Чехословацкий модернизм: отель Thermal в Карловых Варах

Комплекс конгресс-центра и гостиницы Thermal в Карловых Варах – произведение чехословацких модернистов Владимира и Веры Махониных. Текст и фотографии – Василия Бабурова.

mainImg


«…мы медленно проехали мимо небольшой просеки, в пятьдесят шагов ширины, и посреди нее я увидел картину, потрясшую меня до глубины души. На полянке стояла большая стая собак, больших и малых, рыжих, белых и черных. Собаки волновались и робели. Одна маленькая желтая собачонка лежала на снегу. В стороне рвался и лаял огромный черный пес, держась, однако, все время под прикрытием толпы. А посередине стоял большой угрюмый волк. Волк? Он показался мне львом. Он стоял один-одинешенек – решительный, спокойный, с ощетинившимся загривком и прочно расставленными ногами – и поглядывал то туда, то сюда, готовый к атаке по всем направлениям».
 
Э. Сетон-Томпсон. Виннипегский волк


 
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
zooming
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: официальный сайт отеля Thermal / мэрии Карловых Вар. www.karlovy-vary.cz
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: официальный сайт отеля Thermal / мэрии Карловых Вар. www.karlovy-vary.cz



В самом центре буржуазно-респектабельных Карловых Вар высится модернистский колосс из бетона, стекла и стали. Его масштаб и облик не имеют ничего общего с пестрым бюргерским окружением, однако и не подавляют его – он просто чужак, так сказать, «иностранец с видом на жительство». Характерный облик здания позволяет безошибочно определить время его строительства – рубеж шестидесятых-семидесятых годов. Как и большинство своих ровесников, комплекс конгресс-центра и отеля Thermal находится под угрозой – если не сноса, то, как минимум, серьезной реконструкции, чреватой сильным искажением его оригинального облика. Время, в которое был построен Thermal, и строгая бруталистская архитектура мало у кого вызывают теплые чувства – что у местных, что у приезжих.

Искусствоведы, напротив, высоко оценивают это здание, художественные достоинства которого не бросаются в глаза, но опытным взглядом считываются. Хотя Thermal открылся лишь в середине 1970-х, не самые лучшие годы в истории страны – это продукт другого, более раннего и счастливого времени, которое чешские исследователи называют «золотым веком» чехословацкой архитектуры. Со стороны это видится некоторым преувеличением, которое можно объяснить ностальгией по Пражской весне. У той эпохи есть сходство с нашим Серебряным веком – культурным расцветом, закончившимся катастрофой. Однако шестидесятые годы ХХ века как-то не ассоциируются с серебром – скорее уж с титаном. Поэтому уместнее было бы назвать это время Титановым веком, тем более что были у него и свои титаны.

В советское время аббревиатура «ЧССР» (название страны с 1960 г.) вводила в некоторое заблуждение: Чехословакия казалась еще одной союзной республикой. И хотя это было совсем не так (даже в годы Застоя между странами сохранялись определенные социальные и тем более культурные различия), развитие чехословацкой архитектуры в целом шло параллельным курсом советской. В межвоенные годы Чехословакия могла гордиться сильной модернистской школой, однако война и последовавшая после недолгой «интермедии» глубокая сталинская «заморозка» выбили страну из мирового культурного контекста. В отличие от метрополии, сталинизм чехословацкого образца не породил выдающихся произведений: работа в жанре «освоения классического наследия», который в Чехословацкой Республике называли «социалистическим реализмом» (или сокращенно «сорелой»), была явно по принуждению. Поэтому переход к модернизму, санкционированный Москвой, был гораздо менее болезненным и более естественным, нежели в СССР.

Вместе с тем, за 1940–1950-е годы поколение ведущих архитекторов успело почти полностью смениться. На авансцену вышли люди, получившие диплом либо незадолго до, либо уже после войны. Поэтому «оттепель», принесенная московскими ветрами и завершившаяся в конечном итоге Пражской весной, как и в Советском Союзе, стала временем не столько возрождения довоенного модернизма, сколько созданием нового – во многом на основе «импорта» идей тогдашнего архитектурного мейнстрима (от позднего Ле Корбюзье и Мис ван дер Роэ до необруталистов, метаболистов и др.).

