Современная церковная архитектура

Состояние современной церковной архитектуры

Бурное развитие храмостроительства в наше время кроме своего положительного начала имеет и негативную сторону. Имеется в ввиду архитектура возводимых церковных сооружений, которая характеризуется разностильем, перепевами прошлого в той или иной степени профессионально интерпретированного, а также разнокачественностью построек храмов от многопридельных и богато декорированных до примитивных, построенных без проекта неквалифицированными строителями. Архитектурные решения часто зависят от вкуса жертвователя или настоятеля храма, зачастую не обладающих необходимыми знаниями в области храмовой архитектуры.

Мнения профессиональных архитекторов на проблему современной церковной архитектуры весьма различны. Некоторые считают, что прерванную после 1917 года традицию сегодня надо начинать с момента её вынужденной остановки - со стиля «модерн» начала ХХ века, в отличие от современной какофонии архитектурных стилей прошлого, выбираемых архитекторами или заказчиками по своему личному вкусу. Другие приветствуют новаторство и эксперименты в духе современной архитектуры светских зданий и отвергают традицию как устаревшую и не соответствующую духу современности.

Таким образом, современное состояние архитектуры православных храмов в России нельзя признать удовлетворительным, так как потеряны правильные ориентиры поиска архитектурных решений современных храмов и критерии оценки прошлого опыта, который зачастую используется под видом следования традиции.

Необходимое знание традиций православного храмоздательства у многих заменяется бездумным воспроизведением «образцов», стилизаторством, причем под традицией понимается любой период отечественного храмоздательства. Национальное своеобразие, как правило, выражается в копировании традиционных приемов, форм, элементов наружной декорации храмов.

В отечественной истории ХΙХ–ХХ вв. уже была попытка возвратиться к истокам православного храмоздательства, которая в середине ХΙХ в. привела к появлению русско-византийского стиля, а в начале ХХ в. «неорусского» стиля. Но это были те же «стили», только опирающиеся не на западноевропейские, а на византийские и древнерусские образцы. При общем положительном направлении такого поворота к историческим корням, всё же опорой в основном служили лишь «образцы» как таковые, их стилистические характеристики и детали. Результатом стали подражательные произведения, архитектурное решение которых определялось уровнем знания «образцов» и степенью профессионализма при их интерпретации.

На поиски национального направления в архитектуре ощутимо повлиял призыв славянофилов к возрождению русской культуры как культуры национальной, основанной на учении Православной Церкви. Художник и архитектор В.О.Шервуд /1833-1897/ видел возрождение русского национального стиля не в точном копировании древних форм, а в использовании системы закономерностей, определяемых идеей русского народа, заключенной в Православии.

«Русский стиль ХVΙΙ века» получил официальное признание при составлении условий конкурса 1881 года на проект храма Воскресения Христова «На крови» в Петербурге, где было указано, чтобы архитектура этого храма «следовала ХVΙΙ веку, образцы коего встречаются, например, в Ярославле». Однако «русскому» стилю, как и «русско-византийскому», была присуща лишь внешняя форма, когда декоративные детали из зодчества ХVΙΙ века трактовались как символ национальной архитектуры.

Псевдорусский стиль в среде петербургских художников воспринимался как стиль купеческий и безвкусный, однако с 1880 года он обретает навое звучание. В подмосковном имении Саввы Ивановича Мамонтова - мецената и почитателя русских талантов собирается художественный кружок, в котором рождается новый подход к русскому искусству. Заправилами кружка были М.А.Врубель, В.Д.Поленов, В.М.Васнецов, которые и открыли дорогу новому русскому стилю в архитектуре. «Неорусский стиль появился с того момента, - писали об Абрамцеве,- когда русский художник с восторгом посмотрел на зодчество Москвы, Новгорода и Ярославля».

По образу и подобию новгородской церкви Спаса на Нередице В.Д.Поленов создал эскиз абрамцевской церкви. Она была построена самими художниками и расписана ими в противовес казенным сооружениям в стиле ХVΙΙ века, которые заполонили Россию. Архитектурные объемы были как бы вылеплены рукой скульптора. Новизна абрамцевской церкви заключалась не просто в ассиметричной композиции, выразительном контрасте и динамичности форм, нарочитой ее неправильности, а в особом проникновении в дух новгородско-псковских прообразов и в общие закономерности стиля, о которых говорил В.О.Шервуд.

