Небесная линия намыва

О конкурсе на застройку части намывных территорий Васильевского острова и о своём проекте, разделившем победу с работой консорциума «КСАР+Orange», рассказывает руководитель архитектурного бюро «А.Лен» Сергей Орешкин.

Беседовала:
Ирина Бембель

31 Декабря 2015

Интервью

Урбанистика / Градостроительство Строительство Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

Архитектурное бюро «А.Лен» http://www.a-len.ru/

Проект:

Комплексная общественно-жилая застройка на Васильевском острове (конкурсный проект), Архитектурное бюро «А.Лен»
Россия, Санкт-Петербург

Авторский коллектив:
Архитекторы: Андреева Р.В., Кочнев П.Н., Белят Е.А., Иванов В.В., Орешкина Е.С., Юмагулова Р.Р., Шалина М.А., Светозаров А.В., Гимнадзинов М.М., Тимонин Н., Храмова А.В., Успенская А.С., Ураксин Д.Ю.

2015 — 2015

Archi.ru: Расскажите, пожалуйста, поподробнее о конкурсе. Согласно сложившейся в последнее время практике, он проходил без широкой огласки.

Сергей Орешкин: Я сам узнал об этом конкурсе не сразу – да, это наша российская практика. Но может быть, в ней есть свой резон, поскольку открытый конкурс собирает сумасшедшее количество участников, а это весьма нерациональная трата ресурсов. Даже для самой скромной команды это как минимум два архитектора, которые должны работать два месяца, плюс программное обеспечение и так далее. С точки зрения глобальной экономии ресурсов это неправильно. Как правильно приглашать – вопрос сложный. С одной стороны, надо тренировать молодёжь, с другой стороны, процесс необходимо дифференцировать.

Путь, которым пошла компания «Glorex Development» очень цивилизованный. Заказчик привлёк компанию «ТОПМАРК» в качестве организатора и «МАРШ» в качестве консультанта, и это всё известные имена – например, от «МАРШ» консультировал Евгений Асс; Елена Гонсалес была куратором от «МАРШ Лаб».

К участию были приглашены градостроительно активные и хорошо зарекомендовавшие себя компании, из российских – «Остоженка», «Студия-44» и мы. Все мы постоянно встречаемся на конкурсах разного уровня и ведём много объектов. О себе могу сказать, что за последние 10 лет по нашим проектам построено и введено в эксплуатацию около 450 000м² жилья, строится и проектируется сейчас почти 1 000 000м² жилья, ещё больше было сделано концепций – мы даже не всё показываем, и здесь мы, что называется, хорошо «набили руку».

zooming — Концепция комплексной общественно-жилой застройки на Васильевском острове. А.Лен. Изображение предоставлено “Glorax Development”

Нас пригласили уже на втором этапе, когда вдруг вспомнили, что наша компания проектировала много объектов на намыве – это и порт (морской круизный терминал – крупнейший в Европе), и ЖК «Я-Романтик», и аквапарк гостиницы «Прибалтийская», и театр Пугачёвой совместно с лондонским бюро «POPULOUS». Кроме того, мы в этом году выиграли несколько градостроительных конкурсов и только что победили в международном конкурсе на пятизвёздный «Radisson Blu Moscow Riverside Hotel&SPA» – наверное, эта информация тоже стала известна организаторам.

Западные бюро тоже выбраны не случайно. Чинно Дзукки известен как архитектор креативный, при том, что в Италии вырасти в заметную величину вообще сложно, поскольку архитекторов там раз в 10 больше, чем в России. Дзукки показал по-настоящему итальянский проект – со своим пониманием качества и уюта жилого пространства, при этом неуловимо напоминающий ракурсами солнечную Италию.

«КСАР» имеет большую градостроительную практику и большой опыт работы в России. Ими разработана, в частности, концепция развития агломерации Перми – гигантская работа.

Единственной по-настоящему всемирно известной компанией была «Snohetta», их участие стало огромным стимулом для нас работать на максимальный результат.

Конкурс был инициативой заказчика, или это была рекомендация города?

