуозно разрабатывают определенное направление. На это качество я тоже обращал внимание, оно для меня тоже важно.
Но мне, безусловно, важнее и интереснее, что скажет жюри.

zooming
Никита Асадов. Небоскребы
Никита Асадов. Небоскребы
Никита Асадов. Небоскребы
Рустам Керимов и Наталия Зайченко. Жилой дом «Патриот»
Рустам Керимов и Наталия Зайченко. Жилой дом «Патриот»
Саша Филимонов, Ольга Филимонова. Капитан Голландия
Саша Филимонов, Ольга Филимонова. Капитан Голландия
Саша Филимонов, Ольга Филимонова. Капитан Голландия
Евгений Жабреев. Проект для конкурса «Дом-автоном»
Евгений Жабреев. Проект для конкурса «Дом-автоном»
Елена Дешинова, Дмитрий Гольдберг. Взаимодействие
Елена Дешинова, Дмитрий Гольдберг. Взаимодействие
Елена Дешинова, Дмитрий Гольдберг. Взаимодействие
Яна Цебрук (соавторы Ольга Несветайло, Олег Ткачук, Виктор Цебрук. Проект, представленный на международном конкурсе идей Койвусаари


29 Мая 2009

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.
Фантазия о дикой природе
На кампусе компании Vitra в Вайле-на-Рейне, в знаменитой «коллекции» зданий звездных авторов – пополнение: там создают сад по проекту Пита Аудолфа.
Пресса: Как клип трансформирует город. Григорий Ревзин о городе...
В надежде на будущее обычно присутствует то ли презумпция, что смутность настоящего не может не проясниться, то ли воля к ее прояснению. Будущее всегда стремилось к целостности — пожалуй, мы теперь в первый раз переживаем время, когда это не так.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Музей на железной дороге
Новое здание Кантонального музея изящных искусств по проекту Barozzi Veiga – первый пункт мастерплана этих архитекторов: рядом с вокзалом Лозанны возникает арт-квартал Platform 10.
Курортная история
Про участок в Геленджике, планы развития которого начались в 2005 году и пришли к завершению только сейчас, миновав стадии многоквартирного дома среднего, затем большого размера и наконец воплотившись в таунхаусы со скатными кровлями.
Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.