Блоги: 16–22 мая

Блоггеры рассуждают о новых панельных гетто в российских регионах и «вредительстве» градоначальников, архитектурном качестве программы «200 храмов» и проектах реконструкции пермской эспланады.

Наталья Коряковская

Автор текста:
Наталья Коряковская

mainImg
В очередной раз в блогах подняли тему столичной программы «200 храмов», уже успевшей поссорить «антиклерикалов», в ряды которых записали как противников самих храмов, так и плохой архитектуры, и тех, кто во всем принял сторону РПЦ. К первым, видимо, нужно отнести и блоггера daniil-skitalec, который на днях опубликовал основательное исследование на эту тему. Хорошая архитектура в уже построенных объектах, по его мнению, отсутствует, поскольку к строительству приступили впопыхах, используя «устарелые подходы». Между тем, как замечает daniil-skitalec, нужны были и полноценные общественные дискуссии по вопросам встраивания храмов в контекст, и конкурсы на концепции комплексного подхода, и изучение исторического опыта.
 
Впрочем, сторонники программы обвинили профессиональный цех в том, что он оказался попросту не готов выполнить социальный заказ. daniil-skitalec отчасти согласен: причина, по его мнению, «потеря всякого интереса к теме церковного зодчества у топовых архитекторов страны»: «В результате храмами занимаются в основном архитекторы-аутсайдеры низкой квалификации (за редким исключением, вроде Андрея Анисимова) из крупных проектных организаций, занимающихся типовухой. Конкурсные проекты Сретенского собора это вполне наглядно демонстрируют».
 
Есть и другая проблема, как пишет  avis_avis: «Две общеизвестные истины о храме: он должен быть богато украшен и повторять известные образцы прошлого. И честно говоря, я не представляю, как ситуацию можно было бы переломить». Архитектор Андрей Анисимов, в свою очередь, комментируя пост, призывает развивать «идею лаконичности», следуя псковским и балканским аналогам. А сам daniil-skitalec видит новые возможности в деревянной храмовой архитектуре, которая, по его мнению, для современного города среди каменных многоэтажек может стать «таким же органичным контрастом, каким в свое время были каменные храмы в Новгороде». Но есть, наконец, и третья проблема – массовость строительства, для которого, по словам Андрея Анисимова, все эти эксперименты не годятся: «Нужны проекты и технологии не простые, а простейшие, исполнимые малопрофессиональными бригадами, хозспособом, силами прихожан. Но при этом они должны быть храмами, а не сараями. Все хотят за три копейки получить Храм Христа Спасителя, не меньше��! И это порождает бутафорские проекты».

Схожие проблемы, между тем, открываются и в жилом строительстве, где категории быстрее, проще и дешевле по-прежнему перевешивают все остальное. Поводом для широкой дискуссии на эту тему в сообществе RUPA стали «успехи» домостроения Орловской области, где при помощи новых технологий сумели снизить себестоимость строительства 16-этажных домов на 10 %. «Не просто 16-тиэтажная панелька, а новый тип жилья», – иронизирует архитектор Александр Антонов. А главное, для чего строить по 16 этажей, «дефицит земли в Орловской области, это даже не смешно», – замечает архитектор Константин Ходнев.
 
Поддержать коллег из Орла взялся архитектор Сергей Николаев: «Нам некогда верить, мы строим, и, к сожалению, еще хуже, чем в Орле», потому что при минимуме денег нужно «переселить как можно больше людей». – «Почему кого-то нужно переселить? – возражает Александр Антонов. – Кто сказал, что нужно? Кто сказал, что у нас нет жилья? Возьмите любой маленький город в нечерноземной России, там обеспеченность жилым фондом от 50 метров на человека. Переселяйте, пожалуйста. А еще у нас военных городков пустующих навалом, можно и туда переселять». Продолжают строить «хрущевки» не поэтому, уверен пользователь, а потому что есть технология, выгодная строителям: «А через 10 лет, когда в этих домах будут жить одни маргиналы, которые не будут ни за что платить, начнется песня, что надо бы им опять улучшить жилищные условия», – пишет Александр Антонов.
 
