Стартовала премия АРХИWOOD

Открыт сбор заявок на премию АРХИWOOD-2010 – за лучшее архитектурное сооружение с использованием дерева. Публикуем текст ее куратора: Николай Малинин рассказывает о первом заседании Экспертного совета премии и комментирует его решения.

author pht

Автор текста:
Николай Малинин

17 Декабря 2009
mainImg

Генеральный спонсор Премии – компания HONKA
соорганизатор – PR-агентство «Правила общения»

Современная русская деревянная архитектура – явление противоречивое. С одной стороны, частный деревянный дом – это самый массовый вид архитектуры в нашей стране. Но доминирует в этом жанре каркасная типовуха и об «архитектуре» говорить почти не приходится. Что ужасно обидно – учитывая богатые традиции русского деревянного зодчества, а также разнообразие этого жанра за рубежом. С другой стороны существует небольшая прослойка деревянного авангарда, пользующаяся любовью профессионалов и прессы, но сосредоточенная в основном в Николо-Ленивце да на курорте «Пирогово», а потому мало известная широкому кругу потенциальных потребителей.

Премия АРХИWOOD замышлялась как способ соединить два этих вектора. Не как очередная медалька, дабы потешить самолюбие архитекторов или попиарить спонсора, а как институция, структурирующая процесс. С одной стороны – как инструмент исследования того, что происходит в этом жанре, а с другой – как орудие просвещения и пропаганды. Выставка же в Музее архитектуры рассматривалась нами как возможность обозначить ориентиры, определить возможные векторы развития – опираясь на самое интересное, что было построено из дерева за последние 10 лет.

Правда, мы полагали, что те 120 объектов, которые составили выставку, все-таки хорошо всем известны. А более важным казалось зафиксировать само явление, продемонстрировать, что оно есть, что «прослойка» эта не так уж и узка. Поэтому каждый объект был представлен в виде крохотной фотографии… Это оказалось ошибкой, но приятной. Мы недооценили интерес публики и теперь с удовольствием сообщаем, что каталог выставки «Новое деревянное» обязательно будет напечатан – к майской выставке номинантов на премию 2010 года, которая пройдет в рамках II Московской биеннале архитектуры (там же будут подведены итоги Премии и награждены ее победители). Впрочем, именно этот интерес заставил нас еще серьезнее отнестись к формулировкам Положения о Премии. А также и написать этот комментарий.

Первое заседание Экспертного совета Премии, на котором обсуждалось Положение о премии, прошло в бурной дружественной обстановке. Основные сомнения вызвало наличие номинаций, которых предлагалось 8: частный дом, общественное сооружение, малый объект, арт-объект, интерьер, поселок, комбинирование дерева с другими материалами, реконструкция/реставрация. Оргкомитет полагал, что номинации задают стратегию отбора и судейства, внятную любому архитектору из любого уголка страны. В том смысле, что арт-объект, например, не будет сравниваться с жилым домом, а будет рассматриваться, в первую очередь, именно как произведение искусства. И т.д.

Однако, члены Совета, имеющие большой опыт участия в разнообразных жюри, убедили всех в порочности такого подхода. Во-первых, он провоцирует «награждение ради номинации» (номинация есть, а ничего достойного на нее не нашлось), а во-вторых, возникает риск оставить за бортом интересную работу, не вписавшуюся в набор номинаций. В результате Экспертный совет принял решение не фиксировать номинации, а утвердить их по результатам сбора конкурсных работ.

Сбор же работ будет происходить под обобщающей формулировкой: «За лучшее использование дерева в архитектуре».  Что должно отражать максимальную открытость Премии: на нее принимаются объекты всех жанров (включая как вышеперечисленные, так и любые иные), а кроме того, это означает, что выдвинуты могут быть и объекты, в которых дерево играет конструктивную роль, и те, в которых оно использовано как отделочный материал. Естественно, рассматриваться Экспертным советом они будут как разные категории.

Попытка корректно развести эти сюжеты была предпринята уже на выставке: тема «дерево в отделке» занимала отдельный зал. Но именно высочайший уровень представленной там архитектуры (постройки «Проекта Меганом», «архитекторов асс», «ДНК», «Панакома») однозначно убедили всех в том, что игнорировать эту линию в Премии было бы странно. А вот самые уникальные конструктивные разработки, которые существуют в нашей стране (работы лаборатории Станислава Турковского и Александра Погорельцева, ЦНИИСК им. Кучеренко), были слабо отражены на выставке именно потому, что они с трудом поддаются репрезентации. Обрастая в процессе строительства архитектурным «мясом», они теряют визуальную эффектность и требуют «расшифровки». Впрочем, Экспертный совет заверяет в том, что этот сюжет будет пристально рассмотрен и, возможно, будет введена отдельная номинация за конструктивное решение. Тем более, что на соискание премии 2010 года уже выдвинуто 7 новых работ ЦНИИСК. Досадно только то, что соревноваться, похоже, ЦНИИСК будет сам с собой…

Совет долго обсуждал, как обозначить социальный аспект Премии, подчеркнуть, что она направлена, в частности, и на поиск оригинальных решений в ситуации скромного бюджета. Главный редактор интернет-журнала «ЭКА» Лариса Копылова даже предложила ввести отдельную номинацию: «лучший проект для среднего класса». Всячески поддерживая этот посыл, Совет все-таки решил воздержаться от учреждения таковой номинации по причине невозможности провести четкую грань: где такая архитектура начинается и где кончается. Но мы, тем не менее, хотели бы подчеркнуть интерес Премии к этой проблематике и призвать к активному участию в конкурсе всех архитекторов, имеющих опыт в области малобюджетной деревянной архитектуры.

Также рассматривалось предложение главного редактора журнала «Интерьер + Дизайн» Наталии Тимашевой вручать отдельную премию молодым дарованиям – а поиск их является не менее принципиальной задачей Премии. Но и тут Экспертный совет признал себя не готовым провести разделения по возрастному признаку. Оставив за собой право в случае необходимости учредить соответствующий приз.

Не менее горячо дебатировался вопрос о составе жюри. Здесь проблема понятна: признанных мастеров в области деревянной архитектуры немного. Конечно же, хотелось бы видеть их всех в составе жюри. Но тогда возникает риск упустить интересные работы, которые этими же мастерами и создаются. А провоцировать этические двусмысленности (когда члены жюри судят собственные работы) тоже не хочется. Поэтому Экспертный совет принял решение формировать состав жюри после сбора работ на Премию, как вариант - из архитекторов, вообще не работающих в области деревянной архитектуры.

А самым больным вопросом оказалось название Премии. Первым о его категорическом неприятии заявил еще директор Музея архитектуры Давид Саркисян – в процессе подготовки выставки «Новое деревянное». Но Оргкомитет сделал вид, что не расслышал тревожного звоночка. Тогда уже Экспертный совет дружно заявил, что использование англицизма для Премии в области российской архитектуры неуместно, а употребление слова «архи» за последние 10 лет стало слишком частым.

Искренне соглашаясь с критикой, Оргкомитет, тем не менее, вынужден взять на себя ответственность за сохранение существующего названия. Признаюсь, мы долго искали достойную альтернативу. Но беда в том, что практически все русские слова, связанные с деревом, неизбежно несут на себе оттенок ругательного или комического: «бревно», «полено», «дуб», «пень»... Даже сугубо специальное прилагательное «кондовый» (то есть, лес, растущий в бору) стало синонимом слова «безыскусный». В этой ситуации есть понятная историческая логика, но нам-то как раз хочется переломить отношение к дереву как к чему-то устаревшему, немодному и безыскусному!

