«А ведь архитектура – это искусство, не так ли?»

Интервью с куратором и архитектурным критиком Владимиром Белоголовским о его новой выставке в московском Музее архитектуры, кризисе современной архитектуры и важности личностного подхода к практике.

Нина Фролова

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
0 В Музее архитектуры им. А. В. Щусева в Москве открывается выставка «Эмилио Амбас: от архитектуры к природе». Вернисаж состоится 6 апреля, в 18:00 в его рамках пройдет лекция куратора выставки Владимира Белоголовского.

Вилла Casa de Retiro Espiritual близ Севильи. Фото © Michele Alassio


Почему вы выбрали Эмилио Амбаса героем своей очередной выставки? Чем его работы и идеи актуальны в конце 2010-х?

Владимир Белоголовский:
Так получилось, что это он меня выбрал в качестве куратора. Мы познакомились десять лет назад, когда я пришел к нему в мастерскую в Нью-Йорке на интервью для журнала «Татлин». Вообще, это мой способ знакомства со всеми ведущими архитекторами – я беру интервью не ради публикаций, это такой способ общения, мне это просто интересно. Не успел я войти, как он заявил: «Выключаем диктофон и просто беседуем. И никаких записей». А после нашей беседы он дал мне листок с «моими» вопросами и его ответами: «Вот это вы можете опубликовать». Спустя некоторое время я принес ему публикацию. Он взглянул на меня и предложил вместе отобедать. Когда подали кофе, он спросил напрямую: «Чем я могу вам быть полезен?» Я предложил курировать его выставку, на что он сказал: «А какое ваше второе желание?» Дело было перед моей поездкой в Австралию, и я попросил его познакомить меня с человеком, с которым я мог бы создать некий кураторский проект. Он свел меня с Пенелопой Сайдлер, вдовой выдающегося австралийского архитектора Гарри Сайдлера, которая на мое предложение сделать небольшую выставку парировала: «А почему бы вам не организовать всемирные гастроли?» Нужно заметить, что имя Сайдлера я впервые услышал от Амбаса двумя неделями ранее и был наименее вероятным кандидатом для курирования подобного проекта во всей Австралии, где даже таксисты знают это имя. Тем не менее, я согласился без малейшего колебания. А спустя несколько лет, когда моя выставка была показана в десятках городов мира, я получил сообщение от Амбаса: «У вас так замечательно проходит тур Сайдлера. Вы бы не хотели заняться моим туром?» Таким образом осуществилось и мое первое желание.

Работы Амбаса существуют вне времени. Они являются порождением его богатейшей фантазии. Эти проекты позволяют нам перенестись в некую поэтику идеализированного мира сказок, мифов и ритуалов. Поэтому вряд ли в данном случае можно говорить о некой актуальности. Вообще, нужно быть осторожным в погоне за актуальностью в искусстве, а ведь архитектура – это искусство, не так ли? Однако что объединяет все работы Амбаса – это их связь с ландшафтом. Нет ни одного проекта, который бы не следовал следующему принципу. Каждый из его объектов – на сто процентов здание и на сто процентов ландшафт. Каждое здание возвращает людям, как минимум, всю занимаемую территорию в виде сада или парка. Это принципиальная позиция архитектора. Он считает неэтичным не пытаться улучшить доставшийся архитектору участок. Сегодня, когда в профессиональной среде только и говорят о зеленой архитектуре, что может быть более актуальным, чем обсуждение проектов ее прародителя? Ведь он использует в своей архитектуре зелень, растения, воду и свет как главный строительный материал еще с середины 1970-х.

Комплекс ACROS в Фукуоке © Emilio Ambasz
Комплекс ACROS в Фукуоке © Emilio Ambasz



Если послушать Амбаса, его интересуют и «метафизическая» составляющая архитектуры, ее связь с архетипами и базовыми понятиями человеческой жизни, и социальная – в смысле желания сделать жизнь людей лучше, и чисто прагматическая, включая экологическую, ресурсоэффективную линию. Но что в итоге доминирует в его творчестве?