В силу исторических обстоятельств (как мы помним, за Пражской весной последовала новая, хотя и не столь глубокая, но все же продолжительная заморозка, получившая название «нормализации») именно этому поколению было суждено оставить наиболее заметный след в архитектуре социалистической Чехословакии.

Либерализация режима в начале 1960-х позволила многим профессионалам покинуть крупные государственные проектные институты и открыть частные бюро, добиваясь успеха в конкурентной борьбе. Освобождение от диктата государства и развитая конкурсная практика способствовали появлению внушительного числа оригинальных построек, среди которых были объекты мирового уровня. Большинство из них были созданы поколением сорокалетних, наиболее яркими представителями которого были Карел Прагер, Владимир Дедечек, Карел Фильсак, супруги Шрамеки и многие другие). При этом архитектурными центрами были не только Прага, Брно и Братислава, но и, к примеру, небольшой Либерец, где работали Карел Губачек и группа SIAL, создатели одного из самых ярких произведений чехословацкой архитектуры – башни на горе Ештед.

К этому поколению принадлежали и супруги Владимир (1920–1990) и Вера (род. в 1927) Махонины, авторы карловарского Thermal’а. Эту пару ошибочно принимают за советских архитекторов, проектировавших для Чехословакии, однако к СССР они отношения не имели. В заблуждение вводит фамилия Владимира, который родился в Праге в семье экономиста Константина Махонина, бежавшего из России в разгар гражданской войны.

Первые шаги в карьере архитекторов были связаны с «сорелой» (проект Центрального дома армии в Праге в виде сталинской высотки, 1953–1954), затем последовали работы в переходном от неоклассицизма к модернизму стиле (Дворец культуры в Йиглаве, проект 1956 г., реализация 1961 г.). Шестидесятые годы – самые успешные в творчестве Махониных. Они побеждают в нескольких конкурсах на крупные общественные здания (комплекс в Карловых Варах (1964), Дом культуры быта (1968) и универмаг Kotva (1970) в Праге, посольство ЧССР в Берлине (1970)), которые реализуются уже в следующем десятилетии. Именно в 1960-е годы Махонины вырабатывают оригинальный персональный стиль: если в проекте Thermal’а чувствуется определенное влияние Тангэ и Смитсонов (а через них Миса), то Дом культуры быта и Kotva – совершенно самостоятельные произведения.

Творческий подъем заканчивается с разгоном Пражской весны и «нормализацией». Частная практика в ЧССР более невозможна, архитекторам приходится вернуться в государственные проектные институты. Отказ подписать письмо с одобрением ввода войск лишает Махониных права участвовать в конкурсах, сужая диапазон их деятельности до завершения собственных, начатых ранее проектов и выполнения институтской «текучки». Их работы не публикуются, а если что-то и попадает в печать (как, например, в 12-й том «Всеобщей истории архитектуры»), то без упоминания авторства.

Судьба махонинских построек сложилась относительно благополучно. Все они сохранились, используются по назначению, хотя авторские интерьеры частично утрачены. В наибольшей «зоне» риска находится Thermal, который не имеет статуса памятника архитектуры, поэтому может быть распродан по частям и реконструирован без условий сохранения оригинального облика и внутреннего убранства. К тому же это не самое любимое в городе сооружение: большинство горожан не воспринимают его как культурную ценность. Тем не менее, комплекс играет важную функцию – это не только большой отель, приносящий прибыль, но и главная площадка престижного кинофестиваля, для которого он, собственно, и был возведен.