В 1900-е годы храмостроительство переживает период бурного развития. Религиозному искусству отдают свои силы архитекторы Л.Н.Бенуа, Е.И.Бондаренко, Н.В.Васильев, В.А.Косяков, С.С.Кричинский, В.А.Покровский, Ф.О.Шехтель, Е.Ф.Шретер, А.В.Щусев и многие другие. В содружестве с ними работают выдающиеся художники М.А.Врубель, М.В.Васнецов, М.В.Нестеров, Н.К.Рерих.

В 1905 году А.В.Щусев /1973-1949/ опубликовал программное положение неорусского направления, где говорилось: «Религиозное искусство как искусство чистой идеи, чуждое утилитаризма, должно быть свободно в своих проявлениях; оно должно подчиняться только религиозной идее и не терпеть рабского стеснения в формах... Архитекторам необходимо уловить и почувствовать искренность старины и подражать ей в творчестве не выкопировкой старых форм и подправлением, то есть порчей их, а созданием новых форм, в которых бы выражалась так искренне и так красиво, как в старину, идея...».

Зодчие начала XX века, проектируя новые храмы, ведут поиски тех архитектурных форм, которые, по выражению современников, «отражая самобытный дух народа, роднят нас с нашим прошлым и оживляют наше национальное самосознание».

В современной практике, как и в ХΙХ в, мы наблюдаем ту же картину попыток воспроизведения «образцов» из всего многообразия разнохарактерного наследия без проникновения в существо, в «дух» проектируемого храма, к которому современный архитектор-храмоздатель, как правило, не имеет отношении или ему для этого не хватает достаточной образованности.

Здания храмов, которые в Православии, как и иконы, для верующих являются святынями, при поверхностном подходе архитекторов к их проектированию не могут обладать той энергией благодати, которая, безусловно, ощущается нами при созерцании многих древнерусских храмов, построенных нашими духоносными предками в состоянии смирения, молитвы и благоговения перед святыней храма. Это смиренно-покаянное чувство в соединении с горячей молитвой о ниспослании помощи Божией в создании храма - Дома Божия и привлекало благодать Духа Святого, которой созидался храм и которая присутствует в нём и поныне.

Создание каждого православного храма это процесс сотворчества человека с Богом. Православный храм должен создаваться с помощью Божией людьми, творчество которых, основанное на личном аскетическом, молитвенном и профессиональном опыте, согласуется с духовной традицией и опытом Православной Церкви, а создаваемые образы и символы причастны небесному первообразу – Царству Божию. Но если храм проектируется не церковными людьми только с заглядыванием на фотографии храмов в учебниках по истории архитектуры, которые в этих учебниках рассматриваются лишь как «памятники архитектуры», то как бы «правильно» ни был исполнен храм, добросовестно скопированный с подобного «образца» с необходимыми правками, связанными с современными требованиями к проектированию, тогда взыскующее подлинную духовную Красоту верующее сердце непременно почувствует подмену.

Объективно оценить только по формальным признакам то, что сегодня строится, чрезвычайно трудно. У многих людей, приходящих в храм часто с отвердевшим в годы безбожия сердцем, может быть, и не возникают с остротой мысли о несоответствии того, что происходит в храме с тем, что они видят перед собой. Люди, ещё полностью не включённые в церковную жизнь, как люди с неразвитым музыкальным слухом, не сразу почувствуют эти ложные ноты. Привычные глазу детали и зачастую обилие украшений под видом благолепия могут затмить не тренированное духовное зрение и даже в какой-то степени радовать обмирщённый глаз, не возводя ум горе. Духоносная Красота будет подменена мирской красивостью или даже эстетизмом.  

Нам надо осознать, что мы должны думать не о том, как лучше продолжить «традицию», понимаемую с точки зрения теоретиков архитектуры или создать по земному красивый храм, а как решать задачи, стоящие перед Церковью, которые не меняются, несмотря ни на какие смены архитектурных стилей. Храмовая архитектура является одним из видов церковного искусства, которое органично включено в жизнь Церкви и призвано служить её целям.