Вы правильно заметили, что его архитектура – это именно творчество, чего нельзя сказать о большинстве проектов, которые вы охарактеризовали такими словами как «экологические» и «ресурсоэффективные». Конечно же, метафизика стоит для него на первом месте. Ну представьте себе молодого человека, который идет в архитектуру, потому что он хочет создавать ресурсоэффективные здания. Это же абсурд. Я много путешествую по миру, и я вам точно говорю, что сегодня архитектура просто больна. Она в глубочайшем кризисе. Знаете, почему? Потому что почти все идеи сводятся к одной мысли – к внедрению архитектуры в природу или природы в архитектуру. Это весьма благородная цель, но она настолько сегодня доминирует, что мы перестаем мыслить и пытаться создавать разную архитектуру, а самое главное – персонифицированную.

Вы знаете, если 10–15 лет назад я просил архитекторов обозначить свое творчество отдельными словами, то в ответ я никогда не слышал, что бы эти слова у любых двух архитекторов совпадали. Их было множество – сложность, ясность, двусмысленность, глубокая структура, незавершенность, провокация, скорость, бой невесомости, и так далее. У каждого было свое видение и, когда в 2012 году куратор венецианской биеннале Дэвид Чипперфильд не без основания задал вопрос – что такое common ground?, то есть – что нас объединяет?, тогда нам всем казалось, что мы в кризисе и нам срочно нужно искать общий знаменатель. Однако спустя несколько лет стало очевидно, что именно тогда архитектура была на пике своего творческого взлета. Ей обрезали крылья и вот уже как минимум два года – после биеннале 2016-го, когда Алехандро Аравена окончательно отлучил архитектуру от искусства, – мы занимаемся прагматикой. И нам это так нравится, что сегодня практически все ведущие архитекторы, отвечая на упомянутый мной вопрос, в унисон твердят одно и то же слово – природа. А с чего начинается ваш проект – с анализа участка. Всех как подменили. Я ношусь по всему миру в поиске оригинальности, а мне что в Пекине, что в Нью-Йорке, что в Мехико отвечают одними и теми же словами. Когда на языке разных архитекторов вертятся одни и те же слова, это означает, что они отказываются думать самостоятельно. Конечно же, есть исключения, но есть и тенденция – следовать моде и не раздражать критиков, которые сегодня определяют хорошее это здание или нет – по таблице. Зеленый проект – отлично, социальный – очень хорошо, скульптурный и «иконический» – за это уже не похвалят.

Вот почему именно сегодня и нужно показать проекты Амбаса. Это проекты свободно мыслящего творца. Они выражают его сложный внутренний мир. Да, в этих проектах есть риск, потому что их невозможно объяснить. Нельзя научить студентов видеть свои проекты во снах, как они приходят к Амбасу. Его опыт не передаваем, как непередаваем опыт многих оригинальных архитекторов, чья архитектура не подчиняется некой формуле или методологии, как в случае с Ремом Колхасом или Бьярке Ингельсом. Но при изучении творчества подобных архитекторов приходит главное понимание: архитектура – это не поиск ответов, а поиск вопросов. Архитектура Амбаса – это один из многих путей создания архитектуры. И если студенту показать десять разных путей, уверяю вас, что он придумает одиннадцатый. Именно ради этого нужны в том числе и такие выставки.

Офтальмологический центр Banca dell’Occhio в Венеции-Местре © Emilio Ambasz
Оранжерея Люсиль Холселл в Ботаническом саду Сан-Антонио © Emilio Ambasz



– Играет ли роль в проектах Амбаса латиноамериканский, неанглосаксонский опыт? Имею в виду не только его родину, но и последующий интерес к Баррагану и так далее.