Идея строительства этого сооружения была продиктована не только прагматическими соображениями (необходимостью вместить многочисленных гостей фестиваля) – требовалось создать новый символ Карловых Вар. Задача, на первый взгляд, неожиданная, учитывая, что визитной карточкой города были и остаются его курортная функция и живописное природное окружение. Дело в том, что до 1945 года по этническому составу это было скорее немецкое, нежели чешское поселение, которое в мире знали как Карлсбад. Чешское название было лишь официальным, да и то только с 1918 года. Общеупотребимым оно стало только после депортации судетских немцев и переселения на их место чехов и словаков, которым пришлось обживать чужой им город. Этому городу был нужен новый символ. Поэтому планируемое крупномасштабное сооружение в центре Карловых Вар должно было нести тройную смысловую нагрузку, олицетворяя Чехословакию, современную (технологически развитую) и социалистическую.

Старая часть Карловых Вар, практически не пострадавшая в годы войны, застроена весьма плотно. Она представляет собой длинную извивающуюся полосу застройки, заполнившей ущелье речки Теплы и взбирающейся на окрестные горы. Соответственно, свободных участков под строительство крупного комплекса в центре не нашлось, а строить за его пределами значило бы снизить престижность объекта. Поэтому в жертву был принесен целый квартал исторической застройки Хебской улицы, расположенный на границе курортной зоны и торгово-делового района.

Квартал Хебской улицы, принесенный в жертву новому комплексу. Фото 1930-х гг.
Конкурсный проект Thermal’a. 1964. Макет. Фото из архива Веры Махониной
Комплекс Thermal по завершении строительства. Фото: Ярослав Франта. Источник: http://www.sosbrutalism.org/cms/16270579



Хотя Карловы Вары отсчитывают свою историю с XIV столетия, ансамбль исторического центра в своем нынешнем виде сложился к рубежу XIX–XX веков. Довольно точную, хотя и едкую оценку его архитектуры дал Ле Корбюзье, сравнив городскую застройку с «парадом» пирожных на витрине. Если продолжить аналогию, то Thermal – это кофемашина, красующаяся среди канноли, меренг и релижьез.

Участок, расчищенный под строительство, представлял собой обширную террасу между берегом реки и крутым, почти отвесным склоном горы. Махонины, чей проект победил в конкурсе, оригинально его обыграли, разделив комплекс на две части (большую и малую) и разнеся их в пространстве. Внизу они разметили основной, более крупный блок гостиницы и конгресс-центра, а на горе – его «филиал» в виде трехэтажного павильона с кафе, открытым бассейном и террасой с панорамным видом на город. Благодаря этой расчлененности структуры и «пористости» большей части фасадных поверхностей, Thermal, при всей своей немасштабности, в целом удачно вписался в окружение. «Имплантацию» значительно смягчило и природное окружение, которое не просто присутствует, а главенствует в городе.

Объемно-пространственная конфигурация приречной части комплекса основана на популярнейшем архетипе послевоенного модернизма – «Ливер-хаус» Г. Баншафта / SOM, «башня на стилобате». В вертикальном объеме расположены гостиничные номера, в стилобате – общественные функции (холл, конференц-залы, магазины, кафе, фойе и пр.), а под землей – паркинг с автосервисом. При этом внешний облик здания имеет иные, отличные от «Ливер-хаус» прообразы: прежде всего, ранний, «мисовский» брутализм Смитсонов и постройки Тангэ 1950-х гг. Конструктивная структура – стальной каркас, фасады из стекла и железобетонных панелей. К моменту проектирования Thermal’а абстрактная архитектура стеклянных призм 1950-х гг. («Ливер-хаус», отель SAS Якобсена или техцентр General Motors Сааринена-младшего) уже была пройденным этапом и в Чехословакии (самое яркое высказывание на эту тему – Институт молекулярной химии в Праге 1962 г. – принадлежит Карелу Прагеру). Здания становились более сложными по композиции и структурно выразительными. В Thermal’е и конструкция, и материалы не просто «честно выявлены» в соответствии с принципами необруталистов и Мис ван дер Роэ (Иллинойский технологический институт в Чикаго), но и эстетически артикулированы. Как и в «Краун-холл» и «Сигрэм» Миса, стальной каркас играет не только утилитарную, но в равной степени эстетическую роль. Бетон же используется в качестве ограждающего материала – отказываясь от его пластических качеств, авторы демонстрируют технологичность своей архитектуры, т.е. высокий уровень национальной строительной культуры.

Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Вестибюль конгресс-центра. Фото: Ярослав Франта. Источник: http://www.sosbrutalism.org/cms/16270579
zooming
Холл отеля Thermal. Источник: http://www.ceskatelevize.cz/ct24/regiony/1531430-bude-festivalovy-hotel-thermal-pamatkou
Малый зал конгресс-центра. Фото: Ярослав Франта. Источник: http://www.sosbrutalism.org/cms/16270579
Большой зал конгресс-центра. Источник: http://www.carlsbad-convention.cz/cz/kongresove-centrum-lazensky-hotel-thermal-karlovy-vary
Кафе. Фото из архива Веры Махониной
zooming
Типовой номер отеля Thermal. Фото из архива Веры Махониной



Стилобат имеет ярко выраженную двухчастную структуру: к курортной зоне обращены открытые террасы, акцентированные эффектной винтовой лестницей, а к торгово-деловой – глухие цилиндрические объемы, в которых расположены не требующие естественного освещения конференц-залы. «Курортная» часть стилобата, высотный объем и нагорный «филиал» с бассейном стилистически перекликаются со зданием префектуры Кагава Кэндзо Тангэ (1955–58) и с постройками Эгона Айерманна (в частности, с павильоном ФРГ на Экспо-58 в Брюсселе). А в конфигурации противоположной части стилобата, акцентированной бетонными цилиндрами, неявно прослеживается влияние поздних работ Райта (музей Гуггенхайма, штаб-квартира Johnson’s Wax).

Махонины не ограничились разработкой архитектурного проекта, а спроектировали все интерьеры, включая дизайн мебели, т.е. создали 100-процентный Gesamtkunstwerk. В настоящее время муниципалитет Карловых Вар ходатайствует о придании комплексу статуса памятника культуры, и шансы на положительное решение довольно велики. Это внушает надежду на то, что Thermal избежит судьбы своей «сестры» – тбилисской гостиницы «Иверия», построенной в те же годы и очень близкой по архитектуре. Следующим этапом должна стать реставрация комплекса, утратившего прежний лоск, и реконструкция открытых пространств, непосредственно его окружающих.
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
Нагорный корпус отеля Thermal. Фото: Василий Бабуров
zooming
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Чертеж из архива Веры Махониной
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Чертеж из архива Веры Махониной
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Чертеж из архива Веры Махониной
Комплекс конгресс-центра и отеля Thermal. Чертеж из архива Веры Махониной