С.О.: Проведение конкурса – инициатива заказчика, компания «Glorex Development», плюс импульс исходил от главного архитектора Санкт-Петербурга Владимира Григорьева.
На мой взгляд, мы идём по пути Москвы, где уже несколько лет по инициативе главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова регулярно проводятся архитектурные конкурсы, привлекающие интересные составы участников.

Подобные конкурсы привносят в нашу практику очень важную вещь: необходимость проработки здания до деталей. У западных архитекторов есть перед нами очень большое преимущество из-за нашего советского «шлейфа», когда глубина разработки проектной документации была ничтожна. Если посмотреть сегодня действующий ГОСТ (по сути ещё советский), то он предписывает самый поверхностный объём проектной проработки: узел парапета, узел цоколя и что-то ещё, но не определены границы, до которых должен быть проработан рабочий проект. В России это всегда почва конфликта между заказчиком и архитектором. Если у нас существует три стадии объёмного проектирования и две градостроительного, то по миру их от восьми до четырнадцати, из которых четыре только подготовительные. Надеюсь, благодаря интеграции, этот разрыв нам удастся постепенно преодолеть.

Заказчиком были озвучены какие-то образные предпочтения? Некоторые участники, в том числе и вы, использовании образы волн и парусов, хотя в целом бионика для вас не характерна…

С.О.: О стилистике речь вообще не шла. Были высказаны лишь самые общие пожелания: чтобы было ощущение морской набережной, ветра, путешествий, вольности… В той или иной степени все попытались это отразить. Разве что, Никита Явейн выдвинул прекрасную идею театральной постановки: окна его бизнес-центра задуманы как «телевизоры», в которые люди смотрели бы на прибывающие корабли. В его работах всегда присутствует театр, эксперимент.
Александр Скокан по-своему отразил тему Петербурга, привязав свои модули к высоте карниза Зимнего дворца и ритмике Дворцовой набережной.«Snohetta» использовала образ айсберга как обобщённый символ северного моря.

Наша образная линейка включает, в первую очередь, образ ветра. Я отталкивался от образов Финского залива, с которым связаны яркие воспоминания детства: это Зеленогорск, Солнечное, чистый песок, сверкающая рябь, тёплое мелководье. Но главным нашим лейтмотивом стал поиск чистой «небесной линии» морского фасада намыва по аналогии со знаменитой «небесной линией» главных набережных города. Если построить виртуальные контуры силуэтов зданий по улицам, примыкающим к набережным Большой Невы, то оказывается что и эти силуэты крайне органичны и несут весьма интересную эстетику. С учетом современных 3-D технологий эти силуэты можно соединить в небесные плоскости-«конверты», что мы и сделали на основе вычисленных модулей застройки Васильевского острова. Небесные плоскости создали уникальные силуэты по всем улицам нашего проекта, более того: так как это объёмное 3-D проектирование, все микрокварталы связаны друг с другом общей линией карнизов.

Что касается бионики – у нас всегда происходит борьба между образностью и рационализмом. На самом деле мы не раз обращались к бионике, хотя особо эти проекты не показывали: на градсоветах это обычно плохо воспринимается. Но в данном случае нужно было немного поступиться функциональностью в пользу образа. Другое дело, что сначала мы всё равно выводили техническую подоснову: какое должно быть жильё, как оно должно продаваться и т.д. А потом уже искали и просчитывали угол наклона крыш. Для этого весь Васильевский остров мы, как я уже сказал, «накрывали виртуальным одеялом», которое и дало нам масштаб этой волны.

На Васильевском острове есть несколько зон застройки разного масштаба: северо-восточная часть по проекту Трезини, ленпроектовская застройка реки Смоленки, прибрежный квартал Евгения Герасимова, постройки Ивана Фомина 1910-х годов... В итоге в ходе вычислений мы получили средний масштаб. Не хватило только немного времени, чтобы всё это образно «взорвать».

Ещё нам хотелось как-то намекнуть, что Петербург – это всё-таки торговый город, а это всегда красно-кирпичные пакгаузы. На фасадах в Амстердаме всегда висели крюки: когда корабль подходил, хозяин сидел внизу и договаривался, и на лебёдке сразу спускали тюки – т.е. торговля была доведена до совершенства. Хотелось этот элемент торгово-портового города отразить. Отсюда тёмно-кирпичные корпуса с усечёнными углами – это бизнес-центры, а жильё всё белое, светлое.

