Памяти Юрия Волчка

Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.

07 Июля 2020
Юрий Павлович Волчок (28.02.1943 – 06.07.2020), профессор МАРХИ, академик МААМ, руководитель отдела Истории отечественной архитектуры и градостроительства Новейшего времени НИИТИАГа, вице-президент СМА, почётный строитель Москвы. Но главное – талантливый, вдохновенный исследователь, любимый многими учитель и дружелюбный, энергичный и увлеченный человек. На наш призыв вспомнить о Юрии Волчке откликнулись быстро и многие. Если вы были знакомы и тоже хотите вспомнить Юрия Павловича, пишите в комментариях, развернутые высказывания перенесем в текст.
zooming
Юрий Павлович Волчок, 1943–2020
Светлая память.


Карен Бальян, 
архитектор, член-корреспондент МААМ:

«Юрий Павлович – мой старший друг по времени моей аспирантуры в ЦНИИТИА конца семидесятых годов. Очень трудно поверить, что его нет больше с нами, и трудно сейчас правильно оценить масштаб его фигуры – он был кандидатом наук, но воспитал стольких кандидатов, стольким помог продвинуться в науке и стольких выучил, что я бы сказал, он был как академик-«тяжеловес». Могучая фигура, ученый, исследователь, разносторонний, я бы сказал, ренессансный человек.

Одну из наших совместных поездок Юрий Павлович любил вспоминать: после землетрясения в Армении я как архитектор занимался сбором проектов восстановления, их тогда присылали во множестве. Он приехал в Ленинакан, просил встретить – в какой-то момент мы не очень понимали как, там было пепелище, ни дорог, ни адресов. Но он добрался, мы всё объехали. В итоге Юрий Павлович собрал фантастический архив проектов, в девяностые мы подумывали об их публикации, но как-то не получилось. Думаю, архив Юрия Павловича заслуживает детального исследования. С другой стороны, предположу, что должна появиться конференция в его честь, может быть, даже ежегодная».


Андрей Баталов,
доктор искусствоведения, профессор, заместитель генерального директора Музеев Московского Кремля по научной работе:

«Юрий Павлович принадлежал к яркой плеяде удивительнейших людей, которые работали в институте Теории и истории архитектуры в семидесятые и восьмидесятые годы. Я очень ценю нашу дружбу, сложившуюся в то время.

Он принадлежал к кругу ученых, уверенных в том, что их деятельность способна изменить, в числе прочего, и современные им архитектурные процессы. Сейчас всем этим людям должно было быть около 80 лет. Они верили в то, что их слово может трансформировать мышление тех, от кого зависит развитие архитектуры. В этом – одна из главных черт характера и Юрия Павловича Волчка, и его близкого друга Маргариты Иосифовны Длугач, и Вячеслава Леонидовича Глазычева, и других их коллег и друзей. Они занимали активную позицию и были уверены в способности человеческого разума изменить что-то в системе, в рамках который мы все тогда жили.

Он обладал острым концептуальным умом и, много занимаясь в числе прочего историей советской архитектуры, возвышался над преобладавшей в то время тенденцией хвалебно-фактологического описания процессов, – а исследовал современность с позиций академической науки. И ставил очень важные теоретические вопросы по отношению к тому материалу, который, казалось бы, сам по себе не провоцировал такой проблематики.

Юрий Павлович был удивительно открытым и доброжелательным человеком. Доброта к любому, кто приходил в науку, в значительной мере отличала его от очень и очень многих коллег. Думаю именно поэтому во ВНИИТАГе Юрию Павловичу удалось создать удивительную общность молодых единомышленников, с которыми он собирался перевернуть мир».


Игорь Бондаренко, 
доктор архитектуры, профессор, директор НИИТИАГ до 2018 года: 

«Юрий Павлович Волчок оставил по себе светлую память. Он был интеллигентным, обаятельным и дружелюбным человеком, всегда готовым поддержать товарища и коллегу, как старого, так и совсем молодого, найти в его работе что-то интересное, новое и достойное похвалы. Он был чрезвычайно предан своей любимой профессии, жил ей, не делая перерывов, не уходя в отпуска, не отвлекаясь на что-либо другое. Он постоянно познавал, всматривался, вдумывался, искал ответы на самые сложные вопросы и никогда не удовлетворялся трафаретными суждениями. Избрав путь историка и теоретика архитектуры, он сосредоточился не только на доскональном изучении фактов истории, прежде всего, советской, но и на целенаправленном и безграничном расширении своего общекультурного и общенаучного кругозора, что позволяло ему выстраивать оригинальные философские умозаключения, порой трудные для восприятия, но всегда подкупающие своей содержательной многозначительностью.

