«Чрево Парижа»: новый сезон

В историческом центре Парижа открылся после реконструкции «Форум Ле-Аль», заменивший постмодернистский комплекс 1970-80 годов.

mainImg


История района Ле-Аль (Les Halles), насчитывающая почти 900 лет, столь длинна и богата событиями, что вполне могла бы лечь в основу мыльной оперы. Официальное открытие Canopée, т.е. части этого огромного комплекса, «седлающей» транспортный узел, знаменует начало очередного сезона бесконечного архитектурного сериала.

Ровесник Москвы

Первые торговые ряды появились на этом месте в 1135 году, когда Париж начал активно расти в северном направлении. Осушение болотистой местности правого берега Сены открыло новые возможности для строительства, и Людовик VI перенёс рынок и склады с острова Ситэ на холм Шампо. Рынок рос и расширялся, и в 1534 году Франциск I предпринял решительную попытку упорядочить стихийную торговлю. По его указу обветшавшие постройки снесли, а на перепланированной территории возвели новые дома с аркадами, окружившие небольшие рыночные площади. Эти здания просуществовали вплоть до середины XIX века, когда были принесены в жертву очередной модернизации. В 1808 году, проезжая по центральным кварталам Парижа, Наполеон I был неприятно поражён картиной убогих, почерневших от времени строений и царившей вокруг антисанитарии. Работы по пробивке улицы Риволи шли полным ходом, и император поручил архитектору Пьеру Фонтену привести рынок в надлежащий вид. Однако из-за бесконечных войн и последовавшего вскоре падения Бонапарта эти планы пришлось отложить до лучших времён.

Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Xavier Bélorgey
zooming
Ле-Аль в Париже XVIII в.
zooming
«Ле-Аль и улица Тоннельри». Художник Джузеппе Канелла. 1827 г.



«Лучшие времена» наступили лишь в 1845 году, когда Виктору Бальтару и Феликсу Калле было поручено составить новый проект. Из-за революции 1848 года и политических потрясений к строительству приступили лишь в 1851 году, однако результат – тяжеловесное сооружение из камня – разочаровал Наполеона III. Все, включая императора, успели восхититься только что открывшимся вокзалом Сен-Лазар, дебаркадер которого 40-метровой ширины был перекрыт однопролётными металлическими фермами. «Зонты, только зонты, причём из металла!» – такова была директива монарха. Постройка Бальтара и Калле подверглась ожесточённой критике не только «сверху», но и со стороны других архитекторов, которые выступили с собственными предложениями (самое новаторское – в виде комплекса из трёх однопролётных залов – представил в 1844 году инженер Эктор Оро). Готовое сооружение было разобрано, а вместо него был осуществлён новый проект тех же авторов, который почти полностью соответствовал требованиям времени. Почти, так как пришлось отказаться от идеи строительства подземных железнодорожных веток, которые обеспечили бы подвоз грузов без помех уличному движению. 10 из 12 полностью остеклённых павильонов были поочерёдно возведены в 1854–1874 годах, ещё два – пристроены в 1936 году. Наряду с Эйфелевой башней, Ле-Аль был признан одним из самых замечательных произведений «железного века» архитектуры, а сам рынок, воспетый Эмилем Золя, превратился в поистине культовое место.

zooming
Ле-Аль. Первый павильон Бальтара и Калле, снесённый вскоре после строительства. 1853 г. Фото: Charles Marville. [http://vergue.com/post/491/Pavillon-des-Halles-centrales]
zooming
Центральный рынок. Новаторский проект инж. Э. Оро. 1845 г.
zooming
Ле-Аль. Павильоны Бальтара и Калле охватывали территорию площадью около 4 га.
zooming
Ле-Аль. Павильоны Бальтара и Калле. Фото конца 1960-х гг.
zooming
Ле-Аль. Центральный рынок закрыт, но павильоны ещё не снесены. Фото нач. 1970-х гг.



Яма Пандоры

Однако 27 февраля 1969 года многовековая история «Чрева Парижа» прервалась – по решению правительства и городского совета центральный оптовый рынок переехал в южный пригород Ранжис. Летом 1971 года начался снос опустевших павильонов, предотвратить который так и не удалось несмотря на бурные протесты горожан и деятелей культуры. Память места была полностью стёрта, а историю отныне предполагалось писать с чистого листа.

zooming
Снос павильонов Бальтара. 1971 г.
zooming
Снос павильонов Бальтара. 1971 г.
zooming
Котлован на месте снесённых павильонов Ле-Аль. 1-я пол. 1970-х гг.
zooming
Съёмки фильма «Не трогай белую женщину» (реж. М.Феррери) в котловане Ле-Аль. 1974 г.