Основы архитектуры православного храма

Ι. Традиционность

Неизменность православных догматов и чина богослужения определяют принципиальную неизменность архитектуры православного храма. Основа православия – хранение неизменного учения христианства, которое было закреплено Вселенскими Соборами. Соответственно и архитектура православного храма символикой архитектурных форм отражающая это неизменное христианское учение, чрезвычайно стабильна и традиционна в своей основе. При этом разнообразие архитектурных решений храмов определяется особенностями его функционального использования (собор, приходская церковь, храм-памятник и т.д.), вместимостью, а также вариабельностью элементов и деталей, используемых в зависимости от предпочтений эпохи. Некоторые отличия в храмовой архитектуре, наблюдаемые в разных странах, исповедующих православие, определяются климатическими условиями, историческими условиями развития, национальными предпочтениями и национальной традицией, связанными с особенностями народного характера. Однако все эти различия не затрагивают основу архитектурного формообразования православного храма, так как в любой стране и в любую эпоху догматика православия и богослужение, ради которого строится храм, остаются неизменными. Поэтому в православной храмовой архитектуре в своей основе не должно быть никакого «архитектурного стиля» или «национального направления», кроме «вселенского православного».

Сближение храмовой архитектуры со стилистикой светских сооружений, которое происходило в период Нового времени, было связано с проникновением светского начала в церковное искусство в связи с негативными процессами навязанной государством секуляризации Церкви. Это сказалось на ослаблении образного строя церковного искусства в целом, в том числе архитектуры храма, его сакрального назначения быть выражением небесных первообразов. Храмовая архитектура в тот период в значительной степени утеряла способность быть выразителем сокровенного содержания храма, превратившись в чистое искусство. Храмы так и воспринимались до последнего времени – как «памятники архитектуры», а не как «Дом Божий», который «не от мира сего», и не как святыня, что естественно для православия.

Консерватизм является неотъемлемой частью традиционного подхода и это явление не отрицательное, а очень осторожный духовный подход к любым нововведениям. Нововведения никогда не отрицаются Церковью, но к ним предъявляются очень высокие требования: они должны быть богооткровенны. Поэтому существует каноническая традиция, то есть следование образцам, принятым Церковью, как соответствующим её догматическому учению. Используемые в канонической традиции храмоздательства образцы необходимы архитекторам, чтобы представить, что и как нужно делать, но они имеют только педагогическое значение  учить и напоминать, оставляя место для творчества.

Сегодня под «каноничностью» часто подразумевается механическое выполнение каких-то обязательных правил, сковывающих творческую деятельность архитектора, хотя никакого «канона», как свода обязательных требований к храмовой архитектуре, в Церкви никогда не было. Художники древности никогда не воспринимали традицию, как нечто раз и навсегда зафиксированное и подлежащее только буквальному повторению. Новое, что появлялось в храмоздательстве, не меняло его кардинально, не отрицало то, что было до этого, но развивало предыдущее. Все новые слова в церковном искусстве не революционные, а преемственные.