Безусловно. Его еще совсем ранний, во время учебы в школе, опыт работы в мастерской аргентинского архитектора Амансио Уильямса очень показателен. Амбас считает его истинным поэтом. А Луис Барраган – это вообще отдельная история. Он просто открыл его. Вы знаете, ведущие архитекторы Мексики рассказывали мне, что они обратили внимание на Баррагана только после выставки 1976 года в МоМА, которую и курировал Амбас. Его вообще мало кто знал, его просто считали чудаком. А ведь к тому времени он уже был старцем и практически все успел построить. Амбас даже уговорил Баррагана на один из последних его проектов, дом Casa Gilardi в Мехико со знаменитым бассейном, где пространство буквально дематериализуется в синие, красные, желтые и зеленые тона. Идеей Амбаса было представить тогдашним архитекторам, которые в ту пору больше уделяли внимание вопросам социологии, нежели архитектуре как искусству, именно такую чувственную, я бы сказал, волшебную архитектуру. Это сработало, и выставка побила рекорды посещаемости, и затем демонстрировалась во многих университетах по всей Америке. Конечно же, архитектура Баррагана другая, но ее можно описать теми же словами. Она поэтическая, сказочная, ритуальная, и в ней присутствуют те же ингредиенты – вода, фонтаны, растения и ведущие к небу и солнцу ступени.

zooming
Культурный и спортивный центр Mycal в Санде, префектура Хиого, Япония © Emilio Ambasz
Больница Оспедале-дель-Анджело в Венеции-Местре © Emilio Ambasz
Больница Оспедале-дель-Анджело в Венеции-Местре © Emilio Ambasz



Эмилио Амбас – дизайнер работает порой как инженер, с абсолютным проникновением в техническую сторону дела. Распространяется ли этот подход на архитектуру?

Я бы выделил его дар изобретателя. Он шутит, что именно этого слова ему хватило бы на его могиле. Он не может не изобретать, есть такие люди. И среди архитекторов есть такие. Ему это дано. Каждый его проект, пусть то будет здание, шариковая ручка или стул – это изобретение. Человек сидит на обычном стуле, и может так просидеть ну пять минут, ну семь. При самой удобной позе ему быстро становится неудобно. Что делает обычный человек? Он меняет позу. Что делает изобретатель? Он ставит перед собой задачу, и так в 1976 году появляется первый в мире эргономический стул Амбаса под названием Vertebra, который реагирует на ваше желание наклониться вперед или облокотиться назад. Но изобретательность его зданий не в технологичности, а в изобретении новых архетипов – дом-маска, дом-сад, дом-пещера, здание-гора, здание-оранжерея и так далее.

А в завершении скажу, что я вовсе не хотел бы считаться специалистом по архитектуре Амбаса или по той же зеленой архитектуре. Вы знаете, я так страстно критиковал зеленую архитектуру во время своей недавней поездки в Китай, что мне предложили там преподавать. Когда стали обсуждать тему, то мне дали курс именно по зеленой архитектуре. Теперь я буду бороться с этим явлением изнутри. Так вот – я прежде всего куратор. Я нахожу тему, которая интересна мне и пытаюсь привлечь к ней интерес других. Но дело не в конкретной теме. Любая выставка – это не конец, а начало. Удачная выставка – это не та, на которую пришло больше всех людей, а та, на которую пришел один человек с предложением сделать новый проект. Ну а если кто-то когда-то скажет мне: «Вы знаете, 20 лет назад мама привела меня на вашу выставку, и вот я стал архитектором» – ну что ж, это будет очень трогательно.