Мы потеряли замечательного человека и соратника, активнейшего участника всей нашей многогранной научно-творческой деятельности, истинного патриота НИИТИАГа, непреклонного борца за понимание непреходящей ценности архитектурного наследия, видного ученого, мыслителя, педагога и, конечно же, хорошего близкого друга.

Пусть земля ему будет пухом! Спи спокойно, дорогой Юра!».


Анна Броновицкая,
кандидат искусствоведения, историк архитектуры: 

«В Юрии Павловиче меня всегда восхищала поэтичность его исследовательского взгляда и смелость настаивать на значимости неочевидного. Кто еще мог прийти на конференцию по архитектуре модернизма и сделать доклад о прорыве в изучении античности, достигнутом в 1960-х годах? У него было стереоскопическое видение эпохи модернизма, свидетелем и исследователем которой он был одновременно, и он щедро делился с коллегами своими знаниями и прозрениями. Его будет очень не хватать».


Анна Васильева, 
старший научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Впервые Юрия Павловича я увидела кафедре Советской и современной зарубежной архитектуры МАРХИ. С момента своего появления в аудитории он сразу приковывал к себе внимание, погружал в мир архитектуры во всей ее многогранности, сложности, взаимосвязанности. Позже, регулярно присутствуя на его выступлениях на конференциях и на заседаниях Ученого совета НИИТИАГ, я опять и опять при каждом выступлении Юрия Павловича окуналась в этот интересный и удивительный мир, который он раскрывал перед слушателями. Глубина и парадоксальность его мышления, потрясающая эрудиция, раскрывали многие процессы и явления с новой и неожиданной стороны. При этом многие каждодневные ситуации, которые казались сложными и неразрешимыми, при даже беглом обсуждении с Юрием Павловичем становись простыми и ясными. Это удивительное свойство показывать одновременно простоту и сложность совершенно разных вещей и явлений, увлекая при этом любую аудиторию, будет всю жизнь для меня уроком и недостижимым примером».


Алексей Воробьев,
кандидат архитектуры, архитектор, градостроитель:

«Юрий Павлович всегда был невероятно современен, и в профессии, и в жизни. Наверное, поэтому многих к нему так тянуло, и начинающих студентов, и маститых профи. Иногда казалось,что он смотрит на мир как-то по-особенному, и при каждой встрече обыденность превращалась в увлекательный процесс, как будто из-за тучек появлялось солнышко, и ты с новым дыханием, силами и настроением бежал работать дальше. У Юрия Павловича было особое, глубокое понимание архитектуры.
Педагог по призванию, он всегда очень чутко относился к своим студентам и аспирантам, тем самым «облекая» их в свою веру в профессию. Он всегда был этичен, скромен и, несмотря на колоссальный интеллект, прост в общении. Все мы в миг осиротели. Нам, его ученикам, будет очень не хватать учителя. Светлая память!».


Игорь Грищинский,
архитектор, Израиль:

«Коллеги, долго вас не задержу. Несколько слов. На фоне творящегося вокруг хаоса и непредсказуемости важно их не забыть сказать. Что будет завтра, как и на ком отыграется эта напасть неизвестно. Сейчас страшный жребий выпал Юре. Умер хороший человек. Мне повезло познакомиться с ним и провести вместе несколько дней в 2014 году. Юра и его жена Люда, мой замечательный друг и однокурсница, гостили в Израиле. Что вам сказать, коллеги. Это было счастье. Посреди тягомотины рутинной проектной жизни вдруг праздник – разговоры обо всём, что нравится, о чём интересно поговорить нашему брату архитектору, поспорить даже, хоть и понимаешь несоответствие весовых категорий. Но чего не сделаешь под хорошую выпивку и средиземноморскую еду. Только сейчас, когда Юры не стало, я узнал от Люды, что он был на 12 лет старше нас! А ведь мальчишеская любознательность и озорной взгляд не измеряются годами. Нам было легко и комфортно. Мимолётное знакомство и память на всю жизнь. Им, Юре и Люде, повезло друг с другом. Гармония иногда случается как выяснилось. Теперь она нарушена. Люд, друг мой, мне нечего тебе сказать. Тебе придётся жить без Юры».


