Изба дель арте

Мы решили отобрать несколько объектов из шорт-листа премии АрхиWOOD и рассмотреть их поближе. Суздальский дом интересен тем, что делает своим сюжетом все еще актуальный вопрос современности: диалог старого и нового. Его можно понять как метафору современного туристического города, может быть, даже размышление о его судьбе.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

30 Октября 2020
mainImg
Мастерская:
FORM http://formbureau.co.uk/
Проект:
Дача Суздаль
Россия, Суздаль

Авторский коллектив:
Архитектура: Ольга Трейвас, Вера Одынь, Полина Ненашева, Идрис Сулиман, Михаил Шишин, Елизавета Шишина, Сергей Силков
Менеджмент проекта: Алина Ярошенко
Инженеры-конструкторы: Александр Родионов, Максим Уцеров, Павел Шилов

2017 / 2019
«В каждой шутке есть доля шутки»
Зигмунд Фрейд. «Толкование сновидений»

Обсуждая этот дом на экспертном совете Архивуда, мы чуть не поругались с Тотаном Кузембаевым. Он сказал примерно так: Архи.ру это большая ответственность, нельзя тебе голосовать за такой дом. Нельзя такое публиковать – все же посмотрят, и решат, что так можно делать, [а так делать нельзя], – вот что примерно сказал наш великий экспериментатор, гуру деревянных домов. Поэтому я, конечно, решила начать публиковать объекты, профигурировавшие в 2020 году в шорт-листе премии АрхиWOOD с этого дома в Суздале. Упрямство же не зря дается при рождении. К слову выдадим еще один небольшой секрет: Алексей Розенберг там же поддержал «сумасшедшинку» суздальского дома.

«Дача Суздаль», как ее называют авторы, бюро FORM, расположена в исторической части города – не в самом центре, но между Александровским и Спасо-Евфимиевым монастырями, на высоком берегу реки Каменки, напротив Покровского монастыря. То есть в замечательном окружении и с прекрасными панорамами. В Суздале много гостиниц, есть и поблизости, но это – частный дом на участке где-то 0,3 га, вытянутом вдоль кромки холма.
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

История проекта такова: где-то после 2004 года здесь начали строить дом в «суздальском» избяном духе: три деревенских шипцовых фасада поставили рядом и соединили объемами-перемычками, стены из пенобетона, снаружи деревянная обицовка. Это в целом распространенный тип суздальского строительства: с 1970-х город позиционирует себя как курортный, славный не только памятниками, но и тихой уездной атмосферой. В семидесятые именно поэтому жилой микрорайон здесь построили на окраине, из трех-, даже не пяти-этажных домов, да еще и со скатными кровлями, да и администрация с гостиницей на площади Ленина не выросла больше трех этажей. [Кстати и речку Каменку запрудили, чтобы катать по ней туристов, и есть все основания полагать, что стихи Высоцкого: «но купаться нам пока нету смысла / потому у нас река вся прокисла», – об этой инициативе]. В последние двадцать лет здесь много строили и гостиницы, и частные дома, но все – не нарушая формата. Суздаль – город особенный, в нем много охранных зон, правил и согласований (см. здесь и здесь).

Итак, архитекторам бюро FORM пару лет назад достался недостроенный дом, похожий на три деревенских дома, выстроенных в ряд. Были заданы: треугольные фронтоны, характерная мансарда в южном объеме, терраса со стороны реки, световые «башенки» между объемами трех «изб».
  • zooming
    1 / 3
    Вид дома в Суздале до реконструкции
    предоставлено FORM
  • zooming
    2 / 3
    Вид дома в Суздале а начале реконструкции
    предоставлено FORM
  • zooming
    3 / 3
    Вид дома в Суздале до реконструкции
    предоставлено FORM

То есть, если правильно подбирать слова, перед нами история не реконструкции и не реставрации, т.к. первое предполагает здание пожившее и как-то функционировавшее, а второе – памятник, формальный или неформальный. Здесь скорее речь о работе из разряда «нам достался недостроенный дом, который требовалось довести до ума». В таком случае основных пути обычно два: полное сохранение исходной традиционалистской идеи – или полная перелицовка на модернистский лад, всё зависит от принципов автора. Бюро FORM выбрало, однако, третий путь: они совместили «историю» и современность, нанизав три «деревянных» объема на бетонный хребет – ну, примерно как шашлык.
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Все белое бетонное – лаконичное и недекорированное, хотя покрыто «шубой» с редкой тонкой разгранкой и плоскими рамками вокруг окон. Таковы светлые башенки, выступы на торцах и еще один выступ на дворовом фасаде, там, где дом поворачивает под углом градусов пятнадцать. Поворот был задан в исходном проекте, возможно ради иллюзии естественности, повтора линии реки, но вероятно также ради лучших видов.