03 Апреля 2018

Нина Фролова

Беседовала:

Нина Фролова
Total Палладио
Сергей Хачатуров – о выставке, посвященной русскому палладианству, которая, приехав в Москву, оказалось разделенной на две части и от этого что-то потеряла.
Пресса: Палладианство как русская идея
Выставка «Русское палладианство. Палладио и Россия от барокко до модернизма» прошла осенью минувшего года в Венеции в Музее Коррер. Теперь ее показывают и в Москве. Но не в едином пространстве, как в Венеции, а разделив на две параллельные выставки.
Пресса: Музей архитектуры запустит автобусные экскурсии...
Музей архитектуры им. Щусева в дополнение к экскурсиям по всемирно известному памятнику авангарда - дому Константина Мельникова в Кривоарбатском переулке - запустит автобусные экскурсии по московским постройкам архитектора, среди которых Бахметьевский гараж и Дом культуры им. Русакова. Об этом рассказал директор музея Константина и Виктора Мельниковых Павел Кузнецов.
Пресса: Выставка советского дизайна оказалась показом мебельных...
Выставка «Советский дизайн. От конструктивизма к модернизму. 1920-е - 1960-е» выглядит впечатляюще. В нескольких залах собраны вещи, имеющие прямое стилистическое отношение к архитектурным проектам, находящимся рядом.
Пресса: «Айсберги» в пространстве Музея архитектуры
О том, насколько опасны айсберги, знает каждый, кто хоть что-то слышал о «Титанике». Но «Айсберги», которые в преддверии весны неожиданно появились в Москве, не несут никакой угрозы. Завораживающую красоту этих плавучих гор решили показать создатели необычной мультимедийной выставки в Музее архитектуры имени Щусева.
Пресса: Выставка, посвященная советскому дизайну, откроется...
Выставка «Советский дизайн. От конструктивизма к модернизму 1920-е — 1960-е», которая призвана показать советский дизайн как яркое художественное явление, сыгравшее значимую роль в европейском промышленном искусстве ХХ века, откроется в Государственном музее архитектуры имени Щусева в пятницу.
Пресса: Выставка «Штрихом по форме» открылась в Музее имени...
Чувство юмора – спасительное качество для представителей творческих профессий, особенно в эпоху несвободы. Рисунки, карикатуры, шаржи – неформальные работы советских архитекторов представлены на выставке в Музее имени Щусева. В экспозиции – юношеские зарисовки на злобу дня, сделанные в первой половине ХХ века, студенческие шаржи на известных преподавателей, карикатуры на мэтров авангарда и классиков архитектуры.
Пресса: Состязание достойных архитекторов
Советская архитектура в ее лучших достижениях – это не только яркие авторы и выдающиеся здания, градостроительные проекты и генеральные планы. Это еще и организованные на высоком уровне профессиональные конкурсы. О некоторых из них, проводившихся в 20–50-е годы, напоминает выставка «Кузница большой архитектуры», открывшаяся в Государственном музее архитектуры им. А.В. Щусева.
Пресса: В Музее архитектуры имени Щусева появился арт-туалет
В Музее архитектуры имени Щусева открылась выставка «Керамика в архитектуре: от стены к объекту». Экспозиция, занявшая первый этаж флигеля «Руина», рассказывает о работе художников и архитекторов нескольких столетий: самые ранние экспонаты датируются XVII веком, а некоторые были созданы специально для выставки в этом году.
Пресса: В Музее архитектуры показали конкурсные проекты главных...
Музей архитектуры показал на выставке, какими могли быть главные здания советской Москвы. Проекты — победители архитектурных конкурсов не всегда были лучшими и дорабатывались с ухудшением, но все равно превратились в памятники.
Пресса: Конкурсы столичного масштаба: Открылась выставка...
Открывшаяся в среду большая выставка Музея архитектуры, кураторами которой выступили Сергей Чобан и Ирина Чепкунова, представляет высочайшую планку архитектурной дискуссии 1920-40-х годов на материале конкурсов на семь важнейших столичных объектов.
Пресса: Советские архитектурные конкурсы представлены в...
В Музее архитектуры имени Щусева открывается выставка, посвящённая советским архитектурным конкурсам – «Кузница большой архитектуры». Она демонстрирует и проекты победителей, и работы тех, кто не был удостоен права ковать облик советской столицы.
