Макеты в масштабе 1:1

Поселок Веркбунда в Вене, идеальное социальное жилье, построенное ведущими европейскими архитекторами для выставки 1932 года – в фотографиях Дениса Есакова.

mainImg


Поселок Австрийского Веркбунда (1930–1932) на западной окраине Вены, в округе Хитцинг, гораздо менее известен, чем его немецкий «коллега», Вайссенхоф в Штутгарте. Однако именно в этом комплексе ярко проявились особенности межвоенного австрийского модернизма – а также идеи его создателя, архитектора Йозефа Франка. Поселок Веркбунда должен был стать смотром достижений национальной архитектуры, но не менее важной целью было создать гармоничное пространство, где дома связаны с окружающими их садами, достигнут синтез удобства с минимумом затрат, индивидуализма и чувства сообщества. При проектировании отталкивались от потребностей жителей, а не от идеологии; так, Франк критиковал немецких модернистов за чрезмерную принципиальность, в результате чего их проекты получаются «безжизненными».

Другим – и основным – объектом критики, которая выражена в самом проекте поселка Веркбунда, стала строительная программа «Красной Вены», в рамках которой для рабочих и других небогатых горожан возводились огромные жилые комплексы типа Карл-Маркс-хофа. Франк считал такой масштаб далеким от идеала и предложил в ответ зеленую малоэтажную застройку. Так как речь шла об альтернативном существующему социальном жилье, то поселок Веркбунда составили малогабаритные дома (поэтому критика даже назвала их «жильем для карликов») – однако комфорт был важнейшим фактором. Той же цели служило многообразие типов – всего тридцать три, чтобы подходили под любой участок и контингент жильцов.

На треугольной территории поселка изначально возвели 70 домов; во Вторую мировую войну шесть из них было разрушено, и в последующие годы на их месте появилось другое жилье. Застройщиком выступила муниципальная фирма GESIBA, Йозеф Франк осуществлял архитектурное руководство, цветовую гамму для домов выбрал художник Ласло Габор, исполнительный секретарь Веркбунда (светло-желтый, синий, бутылочный зеленый, розовый).

«Крупнейшая архитектурная выставка Европы» состоялась с 4 июня по 7 августа 1932; австрийские журналисты чаще ее критиковали, зарубежные – хвалили, а посетило поселок за эти два месяца 100 000 человек – несмотря на его отдаленное местоположение. После планировалось продать дома по схеме доступного жилья, но тяжелый экономический кризис сделал даже льготные условия неподъемными для большинства венцев (первый взнос составлял 40% от общей стоимости, 25–65 тыс. шиллингов, при средней зарплате в 220 шиллингов). Поэтому удалось продать лишь 14 домов, а остальные GESIBA (а после 1938 – муниципалитет) сдавала в аренду.

С 1978 поселок охраняется государством как ценный объект наследия. В 1982–1985 его отреставрировали и построили там маленький музей, но уже в 2010 комплекс попал в список памятников под угрозой, который ежегодно составляет World Monuments Fund: его экспертов возмутило отсутствие надлежащего ухода за поселком, функционирующим как муниципальное жилье. Городские власти и федеральная служба охраны наследия прислушались к ним и инициировали реставрацию с бюджетом 8,5 млн евро (2010–2016) под руководством архитекторов P.GOOD (Praschl-Goodarzi Architekten). При этом были по мере возможности использованы материалы и техники, применявшиеся в 1932, учитывался комфорт жильцов (добавлены новые санузлы в подвалах и т.д.). Кроме того, дома сделали ресурсоэффективными, что было не так просто – т.к. их фасады нельзя было покрыть панелями из полистирола. Была проведена изоляция фундамента, встроены современные вентиляционная (с рекуперацией тепла) и отопительная системы (изначально дома обогревались печками), и в результате даже без изоляции фасадов расход тепла сократился почти в половину.

Несмотря на то, что образцом для венского поселка был Вайссенхоф, Йозеф Франк не стал приглашать к сотрудничеству никого из задействованных там архитекторов – чтобы дать «высказаться» на тему современного жилища и другим зодчим. В число австрийских проектировщиков вошли сам Франк, Адольф Лоос, Йозеф Хоффман, Клеменс Хольцмайстер и другие. Зарубежными участниками стали, среди прочих, Геррит Ритвелд из Нидерландов, француз Андре Люрса, немец Хуго Хэринг. Кроме того, проекты домов выполнили уже работавшие в тот момент за границей австрийцы Маргарете Шютте-Лихоцки, Рихард Нойтра и Артур Грюнбергер.

Фундаменты были чаще всего кирпичными, реже – бетонными; стены сложены из кирпича, перекрытие подвала выполнялось из бетона, межэтажные перекрытия – бетонные или деревянные. Все получили полную интерьерную отделку и меблировку.

Среди 33 типов 22 составляли блокированные дома, семь – двухквартирные, три – самостоятельные виллы, также был один «особый» тип. Из 70 сооружений 53 были выстроены в линии, четырнадцать поставлены парами, три стояли отдельно. Двенадцать домов было одноэтажными, 37 – двух-, 21 – трехэтажными. Площадь жилищ варьировалась между 57 и 125 м2, большинство имело размер в 75 м2; участок достигал в среднем 200–250 м2. Изначально поселок получил сплошную нумерацию домов, но позже ее изменили на обычную городскую, по улицам.