08 Августа 2016

Бетон и искусство иллюзии
В парижском парке Ла-Виллет по проекту бюро Loci Anima реконструирован кинотеатр La Géode – геодезическая сферорама на бруталистском основании.
«Плавательный оперный театр»
Крытый бассейн начала 1970-х годов в Гамбурге, памятник архитектуры модернизма и одна из крупнейших оболочечных конструкций в Европе, реконструирован архитекторами gmp и конструкторами schlaich bergermann partner.
Вопрос аутентичности
Один из крупнейших и важнейших памятников чешского функционализма, здание Электрических предприятий в Праге, полностью реконструирован и теперь вмещает офисы холдинга WPP.
«Любимый пациент»
В Берлине открывается после реконструкции и реставрации по проекту David Chipperfield Architects Новая национальная галерея – позднее творение Людвига Мис ван дер Роэ.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Технологии и материалы
LVL брус в большепролетных сооружениях: свобода пространства
Высокая несущая способность LVL бруса позволяет проектировщикам реализовывать смелые пространственные решения – от безопорных перекрытий до комбинированных систем со стальными элементами. Технология упрощает создание сложных архитектурных форм благодаря высокой заводской готовности конструкций, что критично для работы в стесненных условиях существующей застройки.
Безопасность в движении: инновационные спортивные...
Безопасность спортсменов, исключительная долговечность и универсальность применения – ключевые критерии выбора покрытий для современных спортивных объектов. Компания Tarkett, признанный лидер в области напольных решений, предлагает два технологичных продукта, отвечающих этим вызовам: спортивный ПВХ-линолеум Omnisports Action на базе запатентованной 3-слойной технологии и многослойный спортивный паркет Multiflex MR. Рассмотрим их инженерные особенности и преимущества.
​Teplowin: 20 лет эволюции фасадных технологий – от...
В 2025 году компания Teplowin отмечает 20-летие своей деятельности в сфере фасадного строительства. За эти годы предприятие прошло путь от производителя ПВХ-конструкций до комплексного строительного подрядчика, способного решать самые сложные архитектурные задачи.
«АЛЮТЕХ»: как технологии остекления решают проблемы...
Основной художественный прием в проекте ЖК «Level Причальный» – смелый контраст между монументальным основанием и парящим стеклянным верхом, реализованный при помощи светопрозрачных решений «АЛЮТЕХ». Разбираемся, как это устроено с точки зрения технологий.
Искусство прикосновения: инновационные текстуры...
Современный интерьерный дизайн давно вышел за пределы визуального восприятия. Сегодня материалы должны быть не только красивыми, но и тактильными, глубокими, «живыми» – теми, что создают ощущение подлинности, не теряя при этом функциональности. Именно в этом направлении движется итальянская фабрика Iris FMG, представляя новые поверхности и артикулы в рамках линейки MaxFine, одного из самых технологичных брендов крупноформатного керамогранита на рынке.
Как бороться со статическим электричеством: новые...
Современные отделочные материалы всё чаще выполняют не только декоративную, но и высокотехнологичную функцию. Яркий пример – напольное покрытие iQ ERA SC от Tarkett, разработанное для борьбы со статическим электричеством. Это не просто пол, а интеллектуальное решение, которое делает пространство безопаснее и комфортнее.
​Тренды остекления аэропортов: опыт российских...
Современные аэровокзалы – сложные инженерные системы, где каждый элемент работает на комфорт и энергоэффективность. Ключевую роль в них играет остекление. Архитектурное стекло Larta Glass стало катализатором многих инноваций, с помощью которых терминалы обрели свой яркий индивидуальный облик. Изучаем проекты, реализованные от Камчатки до Сочи.
​От лаборатории до фасада: опыт Церезит в проекте...
Решенный в современной классике, ЖК «На Некрасова» потребовал от строителей не только технического мастерства, но и инновационного подхода к материалам, в частности к штукатурным фасадам. Для их исполнения компанией Церезит был разработан специальный материал, способный подчеркнуть архитектурную выразительность и обеспечить долговечность конструкций.
​Технологии сухого строительства КНАУФ в новом...
В центре Перми открылся первый пятизвездочный отель Radisson Hotel Perm. Расположенный на берегу Камы, он объединяет в себе премиальный сервис, панорамные виды и передовые строительные технологии, включая системы КНАУФ для звукоизоляции и безопасности.