По словам Олега Сафонова, проектировщикам нужно бороться за «излишки» и за качество: «Прежде реанимируйте «технологов», оцените реальный конечный результат, заберите первую скрипку у экономистов. Иначе за балконами излишествами станут окна, канализационные трубы и.т.д.». А Александр Ложкин к разговору о панельных гетто напомнил про проект «типовых кварталов» голландского архитектора Барта Голдхоорна, которые, по мнению архитектурного критика, «могли бы стать достойной альтернативой микрорайонному строительству на территориях «гринфилд». Хотя вопрос, зачем осваивать новые территории под строительство городам, чьё население не увеличивается, остается».

У архитектора Михаила Белова, в свою очередь, назрел вопрос к тем, кто строит «криво», т.е. в духе деконструктивизма и даже как-то по-своему, так что и «зданиями уже назвать-то язык не поворачивается». Если в 1960-70 е гг. это было хотя бы оправдано массовым строительством в условиях реконструкции существующей застройки, пишет архитектор в новом эссе «Кривое зодчество», то зачем на ровном месте «делать криво, когда можно прямо»? Впрочем, «кривая революция» к настоящему времени уже успела затухнуть, «очевидно, перед тем как обрушится на головы своих детей, которые уже больше не знают, что и как еще можно скривить», – заключает Михаил Белов. На автора, правда, посыпались упреки в упрощении истории и в отрицании течения, по которому защищена не одна докторская и которое имеет мощную философскую основу. Однако, архитектор, по его словам, лишь хотел напомнить, что «кривое это кривое» и «каждый должен понять, почему делает криво, когда мог – прямо», тем более что «возраст каждой формальной идеи отмерен…. Идеи стареют, дряхлеют и умирают, как и все в этом мире», – замечает Белов.

А блоггер Илья Варламов, тем временем, возмущен «кривой» деятельностью региональных градоначальников. Героем критической заметки стал мэр Омска Вячеслав Двораковский, при котором в городе, по мнению автора, уменьшилось количество нормальных наземных переходов и возникли новые препятствия для пенсионеров, мам с колясками и инвалидов. Ну а особую неприязнь Варламова, известного борца за права пешеходов, омский мэр заслужил тем, что назвал трамвайный транспорт в городе неактуальным.

Архитекторы и общественники Перми в эти дни собирались за круглым столом для обсуждения реконструкции эспланады. Копий вокруг проекта было сломано много, но огромное пространство в центре города продолжает быть, лишившись, кстати, и своего единственного украшения в виде фонтана. Блоггер Денис Галицкий замечает, что наиболее известный проект «Архитекторов Асс» – один из десятков, которые рассматривались за последние десятилетия, начиная, к примеру, с эскизов эспланады начала 1970-х гг. из архива архитектора М.И.Футлика, на которых площадь, по словам Галицкого, напоминает Астану.

Между блоггерами сложился спор – сохранить ли эспланаду вообще без какой-либо застройки, ограничившись благоустройством, либо разрешить, к примеру, построить подземный ТК, оставив поверхность без изменений. Вот, к примеру, пользователь Иван Помнящий считает, что реконструкция – все равно, что штопка старой одежды; эффективнее, по его мнению, возводить новое вокруг исторического центра, «с красивой планировкой и инфраструктурой». – «Любая капитальная застройка, наземная, подземная на эспланаде – это по скудоумию наших отдельных чиновников и бизнеса, а у последних на уме одни только торговые центры», – убежден блоггер komisar, по мнению которого, на площади должны быть только фонтаны и зоны отдыха. А вот пользователь b_m_s  не видит ничего плохого в подземном строительстве и предлагает «обживать уже имеющееся пространство» города вместо того, чтобы расти вширь, благодаря чему город оброс «квадратными метрами необжитой территории, сравнимыми по размерам с Москвой». И пока обсуждается общая концепция реконструкции площади, блоггер призывает уже сейчас «облагородить пространство дорожками, газонами, лавочками, клумбами, урнами и прочими элементами парковой среды».
zooming
Первоначальные эскизы эспланады (начало 70-х годов) из архива архитектора М.И.Футлика. Изображение: denis-galitsky.livejournal.com