Почему же осуществился столь «брутальный» сценарий, едва ли возможный в наше время? Дело в том, что решение о выводе рынка за пределы Парижа было принято в начале 1960-х – в разгар Славного Тридцатилетия, эпохи послевоенной модернизации Франции. Столица должна была подвергнуться коренной реконструкции, главной целью которой была ликвидация многочисленных «язв» и создание нового, современного (т.е. модернистского) города, подобающего величию Пятой республики. Османовский Париж должен был если не уступить место Парижу де Голля, то хотя бы потесниться, встав с ним вровень. Огромную территорию к северо-востоку от Лувра и вплоть до вокзалов, состоявшую из не самых благополучных кварталов, ожидала радикальная перестройка. «План Вуазен» Ле Корбюзье, шокировавший общество в 1920-е годы, сделал своё дело, стимулировав трансформацию отношения к историческому городу.

В 1965 году были утверждены планы по прокладке линий регионального метро RER, пронизывающих Париж с севера на юг и запада на восток и соединяющих под землёй пути тупиковых вокзалов. Пересечься диаметры должны были в Шатле – Ле-Аль, где образовывался мощный узел, объединяющий станции трёх линий RER и пяти линий метро. Строить его намеревались наименее затратным открытым способом, соответственно, часть рыночных павильонов пришлось бы демонтировать. Ничто не мешало сохранить все двенадцать, разобрав их на время подземного строительства, а затем восстановив на прежнем месте. Однако весь район, включавший близлежащее плато Бобур, уже рассматривался правительством в качестве поля для широких градостроительных жестов: именно здесь предполагалось построить Центр международной торговли с офисами, гостиницами, магазинами и культурно-развлекательными функциями и сюда же перевести министерство финансов, занимавшее часть Лувра. Ликвидация сооружений Бальтара была делом не просто решённым, но не подлежащим пересмотру. Даже тогда, когда американский миллионер-филантроп Оррин Хайн предложил выкупить павильоны, чтобы перевезти их на новое место, власти пошли на принцип, отказавшись их продать, так как посчитали сделку унизительной для французского государства. «Помилован» был лишь восьмой павильон, который перевезли в восточный пригород Ножан-сюр-Марн. Таким был общий фон, который не изменился с уходом де Голля и избранием Жоржа Помпиду, продолжившего прежний градостроительный курс.

zooming
Схема регионального метро RER. Первоначальный проект 1-й пол. 1960-х гг. предполагал соединение 5 тупиковых вокзалов и создание крупного пересадочного узла в районе Ле-Аль. При осуществлении в 1970-е гг. планы были несколько скорректированы: вокзалы Монпарнас и Восточный остались вне сети RER.
zooming
Транспортный узел «Шатле – Ле-Аль», объединяющий 8 линий метро и RER, – один из крупнейших в мире. Ежедневно он пропускает до 800 тысяч пассажиров.



Как показала дальнейшая история, задача, поначалу казавшаяся простой, обернулась форменной головоломкой. В проекте Ле-Аль было задействовано множество игроков с большими амбициями, но с разными интересами: государства, города, коммерсантов, банкиров, транспортников, деятелей культуры, архитекторов и др. Ни у кого из них не было решительного перевеса, поэтому добиться консенсуса было крайне сложно, а поиски компромисса растянулись на многие годы, обернувшись чередой сменявших и дополнявших друг друга предложений.

Кроме того, в основу реконструкции Ле-Аль была заложена бомба замедленного действия в виде мощного пересадочного узла в историческом центре. В наше время подобные решения, приводящие к концентрации людских масс в старом городе, считаются грубой градостроительной ошибкой, которая приводит к большим, практически неразрешимым проблемам. И они не замедлили появиться с открытием транспортного узла и торгового комплекса.

В 1967 году по инициативе Андре Мальро, влиятельнейшей фигуры во французской политике и культуре, был проведён заказной конкурс, т.н. конкурс 6 макетов, положивший начало затяжному процессу создания нового комплекса. Шесть команд (Луи Арретч, Клод Шарпантье, Маро и Трамбло, Жан Фожерон, Луи де Ойм де Марьен и AUA) представили проекты застройки района Ле-Аль – плато Бобур. Все предложения отличались радикализмом (хотя и в разной степени), полностью или частично игнорируя окружение и деформируя ландшафт старого города. И все они были отклонены городским советом под благовидным предлогом: дескать, «рисовать» архитектуру, не определившись с планировкой, преждевременно. Летом 1969 года была утверждена планировочная схема квартала, определившая местоположение транспортного узла и торгового комплекса над ним. В том же 1969-м Жорж Помпиду принимает решение построить новый центр современного искусства на плато Бобур.

zooming
«Конкурс 6 макетов» и его участники. 1967 г. Ле-Аль – плато Бобур рассматриваются как единая территория.
zooming
«Конкурс 6 макетов». Проект Луи де Ойм де Марьена. 1967 г.
zooming
«Конкурс 6 макетов». Проект К. Шарпантье. 1967 г.
zooming
«Конкурс 6 макетов». Проект М. Маро и Д. Трамбло. 1967 г.
zooming
«Конкурс 6 макетов». Проект Ж. Фожерона. 1967 г.
zooming
«Конкурс 6 макетов». Проект В. Фабра и Ж. Перротте (AUA). 1967 г. © Fonds DAU. SIAF / Cité de l’architecture et du patrimoine / Archives d’architecture du XXe siècle
zooming
Реконструкция Ле-Аль – плато Бобур. Инициативное предложение П. Фошё. 1968 г.