2. Функциональность 

Под функциональность понимается:
- Архитектурная организация места собрания членов Церкви для молитвы, слушания Слова Божия, совершения Евхаристии и других Таинств, соединённых в чине богослужения.
- Наличие всех необходимых вспомогательных помещений, связанных с богослужением (паномарка, ризница, церковная лавка) и пребыванием людей (гардеробная) в соответствии с функциональной особенностью храма (собор, приходской, усадебный и т.д.).
- Соблюдение технических требований, связанных с пребыванием в храме людей и эксплуатацией здания храма (микроклиматических, акустических, надежности и долговечности, безопасности и доступности).
- Экономичность строительства и эксплуатации церковных зданий и сооружений, в том числе строительство очередями с использованием оптимальных инженерно-строительных решений, необходимое и достаточное применение средств наружной и внутренней декорации.
Архитектура храма должна архитектурной организацией пространства храма создавать условия для богослужения, соборной молитвы, а также через символику архитектурных форм помогать уяснению того, что человек слышит в Слове Божием.
3. Символизм
Согласно церковной теории соотношения образа с первообразом архитектурные образы и символы храма при исполнении в рамках канонической традиции могут отражать первообразы небесного бытия и приобщать к ним. Символика храма объясняет верующим сущность храма как начала будущего Царства Небесного, ставит перед ними образ этого Царства, пользуясь видимыми архитектурными формами и средствами живописной декорации для того, чтобы сделать доступным нашим чувствам образ невидимого, небесного, Божественного.
Православный храм – образное воплощение догматического учения Церкви, наглядное выражение сущности Православия, евангельская проповедь в образах, камнях и красках, училище духовной мудрости; символический образ Самого Божества, икона преображенной вселенной, Горнего мира, Царства Божия и возвращенного человеку рая, единства видимого и невидимого мира, земли и неба, Церкви земной и Церкви небесной.
Форма и устройство храма связаны с его содержанием, наполнены божественными символами, раскрывающими истины Церкви, как они выражены в Священном Писании и Священном Предании и приводящими к небесным первообразам. Поэтому они не могут быть произвольно изменены.
4. Красота
Православный храм - средоточие всего самого прекрасного на земле. Он благолепно украшается как место, достойное для совершения Божественной Евхаристии и всех Таинств, в образ красоты и славы Божией, земного дома Божия, красоты и величия Его Небесного Царства. Благолепие достигается средствами архитектурной композиции в синтезе со всеми видами церковного искусства и применением сколь возможно лучших материалов.
Основными принципами построения архитектурной композиции православного храма являются:
- главенство внутреннего пространства храма, его интерьера над внешним обликом;
- построение внутреннего пространства на гармоничном равновесии двух осей: горизонтальной (запад–восток) и вертикальной (земля–небо);
- иерархичность построения интерьера с главенством подкупольного пространства;
- соответствие архитектурной композиции градостроительному окружению и функциональной принадлежности храма по масштабу и характеру архитектуры.

Духовная красота, которую мы называем благолепием, является отблеском, отражением красоты Горнего мира. Духовную Красоту, идущую от Бога, следует отличать от мирской красивости. Видение Небесной Красоты и сотворчество в «синергии» с Богом дало возможность нашим предкам создавать храмы, благолепие и величие которых были достойны Неба. В архитектурных решениях древнерусских храмов ясно выражено стремление к отражению идеала неземной красоты Царства Небесного. Храмовая архитектура строилась в основном на пропорциональном соответствии частей и целого, а декоративные элементы играли второстепенную роль.

Высокое назначения храма обязывает храмоздателей относится к созданию храма с максимальной ответственность, использовать все самое лучшее, чем располагает современная строительная практика, все лучшее из средств художественной выразительности, однако эта задача должна решаться в каждом конкретном случае по своему, памятуя слова Спасителя о драгоценности и двух лепт, принесенных от всего сердца. Если в Церкви создаются произведения церковного искусства, то они должны создаваться на самом высшем уровне, какой только мыслим в данных условиях.

Рекомендации по совершенствованию практики современного храмоздательства

Ι. В области архитектуры современного православного храма

Ориентиром для современных храмостроителей должно быть возвращение к исконным критериям церковного искусства – решение задач Церкви с помощью специфических средств храмовой архитектуры. Важнейшим критерием оценки архитектуры храма должно быть то, насколько его архитектура служит выражению того смысла, который был заложен в него Богом. Храмовая архитектура должна рассматриваться не как искусство, а также, как и другие виды церковного творчества  как аскетическая дисциплина.

В поиске современных архитектурных решений русского православного храма должно быть использовано всё восточнохристианское наследие в области храмоздательства, не замыкаясь только на национальной традиции. Но эти образцы должны служить не для копирования, а для проникновения в суть православного храма.

При возведении храма необходима организация полноценного храмового комплекса, обеспечивающего всю современную многостороннюю деятельность Церкви: литургическую, социальную, просветительскую, мессионерскую.

Предпочтение следует отдавать строительным материалам, имеющим в основе природное происхождение, в том числе кирпичу и дереву, что имеет особое богословское обоснование. Искусственные строительные материалы, подменяющие натуральные, а также те, в которых отсутствует ручной труд человека, желательно не использовать.