Ольга Казакова, 
кандидат искусствоведения, старший научный сотрудник НИИТИАГ, директор Института Модернизма:
 
«Ужасно тяжело писать этот текст. Невозможно писать в прошедшем времени о Юрии Павловиче – еще слишком рано, и больно, и не справедливо.
 
Невозможно поверить, что ему нельзя больше позвонить, что не будет встреч, и знаешь что да – не будет. Это тяжело и больно.
 
Юрий Павлович Волчок – человек, который в моей жизни сыграл очень большую и важную роль. Он был моим научным руководителем на дипломе, и согласился им быть, почти меня не зная, просто поверив. Из-за него я пошла в аспирантуру – тоже потому, что он в меня поверил – и этим сделал для меня возможным научный путь. Конечно, он был научным руководителем диссертации, которая без него никогда бы не состоялась – и таких диссертаций, защищенным благодаря Юрий Павловичу, наверняка не один десяток. Я была одной из многих его студенток и аспиранток – он ко всем нам относился с подлинной добротой, уважением, индивидуальным и чутким интересом. Он поражал широтой знаний и души, и при этом всегда был совершенно спокоен, с абсолютно своим «волчковским» стилем. Каждым разговором он умел вдохновить, убедить, подарить новые мысли, приподнять над собой и над серостью. Перед защитой диплома я звонила ему в 2 часа ночи, потому что он перед этим сказал – звони мне в Любое (с нажимом) время – и он ответил так, как будто за окном был белый день. И все его ученики его любили, и продолжают любить.
 
Он был удивительный во всем. Удивительно мудрый, тонкий, остро и парадоксально мыслящий, ярко одаренный, умевший находить нужные и точные слова и в науке, и в жизни. Удивительно красивый человек. И удивительно щедрый – легко даривший свои идеи, время, внимание.
 
Именно с подарка и с легкой руки Юрия Павловича – собранного им большого и уникального архива фотографий советских зданий и проектов – начался Институт модернизма. Институт, который теперь осиротел, как и все мы – его ученики, коллеги, близкие и дальние знакомые. Нам всем уже сейчас, когда еще трудно трудно поверить случившееся и не пришло еще осознание этой утраты – ужасно и остро его не хватает».


Сергей Кавтарадзе,
историк архитектуры, старший преподаватель Школы дизайна НИУ ВШЭ: 

«Очень больно, потому что неожиданно. Юрий Павлович умел не стареть, сколько знаю его, был бодр, полон планов, остроумен и непредсказуем в риторике (излагаемой голосом, который мы вряд ли забудем).

Наверное, нельзя стать историком архитектуры, если на жизненном пути не повстречается такой учитель – любящий свое дело и заражающий этой любовью, открывающий неофиту незримые смыслы языка объемов, пространств и декора. Мне повезло. В 1979 или в 1980 году к нам в МГУ преподавать спецкурс пришел Юрий Павлович Волчок – завсектором ЦНИИТИА. И моя учеба у него, разумеется, никак не умещалась в рамки положенной по расписанию академической пары. Свою концепцию тектоники, отличную от привычной, он растолковывал мне и после занятий, и пешей дорогой от нашей «стекляшки» к метро «Университет», и потом еще (и долго) – на платформе, где мы стояли, не в силах закончить беседу, пропуская десятки поездов. И так раз за разом. Мы говорили об архитектуре, и это было прекрасно.

Эти счастливые времена продолжались и позже, когда после окончания вуза он взял меня к себе в сектор. Именно Юрий Павлович тогда, когда «борьба с излишествами» была еще актуальна в начальственных кабинетах, начал изучение советской архитектуры 30-х – 50-х годов, той самой, «с колоннами». Тогда мы прикрывались темой «Послевоенное восстановление городов». Множество роскошных изданий с советской классикой, лежащие сейчас на книжных полках – это во многом его личная заслуга.

Он был отличным научным стратегом, планировавшим на много ходов вперед, и лидером, умевшим мобилизовать на решение практических задач. Он толкал вперед свою команду, продвигал карьеры молодых, знакомил, рекомендовал и помогал, помогал, помогал…

Ушел невероятно хороший, умный и добрый человек».



