Недалеко от метро «Бауманская», на улице Фридриха Энгельса, сохранилось несколько каменных лавок от когда-то бывшего здесь Немецкого рынка. Основная часть рынка находилась в стороне, но несколько периферийных построек – это все, что осталось. Приблизительно год назад здания бывших лавок сгорели и теперь находятся в жутком состоянии. Теперь на этом месте задумано строительство. Остатки Немецкого рынка недавно были представлены на звание памятника, однако им было отказано – кроме того, в этом месте планируется скорректировать охранную зону, исключив из ее границ весь участок будущего строительства – треугольник между улицами Фридриха Энгельса, Ладожской и проездом Немецкого рынка, параллельным Волховскому переулку. Правда, охранная зона сейчас охватывает не весь участок, а лишь небольшую его часть; и дома по Ладожской улице новое строительство не затронет.
Придя на заседание рабочей группы, автор проекта архитектор С.А. Образцов признался в том, что пришел не за резолюцией, а за советом – что делать? Ломать, не ломать или ломать и воссоздавать? Архитектор показал три варианта нового здания, сделанные, по его собственному признанию, вчерне. Первый вариант обычен для современной Москвы, так включает исторические фасады в тело нового объема, протянутого вдоль улицы и проезда. Во втором домики Немецкого рынка вынесены вперед, а новые корпуса поставлены большими поперечными улице блоками во дворе. Наконец, третий вариант похож на второй, но в нем новые корпуса нависают над домиками внушительными консолями. К чести автора надо заметить, что он подчеркнул свое нежелание сразу же бежать в «сносную» комиссию за разрешением на снос, а на планшетах можно было увидеть детальную роспись необходимого ремонта. Однако в обсуждении, раз уж статуса памятника бывшие лавки не получили, чаще фигурировало воссоздание. Под всей территорией запланирована двухъярусная подземная парковка, ориентированная пока что на 158 машин.
В связи с чем возник закономерный вопрос – если уж сносить, то стоит ли тогда воссоздавать? Присутствующий на заседании советник РААСН Юрий Волчок озвучил простую идею – не стоит ли «раскрепостить архитектора, и не делать эти кукольные фасады, раз их все равно не сохраняют?... Сделать нормальный квартал, сохраняя исторические параметры».
Остальные участники обсуждения высказали менее радикальные мнения. Так, прозвучало предложение акцентировать треугольную форму участка – у него, правда, сразу же нашлись свои оппоненты – такой акцент на контурах может привести к появлению «очередного» треугольного здания, которое заполнит весь двор. В конце концов эксперты оказались солидарны в нескольких вещах: во-первых, все отдали предпочтение варианту номер 2, в котором старые домики и новые блоки стоят раздельно; между ними, по мнению большинства присутствовавших, должен сохраниться внутренний проход – дело в том, что рыночные лавки когда-то открывались в обе стороны, и на улицу и во двор, и пройти вдоль них, соответственно, было можно как с лицевой, так и с тыльной стороны. Во-вторых, если домики сохранять, а большинству явно импонировало именно такое решение, то не хотелось бы их сливать с современными объемами, выстраивая очередную муляжную стенку: все были за то, чтобы оставить исторические объемы, пусть даже воссозданные, «в покое», а новые корпуса расположить позади. Консультативное обсуждение завершилось рекомендацией «идти по схеме», последовательно выясняя законные возможности и ограничения участка. Даже если здесь будет ликвидирована охранная зона и будет решено сносить остатки Немецкого рынка, образовавшийся участок все равно останется исторической территорией, и построить на нем нечто слишком крупное в любом случае будет невозможно.
Похожую тему затронул еще один из показанных экспертам проектов – многострадальный дом на углу Лялина переулка. Его обсуждают уже давно и рассматривали многократно, в частности, 19 апреля - тогда выяснилось, что дом, рекомендованный историками для реставрации, уже приговорен к сносу. Ответом на это было требование буквального реставрационного воссоздания – сейчас архитекторы показали несколько вариантов такого воссоздания. Только один из них был, как и прототип, трехэтажным – остальные добавляли еще один этаж, правда, под скатной вальмовой кровлей. В ходе обсуждения выяснилось, что показанные чертежи несколько сомнительны по части размеров – все здания на них «притянуты» по высоте к соседним, от 2-х до 4-х этажных. Это один из очевидных признаков того, что после согласования дом собирается немного «подрасти» с высоту самовольно – подобные случаи известны. Обнаружив несоответствие, эксперты отклонили проект, заметив, что еще не поздно поставить домик на охрану – все же внутри него обнаружены остатки сводчатых перекрытий XVIII века. Откровенно говоря, теперь это вряд ли случится, однако проект был вновь отправлен на доработку: авторам было рекомендовано привести материалы в соответствие с данными и представить свою работу на научно-методическом совете. Любопытно, что проект на этот раз представляла архитектор, живущая в соседнем доме – как будто бы это сделано для того, чтобы сгладить вероятные конфликты с жителями.
