Один из этапов благоустройства небольшого сквера в Лермонтове – строительство скейт-парка. Доверив эту часть команде XSA, город получил 250-метровую дорожку для трюков, фигуры которой напоминают объекты лэнд-арта – аналогов в России как по габаритам, так и по наполнению нет. Рассказываем, как устроен экспериментальный снейк-ран в Предкавказье.
Авторский коллектив:
Руководитель проекта: Геннадий Корниенко, Токмакова Ангелина
Авторы проекта (дизайнеры/архитекторы): Константин Таранов, Константин Стюрин, Антон «Тони» Тихонов
Проектировщик: Андрей Климов
3D-визуализатор: Константин Стюрин
Райдеры: Тони Тишкин, Андрей Михайлов, Степан Крухмалев, Марк Ольшевский, Владимир Иванов
Съемка: Марк Ольшевский, Антон Зубков, Александр Бивол
Монтаж: Марк Ольшевский, Антон Зубков, Александр Бивол
6.2024
/ 9.2024
Строительство: XSA Ramps
Лермонтов – крошечный город в десяти минутах езды от Пятигорска. В прошлом году благодаря гранту VIII конкурса создания комфортной среды в нем началось благоустройство сквера Молодежный. Вместе с жителями архитектурное бюро «Точка» определило востребованные функциональные зоны: за культурный отдых отвечают универсальный павильон с соломенной кровлей и амфитеатр, за рекреацию – проложенная среди деревьев деревянная дорожка, за спорт – теннисные столы, площадка для стрит-бола и тренажеры. Чтобы привлечь молодежь, архитекторы запланировали также скейт-площадку, а пригласив для ее разработки команду XSA получили новую достопримечательность.
Сквер не велик – его треугольник площадью в 2,5 га располагается у подножия горы Шелудивая, с противоположной стороны примыкает школа, здание городской администрации и еще чуть дальше – фан-факт – спортивный комплекс «Бештау», где в 2018 году тренировалась сборная Нигерии по футболу. Деревья, среди которых много и лиственных, и хвойных, затапливают советские малоэтажки.
Команда XSA преследовала три задачи: сохранить деревья и лесистый характер сквера, уместить на ограниченном участке интересный для скейтеров спот, а также взбодрить сонный городок присутствием уличной культуры. Так родилась идея снейк-рана – бетонной «тропы» с фигурами и препятствиями, которая петляет меж деревьев, дополняя ландшафт и предлагая катальщикам необычный опыт.
Константин Таранов, XSA Ramps / XSA BURO
Спот в Лермонтове – это настоящий скейт-урбанизм в концепции устойчивого развития. Мы бережно вписали объект в ландшафт, бетонная дорожка органично дополнила природу и соединила тропы терренкура. Из заброшенного городского парка получилось топ-место. Мы рассчитываем, что его оценят райдеры – местные и не только, и что снейк-ран станет причиной, по которой скейтеры будут приезжать в Ставропольский край.
Проект во многом экспериментальный: в процессе нам хотелось исследовать, как еще скейтбординг может быть встроен в городские пространства, какие дополнительные преимущества он может привнести.
В повседневной практике скейтбординг больше про удовольствие от процесса, нежели про работу и теоретизирование, он движим настоящими ценностями, а не переменными, предпочитает активность пассивности, непосредственное участие созерцанию и самостоятельную практику повторению за другими. Все эти вещи, определенно, являются потенциальными составляющими города будущего, пока, увы, нам неизвестного.
Белый ручей и поэзия бетона
Чтобы уместить в Молодежном сквере скейт-парк привычной прямоугольной формы, пришлось бы вырубать деревья, чего не допускала ни одна из сторон проекта. Поэтому XSA решили «развернуть» площадку как клубок, прокладывая «нить» между деревьев и нанизывая на нее островки с фигурами. Модель сначала вылепили из пластилина, а затем несколько раз исправляли, чтобы при строительных работах не повредить озеленение. У такого формата помимо устойчивости обнаружился ряд других весомых достоинств.
Длина снейк-рана – 250 метров, такого в России пока что не было. Если вспомнить другие близкие виды спорта, легко представить уровень удовольствия от продолжительного катания: кто рассекал на коньках по речке ни за что не променяет ее на самый модный каток, кто спускался на лыжах с вершин Кавказа или Альп – будет страдать в плоской Ленобласти. Особенно удачным такой формат кажется для новичков – можно серфить между деревьями, почти не отталкиваясь и набирая скорость за счет уклонов, не переживая о том, что кому-то мешаешь – ширина дорожки достаточная, чтобы совершить безопасный обгон. Снейк-ран не закольцован – это способствует естественным перерывам в катании и равномерному распределению потоков райдеров.
Бетон – та материя, которая обычно живому органическому миру противопоставляется. В Лермонтове же XSA наделяет его природоподобием: форма дорожки напоминает бликующий на солнце горный ручей с пенными порогами, издалека вообще можно подумать, что это не бетон, а выход горной породы. В том, как ложатся на вручную затертую поверхность листья и тени чувствуется даже какая-то поэзия.
В тех местах, где бетонную дорожку пересекают пешеходные тропинки, покрытие меняется на штампованный бетон – он притормаживает райдеров и дает сигнал «осторожно, тут могут быть люди». Пешеходы же издалека слышат шуршание колес по штамп-бетону. Кататься в парке можно и днем, и после захода солнца – для освещения дорожки и спотов установили две мачты освещения со светодиодными лампами.
Итак, первый сценарий – просто проехать дорожку «напрямую». Но поскольку XSA взяли за образец скейт-парки 1970-х годов, основной идеей которых была динамичность, есть и другой вариант – задействовать по пути четыре острова с разнообразными фигурами. Новичкам они позволят освоить первые трюки, а опытным райдерам – проявить фантазию. Фигуры трех секций имитируют стандартные городские зоны и востребованные у скейтеров объекты: скамейки, дорожные ограждения, клумбы для цветов. Центральная радиусная зона чуть больше и представляет собой более или менее классический боул.
Антон Тихонов, архитектор и билдер
В этом парке можно делать вообще все, что душе угодно – спрыгивать вниз, запрыгивать наверх, скользить по краям или прыгать в длину, словно перепрыгиваешь дорогу между тротуаров. Райдеры тут ограничены только своей фантазией. Лучше кататься сверху вниз, но не принципиально, двигаться можно в обе стороны.
Начинается снейк-ран с прямого ролла, который помогает набрать скорость. Следом идут два симметричных контруклона (counter-slopes) с бетонными коупингами, гигантский двухметровый бэнк (china bank) и длинный бетонный квотерпайп (road barrier). Дальше под сенью берез поместился резкий и амплитудный круглый ролл – на нем, как выражаются авторы, можно «пощелкать трюки».
Следующий пункт – авторская фигура, которой XSA дали название flowerbed: два симметричных углубления в дорожке, напоминающих клумбу без земли. Здесь райдер может проскользить по краю, наклонив доску вниз, или перепрыгнуть углубление.
Центральный радиусный остров по форме напоминает осушенный фонтан – в контексте диковатого сквера и кавказских курортов с минеральными водами этот образ кажется очень уместным. Деревья и здесь защищены высокими «кратерами», образующими дополнительные сложные поверхности для катания.
Последняя фигура – трехметровый кёрб, похожий на обычный бордюр. Здесь на него не нужно запрыгивать, можно просто заехать – так у любого новичка получится потренировать баланс и скольжения.
XSA не только проектируют, но и строят площадки буквально своими руками, поэтому знают лучшие рецепты бетона и способы сделать свои объекты эстетичными и стойкими – они не боятся колес, влаги и эрозии.
В основании фигур – уплотненная гравийная подушка. Сами фигуры формировались постепенным наслоением инертного материала, после чего их вручную обработали до необходимых размеров и очертаний. Затем установили маяки-опоры, на которые положили «скелет» – каркас из арматуры – и залили его бетоном. Финальный шаг – формирование фигур из бетона и его многоэтапная затирка. Такой DIY-подход делает материал более теплым, а стык бетона и травы не вызывает внутреннего диссонанса.
Бетонный снейк-ран в сквере города Лермонтов, как нам кажется, разрушает несколько стереотипов, связанных с типологией площадки для экстремальных видов спорта. Оказывается, она может быть органична не только пятачку под эстакадой или на окраине города, но и лиричному скверу. Бетон способен резонировать с пейзажем, а еще не обязательно замыкаться в пространстве прямоугольника. Кроме того, в очередной раз сработал и другой ценный эффект: вокруг спота формируются сообщества самых разных людей – от родителей с детьми и внуками до спортсменов и фотохудожников.