Армен Казарян, 
доктор искусствоведения, директор НИИТАГ:

«Юрий Павлович Волчок – редчайший на сегодняшний день ученый, исследующий сущность архитектурных и художественных явлений, способный взглянуть на них с необычного ракурса – ракурса творца и философа. Обладая многосторонними знаниями, острым аналитическим мышлением, он не только генерировал идеи, но и умел привлекать к их воплощению круг своих сподвижников и учеников, призывая каждого из них раскрыть в общем замысле свои собственные мысли и достоинства.
Юрий Павлович был учителем по призванию, и учил он, прежде всего, мыслить и чувствовать структуру, конструкцию, образ произведения – качествам, крайне необходимым историку архитектуры. За последние десятилетия из его магистрантов и аспирантов сформировалась целая плеяда талантливых ученых и организаторов науки.

Для НИИТИАГ, где Юрий Павлович многие годы возглавлял Отдел истории архитектуры и градостроительства Новейшего времени, организовывал яркие проблемные конференции, круглые столы и сборники научных статей, его уход – невосполнимая потеря. Во многом и потому, что он был большим другом, приходящим на помощь и приободряющим в трудную минуту, способным дать оригинальный и в то же время основанный на жизненном опыте совет, поддержать разумную инициативу. Юрия Павловича никогда не покидали большие планы, он никогда не терял оптимизма и особого чувства юмора, свойственного его колоссальному интеллекту. Нам будем очень не хватать общения с ним».


Андрей Кафтанов, 
архитектор, старший научный сотрудник НИИТИАГ, вице-президент Союза архитекторов России:

«Уход от нас Юрия Павловича Волчка, масштаб его личности и его вклад в Архитектуру и Культуру нам только предстоит осознать. Но для меня, проработавшего под его началом почти сорок лет, это не только глубокая личная трагедия, но и понимание того, что весь наш архитектурный цех лишился выдающегося, я бы сказал – «ключевого» носителя архитектурной культуры. И здесь речь прежде всего идёт не об огромном научном вкладе- десятки монографий и сотни статей с собственным взглядом на новую и новейшую истории архитектуры, не о яркой многолетней педагогической деятельности с десятками защитившихся аспирантов и сотнями студентов, по праву считающих себя его учениками.

Кроме этого высокого профессионализма в традициях академической науки, энциклопедических знаний, Юрий Павлович обладал удивительным чувством времени и понимания меняющихся с его нелинейным движением смыслов архитектурной деятельности. Это редкое качество давало ему уникальную возможность предвидеть будущие вызовы и интересы, как в науке, так и в практике. Он всегда был новатором. В 1983 году, мы вместе с Лешей Тархановым и Серёжей Кавтарадзе, трое молодых сотрудников, только что пришедших в ЦНИИТИА, вошли в рабочую группу под руководством Юрия Павловича по разработке методологии реконструкции и реабилитации «пятиэтажек», как домов так и районов, которые затем легли в основу первых двух всесоюзных конкурсов. Затем работа над книгой «40 лет Победы. Архитектура», в то время первое предъявление, а фактически – реабилитация Архитектуры военных лет и послевоенного десятилетия. Следующая – двухтомная книга «Год Архитектуры» и «Новое в Архитектуре», в которой удалось зафиксировать как процессы «перестройки» в архитектуре в конце 1980-х, так и предъявить возможные пути исправления ситуации. Последовавшие 1990-е подтвердили выявленные тогда проблемы социалистического градостроительства. Тогда, в эти самые тяжелее годы нашей новейшей истории, когда целенаправленно стиралась память о советском прошлом вместе со сносом памятников архитектуры того времени, под руководством Юрия Павловича мы работали над международным изданием лучшего в наследии XX века, под редакцией Кеннета Фремтона. Отдельная книга, вошедшая в знаменитое десятитомное издание, предъявленное на Конгрессе Международного союза архитекторов в Пекине в 1999 году, было посвящено 100 лучшим произведениям архитектуры на постсоветском пространстве. Во многом благодаря этой работе удалось сохранить для будущих поколений знаковые объекты прошедшего столетия...». Полный текст на сайте САР. 


Диана Кейпен-Вардиц, 
кандидат искусствоведения, старший научный сотрудник НИИТИАГ, ученый секретарь НИИ РАХ:

«Да, он такой был – как «сто сорок солнц», эмоционально и психологически чрезвычайно мощным. Удивительный человек! Его присутствие всегда ощущалось, даже когда он молча присутствовал в комнате. А когда начинал говорить глубоким, хорошо поставленным голосом – размеренно, неизменно доброжелательно, ясно и четко – все вообще преображалось, а слушатели не могли не подпасть под его обаяние».