Стеклофибробетон vs фиброцемент: какой материал выбрать...
При выборе современного фасадного материала архитекторы часто сталкиваются с дилеммой: стеклофибробетон или фиброцемент? Несмотря на схожесть названий, эти композитные материалы кардинально различаются по долговечности, прочности и возможностям применения. Стеклофибробетон служит 50 лет против 15 у фиброцемента, выдерживает сложные климатические условия и позволяет создавать объемные декоративные элементы любой геометрии.
Кирпич вне времени: от строительного блока к арт-объекту
На прошедшей АРХ Москве 2025 компания КИРИЛЛ в партнерстве с кирпичным заводом КС Керамик и ГК ФСК представила масштабный проект, объединивший застройщиков, архитекторов и производителей материалов. Центральной темой экспозиции стал ЖК Sydney Prime – пример того, как традиционный кирпич может стать основой современных архитектурных решений.
Фасад – как рукопожатие: первое впечатление, которое...
Материал, который понимает задачи архитектора – так можно охарактеризовать керамическую продукцию ГК «Керма» для навесных вентилируемых фасадов. Она не только позволяет воплотить концептуальную задумку проекта, но и обеспечивает надежную защиту конструкции от внешних воздействий.
Благоустройство курортного отеля «Славянка»: опыт...
В проекте благоустройства курортного отеля «Славянка» в Анапе бренд axyforma использовал малые архитектурные формы из трех коллекций, которые отлично подошли друг к другу, чтобы создать уютное и функциональное пространство. Лаконичные и гармоничные формы, практичное и качественное исполнение позволили элементам axyforma органично дополнить концепцию отеля.
Правильный угол зрения: угловые соединения стеклопакетов...
Угловое соединение стекол с минимальным видимым “соединительным швом” выглядит эффектно в любом пространстве. Но как любое решение, выходящее за рамки типового, требует дополнительных затрат и особого внимания к качеству реализации и материалов. Изучаем возможности и инновации от компании RGС.
«АЛЮТЕХ» в кампусе Бауманки: как стекло и алюминий...
Воплощая новый подход к организации образовательных и научных пространств в городе, кампус МГТУ им. Н.Э. Баумана определил и архитектурный вектор подобных проектов: инженерные решения явились здесь полноценной частью архитектурного языка. Рассказываем об устройстве фасадов и технологичных решениях «АЛЮТЕХ».
D5 Render – фотореализм за минуты и максимум гибкости...
Рассказываем про D5 Render – программу для создания рендеринга с помощью инструментов искусственного интеллекта. D5 Render уже покоряет сердца российских пользователей, поскольку позволяет значительно расширить их профессиональные возможности и презентовать идею на уровне образа со скоростью мысли.
Алюмо-деревянные системы UNISTEM: инженерные решения...
Современная архитектура требует решений, где технические возможности не ограничивают, а расширяют художественный замысел. Алюмо-деревянные системы UNISTEM – как раз такой случай: они позволяют решать архитектурные задачи, которые традиционными методами были бы невыполнимы.
Цифровой двойник для АГР: автоматизация проверки...
Согласование АГР требует от архитекторов и девелоперов обязательного создания ВПН и НПМ, высокополигональных и низкополигональных моделей. Студия SINTEZ.SPACE, глубоко погруженная в работу с цифровыми технологиями, разработала инструмент для их автоматической проверки. Плагин для Blender, который обещает существенно облегчить эту работу. Сейчас SINTEZ предлагают его бесплатно в открытом доступе. Публикуем рассказ об их проекте.
Фиброгипс и стеклофибробетон в интерьерах музеев...
Компания «ОРТОСТ-ФАСАД», специализирующаяся на производстве и монтаже элементов из стеклофибробетона, выполнила отделочные работы в интерьерах трех новых музеев комплекса «Новый Херсонес» в Севастополе. Проект отличает огромный и нестандартный объем интерьерных работ, произведенный в очень сжатые сроки.
​Парящие колонны из кирпича в новом шоуруме Славдом
При проектировании пространства нового шоурума Славдом Бутырский Вал перед командой встала задача использовать две несущие колонны высотой более четырех метров по центру помещения. Было решено показать, как можно добиться визуально идентичных фасадов с использованием разных материалов – кирпича и плитки, а также двух разных подсистем для навесных вентилируемых фасадов.