Все проекты имели яркие идеи, в том числе и наш. Все участники экспериментировали, все рисковали, и я не могу сказать, что какой-то проект не получился. Нет, все работы были хорошими, крепкими, и как говорили на послеконкурсной конференции, значительной разницы в качестве и уровне работ не было.

Генплан фирмы «Генслер» мешал вам?

С.О.: При ближайшем рассмотрении мастер-план американской фирмы «Генслер», созданный в 2006 году для намыва, оказывается не таким несуразным, как на первый взгляд. Поскольку мы серьёзно изучали эту территорию, то выяснили, что все радиусы проведены из осмысленных, не случайных точек. Члены экспертного совета, обсуждавшие в своё время этот генплан, также говорят, что формально придраться было не к чему. Пожалуй, самый серьёзный момент – это инженерные сети, которые «не любят» острых углов, поскольку это требует серьёзных дополнительных мощностей. Здесь заложены огромные лишние расходы, которые выяснятся уже в будущем.

Как будет складываться ваше сотрудничество с консорциумом «КСАР+Orange»?

С.О.: Предполагается, что наша команда будет адаптором проекта консорциума «КСАР+Orange». Мы тоже работаем на европейском уровне, чему заказчик, наверное, даже удивится. До санкций наше техническое оснащение было даже лучше, чем у многих западных коллег, поскольку мы, в отличие от ряда компаний, меняли программное обеспечение каждый год. Сейчас мы не можем себе этого позволить, поэтому ситуация выравнивается.
Определённо будет взят опыт работы консорциума «КСАР+Orange», их нацеленность на создание комфортной среды, но то, что они показали конкретно, требует серьёзного переосмысления в части границ проектирования. Формально довольно сложно выходить за границы участка, изменять контуры набережных и делать каналы, хотя на сегодняшний день технически возможно обеспечить в новых каналах приемлемый водоток.
Обязательно надо использовать их идею шпилей – это здорово. Каналы – также хорошая идея, если удастся осуществить это технически.

Отдельная тема – решение набережной: здесь требуется серьёзная работа, координация с проектировщиками других участков и привязка к существующим набережным.
Я думаю, что в рамках одной общей градостроительной темы надо привлекать к работе разных архитекторов. Такая практика сложилась сегодня в Москве – например, на территории ЗИЛ. Лично я, по прохождении градостроительной фазы, привлек бы разных архитекторов, близких по духу и готовых работать в рамках общего архитектурного регламента и по стилистике, и по материалу фасадов. Эта мысль прозвучала и из уст главного архитектора Санкт-Петербурга Владимира Григорьева.
Когда крупные комплексы застроены одной рукой – там везде есть ощущение потери среды. В особенности современные кварталы «в одну руку» более 100 000м² площади оказываются и градостроительно, и художественно обделёнными архитектурным вниманием.

Каков график работы по этому проекту?

С.О.: Пока конкретных сроков нет, но заказчик настроен на серьёзную работу в Петербурге. Об этом можно судить хотя бы по тому, что «Glorex Development» начинает в Петербурге несколько проектов, причем каждый разрабатывается с участием известных архитектурных бюро, несмотря на то, что часть проектов, по сути, носит социальный характер практически без коммерческой прибыли.
В новогодние праздники точно будем отдыхать, а потом начнём консультации.

Архитектор:

Мастерская:

Архитектурное бюро «А.Лен» http://www.a-len.ru/

Проект:

31 Декабря 2015

Беседовала:

Ирина Бембель

Похожие статьи

Интервью

Давай поговорим о брутализме

Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.

Интервью

Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»

У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.

Интервью

Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц

На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?

Интервью

Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...

Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.

Интервью

МВ-ПРОЕКТ: «Каждый новый проект – это вызов»

Говорим с Дмитрием и Олегом Шурыгиными, основателями компании МВ-ПРОЕКТ, которая обладает большим опытом проектирования театрально-зрелищных зданий и объектов культурного наследия.

Интервью

Измерение Y

Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.

Интервью

Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»

Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.

Интервью

Сергей Чобан: «Идеал построения музейного пространства...