Нина Коновалова, 
кандидат искусствоведения, заместитель директора НИИТАГ по научной работе:
 
«Юрий Павлович всегда был очень требователен к употреблению слова, мастерски владел этим искусством. Часто сокрушался, что большинство людей привыкло говорить и мыслить штампами, а вникнуть в смысл слов могут лишь немногие. Он настаивал на том, что необходимо научиться чувствовать нюансы, оттенки смыслов, подбирать точные слова. По его словам, «предъявить масштаб проблемы», «запараллелить смыслы», «показать сквозное действие», должен уметь каждый, даже начинающий ученый. Лучше многих он умел это делать сам и добивался того же от учеников. Но сейчас слов просто не хватает…».


Петр Кудрявцев,
урбанист, социолог, партнер бюро Citymakers:

«Юрий Павлович, милый, умный, добрый и чрезвычайно уютный человек. Благодарен ему за каждую встречу – просто потому, что всегда становилось легко на душе. И очень ему признателен за его лекцию об истории кинотеатра «Ударник» – одно из самых ярких воспоминаний с нашей Первой архитектурной недели в далеком 2006 году».

Светлана Левошко,
кандидат архитектуры, доцент, ведущий научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Юрий Павлович к казалось бы хорошо известному мог подойти неординарно. Его мысли не были простыми, не были понятными сходу, но он ухитрялся внедрять их в наши головы. И его идеи тоже становились «общепринятыми». Он обладал прекрасным чувством юмора. Хохотал над названием« 100 шедевров архитектуры». Казалось бы, что тут смешного? Но он видел абсурд в примелькавшемся и обыденном. ПРЕКРАСНЫЙ УМНЫЙ И ТОНКИЙ ЧЕЛОВЕК ПОКИНУЛ НАС. МЫ ОСИРОТЕЛИ».


Марианна Маевская, 
старший научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Юрия Павловича Волчка отличала удивительная доброта и душевность по отношению к коллегам и студентам. Он умел вдохновить и направить ученика, подчеркивая индивидуальность каждого. Обладая энциклопедическими знаниями и невероятной широтой профессионального кругозора, Юрий Павлович приглашал коллег к равноправному диалогу, увлекая своими идеями и суждениями. Благодаря его страстной уверенности в ценности наследия архитектуры советского модернизма в профессиональном и общественном сознании произошла существенная переоценка важности этого периода в отечественной архитектурной науке».


Дмитрий Михейкин, 
архитектор, старший научный сотрудник НИИТИАГ, профессор МААМ, основатель «НЛО бюро»:

«Юрий Павлович – мой любимый учитель, руководитель, наставник во всех смыслах. В уже далеком 2004 во время тяжелой сдачи диплома в МАРХИ какими-то неисповедимыми путями меня направил к нему мой отец, физик, как к будущему руководителю диссертации. Конечно, они были вообще не знакомы и никогда не видели друг друга. Оба дети войны, шестидесятники, со схожими привычками. И уже тогда с первого дня знакомства я почувствовал от Юрия Павловича поддержку фантастической силы.

Доброта его была безгранична. Дорогой Юрий Павлович всегда помогал добрым словом и делом, словно он всегда был близким человеком, а это так и было на самом деле. Сколько он отдал времени мне, равно как и всем своим подопечным – а это долгие годы, в моем случае в течение 16 лет, сколько в нем было терпения ко мне, сколько он передал знания и мудрости, потому как по-другому Юрий Павлович просто не мог поступать – он одарял всех. И дело его продолжается и будет продолжено.

Сейчас я окончательно начинаю осознавать, что Юрий Павлович был для меня гораздо больше, чем любимый учитель, он отчасти заменил мне отца, который ушел сильно раньше.

Как странно больше не услышать его голос, не увидеть его больше».


Константин Хрупин, 
научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Трудно свыкнуться с мыслью, что нет больше Юрия Павловича Волчка. Ушел из жизни замечательный человек – ученый, педагог, инженер-строитель, искусствовед. Всегда спокойный, доброжелательный, отзывчивый, мудрый – он пользовался уважением, как среди коллег, так и учеников. Он навсегда останется в нашей памяти».

Некролог на сайте НИИТИАГ.
Некролог на сайте МАРХИ.