На рубеж шестидесятых-семидесятых пришёлся всплеск проектирования: было разработано множество проектов – как заказных, так и инициативных. Тем не менее, выбор архитекторов отдельных частей комплекса был произведён не на конкурсной основе, а непосредственно организациями, ответственными за их реализацию. Станция RER проектировалась архитектурным отделом Парижского транспортного управления RATP (при участии Поля Андрё), а первая очередь Ле-Аль – Клодом Васкони и Жоржем Панкреаком, приглашёнными частно-государственной девелоперской компанией SEMAH (Обществом со смешанной экономикой по застройке Ле-Аль).

Строительство транспортного узла началось в 1972 году, и практически одновременно была определена программа первой очереди Ле-Аль, непосредственно расположенной над станцией. Васкони и Панкреак спроектировали гигантский «кратер» со стеклянными стенами-аркадами. По замыслу архитекторов, «каскады» витражей должны были освещать четыре подземных уровня, на которых разместился открытый в 1979 году торговый комплекс Forum des Halles.

zooming
Схема зон реконструкции района Ле-Аль – плато Бобур. 1967-1971 гг.
zooming
«Форум Ле-Аль». Арх. К. Васкони, Ж. Панкреак. Дизайн первоначального варианта явно навеян фантастическими фильмами того времени «Космическая одиссея 2001» и т.п.
zooming
«Форум Ле-Аль». Арх. К. Васкони, Ж. Панкреак. Первоначальный вариант. Перспектива
zooming
«Форум Ле-Аль». Арх. К. Васкони, Ж. Панкреак. Окончательный вариант демонстрирует уже более «сглаженную», постмодернистскую эстетику.
zooming
«Форум Ле-Аль». Арх. К. Васкони, Ж. Панкреак. Окончательный вариант. Разрез по оси север-юг
zooming
«Форум Ле-Аль» вполне оправдывал своё название. Фото 1980-х гг.
zooming
«Форум Ле-Аль» Васкони-Панкреака на фоне павильонов Виллерваля. Фото 1980-х гг.



Общественное возмущение разгромом «Чрева Парижа» и активное инициативное проектирование не прошли бесследно, и в 1974 году новый президент Франции Валери Жискар д’Эстен, который, в отличие от Помпиду, придерживался более консервативных взглядов на градостроительство, отказался от возведения Центра международной торговли в западной части комплекса в пользу Дома музыки под землёй и парка на поверхности. Воплощать эту идею было поручено Рикардо Бофиллу, к тому времени совершившему в своём творчестве поворот к постмодернизму.

Однако в 1977 году Париж получает муниципальную автономию, которой был лишён с 1871 года, и французское государство теряет право решающего голоса в создании комплекса. Новоизбранный мэр Жак Ширак, будучи главным политическим противником Жискара, провозгласил себя «главным архитектором» Ле-Аль. Он отказался от уже частично реализованного проекта Бофилла, сохранив лишь идею парка. Возведённые конструкции, охватившие с трёх сторон «кратер» Васкони и Панкреака, были демонтированы и заменены двухэтажными павильонами в форме зонтиков, облицованных зеркальным стеклом, в которых разместились выставочные залы и художественные мастерские (проект инженера Жана Виллерваля).

zooming
«Форум Ле-Аль». 2-я очередь комплекса. Арх. Р. Бофилл. 1974-77 гг.
zooming
«Форум Ле-Аль». 2-я очередь комплекса. Арх. Р. Бофилл. 1974-77 гг.
zooming
«Форум Ле-Аль». 2-я очередь комплекса. Проект Коллегии архитекторов (арх. Р. Бофилл, Ла Тур д’Овернь, М. Сальте, А.Бернар) 1975 г.
zooming
«Форум Ле-Аль». Застройка восточной части комплекса. Проект. Инж. Ж. Виллерваль. 1980 г.
zooming
Павильоны Ж. Виллерваля и «кратер» К. Васкони и Ж. Панкреака. Фото 2000-х гг.



Строительство второй, западной, очереди комплекса – Квадратной площади (известной также как Новый форум Ле-Аль) – было осуществлено по проекту Поля Шеметова, которому удалось одно из самых сильных высказываний на тему подземелья в современной архитектуре. Пиранезианские пространства вызывают множество аллюзий (от античных цистерн до биоморфных построек Нерви и Сааринена). Сам Шеметов, по его собственным словам, черпал вдохновение в готической архитектуре близлежащей церкви Сент-Эсташ, контрфорсы и стрельчатые арки которой он мастерски, избежав буквального цитирования, обыграл в железобетоне. В целом, Новый форум производит впечатление крупного фрагмента древнего, исторически сложившегося города, части которого органично срослись в единое целое. Помимо магазинов, в этой части Ле-Аль разместились аудитория, бассейн, спортивный зал, видеотека и мультиплекс (взамен оказавшегося нерентабельным аквариума Кусто). Проект Шеметова, осуществлённый в 1980–1986, был тепло принят критикой и публикой и в немалой степени реабилитировал в глазах общественности весь комплекс.

Годом позже на крыше Нового форума был разбит сад, который сыграл роль просцениума, окружённого крупными массами ротонды биржи, «кратера» Васкони-Панкреака и церкви Сент-Эсташ. Его авторы Луи Арретч, который участвовал ещё в «конкурсе 6 макетов», и Франсуа Лалан интерпретировали современным им языком постмодернизма тему классического французского парка.

zooming
«Новый Форум Ле-Аль». Арх. П. Шеметов. 1979-1986 гг. Аксонометрическая схема.
zooming
«Новый Форум Ле-Аль». Арх. П. Шеметов. 1979-1986 гг. План.
zooming
«Новый Форум Ле-Аль». «Квадратная площадь». Арх. П. Шеметов. 1979-1986 гг. Фото: Василий Бабуров
zooming
«Новый Форум Ле-Аль». Торговая галерея. Арх. П. Шеметов. 1979-1986 гг. Фото: Василий Бабуров
zooming
«Новый Форум Ле-Аль». Бассейн. Арх. П. Шеметов. 1979-1986 гг.
zooming
Юго-западный вход в «Новый Форум Ле-Аль» (вход со стороны Хлебной биржи и Лувра). Арх. Ж. Панкреак. Фото: Василий Бабуров
zooming
Парк Ле-Аль. Арх. Л. Арретч, Ф. Лалан. План
zooming
Парк Ле-Аль. Арх. Л. Арретч, Ф. Лалан. Макет



Охота к перемене

Как часто бывает с современными постройками, спустя непродолжительное время после открытия комплекс морально и физически устарел. Пересадочный узел, один из крупнейших в Европе, ежедневно пропускает до 800 тысяч человек и давно работает с перегрузками. Платформы и залы над ними небезопасны, поскольку не рассчитаны на такое количество пассажиров. Подземный муравейник с лабиринтами галерей, несмотря на коммерческий успех, полюбился и безработной молодёжи из пригородов, и наркодилерам (в семидесятые годы, когда создавался комплекс, социальный состав предместий был гораздо респектабельнее, нежели сегодня). Форум Васкони и Панкреака, «зонты» Виллерваля и перголы Арретча и Лаллана начали ветшать, отпугивая солидную публику и притягивая маргиналов. Постепенно деградируя, Ле-Аль начал «излучать» неблагополучие и на окрестные кварталы.

Муниципалитет какое-то время мирился с этим положением, однако Ле-Аль – слишком заметное место в городе, которое невозможно игнорировать. Для многих приезжих, посещающих столицу, это первое, что они видят в Париже. Принимать решения о дальнейшей судьбе комплекса пришлось Бертрану Деланоэ, избранному мэром в 2001 году. Обновление Ле-Аль не входило в его программу, однако ситуация требовала вмешательства. В 2004 году был проведён заказной конкурс на проект реконструкции всего комплекса с участием четырёх коллективов: ОМА, MVRDV, Жана Нувеля и бюро Seura под руководством Давида Манжена. Перед архитекторами были поставлены следующие задачи. Во-первых, нужно было повысить эффективность транспортной инфраструктуры, облегчив удобный доступ горожан в метро и сократив автомобильные проезды. Во-вторых, переустроить открытые пространства, увеличив количество зелёных насаждений. В-третьих, предложить замену «кратеру» Васкони–Панкреака и «зонтам» Виллерваля – чтобы было где разместить и музыкальное училище, расположенное в одном из павильонов, и библиотеку.

Победивший проект Манжена формально отвечал этим требованиям. Вместо тесного форума Васкони–Панкреака устраивался просторный атриум, связывающий уровни магазинов в восточной части Ле-Аль со станцией RER и Шеметовским сектором. Внутренние пространства упорядочивались, а естественный свет проникал глубоко под землю. С севера и юга форум обстраивался зданиями, в которых без стеснений разместились бы «резиденты» павильонов Виллерваля. Всё вместе перекрывалось тонкой плитой из стекла и бетона.