Криминальная история приключилась, тем временем, с исторической набережной Степана Разина в Твери. Несколько недель подряд с набережной методично исчезали оригинальные чугунные ограждения 1920-х гг., о чем сообщил главный архитектор города Алексей Жоголев. Между тем, блоггеры напоминают, что набережная с 2011 года находится на реконструкции, которая, хоть и прервалась из-за отсутствия финансирования, но не закончилась, «а это означает, – пишет пользователь lesorub, – что данная территория является стройплощадкой и за всё, что на ней происходит, несёт ответственность подрядчик под контролем застройщика, с них и спрос. Но я так думаю, что инвентаризации архитектурных исторических ценностей (решётки и столбы) не было, а должна быть, более того, необходимо было всё демонтировать и отвезти на реставрацию». Некоторые, кстати, в этой темной истории винят подрядчика, решившего т.о. ускорить финансирование на новые решетки, а блоггер Pandora советует искать пропажу там же, где лежит украденный балкон с Путевого дворца – «кто-то воссоздает старинную Тверь у себя на дачном участке».

Другой, более масштабной реконструкции – с переносом знаменитого памятника А.С. Пушкину в Москве – удалось избежать или, по крайней мере, отсрочить. В блоге Мнения.ру обсудили решение комиссии по монументальному искусству Мосгордумы, которая отказала в строительстве памятной часовни Страстному монастырю на месте памятника. Самого Пушкина, кстати, предлагалась передвинуть на свое историческое место – в начало Тверского бульвара, где его установили в 1880 году.

Координатор «Архнадзора» Константин Михайлов в комментариях предлагает решать вопрос на общегородском референдуме. Правда, в условиях сильно изменившейся за полвека градостроительной ситуации, перенос памятника представляется ему менее логичным, чем, например, музеефикация подземных археологических находок – стен того же Страстного монастыря или крепости Белого города. Галина Маланичева, председатель ВООПИиК, который, кстати, выступает за перенос, считает, что Пушкинской площади вполне можно возвратить первоначальный вид и воссоздать Страстной монастырь. А вот, к примеру, организатор пикета против переноса памятника Александр Машков комментирует, что у монастыря дурная слава и восстанавливать его ни к чему, поскольку именно с его колокольни в декабре 1905 года «по протестующим велась стрельба из пулемета».

22 Мая 2013

Наталья Коряковская

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Постсоветская традиционная архитектура. Генезис
Начинаю публиковать книгу «Неоклассическая архитектура России конца ХХ – начала XXI века». Более тридцати постсоветских лет в России существует новая классическая архитектура, стилистически и мировоззренчески оформленная, хотя и не являющаяся движением. Хотя традиционная архитектура исчезла после Второй мировой войны из образования, в последние десятилетия она актуализирована вызовами XXI века, к которым относятся: кризис города и экологии; отношения человека и техники как сверхсилы, не обладающей сверхразумом; растворение профессии архитектора в смежных специальностях. Введение посвящено генезису современной ситуации в ХХ веке.
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пост-комфортный город
С появлением в программе традиционной конференции Москомархитектуры термина «пост-комфортный» стало очевидно, что повестка «комфортности» в пандемию если и не отменяется, то значительно корректируется.
Архитектурная лаборатория
Архитектурное бюро «А.Лен» разработало и запатентовало программу «Идеальные квартиры», которая позволяет строить дома без плохих планировок. Рассказываем, как программа появилась, что из себя представляет, кому и чем она полезна.
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Технологии и материалы
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.