На самом деле структура, конечно, сложнее – авторы понимают ее как некий конгломерат трех деревянных домов и вставок-пристроек, составляющих вереницу, немного похожую на мех гармоники, и накрытую общей кровлей, ломаная конфигурация которой вторит продольным и поперечным осям дома. Внутри помещаются две большие гостиные, протяженная кухня из двух частей, несколько спален и соединяющая этажи лестница в «межеумочном» пространстве поворота оси, под одним из двух световых фонарей.
  • zooming
    1 / 4
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    2 / 4
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    3 / 4
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    4 / 4
    Дача Суздаль
    © FORM

Террасы: большая на реку, поменьше с тыла, плюс еще один козырек на углу поворота, – исполнены из покрашенного черным металла. Очень отдаленно они могут напомнить о чугунных балконах купеческих домов XIX века, и еще они похожи на некий каркас, ждущий заполнения. Также отметим, что рамы окон в деревянных домах белые, а в белых объемах рамы деревянные – тоже признак взаимопроникновения, почти что обмена генами. И всё на контрасте полюсов. Я однажды от специалиста-генетика услышала мудрость: «скрещивание очень противоположных генотипов хорошо в перспективе для популяции, но не всегда для индивида», – это не в обиду дому, дом хороший, но есть ощущение, что здесь происходит именно такого рода скрещивание, полюсных протиповоложностей.

Всю резьбу авторы позаимствовали у суздальских прообразов, прежде всего в Музее деревянного зодчества, нарисовали ее от начала до конца, ориентируясь на достаточно старые примеры (точно не послевоенные и даже не ропетовские), местами «дотягивая» детализацию и скульптурность. Кто не интересуется историей русской резьбы специально – не отличит, хотя на самом деле здесь мы видим скорее гибрид XVIII века с арбамцевско-талашкинскими фантазиями.
  • zooming
    1 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    2 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    3 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    4 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    5 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    6 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    7 / 12
    Дача Суздаль
    © FORM
  • zooming
    8 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    9 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    10 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    11 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    12 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Кроме одной колонны, которая взята архитекторами FORM как цитата из Константина Бранкузи, итальянского скульптора венгерского происхождения, модерниста-авангардиста, экспериментировавшего с этническими мотивами. Колонна стоит в ряду металлических опор террасы, обожжена до черноты, что проявило фактуру дерева. Она, надо думать, служит неким обобщающим знаком подхода, как будто говорит за авторов своим геометрическим языком: от авангарда мы не отказываемся, но и наследием интересуемся. Металлический каркас террасы протыкает колонну, опять же, как шампур, превращая в своего рода «узел», стержневое высказывание – знак идеи, заложенной авторами в архитектуру дома в целом. Вот бы Сергею Чобану посмотреть на этот пример взаимодействия старого и нового.
  • zooming
    1 / 3
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    2 / 3
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    3 / 3
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Авторы говорят о колонне так: «отчасти бесконечная, отчасти – просто колонна, украшенная «нашими» традиционными дыньками. Бранкузи тоже черпал вдохновение в народном творчестве, переосмыслял его без прямого заимствования, что нам очень симпатично и близко. К тому же, мы всегда за то, чтобы относиться к архитектуре с небольшой долей юмора и игры».

В интерьерах, по словам авторов, они ориентировались на образ профессорской дачи: «их яркий образ сформировался из разношерстной мебели, отданной друзьями или перевезенной из городской квартиры. Чтобы получить это впечатление случайности с нуля, мебель и декор были собраны из шоурумов разных брендов и винтажных лавок, а некоторые предметы сделаны на заказ специально для проекта».
  • zooming
    1 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    2 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    3 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    4 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    5 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    6 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    7 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    8 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    9 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    10 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    11 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM
  • zooming
    12 / 12
    Дача Суздаль
    Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Дом занимает середину участка, справа на юге сохранен существовавший здесь ранее дом, смотрящий на улицу, по ощущениям – послевоенный. Слева, на северном торце участка, его уравновесил красный объем техназначения, в нем небольшой гараж и сарай, совершенно «мельниковского», если не сказать «кузембаевского» вида. Он формирует современный полюс и контрастную пару старому дому, как будто подчеркивает, что все остальные прорастания – между желтым старым и красным новым (заметим притом, что основной дом монохромен, сочетая «естественность» цвета дерева, черный и белый).
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Иными словами, посыл понятен. Авторы получили некий дом-конгломерат из объемов, уже интерпретирующих современный суздальский – типично суздальский – подход к новому строительству. Дома подражали улице старорусского города: два псевдо-ампирных, один «псведо-периода-историзма». FORM, во-первых, полностью избавились от ампирных коннотаций, убрав полукруглые окна, приблизили дома к музею Деревянного зодчества. И насытили свою историю контастами. Это контекстуально и красиво, с цитатой Бранкузи – пожалуй даже тонко.
Дача Суздаль
Фотография © Юрий Пальмин / предоставлено FORM