Выбирая победителя, Деланоэ пришлось принимать соломоново решение. С одной стороны, хотелось увековечить своё имя яркой постройкой. С другой, мэрии приходится увязывать множество интересов (прежде всего, владельцев торговых площадей и местных жителей), а проект «звезды» чреват рисками. Поэтому из четырёх предложений был выбран наименее радикальный и выразительный проект Seura. По сути, плита, накрывавшая квадратный участок восточной части квартала, была единственным архитектурным жестом. Однако победа Манжена была пирровой – его проект был принят лишь в качестве общей концепции реконструкции Ле-Аль, тогда как на квадратный участок восточного сектора объявлялся отдельный конкурс в надежде на более «красноречивое» высказывание. При этом реконструкция подземного транспортного узла была выведена за рамки конкурсной программы, предполагая разработку отдельного проекта.

zooming
Проект реконструкции «Форума Ле-Аль». Арх. Д. Манжен / бюро Seura. 2004 г.
zooming
Проект реконструкции «Форума Ле-Аль». Арх. Д. Манжен / бюро Seura. 2004 г.
zooming
Проект реконструкции «Форума Ле-Аль». Арх. Д. Манжен / бюро Seura. 2004 г.



Из 100 с лишним проектов, поданных на конкурс 2007 года, был выбран вариант Патрика Берже и Жака Анзьютти, который и был в конечном итоге реализован. Развивая идею перекрытия Форума, предложенную Манженом, архитекторы спроектировали изогнутую стальную конструкцию колоссальных размеров, которая перекрывает весь участок площадью 2,5 га. Как следует из названия проекта («Canopée» – верхний ярус леса), авторы попытались сымитировать архитектурными и техническими средствами формы и структуру древесной кроны. Конструкция биоморфных очертаний опирается на два одинаковых корпуса, перекрывая обширный атриум между ними, который объединяет подземные и наземные уровни комплекса. Пространство между корпусами связывает улочку Коссоннри с парком и биржевой ротондой. Этот пассаж – явный отголосок проектов рубежа 1960–70-х гг., в которых рынок и плато Бобур составляли единое целое; после открытия Центра Помпиду эта идея заглохла.

Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre



Помимо магазинов и кафе, занявших львиную долю площадей, в новых корпусах разместились культурные учреждения, как старые, переехавшие из снесённых павильонов Виллерваля (музыкальное училище, библиотека), так и новые (центр хип-хопа, школа художественных ремёсел), ориентированные, прежде всего, на молодежь из пригородов. К сожалению, культурные функции проигрывают торговле и ресторанам не только количественно, но и качественно: последние заняли лучшие места в первых этажах, тогда как школы и библиотеки вынуждены ютиться наверху в не самых привлекательных помещениях.

Стремление Берже и Анзьютти разыграть в Ле-Аль тему бионического хай-тека было многообещающим, однако конечный результат разочаровывает. По сравнению с проектными картинками, на которых Canopée смотрелась изящной динамичной оболочкой, реализация выглядит грубой, тяжеловесной и перенасыщенной деталями. Вместо птичьего пера получился панцирь трилобита. Не спасает и кремово-жёлтый цвет, в который окрашены конструкции: атриум не залит светом, а скорее напоминает вход в пещеру. Такое впечатление, что перед конструкторами была поставлена крайне сложная задача, а в средствах они были стеснены. Хотя цена строительства в 236 млн евро (реконструкция всего комплекса оценивается в 1 млрд евро) говорит об обратном. С тяжеловесностью ещё можно было бы примириться, если бы кровлю сделали эксплуатируемой – сверху открываются отличные виды.

Увы, по своему художественному уровню творение Берже и Анзьютти бесконечно далеко от построек Бальтара, Эйфеля или Фрейссине. Вместо архитектурного шедевра, которого требует столь важное для города место, Париж получил «бельмо в глазу», избавление от которого произойдёт нескоро и обойдётся в целое состояние. Следующий этап реконструкции Ле-Аль – открытие в 2018 года обновлённого транспортного узла, который должен стать несколько удобнее и привлекательнее. С нетерпением ждём новый сезон «Чрева Парижа».
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 © Yves Marchand, Romain Meffre
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Фото © Sophie Robichon. Предоставлено Мэрией Парижа
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Фото © Sophie Robichon. Предоставлено Мэрией Парижа
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Фото © Sophie Robichon. Предоставлено Мэрией Парижа
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Фото © Sophie Robichon. Предоставлено Мэрией Парижа
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Фото © Sophie Robichon. Предоставлено Мэрией Парижа
Реконструкция «Форум Ле-Аль» и пересадочного узла Шатле –Ле-АльМакет © Pierre Even
Наброски Патрика Берже © Patrick Berger
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Мастерплан © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Взрыв-схема © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
zooming
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Разрез © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень -3 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень -2 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень -1 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень 0 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень +1 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Уровень +23 © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
zooming
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Продольный разрез © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Поперечный разрез © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Разрез по техническим помещениям © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструированный «Форум Ле-Аль». Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти. 2007-2016 гг. Разрез © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Транспортный узел «Шатле – Ле-Аль» © Agence Patrick Berger et Jacques Anziutti Architectes
Реконструкция пересадочного комплекса Шатле –Ле-Аль должна завершиться в 2018 г. Однако не стоит ждать от архитекторов чуда – не в их власти изменить пространственную конфигурацию узла. Станет лишь немного удобнее, чуть просторнее, светлее и безопаснее. Проект реконструкции станции RER. Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти совместно с проектным отделом RATP. Изображение © Agence P. Berger et J. Anzitti / L’Autre Image
Проект реконструкции станции RER. Арх. П. Берже, Ж. Анзьютти совместно с проектным отделом RATP. Изображение © Agence P. Berger et J. Anzitti / L’Autre Image
Старый и новый «Форум Ле-Аль». Сад Ле-Аль. Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака
Старый и новый «Форум Ле-Аль». Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака
«Форум Ле-Аль». Разрезы старого и нового сооружения по оси запад-восток. Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака
Старый и новый «Форум Ле-Аль». Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака
Старый и новый «Форум Ле-Аль». Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака
Старый и новый «Форум Ле-Аль». Сравнительная схема арх. Ж. Панкреака