Сейчас на главной
Краеугольный храм
В московском Музее архитектуры на днях открылась выставка, посвященная всего одному памятнику средневековой русской архитектуры. Зато какому: Георгиевский собор Юрьева-Польского это последний по времени храм, сохранившийся от домонгольского периода. Впрочем, как сказать сохранившийся... Это один из самых загадочных и в то же время привлекательных памятников нашего средневековья. Которому требуется внимание и грамотная реставрация. Разбираемся, почему.
Блеск глубокий и хрустальный
Новый клубный дом про проекту ADM architects спроектирован для района Патриарших, недалеко от Новопушкинского сквера. Он заменит три здания, построенных в начале 1990-х. Авторы нового проекта, Андрей Романов и Екатерина Кузнецова, сделали ставку на разнообразие трех частей объема, современность решений и внимание к деталям: в одном из корпусов планируются плавно изогнутые балконы с керамическим блеском нижней поверхности, в другом стеклянные колонны-скульптуры.
Фасад под стальной вуалью
Гостиница Vela be Siam по проекту местного бюро ASWA в центре Бангкока напоминает о таиландских традициях, оставаясь в русле современной архитектуры.
Спокойствие, только спокойствие
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга Александра Змеула «Большая кольцевая линия. Новейшая история московского метро». Ее автор – историк архитектуры и знаток подземки – разобрал грандиозный проект БКЛ в подробностях, но главное – сохранил спокойную и взвешенную позицию. С равным сочувствием он рассказал о работе всех вовлеченных в строительство архитекторов, сосредоточившись на их профессиональном вкладе и вне зависимости от их творческих разногласий.
Вся мудрость океана
В Калининграде открылся новый корпус Музея мирового океана «Планета океан». Примечательно не только здание в виде 42-метрового шара, но и экспозиция, которая включает научные коллекции – их собирали около 10 лет, аквариумы с 3000 гидробионтов, а также специально разработанные инсталляции. Дизайн разработало петербургское бюро музейной сценографии «Метаформа», которое соединило все нити в увлекательное повествование.
Перепады «высотного напряжения»
Третья очередь ÁLIA с успехом доказывает, что внутри одного квартала могут существовать объемы совершенно разной высотности и масштаба: сто метров – и тридцать, и даже таунхаусы. Их объединяет теплая «кофейная» тональность и внимание к пешеходным зонам – как по внешнему контуру, так и внутри.
Хрупкая материя
В интерьере небольшого ресторана M.Rest от студии дизайна интерьеров BE-Interno, расположенного на берегу Балтийского моря в Калининградской области, воплощены самые характерные черты меланхоличной природы этого края, и сам он идеально подходит для неторопливого времяпрепровождения с видом на закат.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Уступы, арки и кирпич
По проекту PRSPKT.Architects в Уфе достроен жилой комплекс «Зорге Премьер», честно демонстрирующий роскошь, присущую заявленному стилю ар-деко: фасады полностью облицованы кирпичом, просторные лобби украшает барельефы и многоярусные люстры, вместо остекленных лоджий – гедонистические балкончики. В стройной башне-доминанте располагается по одной квартире на этаже.
Карельская кухня
Концепция ресторана на берегу Онежского озера, разработанная бюро Skaträ, предлагает совмещать гастрономический опыт с созерцанием живописного ландшафта, а также посещением пивоваренного цеха. Обеденный блок с панорамными окнами и деревянной облицовкой соединяется с бетонным цехом аркой, открывающей вид на гладь воды.
От кирпича к кирпичу
Школа Тунтай на северо-востоке Китая расположена на месте карьера по добыче глины для кирпичного производства: это обстоятельство не только усложнило работу бюро E Plus и SZA Design, но и стало для них источником вдохновения.
У лесного пруда
Еще один санаторный комплекс, который рассмотрел Градостроительный совет Петербурга, находится недалеко от усадьбы «Пенаты». Исходя из ограничений, связанных с площадью застройки на данной территории, бюро «А.Лен» рассредоточило санаторно-курортные функции и гостиничные номера по 18 корпусам. Проект почти не обсуждался экспертами, однако коэффициент плотности все же вызвал сомнения.
Вечный август
Каким должен быть офис, если он находится в месте, однозначно ассоциирующемся не с работой, а с отдыхом? Наверное, очень красивым и удобным – таким, чтобы сотрудникам захотелось приходить туда каждый день. Именно такой офис спроектировало бюро AQ для IT-компании на Кипре.
Санаторий в стилях
Градсовет Петербурга рассмотрел проект реконструкции базы отдыха «Маяк», которая располагается на территории Гладышевского заповедника в окружении корабельных сосен. Для многочисленных объектов будущего оздоровительного комплекса бюро Slavyaninov Architects предложило использовать разные стили и единый материал. Мнение экспертов – в нашем репортаже.
Налетай, не скупись…
В Москве открылся магазин «Локалы». Он необычен не только тем, что его интерьером занималось DA bureau, что само по себе привлекает внимание и гарантирует высокий уровень дизайна, но и потому, что в нем продаются дизайнерские предметы и объекты модных российских брендов.
Ласточкин хвост
Бюро Artel architects спроектировало для московского жилого комплекса «Сидней Сити» квартал, который сочетает застройку башенного и секционного типа. Любопытны фасады: клинкерный кирпич сочетается с полимербетоном и латунью, пилоны в виде хвоста ласточки формируют ритм и глубокие оконные откосы, аттик выделен белым цветом.
Белый дом с темными полосками
Многоквартирный дом Taborama по проекту querkraft architekten на севере Вены включает на разных этажах библиотеку, художественную студию, зал настольного тенниса и другие разнофункциональные пространства для жильцов.
Ступени в горах
Бюро Axis Project представило проект санаторно-курортного комплекса в Кисловодске, который может появиться на месте недостроенного санатория «Каскад». Архитекторы сохранили и развили прием предшественников: террасированные и ступенчатые корпуса следуют рельефу, образуя эффектную композицию и открывая виды на живописный ландшафт из окон и приватных террас.
Сопряжение масс
Загородный дом, построенный в Пензенской области по проекту бюро Design-Center, отличают брутальный характер и разноплановые ракурсы. Со стороны дороги дом представляет одноэтажную линейную композицию, с торца напоминает бастион с мощными стенами, а в саду набирает высоту и раскрывается панорамными окнами.
Работа на любой вкус
Новый офис компании Smart Group стал результатом большой исследовательской и проектной работы бюро АРХИСТРА по анализу современных рабочих экосистем, учитывающих разные сценарии использования и форматы деятельности.
Змея на берегу
Деревянная тропа вдоль берега реки Тежу, спроектированная бюро Topiaris, связывает пешеходным и велосипедным маршрутом входящие в агломерацию Большой Лиссабон муниципалитеты Лориш и Вила-Франка-ди-Шира.
Храм тенниса
Павильон теннисного клуба в Праге по проекту Pavel Hnilička Architects+Planners напоминает маленький античный храм с деревянной конструкцией.
Пикник теоретиков-градостроителей на обочине
Руководитель бюро Empate Марина Егорова собрала теоретиков-градостроителей – преемников Алексея Гутнова и Вячеслава Глазычева – чтобы возродить содержательность и фундаментальность профессиональной дискуссии. На первой встрече успели обсудить многое: вспомнили базу, сверили ценности, рассмотрели передовой пример Казанской агломерации и закончили непостижимостью российского межевания. Предлагаем тезисы всех выступлений.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Перспективный вид
Бюро CNTR спроектировало для нового района Екатеринбурга деловой центр, который способен снизить маятниковую миграцию и сделать среду жилых массивов более разнообразной. Архитектурные решения в равной степени направлены на гибкость пространства, комфортные рабочие условия и запоминающийся образ, который позволит претендовать зданию на звание пространственной доминанты района.
МГАХИ им. В.И. Сурикова 2025: часть II
Еще шесть бакалаврских дипломных работ факультета Архитектуры, отмеченных государственной экзаменационной комиссией: объекты транcпортной инфраструктуры, спортивные и рекреационные комплексы, а также ревитализация архитектурного наследия.
По два, по три на ветку. Древолюция 2025
Практикум деревянной архитектуры, упорно и успешно организуемый в окрестностях Галича Николаем Белоусовым, растет и развивается. В этом году участников больше, чем в предыдущем, а тогда был рекорд; и поле тоже просторнее. Изучаем, в какую сторону движется Древолюция, публикуем все 10 объектов.