Тут хочется сказать две, может быть, даже три вещи. Во-первых, Суздаль, как и многие русские города, в XVII–XVIII, а особенно XIX веке застраивался, как мы знаем, в центре домами, совмещающими камень и дерево. Каменный подклет и деревянный верх, верх сгорит – можно восстановить; плюс деревянные лестницы, галереи, техпристройки, латрины там всякие. То есть если могли, то совмещали дерево и камень. Хрестоматийный пример – дом купца Лихонина, до него тут по прямой 500 м, он стоит на бровке того же крутого берега реки; белый цвет каменной части и дерево. Во-вторых, сам Суздаль, его городское пространство состоит из совмещения дерева и камня: каменных памятников и деревянных жилых домов. Да что там, тут недавно XIII век деревяшками укрепили, и металлическим забором прикрыли от туристов – не там ли архитекторы подсмотрели свое сочетание камень/дерево/металл? Хотя, конечно, нет.
Южный притвор собора Рождества Богородицы в Суздале, 2020
Фотография: Архи.ру

В третьих, напротив – Покровский монастырь, где еще в советское время за белыми кирпичными стенами, к западу от совершенно белого собора выстроили гостиницу – несколько срубных домов с нарочитыми ставнями – в попытке стилизовать именно что старые деревянные дома, не совсем те, что в городе, а постарше, но немного обобщенно. Лично мне дом бюро FORM больше всего напоминает Покровский монастырь, в каком-то роде он служит его «зеркалом», в очень образно-фигуральном, конечно, смысле. Сложно сказать, следовало ли на белых стенах использовать «шубу» – в обмазке-побелке смотрелось бы лучше; с другой стороны, «шуба» подчеркивает театральность и несерьезность полученного эффекта, поскольку похожа на декорацию, также как металлические каркасы террас – на части сценической конструкции. Даже поворот объема как будто намекает на механизированный театральный круг. Не в этом ли метафора современного Суздаля, русской туристической «Венеции»?
Мастерская:
FORM http://formbureau.co.uk/
Проект:
Дача Суздаль
Россия, Суздаль

Авторский коллектив:
Архитектура: Ольга Трейвас, Вера Одынь, Полина Ненашева, Идрис Сулиман, Михаил Шишин, Елизавета Шишина, Сергей Силков
Менеджмент проекта: Алина Ярошенко
Инженеры-конструкторы: Александр Родионов, Максим Уцеров, Павел Шилов

2017 / 2019

30 Октября 2020

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Диско Суперстар
Павильон для фудтраков в Парке Горького с предметами дизайна из советского автопрома ностальгирует по неоновой Америке.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Сложный белый
Спортивный центр на берегу Суздальского озера – редкий пример того, как архитекторы пошли до конца в отстаивании своих идей. Ответом на ограничения участка и пожелания заказчика стала изощренная композиция, уравновешенная чистотой линий и лаконичной отделкой.
Бинокль архитектора
Новый собственный дом Тотана Кузембаева – удивительный деревянный катамаран, врытый в склон под углом, обратным перепаду рельефа. Сама двухчастная структура дома была выбрана ради лучшей звукоизоляции, столь необычная посадка на участке – ради лучшего вида, ну а выбор дерева как ключевого материала постройки, конечно, никого не удивил.
Как на праздник, часть II
В продолжении подборки современных офисных интерьеров: висячие и вертикальные сады, живой уголок, капсулы для сна и офис-трансформер.
Как на праздник, часть I
В первой подборке офисных интерьеров, отвечающих современному трудовому процессу – wi-fi и камины, переговорные и игровые, эффектность и функциональность.
Кисельные берега взаправду
Стратегия развития Казанки – масштабный и амбициозный проект по созданию национального парка в самом сердце города, способного изменить образ жизни казанцев. О реалистичности и серьезности намерений говорит тот факт, что с момента утверждения Стратегии отменено несколько крупных строек на берегах реки.
Орбитальное расхождение
Ансамбль деревянной ротонды и овального моста, сооруженный Антоном Кочуркиным в ПКиО Выксы, напоминает схему планеты, сошедшей к орбиты на апогее, но все же к ней привязанной. А мост соединяет, вместо двух берегов, – воды двух прудов. Словом, объект театрализует и осмысляет действительность по законам жанра паркового павильона.
Не реставрация, но воссоздание
Декоративное панно «Защитникам Отечества» в Калуге, созданное почти полвека назад художником Владимиром Животковым, обрело вторую жизнь и избежало забвения. Теперь на его месте – точная и усиленная копия.
Красная ботаника
Жилой комплекс рядом с петербургским Ботаническим садом невысок и уютно-контекстуален. На основе современного средового и орнаментального модернизма он совмещает аллюзии на соседние исторические здания и тему флорального декора, также продиктованную гением места.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Квартальный подход
Квартал актуальная тема, и архитекторы бюро Кашириных трактуют частный дом, состоящий из нескольких объемов на небольшой территории, как квартал с внутренним двором. И даже сопоставляют свой дом – типологически загородный, – с городской застройкой в микромасштабе.
Ганзейский молл
Торговый центр для малого города, в котором главным «якорем» выступает не сетевой арендатор, а зеленая кровля и «пряничные» фасады.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни