Пиранези в Венеции

В конце ноября фонд Джорджо Чини, показавший в рамках параллельной программы Венецианской биеннале архитектуры выставку «Искусство Джованни Батиста Пиранези», объявил о продлении работы экспозиции до 9 января. Выставка оказалась очень популярна и собрала множество восторженных отзывов, в том числе и от ее русских посетителей нередко можно было слышать, что, буквально «…это лучшее, что было на биеннале». Мы же публикуем отзыв об этой выставке, написанный архитектором Ильей Уткиным, который отправился в Венецию специально для того, чтобы посмотреть на Пиранези.

author pht

Автор текста:
Илья Уткин

14 Декабря 2010
mainImg
Отчёт о поездке.

Кто не знает Пиранези! Он везде.  В каждом музее, в каждой квартире архитектора, если поискать, можно найти картинку. Но что такое Пиранези и пиранезианство довольно сложно понять и, тем более, объяснить. Я сам знаком с ним с раннего детства. В родительском доме, в столовой, всегда висели «Арка Тита» и «Сады Тиволи», купленные как подлинники в двадцатых годах, на Кузнецком мосту. Потом, в библиотеке, я находил старые альбомы  с гравюрами. Но заново я открыл для себя Пиранези, уже учась в архитектурном институте, когда случайно наткнулся на папку с фотоотпечатками. Они были гораздо качественнее в контактной печати, чем в книжной полиграфии. В сороковые годы они были приобретены нашими родителями - студентами. Вытащив запылённую папку контактных отпечатков, мы подолгу рассматривали их вместе с Сашей Бродским. На этой почве, пожалуй, произошло наше творческое объединение  и началось настоящее увлечение архитектурной, и офортом. С тех пор прошло 30 лет, и много воды утекло, и мне казалось, что я знаю о Пиранези уже всё. Но, неожиданно, ко мне в мастерскую приехал Александр Бродский и сказал, что нужно срочно ехать в Венецию на выставку Пиранези… Я почувствовал, что произошло, что-то серьёзное… и я поехал…

Настроение было скептическое. Не понравилась мне Венеция в этот раз. Погода была дрянная, лил дождь, вода постоянно затапливала улицы, не давая расслабиться. И туристов, казалось, было больше обычного. Но больше всего раздражал евроремонт, который был повсюду. Я стал замечать то, что раньше не замечал.  Пластиковые евроокна на Гранд канале. Бутики с трусами, не выключаясь, освещали улицы, так как темнело рано.  Где-то, между пер Риальто и пер Сан Марко, я наткнулся на огромный современный дом, уже безобразный тем, что он современный. Сан Марко и палаццо Дожей стояли по колено в воде, затянутые рекламными  баннерами с полуголыми тётками. В единственно открытом кафе играли музыканты, напоминая последние кадры из фильма «Титаник». Особенно раздражали эти тётки. Напечатать такой баннер стоит копейки, а реклама даёт много денег,  без этого сейчас никак нельзя. Во времена Пиранези печать гравюры выполняла ту же роль, и сам оттиск на бумаге не стоил много денег. Изготовление же гравюры требовало огромного труда и особого мастерства. Однажды я пытался объяснить студентам, как делается офорт. Как выбирается лист меди и долго шлифуется до зеркального состояния, как прорабатывается квасцами, затем нагревается и затамповывается специальным лаком. Что лак нужно правильно закоптить свечой, что потом рисунок эскиза осторожно зеркально переводится на чёрную поверхность офортной доски. Как готовый рисунок травится кислотой, как готовится бумага, да и весь процесс печати. Я пытался объяснить, как гравер должен зеркально рисовать негатив рисунка на чёрном, при этом представляя себе позитив. И понял, когда увидел ухмылки на лицах студентов, что никогда они этого делать не будут.  А делать будут, как проще. И по-другому. А я не знаю, как по другому. Искусства без тяжкого труда и мастерства не получается.

Такое же предвзятое отношение было и к закрывающейся Архитектурной биеннале. И я решил, что кроме архитектуры самого Арсенала, смотреть мне не на что, и на выставку не пошёл, оставив силы на Пиранези.

Выставка для меня началась с того момента, как вапоретто театрально отчалил от «гибнущего Титаника» и по зелёным волнам направился к острову Сан Джорджо, к любимым Палладио и Пиранези. И там, на выставке Пиранези, я, наконец, успокоился, почувствовав себя, как дома. Прежде всего, я увидел удивительное внутреннее пространство, где была размещена экспозиция, заканчивающееся где-то в темноте деревянными балками. Всё внимание света – на гравюры. Открытие первое в том, что прекрасные, как мне казалось, копии очень сильно отличаются от подлинников. И я, подчас, не узнавал знакомых мне работ. Особенно это относится к большим офортам. Гравюрный оттиск, как и архитектуру, невозможно воспроизвести книжной полиграфией. Большая гравюра имеет свой масштаб. К ней нужно идти. Сначала воспринимается образ целиком, а при приближении, замечаешь всё больше и больше деталей, до причудливой паутины узоров  авторского штриха. Неровности бумаги дышат, делая образы объёмными и живыми. Один такой офорт можно разглядывать часами, гуляя по античным мостовым, заглядывать в арки акведуков. Есть не просто красивые картинки, а листы с огромным количеством  информации об археологии, архитектуре с текстом, чертежами планов и разрезов. Поразила своим масштабом четырёхметровая колонна Трояна, состоящая из двух частей с полным описанием подвигов императора. Выставленный в одном месте материал грандиозен и непостижим по масштабу заявленных тем и качеству произведений. Нужно отдать должное авторам выставки за то, с каким вкусом и качеством сделаны все детали: рамы, паспарту и надписи. Помимо выставленной коллекции офортов Пиранези, на выставке показаны еще три самостоятельных проекта. Один из них не новый. Это сравнение гравюрных видов Рима с фотографическими картинами, снятыми с тех же точек. Этот проект пользуется наибольшим успехом у публики, потому что поражает сходством картин с сохранностью исторических объектов. Так же развлекает публику нахождение различий между офортом и фотографическим оригиналом. А между тем, знающий специалист тут должен снять шляпу, потому что весь мир обязан такой сохранности исторических памятников именно Пиранези. Рисуя руины как законченные композиции, он и сам не подозревал, что закладывает основы будущей реставрационной школы. И потом, через многие годы, его офорты понадобятся, для того, чтобы из мусора археологических обломков «правильно» достраивать исторические памятники.

Автор другого проекта создали по гравюрам Пиранези несколько реальных предметов: камин, светильник и несколько ваз. Довольно условно сделана попытка воссоздать интерьер каминной комнаты. Тут же показан процесс создания цифровой модели на компьютере, технология отливки и сборки объектов в натуральном материале.  К компьютерным чудесам мы все привыкли, и даже уже привыкли ругать цифровой продукт за  его сухость и безжизненность. Но, увидев воссозданный офорт в реальном объёме, открытием для меня стало то, что «мелкотравчатость», идеально подходящая к графике офорта,  может с таким же успехом существовать в авторском предметном дизайне.  Оказалось, что все эти нарисованные травки, растения, раковины, переходящие в морды животных имеют свою логику, смысл и образуют неповторимый стиль самого автора.

По-студенчески смело и свежо выглядит анимационный проект «Тюрьмы». Посреди зала с гравюрами стоит пятиметровая деревянная башня – шалаш, покрытая белой простынёй. Этот самостоятельный дизайнерский объект, навеянный графикой офорта, выполняет роль кинотеатра, где под музыку беспрерывно идёт трёхмерное путешествие в мир архитектурных фантазий. Сам фильм для специалиста тоже не вызовет удивления. В общем, это ученическая работа, сделанная в 3D MAX. Но всё в целом – удача. А главное достоинство этих проектов в том, что к традиционным выставочным стенам прибавились объёмные элементы, появилась возможность театрально использовать пространство, разнообразить экспозиционные акценты по траектории движения посетителей. Всё сделано профессионально и с большим вкусом. Вероятно, это самая лучшая выставка из посвящённых памяти великого Пиранези.

Так получилось, что наследие, оставленное  простым «венецианским архитектором», который ничего не строил, повлияло на ход развития архитектуры гораздо больше, чем реальные произведения выдающихся архитекторов. Повлияло на умы и философию, на моду и стили, на интерес к истории, на становление мировой реставрационной школы.

И, мне кажется, самое главное в том, что искусство Пиранези всегда вдохновляло и продолжает вдохновлять творческих личностей заниматься архитектурой и искусством.

Нужно ехать и смотреть своими глазами…..
Джан Баттиста Пиранези, портрет. Фотографии Ильи Уткина


14 Декабря 2010

author pht

Автор текста:

Илья Уткин
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.
Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.
Между городом и вузом
В Аделаиде на юге Австралии появилась первая постройка Snøhetta на этом континенте: университетский спорткомплекс с актовым залом и открытыми лестницами-трибунами.
«Вечность» переставит всё местами
Куратором «Зодчества» 2020 года назван Эдуард Кубенский с темой «Вечность», об этом сообщил сегодня на пресс-конференции президент САР Николай Шумаков. Программа звучит смело, читайте в нашем материале.