06 Мая 2016

Похожие статьи
От кирпича к кирпичу
Школа Тунтай на северо-востоке Китая расположена на месте карьера по добыче глины для кирпичного производства: это обстоятельство не только усложнило работу бюро E Plus и SZA Design, но и стало для них источником вдохновения.
Белый дом с темными полосками
Многоквартирный дом Taborama по проекту querkraft architekten на севере Вены включает на разных этажах библиотеку, художественную студию, зал настольного тенниса и другие разнофункциональные пространства для жильцов.
Змея на берегу
Деревянная тропа вдоль берега реки Тежу, спроектированная бюро Topiaris, связывает пешеходным и велосипедным маршрутом входящие в агломерацию Большой Лиссабон муниципалитеты Лориш и Вила-Франка-ди-Шира.
Храм тенниса
Павильон теннисного клуба в Праге по проекту Pavel Hnilička Architects+Planners напоминает маленький античный храм с деревянной конструкцией.
Перспективный вид
Бюро CNTR спроектировало для нового района Екатеринбурга деловой центр, который способен снизить маятниковую миграцию и сделать среду жилых массивов более разнообразной. Архитектурные решения в равной степени направлены на гибкость пространства, комфортные рабочие условия и запоминающийся образ, который позволит претендовать зданию на звание пространственной доминанты района.
Малевич и бани, природа и хайтек
Комплекс «Бани Малевича» планируется открыть осенью 2025 года на Рублёво-Успенском шоссе. Проект, разработанный DBA-GROUP под руководством Владислава Андреева – пример нетипичного подхода к образу СПА вообще и бань в частности. Намеренно уклонившись от всех видов аллюзий авторы отдали предпочтение характерным для стримлайна угловым скруглениям, сочетанию дерева с моллированным стеклом – сдержанным современным формам. Как внутри, так и снаружи. Изучаем проект.
Скорее скатерть и бокал!
Спустя много лет заброшенное Конюшенное ведомство в Петербурге наконец дождалось своего часа: по проекту «Студии 44» в этом году должны начаться первые мероприятия по восстановлению и приспособлению здания. И функция, и общий план работ предполагают минимальное изменение комплекса, который сохранил следы трехвековой истории. Все решения обратимы и направлены прежде всего на то, чтобы открыть памятник городу и погрузить его в кипучую светскую жизнь – для этого выбран сценарий культурного центра с выраженной гастрономической составляющей.
Материализация воздушных потоков
Международный аэропорт имени Николая Камова в Томске открылся в конце августа прошлого года. О проекте мы уже рассказывали – теперь рассматриваем реализованное здание. Функциональность усилена в нем символическим подтекстом: архитекторы бюро ASADOV стремились по максимуму отразить в архитектуре местную идентичность.
Полотно на веревке
Вилла Casa de Linho, построенная по проекту бюро Tetro на окраине Белу-Оризонти, романтизированно изображает профессиональную деятельность заказчицы-модельера.
Квадраты и ромбы
В проекте дома на 51 социальную квартиру в Барселоне от бюро Cierto Estudio учтены местные климатические и общественные условия.
Универсальный игрок
Офисный комплекс, выстроенный на 80% из древесины по проекту бюро ALTA на окраине Рена, стал «посредником» между сельским ландшафтом и насыщенной городской средой.
Город как сюжет
Подход Сергея Скуратова к крупным участкам хочется определить как «тотальный дизайн-код» – он в равной степени внимателен к общей композиции и деталям; а также настроен на то, чтобы абсолютно всё было продумано и подчинено авторской воле. Ренессансный, если подумать, подход, титанический труд, требующий завидной воли и упорства. Ну, и результат – заметные произведения. Рассматриваем возрожденный проект центральной части жилого района «Седьмое небо» в Казани, структуру, продуманную до «градиента акцентности» (sic!) фасадов. А также «литературную» идею и даже авторские сомнения в ней.
Восставший в пепле
Словенское бюро Ofis восстановило из руин историческое шале Адольфа Мура начала XX века на берегу Бохиньского озера. Его основной объем выполнен из дерева, карбонизированного по традиционной технологии.
Светлое подземелье
На Центральном вокзале в Амстердаме открылся новый терминал для пассажиров, отправляющихся в Лондон поездами Eurostar. Авторы проекта – ZJA Architects & Engineers и Superimpose Architecture.
Лаконичный образ времени
Жилой комплекс «Тайм Сквер», построенный на северном краю Петербурга, на вид лаконичнее и эффективнее, нежели его сосед и предшественник, ЖК New time. Тем не менее, рука архитектора очень даже чувствуется: темы «черного и белого», «внутри и снаружи», а, главное, «съедающей» массу пластинчатости фасадов – разыграны как по нотам. Тут вспоминаешь и классический модернизм, и так называемый «постконструктивизм».