Пресса: Городское развитие. Диалог позиции и оппозиции
Как создать современный город? Кто участвует в формировании городской среды? Какая связь между городским сообществом и городским пространством? Свою позицию по этим актуальным вопросам московского мегаполиса высказали выпускники Высшей школы урбанистики.
Технологии и материалы
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Клуб SURF BROTHERS. Масштаб света и цвета
При создании концепции освещения в первую очередь нужно задаться некой идеей, которая будет проходить через весь проект. Для Surf Brothers смело можно сформулировать девиз «Море света и цвета».
Преодолевая стены
Дом Skarnu apartamentai строился в самом сердце Старой Риги. Реализовать ключевые для архитектурного образа решения – наклонную и рельефную кладку – удалось с помощью системы BAUT.
Решения Hilti для светопрозрачных конструкций
Чтобы остекление было не только красивым, но надёжным и безопасным, изначально необходимо выбрать витражную систему, подходящую для конкретного объекта. В зависимости от задач, стоящих перед архитекторами и конструкторами, Hilti предлагает ряд решений и технологий, упрощающих работу по монтажу светопрозрачных конструкций и обеспечивающих надежность, долговечность и безопасность узлов их крепления и примыкания к железобетонному каркасу здания.
Квартира «в стиле Дружко»
Дизайнер Александр Мершиев о ремонте для телеведущего Сергея Дружко и возможностях преобразования пространства при помощи красок Sikkens.
Потолки для мультизадачных решений
Многообразие функциональных потолочных решений Knauf Ceiling Solutions позволяет комплексно решать максимально широкий спектр задач при создании комфортных, эстетически и стилистически гармоничных интерьеров.
Внутри и снаружи:
архитектурные решения КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®...
Системы КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®, включающие цементную плиту, обладают достоинствами, которые проявляют себя как в процессе монтажа, так и при отделке, и в эксплуатации. Они хорошо подходят для нетиповых решений. Вашему вниманию – подборка жилых комплексов с разнообразными примерами использования данной технологии.
Во всем мире: опыт использования систем КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®...
Разработанная компанией КНАУФ технология АКВАПАНЕЛЬ® отвечает высоким требованиям к надежности отделочных решений, причем как в интерьере, так и на фасадах. В обзоре – о том, как данная технология применяется за рубежом на примере известных – общественных и жилых – зданий.
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Сейчас на главной
Паркинг – ворота
Пекинское бюро MAD спроектировало «перехватывающий» гараж на 1500 машин для инновационного района Милана. Строительство начнется в этом сентябре.
Голова героя
В центре Тираны началось строительство жилой башни в форме бюста национального героя Албании Скандерберга. Авторы проекта – MVRDV.
Высотный конструктор
Один из проектов заказного конкурса для ЖК на севере Москвы. Архитекторы АБ «Крупный план» предложили простую стереометрическую пару 100-метровых башен, объединенных общим пластическим сюжетом, простым, построенном на лаконичном контрасте, но в то же время фактурном. Интересен и овал внутреннего двора, «вырезанный» на кровле стилобата.
Безудержный оптимизм
MVRDV совместно с индийским бюро StudioPOD превратили заброшенные пространства под одной из эстакад перенаселенного мегаполиса Мумбаи в завлекательную зеленую площадку для всех жителей района.
Аспекты счастья
Архстояние 2022 с девизом «Счастье есть?» получилось как всегда веселым фестивалем, но самые заметные объекты какие-то иронические, критичные и грустные, – зато все остальные, окружающие их, сосредоточились на том, чтобы наделить посетителей простой человеческой радостью. Выступили Тотан Кузембаев, Александр Бродский и другие.
Алюминий и бронза
KAAN Architecten спроектировали две башни в комплексе De Zalmhaven в гавани Роттердама: они дополняют расположенное там же самое высокое здание Нидерландов.