Снейк-ран «Лермонтов». Скейтер Марк Ольшевский, трюк front rock
Авторский коллектив:
Руководитель проекта: Геннадий Корниенко, Токмакова Ангелина
Авторы проекта (дизайнеры/архитекторы): Константин Таранов, Константин Стюрин, Антон «Тони» Тихонов
Проектировщик: Андрей Климов
3D-визуализатор: Константин Стюрин
Райдеры: Тони Тишкин, Андрей Михайлов, Степан Крухмалев, Марк Ольшевский, Владимир Иванов
Съемка: Марк Ольшевский, Антон Зубков, Александр Бивол
Монтаж: Марк Ольшевский, Антон Зубков, Александр Бивол
Урбан-дюны
Команда XSA Ramps спроектировала и построила для парка в Ростове-на-Дону трехчастный спортивный хаб, куда может прийти человек любого возраста и физической подготовки. Скейт-плаза, памп-трек и детская площадка с одинаковым тщанием наполнены деталями, которые притягивают самых разных посетителей. А техническое воплощение фигур и уклонов превращает это пространство в подобие скульптурной композиции.
Дерево в архитектуре: итоги 2024
Жюри V смотр-конкурса «Дерево в архитектуре» присудило главный приз коммерческому комплексу, построенному по проекту компании «Уникальные здания» в Одинцово. Также впервые вручался гран при за выставочный объект, его получила компания Ultralam. Знакомим читателей с этими и другими финалистами.
Спорт за окном
Скейт-площадка для линейного парка от XSA Ramps: профессиональный и любительский спорт, зрелищность и альтернативные сценарии досуга как часть благоустройства территорий жилых массивов.
Тактильность и теплота на рабочем месте
Административное здание WoodHub по проекту C. F. Møller в Оденсе стало самой большой деревянной офисной постройкой в Дании.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Взлет из Восточно-Африканского разлома
В Эфиопии началось строительство нового аэропорта по проекту Zaha Hadid Architects: через 10 лет он должен стать главным не только в Африке, но и в мире.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Все для человека, все во имя человека
Zaha Hadid Architects выиграли конкурс на проект больницы Мальпенса под Миланом: она будет обслуживать территорию с почти миллионным населением.
Полки с квартирами
При разработке проекта многоквартирного дома на озере Лиси под Тбилиси Architects of Invention вдохновлялись теоретической работой студии SITE и офортом Александра Бродского и Ильи Уткина.
Глазурованная статуэтка
В поисках образа для дома у Новодевичьего монастыря архитекторы GAFA обратились к собственному переживанию места: оказалось, что оно ассоциируется со стариной, пленэрами и винтажными артефактами. Две башни будут полностью облицованы объемной глазурованной керамикой – на данный момент других таких зданий в России нет. Затеряться не дадут и метаболические эркеры-ячейки, а также обтекаемые поверхности, парадный «отельный» въезд и лобби с видом на пышный сад.
Климатические капризы
В проекте отеля vertex для японской компании Not a Hotel бюро Zaha Hadid Architects учло все климатические условия острова Окинава вплоть до колебания качества воздуха в течение года.
Горы, рощи и родовые башни
Всесезонный курорт «Армхи» в Республике Ингушетия позиционируется как место для спокойного семейного отдыха и имеет устоявшиеся традиции, связанные с его 100-летней историей и культурой региона. Программа развития, которую подготовил Институт Генплана Москвы, сохраняет индивидуальность курорта и одновременно расширяет его программу, предлагая новые направления туристического досуга. В ближайшем будущем здесь появятся: бальнеологический центр, термальный комплекс, интерактивный музей, экстремальный парк и новые горнолыжные трассы.
Маленькая страна
Бюро «Мезонпроект» разрабатывает перспективный мастер-план кампуса МИФИ в Обнинске: в ближайшие десять лет анклавная территория площадью около 100 га, в лесу на северном краю города должна превратиться в современный центр развития атомной энергетики. Планируется привлечение иностранных студентов и специалистов, и также развитие территории: как путем реализации «замороженных» планов 1980-х годов на современном уровне, так и развитие новых тенденций – создание общественных пространств, аквапарк, фудкорт, школа и даже центря ядерной медицины. Общественные и спортивные функции планируется сделать доступными для жителей, а также связать кампус с городом.
История с тополями
Архитекторы Ofis перестроили частный дом в люблянском районе Мургл 1960-1980-х годов. Их подход позволил сохранить характерные планировочные решения, целостность и саму ДНК района.
Прямоугольность и экологичность
Бюро PLP выиграло конкурс на проект нового здания Министерства окружающей среды и энергетической безопасности в римском районе ЭУР.
Ловцы жемчуга
Бюро GAFA спроектировало для Дербента апарт-комплекс, который призван переключить режим человека с рабочего на курортный, а также по-хорошему встряхнуть окружающую среду. Здание предлагает сразу два образа: лаконичный со стороны города, и пышно-ажурный со стороны моря. А в центре спрятана жемчужина – открытый бассейн с аркой, звездным небом и выходом к пляжу.
Свет и тень в метро
Станция метро «Каср аль-Хокм» в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде по проекту бюро Snøhetta.
Технологии и материалы
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
ЖК Voxhall: выбор материала и технические решения
Эксперты компании Славдом делятся опытом реализации фасадов жилого комплекса бизнес-класса Voxhall в центре Москвы: от подбора материала до его индивидуальной разработки.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Новинки керамогранита на Cersaie 2025
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO представляет обзор самых ярких новинок, представленных на осенней выставке Cersaie в Болонье.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
Бруталистский гезамткунстверк
TaK Architects реконструировали отель InterContinental, построенный в центре Праги в 1960-е, добавив новые функции и развив идею синтеза искусств.
«Сооружение – это действие»
Ирландско-британский архитектор Ниалл Маклахлин награжден Золотой медалью Королевского института британских архитекторов (RIBA).
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.
Каскад форм
Жилой комплекс «Каскад» в Петрозаводске формирует композиционный центр нового микрорайона и отличается повышенной живописностью. Обилие приемов и цвета при всем разнообразии создает гармоничный образ.
Тактильность и теплота на рабочем месте
Административное здание WoodHub по проекту C. F. Møller в Оденсе стало самой большой деревянной офисной постройкой в Дании.
Изба и Коллайдер
В Суздале на улице Гастева вот уже скоро год как работает «Коллайдер» – мультимедийное пространство в отреставрированном купеческом доме начала ХХ века. Андрей Бартенев, Дмитрий Разумов и архитектурное бюро Nika Lebedeva Project создали площадку, где диджитал-искусство врывается в традиционную избу через пятиметровый LED-экран, превращая ее в портал между эпохами.
Лепка формы, ракурса и смысла
Для участка в подмосковном коттеджном поселке «Лисичкин лес» бюро Ле Ателье спроектировало дом, который вырос из рельефа, желания сохранить деревья, необходимых планировочных решений, а также поиска экспрессивной формы. Два штукатурных объема брусничного и графитового цвета сплелись в пластическую композицию, которая выглядит эффектно, но уютно, сложно, но не высоколобо.
Стилизация как жанр
Утверждена архитектурная концепция станции «Достоевская». История проекта насчитывает практически 70 лет, за которые он успел побывать в разной стилистике, и сейчас, словно бы описав круг, как кажется, вернулся к истокам – «сталинскому ампиру»? ар-деко? неоклассике? Среди авторов Сергей Кузнецов. Показываем, рассказываем, раздумываем об уместности столь откровенной стилизации.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Гений места как журнал
Наталья Браславская, основатель и издатель издания «…о неразрывной связи архитектуры с окружающим ландшафтом, природой, с экологией и живым миром» – выходящего с 2023 года журнала «Гений места. Genius loci», – рассказывает о своем издании и его последних по времени номерах. Там есть интервью с Александром Скоканом и Борисом Левянтом – и многое другое.
Четыре гигантских культурных центра строятся в разных краях России. Что известно о них в подробностях, кроме открывшегося в прошлом году калининградского филиала Третьяковки? Например, ближайшее открытие для публики — это новый художественный музей в Севастополе. А все архитектурные проекты успели, до известных событий, спроектировать видные иностранные бюро.
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