Новая жизнь в карьере
Общественный центр по проекту Snøhetta – первое завершенное здание нового района в бывшем карьере недалеко от Гётеборга; продажи квартир здесь еще даже не начались.
Верхом на холме
Вилла «Сидоний» в предместье Праги, в популярном месте отдыха и хайкинга, задумана архитекторами Stempel & Tesar как конструктивный и технологический эксперимент.
Цветок озера
Прообраз здания «театра Камала» в Казани – ледяной цветок: редкое и хрупкое природное явление озера Кабан «застыло» в крупных летящих контурах стеклянных экранов, ограждающих основной объем, формируя его силуэт и защищая витражи от солнца. Проект консорциума под руководством Wowhaus, включавшего «звезду» мировой архитектуры Kengo Kuma, победил в конкурсе 2021/2022 года, был реализован близко к исходному замыслу в короткие, очень короткие сроки. Театр открыт в начале 2025. Кэнго Кума предложил образ ледяного цветка и контрапост холодного снаружи – теплого внутри. В течение 2022–2024 Wowhaus сделали все для его воплощения, буквально-таки ночуя на площадке. Рассматриваем знаковое здание и увлекательную историю.
Ремикс архитектурной «классики»
Бюро E Plus Design и URBANUS/LXD Studio радикально обновили торговый комплекс в Гуанчжоу в виде старого европейского города через новое колористическое решение, устройство водных сооружений и озеленение.
Керамический ажур
По проекту OMA завершено строительство штаб-квартиры компании JOMOO в Сямыне на юго-восточном побережье Китая.
Модули из глины и древесины
Модульное офисное здание HORTUS по проекту Herzog & de Meuron возведено под Базелем из возобновляемых и вторично используемых материалов, а также должно за 31 год «окупить» с помощью фотоэлектрических панелей всю затраченную при строительстве энергию.
Торнадо миграции
В Роттердаме открылся музей миграции Fenix по проекту звездного китайского бюро MAD. Его архитектура и экспозиция посвящены самым острым проблемам современности и воспевают саму идею перманентного движения.
Технологии и материалы
LVL брус в большепролетных сооружениях: свобода пространства
Высокая несущая способность LVL бруса позволяет проектировщикам реализовывать смелые пространственные решения – от безопорных перекрытий до комбинированных систем со стальными элементами. Технология упрощает создание сложных архитектурных форм благодаря высокой заводской готовности конструкций, что критично для работы в стесненных условиях существующей застройки.
Безопасность в движении: инновационные спортивные...
Безопасность спортсменов, исключительная долговечность и универсальность применения – ключевые критерии выбора покрытий для современных спортивных объектов. Компания Tarkett, признанный лидер в области напольных решений, предлагает два технологичных продукта, отвечающих этим вызовам: спортивный ПВХ-линолеум Omnisports Action на базе запатентованной 3-слойной технологии и многослойный спортивный паркет Multiflex MR. Рассмотрим их инженерные особенности и преимущества.
​Teplowin: 20 лет эволюции фасадных технологий – от...
В 2025 году компания Teplowin отмечает 20-летие своей деятельности в сфере фасадного строительства. За эти годы предприятие прошло путь от производителя ПВХ-конструкций до комплексного строительного подрядчика, способного решать самые сложные архитектурные задачи.
«АЛЮТЕХ»: как технологии остекления решают проблемы...
Основной художественный прием в проекте ЖК «Level Причальный» – смелый контраст между монументальным основанием и парящим стеклянным верхом, реализованный при помощи светопрозрачных решений «АЛЮТЕХ». Разбираемся, как это устроено с точки зрения технологий.
Искусство прикосновения: инновационные текстуры...
Современный интерьерный дизайн давно вышел за пределы визуального восприятия. Сегодня материалы должны быть не только красивыми, но и тактильными, глубокими, «живыми» – теми, что создают ощущение подлинности, не теряя при этом функциональности. Именно в этом направлении движется итальянская фабрика Iris FMG, представляя новые поверхности и артикулы в рамках линейки MaxFine, одного из самых технологичных брендов крупноформатного керамогранита на рынке.
Как бороться со статическим электричеством: новые...
Современные отделочные материалы всё чаще выполняют не только декоративную, но и высокотехнологичную функцию. Яркий пример – напольное покрытие iQ ERA SC от Tarkett, разработанное для борьбы со статическим электричеством. Это не просто пол, а интеллектуальное решение, которое делает пространство безопаснее и комфортнее.
​Тренды остекления аэропортов: опыт российских...