Вчера на территории ЗИЛАрта открылся, тремя выставками известных кураторов, музей «ЗИЛАРТ». Говорим с Сергеем Чобаном о замысле и реализации.

Интервью

Вопрос «Каскада»

Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.

Интервью

«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...

С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.

Интервью

Форма без случайностей

Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.

Интервью

Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»

Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.

Интервью

Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»

Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.

Интервью

Лама из тетраметилбутана

Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.

Интервью

Как японский брутализм стал модным Nu Bru

Живущий на Окинаве британский фотограф Пол Тулетт рассказал Анастасии Маркитан о своей книге про японский брутализм и о его современном продолжении – направлении Nu Bru.

Интервью

В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...

25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».

Интервью

Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...

Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.

Интервью

Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай

Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.

Интервью

Дюрер и бабочки

Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».

Интервью

«Коллизии модернизма и ориентализма»

К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.

Интервью

Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...

В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.

Интервью

Никита Токарев: «Архитектура – не только форма, но...

В преддверии Арх Москвы поговорили с деканом архитектурной школы МАРШ и факультета архитектуры Universal University Никитой Токаревым о программе NEXT фестиваля Арх Москва 2025, будущем архитектуры и отборе участников.

Интервью

Комментарии экспертов. Цирк

Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.

Интервью

Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»

Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.

Интервью

Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...

Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».

Интервью

2024: что говорят архитекторы

Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.

Интервью

Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...

В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.

Интервью

Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»

Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.

Интервью

Дерево за 15 лет

Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.

Интервью

Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...

Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.

Технологии и материалы

Опоры из грибницы

В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.

«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo

Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.

Полы, выращенные бактериями

Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.

Живой металл

Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.

Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора

Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.

Стальное зеркало терруара

Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.

Осознанный выбор

С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.

Сёрфборд для жилья

Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.

Бетон со знаком «минус»

В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.

Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины

Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.

Полимеры: завтрашний день строительства

Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.

Земля плюс картон

Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.

Цифровой дозор

Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.

Палитра возможностей. Часть 2

В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.

Технадзор с дрона

В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.

Палитра возможностей

Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.

Поглотитель CO₂

Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.

Новая материальность: как полимеры изменили язык...

Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.

Юбилейный год РЕХАУ

В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.

Формула Real Brick

Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.

Сейчас на главной

Результаты конкурса

Сугроб. Очаг. Ковчег.

В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.

Объект

Симфония воды и кирпича

Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.

Объект

Языковые миры на бетонном каркасе

В Мангейме началось строительство Форума «Немецкий язык» по проекту бюро HENN: он соединит в себе музей, исследовательский и культурный центр.

Объект

Дом-Пингвин

Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.

Результаты конкурса

Байкальская рекурсия

В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.

Объект

Волна и вертикаль

Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.

Объект

Офис на Трубной

Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?

Обзор

От фабрики до саркофага: обзор проектов 16-20 марта

В этом обзоре – креативный кластер в стенах шерстоткацкой мануфактуры и бутик-отель в родном доме композитора Скрябина, очередной объект на Москве-реке и бизнес-центр из голубого кирпича.

Мнение

Оправдание добра, или как не промотать наследство

Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.

Объект

Первый международный

Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.

Объект

Звезда Индии

Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.

send.project

Искушающая нежность

Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.

Объект

Третий подход к снаряду

Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.

Результаты конкурса

Правдиво о конкурсе Правды

Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.

Объект

Фасад как речные воды

В австралийском Брисбене открылся театр «Глассхаус» по проекту Blight Rayner Architecture и Snøhetta.

send.project

Между сосен

Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.

Работы студентов

«Цветение» по-русски в Поднебесной

В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.

send.project

Ячейка и кривуля

Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.

Обзор

Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...

Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.

send.project

Путь к истокам

Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.

send.project

Зов традиции

Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.

Объект

Павильон грибоводства

Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.

Новость

Защита чувств

В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?

Объект

Бетонный переплет

Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.

Премия

Хрупкость и уязвимость в напряженной временной ситуации

Лауреатом Притцкеровской премии-2026 стал чилийский архитектор Смилян Радич.

send.project

Скорлупа под антаблементом

Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.

send.project

Против ветра

Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.

Объект

Следуя за ландшафтом

На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.

send.project

Вне стресса

DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.

send.project

Игра противоположностей

На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.