2. В области решений, принимаемых Церковью 

Разработка «образцовых» экономичных проектов храмов и часовен разной вместимости, отвечающих современным требованиям Церкви.
Привлечение к работе епархиальных структур по храмостроительству профессиональных архитекторов-храмоздателей. Учреждение должности епархиального архитектора и епархиального Совета по строительству и реставрации храмов. Взаимодействие с местными органами архитектуры с целью недопущения строительства новых храмов, не отвечающих современным требованиям Церкви.

Публикации в церковных изданиях материалов по вопросам храмоздательства и церковного искусства в т.ч. новых проектов храмов с анализом их архитектурно-художественных достоинств и недостатков, как это было в практике дореволюционной России.

3. В области решений, принимаемых государством

Государственным органам архитектуры и экспертизы не давать разрешения на строительство (реставрацию) храмов без одобрения проекта епархиальным Советом по строительству и реставрации.

Ввести в программу обучения студентов архитектурных ВУЗов специализации «храмовая архитектура».

4. В области творчества архитекторов-храмоздателей

Архитектор–храмоздатель должен:
– понимать требования Церкви, т.е. выражать средствами архитектуры сакральное содержание храма, знать функциональную основу храма, православное богослужение для разработки планировочной организации в соответствии со спецификой назначения храма (приходской, мемориальный, собор и т.д.);
– иметь осознанное отношение к созданию храма-святыни как к сакральному акту, близкому к церковным Таинствам, как и всё, что делается в среде Церкви. Такому пониманию должны соответствовать образ жизни и творчества архитектора-храмоздателя, его причастность к жизни православной Церкви;
- обладать глубокими знаниями всей полноты традиций вселенского православия, наследия всего лучшего, что было создано нашими предшественниками, дух которых был близок духу Церкви, в результате чего создаваемые храмы соответствовали требованиям Церкви, были проводниками Её духа;
- обладать высочайшим профессионализмом, совмещать в своём творчестве традиционность решений с современными строительными технологиями.

15 Марта 2012

Похожие статьи
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Технологии и материалы
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Сейчас на главной
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – в проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Северный ветер
Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.
Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля
Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Малыми средствами
Главной архитектурной наградой ЕС, Премией Мис ван дер Роэ, отмечена функциональная «деконструкция» Дворца выставок в бельгийском Шарлеруа, а как работа начинающих архитекторов – спартанские временные помещения для Национального театра драмы в Любляне.
Архивные сокровища
Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
В юном месяце апреле. Шанс многообразия
Наш очередной обзор запоздал дней на 10. А что вы хотите, такие перестановки в Москве, хочется только крутить головой и думать, что будет дальше – а также, расскажут ли нам, что будет дальше... В состоянии неполной информированности собираем крохи: проекты заявленные, утвержденные или просто всплывшие в информационном контексте. Получается разнообразно, хочется сказать даже – пестро. Лучшее, и хорошее, и забытое. Махровая эклектика балансирует с пышными fleurs de bon эмотеха на одних качелях.
Всматриваясь вдаль
Гордость за свой город и стремление передать его genius loci во всех своих проектах – вот настоящее кредо каждого питерского архитектора. И бюро ZIMA уверенно следует негласному принципу, без скидок на размеры и функцию, создавая интерьер небольшого магазина модной одежды LESEL так же, как если бы они делали парадную залу.
МАРШ: Шпицберген studio
Проектная студия «Шпицберген studio» 4 курса бакалавриата в 2024/25 учебном году была посвящена исследованию и разработке концепций объектов культурного наследия на архипелаге Шпицберген. Студенты работали с реальным брифом от треста Арктикуголь.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Школа со слониками
Девелопер «МетроПолис» выступил в несвойственной роли проектировщика при разработке для постконструктивистского детского сада со слониками в московском Щукино концепции реставрации и приспособления под современную школу. Историческое здание дополнит протяженный объем из легковозводимых деревоклееных конструкций. «Пристройку-забор»украсят панно с изображением памятников 1920-1930-х и зеленая кровля. Большим навесом, предназначенным для ожидающих родителей, смогут воспользоваться и посетители городского сквера «Юность».
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.