Парные блокированные дома №6–7, архитектор Рихард Бауэр
Файтингергассе, 75 и 77
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Четыре блокированных дома №25–28, архитектор Андре Люрса. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №6–7, архитектор Рихард Бауэр. Фото © Денис Есаков


Четыре блокированных дома №8–11, архитектор Йозеф Хоффман
Файтингергассе, 79, 81, 83 и 85
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Четыре блокированных дома №8–11, архитектор Йозеф Хоффман. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №8–11, архитектор Йозеф Хоффман. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №8–11, архитектор Йозеф Хоффман. Фото © Денис Есаков


Два блокированных дома №17–18 архитекторы Карл Бибер и Отто Нидермозер
Войновичгассе, 28 и 30
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Два блокированных дома №17–18, архитекторы Карл Бибер и Отто Нидермозер. Фото © Денис Есаков
Два блокированных дома №17–18, архитекторы Карл Бибер и Отто Нидермозер. Фото © Денис Есаков


Четыре блокированных дома №25–28, архитектор Андре Люрса
Файтингергассе, 87, 89, 91 и 93
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Четыре блокированных дома №25–28, архитектор Андре Люрса. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №25–28, архитектор Андре Люрса. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №25–28, архитектор Андре Люрса. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №33–34, архитектор Юлиус Йирасек
Файтингергассе, 103 и 105
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №33–34, архитектор Юлиус Йирасек. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №33–34, архитектор Юлиус Йирасек. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №35–36, архитектор Эрнст Плишке
Файтингергассе, 107 и 109
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №35–36, архитектор Эрнст Плишке. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №35–36, архитектор Эрнст Плишке. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №35–36, архитектор Эрнст Плишке. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №39–40, архитектор Освальд Хэрдтль
Файтингергассе, 115 и 117
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №39–40, архитектор Освальд Хэрдтль. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №39–40, архитектор Освальд Хэрдтль. Фото © Денис Есаков


Блокированные дома №41–42, архитектор Эрнст Лихтблау
Ягдшлоссгассе, 88 и 90
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Блокированные дома №41–42, архитектор Эрнст Лихтблау. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №43–44, архитектор Хуго Горге
Войновичгассе, 1 и 3
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №43–44, архитектор Хуго Горге. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные дома №43–44, архитектор Хуго Горге. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №45–46, архитектор Жак Гроаг
Войновичгассе, 5 и 7
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №45–46, архитектор Жак Гроаг. Фото © Денис Есаков


Свободностоящий дом №48, архитектор Ханс Адольф Феттер
Войновичгассе, 11
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Свободностоящий дом №48, архитектор Ханс Адольф Феттер. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные двухквартирные дома №49–52, архитекторы Адольф Лоос, Генрих Кулька
Войновичгассе, 13,15,17 и 19
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные двухквартирные дома №49–52, архитекторы Адольф Лоос, Генрих Кулька. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные двухквартирные дома №49–52, архитекторы Адольф Лоос, Генрих Кулька. Фото © Денис Есаков
Парные блокированные двухквартирные дома №49–52, архитекторы Адольф Лоос, Генрих Кулька. Фото © Денис Есаков


Четыре блокированных дома №53–56, архитектор Геррит Ритвелд
Войновичгассе, 14, 16, 18 и 20
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Четыре блокированных дома №53–56, архитектор Геррит Ритвелд. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №53–56, архитектор Геррит Ритвелд. Фото © Денис Есаков
Четыре блокированных дома №53–56, архитектор Геррит Ритвелд. Фото © Денис Есаков


Парные блокированные дома №67–68, архитектор Габриэль Геврекян
Войновичгассе, 10 и 12
Чертежи и исторические фото см. здесь.
 
Парные блокированные дома №67–68, архитектор Габриэль Геврекян. Фото © Денис Есаков


Блокированные дома №69–70, архитектор Хельмут Вагнер-Фрайнсхайм
Ягдшлоссгассе, 68 и 70
Чертежи и исторические фото см. здесь.
Блокированные дома №69–70, архитектор Хельмут Вагнер-Фрайнсхайм. Фото © Денис Есаков

30 Января 2018

Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
Бетон и искусство иллюзии
В парижском парке Ла-Виллет по проекту бюро Loci Anima реконструирован кинотеатр La Géode – геодезическая сферорама на бруталистском основании.
«Плавательный оперный театр»
Крытый бассейн начала 1970-х годов в Гамбурге, памятник архитектуры модернизма и одна из крупнейших оболочечных конструкций в Европе, реконструирован архитекторами gmp и конструкторами schlaich bergermann partner.
Вопрос аутентичности
Один из крупнейших и важнейших памятников чешского функционализма, здание Электрических предприятий в Праге, полностью реконструирован и теперь вмещает офисы холдинга WPP.
«Любимый пациент»
В Берлине открывается после реконструкции и реставрации по проекту David Chipperfield Architects Новая национальная галерея – позднее творение Людвига Мис ван дер Роэ.
Технологии и материалы
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Сейчас на главной
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.