Задача Премии – доказать современность дерева, именно поэтому было забраковано одно из самых внятных предложений, высказанных на заседании Совета: назвать премию «Кижи». Увы, оно все-таки слишком уводит в седую (хотя и великолепную) старину. Кроме того, думается, что едва ли за пределами МКАД англоязычные слова кому-нибудь кажутся немодными, а подчеркнуть всемирную актуальность дерева – тоже важная задача премии. Вообще же членами Экспертного совета было предложено немало вариантов названия («Золотое дерево», «Русское дерево», премия имени Ополовникова, «Буратино»), но все они так или иначе сужают смысл Премии или с чем-нибудь ассоциируются, как «Щепка» – с Театральным училищем.

Поэтому в качестве компромисса Оргкомитет предложил давать вышеперечисленные названия отдельным номинациям. Например: премия за лучшую реставрацию с использованием дерева – «Премия имени Ополовникова», премия за лучшее продолжение традиций – «Кижи», премия лучшему заказчику деревянной архитектуры – «Буратино» (или, скорее, «Папа Карло»)… Большинство членов Экспертного совета смирилось с этим предложением, за исключением самого принципиального российского архитектора – Евгения Викторовича Асса, который объявил о своем выходе из Совета.

С глубоким сожалением констатируя эту потерю, Оргкомитет полагает, что все-таки в премии главное не название, а содержание. Как мы этот корабль нагрузим – так он и поплывет. В конце концов, кто такой Оскар? То ли первый муж Бетт Дэвис, то ли и вовсе дядюшка библиотекарши из голливудской Киноакадемии…

Итак, конкурс начинается. Положение о Премии АРХИWOOD – читайте здесь, там же приведена форма подачи заявки, контактные адреса и телефоны. Ждем ваших заявок! 

Николай Малинин. Фото: Анна Пешкова
zooming
Лариса Копылова. Фото: Анна Пешкова
zooming
Григорий Ревзин и Елена Гонсалес. Фото: Анна Пешкова
zooming
Владислав Савинкин и Николай Белоусов. Фото: Анна Пешкова
zooming
Евгений Асс и Тотан Кузембаев. Фото: Анна Пешкова
zooming
Николай Лютомский. Фото: Анна Пешкова
Алексей Муратов. Фото: Анна Пешкова
zooming
Владимир Кузьмин и Дмитрий Ромашков. Фото: Анна Пешкова
Наталия Тимашева. Фото: Анна Пешкова


17 Декабря 2009

author pht

Автор текста:

Николай Малинин
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.
Фантазия о дикой природе
На кампусе компании Vitra в Вайле-на-Рейне, в знаменитой «коллекции» зданий звездных авторов – пополнение: там создают сад по проекту Пита Аудолфа.
Пресса: Как клип трансформирует город. Григорий Ревзин о городе...
В надежде на будущее обычно присутствует то ли презумпция, что смутность настоящего не может не проясниться, то ли воля к ее прояснению. Будущее всегда стремилось к целостности — пожалуй, мы теперь в первый раз переживаем время, когда это не так.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Музей на железной дороге
Новое здание Кантонального музея изящных искусств по проекту Barozzi Veiga – первый пункт мастерплана этих архитекторов: рядом с вокзалом Лозанны возникает арт-квартал Platform 10.
Курортная история
Про участок в Геленджике, планы развития которого начались в 2005 году и пришли к завершению только сейчас, миновав стадии многоквартирного дома среднего, затем большого размера и наконец воплотившись в таунхаусы со скатными кровлями.
Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.
Премия Москвы: итоги 2020
Названы пять проектов-лауреатов Архитектурной премии Москвы. Впервые среди победителей – объект транспортной инфраструктуры и проект, реализуемый в рамках программы реновации.
Метро как источник энергии
В Лондоне заработала первая ТЭЦ, которая использует «потерянное тепло» метрополитена: для отопления жилых домов и начальной школы. Авторы архитектурного проекта – Cullinan Studio.
Городская «обманка»
Новый корпус музея Хельги де Альвеар по проекту Emilio Tuñón Arquitectos в Касересе на западе Испании кажется неприступным, но на самом деле пешеходы могут сократить путь через его сад и террасу.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.