Рамы для города
UNStudio победили в конкурсе на проект жилого комплекса в центре города Яссы на северо-востоке Румынии.
Платок Марьям
Специальный приз международного конкурса на эскизный проект соборной мечети в Казани, посвященной 1100-летию принятия ислама в Волжской Булгарии, получили студенты Казанского архитектурно-строительного университета. Их предложение отсылает к традиционной татарской архитектуре.
Уникальность — норма жизни
Жилой дом UNIC в Париже, построенный по проекту пекинского бюро MAD, предлагает действительно уникальный, качественно иной уровень взаимодействия между человеком, архитектурным объемом, природой и городом.
Градсовет Петербурга 27.07.2022
Градсовет обсудил «средневековый» жилой квартал у Пулковского водохранилища, гостиницу а-ля рюс в деревне Шуваловка, а также гостиницу напротив Финляндского вокзала, которая восстанавливает структуру утраченной части доходного дома Павла Сюзора.
Учеба и жизнь
Представлены финалисты Премии Стерлинга-2022 – главной архитектурной награды Великобритании.
Блеск металла
В Чэнду завершен ансамбль Спортивного парка Дунъаньху по проекту gmp: в 2023 там пройдет 31-я Всемирная летняя универсиада.
Архсовет Москвы–76
Архитектурный совет Москвы горячо поддержал новый проект Юрия Григоряна для ТПУ Парк Победы, в котором измененные высотные ограничения позволили предложить тонкую стройную башню 300-метровой высоты. После обсуждения некоторых нюансов как эксперты, так и МКА единодушно пожелали проекту качественной реализации, пообещали следить за ней и поддерживать.
Архстояние 2022: четыре главных проекта
Фестиваль ландшафтных объектов «Архстояние» в этом году пройдет в Никола-Ленивце с 29 по 31 июля. Все три дня художники, архитекторы, перформеры и музыканты будут рассуждать на тему «Счастье есть?», а зрители смогут стать соавторами этого процесса.
Культура отдыха
В новом корпусе санатория «Клязьма», проект которого выполнило бюро «Крупный план», эстетика советского модернизма соединяется с современными представлениями об отдыхе.
Пещера горного короля
Офис в особняке Глазовского переулка соединяет серьезность горнодобывающей компании и креативный настрой команды: камень, дубовые столы и кожаные кресла соседствуют с невесомыми светильниками, зеленью и стеллажами для коллекций.
Химия цвета
Отель, построенный по проекту Григория Дайнова рядом с Ареной-2000 на въезде в Ярославль из Москвы, строился так долго, что истории замысла сейчас приблизительно 15 лет. По словам архитектора, именно эта работа позволила основать собственное бюро. Но здание не выглядит устаревшим, вероятно, потому что сочетает простоту объемов с яркими тщательно просчитанными «прослойками» цветного света.
Эхо будущих поколений
Новый корпус «Эхо», только что открывшийся на территории кампуса Делфтского технического университета, генерирует дополнительную энергию как в буквальном, так и в переносном смысле — и электрическую, и творческую
Ешь, танцуй, слушай
Пиццерия с кабинками для прослушивания музыки с винила, акустическим потолком, краской-шубой и мебелью из шпона корня тиса.
Ковчег из космоса
Рассказываем о втором проекте, победившем в международном конкурсе на эскизный проект соборной мечети в Казани, посвященной 1100-летию принятия ислама в Волжской Булгарии. Проект архитектора Айвара Саттарова вдохновлен образом ковчега Нуха.
От стула до жилого дома
Учебный год для студентов профиля «Архитектурная среда и дизайн» Института бизнеса и дизайна завершился традиционной итоговой выставкой.
Транспорт налаживается: номинанты премии Москвы
Еще одна номинация Архитектурной премии, очень важная для города, посвящена транспорту. В ней 3 станции метро, причем 2 из них открыты в декабре 2021 года в составе БКЛ, пешеходный мост зоопарка от ПТАМ Виссарионова и паркинг с фасадами от итальянского архитектора.
Кедровая арена
Утвержден проект спортивной арены, которая станет подарком к 300-летию Перми. За идентичность будет отвечать фасад из алюминиевого «лемеха», напоминающего чешуйки кедровой шишки.