Лекция Юрия Волчка на канале «Россия»:  


07 Июля 2020

comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Сейчас на главной
СПбГАСУ-2020. Часть II
Пять выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Константина Самоловова и Константина Трофимова: wow-эффекты для «Тучкова буяна», подробная программа для арт-кластера, остроумное приспособление руин, а также взгляд с Луны на нижегородскую Стрелку.
Летающий форум
Архитекторы MVRDV выиграли конкурс на мастерплан района в центре Карлсруэ: градостроительную ось дворца XVIII века замкнет «летающий» общественный форум с садом на крыше.
СПбГАСУ-2020. Часть I.
Семь выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Ирины Школьниковой и Дениса Романова: геймдев-студия и модный кластер на фабрике «Красное знамя», возобновляемые источники энергии для Крыма, а также альтернативный «Тучков буян» и экологичное пространство на месте заброшенного манежа в Пушкине.
Алюминиевые лепестки
Олимпийский и паралимпийский музей США в Колорадо-Спрингс по проекту Diller Scofidio + Renfro равно рассчитан на посетителей с любыми физическими возможностями.
Комфортный город в себе
Казалось бы, такое невозможно среди человейников, неритмично чередующихся со старыми дачами. И между тем жилой комплекс на территории бизнес-парка Comcity предлагает именно комфортную среду среднего города: не слишком высокую и умеренно-приватную, как вариант идеала современной урбанистики.
Форум на холме
Недалеко от Штутгарта по проекту бюро Дэвида Чипперфильда полностью завершен культурный центр Carmen Würth Forum: теперь там открылись музей и конференц-центр.
Градосвет удаленно 24.07.2020
В Петербурге обсудили торгово-офисный комплекс для одного из самых плотных районов города: с супрематическими фасадами, системой террас и головокружительными парковками.
Критика единомышленников
Foster + Partners, одни из инициаторов-подписантов экологического архитектурного манифеста Architects Declare, подверглись критике за два недавних проекта «курортных» аэропортов для Саудовской Аравии, так как авиасообщение считается самым разрушительным для окружающей среды видом транспорта.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Мозаика этажей
Жилой комплекс Etaget по проекту архитекторов Kjellander Sjöberg встроен в сложившуюся застройку центральной части Стокгольма, имитируя «город в городе».
Градсовет удаленно 17.07.2020
Щедрый на критику, рефлексию и решения градсовет, на котором обсуждался картельный сговор, потакание девелоперу и несовершенство законодательства.
Второе дыхание «революционного движения профсоюзов»
Архитекторы KCAP и Cityförster представили проект реконструкции в Братиславе конгресс-центра Дома профсоюзов и прилегающей территории: они планируют вернуть жизнь на историческую площадь, в начале 1980-х превращенную в позднемодернистский «плац» с транспортной развязкой.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Старые стены
Восьмиэтажный кирпичный склад на чугунном каркасе в Манчестере превращен архитекторами Archer Humphryes в самый большой британский апарт-отель.
Агент визуальной устойчивости
Сравнительно небольшой дом на границе фабрики «Большевик» сочетает два противоположных качества: дорогие материалы и декоративизм ар-деко и крупную, несколько даже брутальную сетку фасадов с акцентом на пластинчатом аттике.
Деревянный треугольник
У вокзала в Ассене на севере Нидерландов нет главного фасада: он соединяет части города, а не разделяет их. Авторы проекта – бюро Powerhouse Company и De Zwarte Hond.
Пресса: Рейтинг экспертов в сфере урбанистики
Центр политической конъюнктуры (ЦПК) по заказу Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) составил первый публичный рейтинг экспертов. Представляем вашему вниманию Топ-50 наиболее авторитетных и влиятельных экспертов в сфере урбанистики.
Новый двор
Термы, руины и городской лабиринт – предложения для Никольских рядов, разработанные в рамках форсайта, организованного журналом «Проект Балтия».
Белая площадь
Площадь Единства в центре Каунаса из парадной территории превратилась согласно проекту бюро 3deluxe во многофункциональное пространство, рассчитанное на самых разных горожан, от любителей скейтбординга до родителей с маленькими детьми.
Долгосрочная устойчивость
Архитекторы MVRDV представили проект реконструкции своей знаменитой постройки – павильона Нидерландов на Экспо в Ганновере, пустовавшего 20 лет.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.