Экспертам были представлены два проекта архитектора Павла Андреева: на 1 ул. Ямского поля и на Большой Дмитровке. Первый был утвержден и достаточно быстро. Проект предполагает строительство административно-хозяйственного комплекса рядом с бывшим зданием ГипроГора – между двумя строениями, принадлежащими одному заказчику, останется небольшой узкий проход – только это вызвало у экспертов несколько возражений. По ходу возникло предложение устроить между ними остекленный проход-пассаж, однако его сразу же отвергли, так как света обоим зданиям это не добавит, но подобная затея может потребовать полного технического переоборудования здания ГипроГора. Таким образом, «принципиальных возражений» не возникло, однако «есть сомнения в излишнем уплотнении территории».
Второй проект был полностью согласован некоторое время назад, и сейчас речь шла только о корректировках внутри двора. Речь идет о реконструкции дома № 9 по Большой Дмитровке, известного москвичам как магазин «Чертежник», а также о полной замене всех многочисленных построек внутри его двора. Дом на Дмитровке был построен архитектором Адольфом Эрихсоном в 1903 году, он сохранил фасад, лепнину на первом этаже и лестницу; интерьеры верхних этажей дважды перелицованы, во второй раз недавно, когда в 1990-е там сделали офисные евроремонты. Дворовые корпуса, числом девять, построены по проекту архитектора Баркова несколько раньше, в 1897-1900. Их архитектура менее интересна, на их местах будут построены новые корпуса. Изменения проекта состоят в том, что задуманный ранее во дворе полукруглый корпус сменился рядом параллелепипедов, наследующих места и в общих чертах объемы разрушаемых зданий, на 1-2 этажа превосходя их по высоте (4-этажные корпуса заменятся 5-6 этажными). Их планы повторяют сносимые дома, очертания прямоугольные, а фасады в одном из вариантов – зеленые, модернистские, с живописными асимметричными окнами.
Утвердить изменения помешало то, что со времени последнего согласования этого проекта многое изменилось: дом А. Эрихсона обзавелся «предметом охраны» - в нем охраняется главный уличный фасад снаружи и парадная лестница внутри; кроме того, сейчас это владение входит в объединенную охранную зону №38. Таким образом, теперь повышение этажности происходит на внутри объединенной охранной зоны (№38), поэтому проект был направлен на повторное рассмотрение методсовета.
Рассмотренный повторно проект многофункционального комплекса на Малой Почтовой, 12, был охарактеризован автором «культурный центр с элементами бизнеса», а присутствующими – как технопарк. Он совмещает апартаменты, жилье, выставочные залы и физкультурно-оздоровительный центр с баней – на этом месте, по словам архитектора, некогда были бани. Предназначенное комплексу место сейчас занято заводом, который будет выведен; оно находится недалеко от набережной Яузы, рядом с 3-м транспортным кольцом и между недавно достроенным корпусом МГТУ им. Н.Э. Баумана и очаровательной старообрядческой церковью начала века. Это соседство оказалось наиболее проблемным – потому что громоздкие угловатые корпуса грозят окончательно задавить и спрятать за собой маленький храм. Поэтому от авторов потребовали приготовить к следующему рассмотрению более подробные ландшафтные «врисовки» задуманного здания с видами от Госпиталя на церковь. Предварительное архитектурное решение, сочетающее массивные прямоугольники, сочетающие остекление двух цветов, «золотистое» и голубоватое, также не пришлось экспертам по вкусу – автору рекомендовали поискать другое решение формы, цвета и материала, подчеркнув, что даже бетонный корпус Бауманки смотрится изящнее.
Кроме того, было отказано в рассмотрении уже неоднократно выносившемуся на утверждение проекту гостинично-делового комплекса на Большой Пионерской ул. Для этого участка раньше было спроектировано здание в виде подвешенного над землей шара, но заказчик отказался от этого варианта и теперь его заменили скучноватым ступенчатым домом отдаленно напоминающим ар-деко. Впрочем, отказали проекту не из-за архитектурных достоинств, а по причине более банальной – он не прошел требуемого утверждения на бюро ЭКОСа.
Еще один проект, показанный 12 июля, любопытен самим фактом своего появления. Это маленький двухэтажный павильон в «неважно каком стиле» - автор показал сразу три разных варианта, от скучного желтого до пластинчато-кирпичного. То ли магазин, то ли ресторан. Дело в другом – этот павильончик предлагается построить недалеко от Донского монастыря, к северо-западу – в скверике, примыкающем к заводу «Красный пролетарий». На месте этого завода «Ведис-групп» собирается построить большой квартал элитного жилья – проект Сергея Скуратова, занявший второе место на конкурсе, мы недавно описывали. По-видимому, запланированный в совершенно глухом сейчас месте магазин от торговой фирмы «Винтаж» торопится «застолбить» территорию обслуживания будущего шикарного микрорайона.
Эксперты, однако, отметили, что на этом месте никогда ничего не стояло и что оно входит в охранную зону больничного храма. А строительство на пустом месте в охранной зоне нарушает 40-й закон. Проект был снят с рассмотрения.
Лялин пер., 1/36
Фотографии Юлии Тарабариной