Современные аэровокзалы – сложные инженерные системы, где каждый элемент работает на комфорт и энергоэффективность. Ключевую роль в них играет остекление. Архитектурное стекло Larta Glass стало катализатором многих инноваций, с помощью которых терминалы обрели свой яркий индивидуальный облик. Изучаем проекты, реализованные от Камчатки до Сочи.
​От лаборатории до фасада: опыт Церезит в проекте...
Решенный в современной классике, ЖК «На Некрасова» потребовал от строителей не только технического мастерства, но и инновационного подхода к материалам, в частности к штукатурным фасадам. Для их исполнения компанией Церезит был разработан специальный материал, способный подчеркнуть архитектурную выразительность и обеспечить долговечность конструкций.
​Технологии сухого строительства КНАУФ в новом...
В центре Перми открылся первый пятизвездочный отель Radisson Hotel Perm. Расположенный на берегу Камы, он объединяет в себе премиальный сервис, панорамные виды и передовые строительные технологии, включая системы КНАУФ для звукоизоляции и безопасности.
Стеклофибробетон vs фиброцемент: какой материал выбрать...
При выборе современного фасадного материала архитекторы часто сталкиваются с дилеммой: стеклофибробетон или фиброцемент? Несмотря на схожесть названий, эти композитные материалы кардинально различаются по долговечности, прочности и возможностям применения. Стеклофибробетон служит 50 лет против 15 у фиброцемента, выдерживает сложные климатические условия и позволяет создавать объемные декоративные элементы любой геометрии.
Кирпич вне времени: от строительного блока к арт-объекту
На прошедшей АРХ Москве 2025 компания КИРИЛЛ в партнерстве с кирпичным заводом КС Керамик и ГК ФСК представила масштабный проект, объединивший застройщиков, архитекторов и производителей материалов. Центральной темой экспозиции стал ЖК Sydney Prime – пример того, как традиционный кирпич может стать основой современных архитектурных решений.
Фасад – как рукопожатие: первое впечатление, которое...
Материал, который понимает задачи архитектора – так можно охарактеризовать керамическую продукцию ГК «Керма» для навесных вентилируемых фасадов. Она не только позволяет воплотить концептуальную задумку проекта, но и обеспечивает надежную защиту конструкции от внешних воздействий.
Благоустройство курортного отеля «Славянка»: опыт...
В проекте благоустройства курортного отеля «Славянка» в Анапе бренд axyforma использовал малые архитектурные формы из трех коллекций, которые отлично подошли друг к другу, чтобы создать уютное и функциональное пространство. Лаконичные и гармоничные формы, практичное и качественное исполнение позволили элементам axyforma органично дополнить концепцию отеля.
Правильный угол зрения: угловые соединения стеклопакетов...
Угловое соединение стекол с минимальным видимым “соединительным швом” выглядит эффектно в любом пространстве. Но как любое решение, выходящее за рамки типового, требует дополнительных затрат и особого внимания к качеству реализации и материалов. Изучаем возможности и инновации от компании RGС.
«АЛЮТЕХ» в кампусе Бауманки: как стекло и алюминий...
Воплощая новый подход к организации образовательных и научных пространств в городе, кампус МГТУ им. Н.Э. Баумана определил и архитектурный вектор подобных проектов: инженерные решения явились здесь полноценной частью архитектурного языка. Рассказываем об устройстве фасадов и технологичных решениях «АЛЮТЕХ».
D5 Render – фотореализм за минуты и максимум гибкости...
Рассказываем про D5 Render – программу для создания рендеринга с помощью инструментов искусственного интеллекта. D5 Render уже покоряет сердца российских пользователей, поскольку позволяет значительно расширить их профессиональные возможности и презентовать идею на уровне образа со скоростью мысли.
Алюмо-деревянные системы UNISTEM: инженерные решения...
Современная архитектура требует решений, где технические возможности не ограничивают, а расширяют художественный замысел. Алюмо-деревянные системы UNISTEM – как раз такой случай: они позволяют решать архитектурные задачи, которые традиционными методами были бы невыполнимы.
Цифровой двойник для АГР: автоматизация проверки...
Согласование АГР требует от архитекторов и девелоперов обязательного создания ВПН и НПМ, высокополигональных и низкополигональных моделей. Студия SINTEZ.SPACE, глубоко погруженная в работу с цифровыми технологиями, разработала инструмент для их автоматической проверки. Плагин для Blender, который обещает существенно облегчить эту работу. Сейчас SINTEZ предлагают его бесплатно в открытом доступе. Публикуем рассказ об их проекте.
Фиброгипс и стеклофибробетон в интерьерах музеев...
Компания «ОРТОСТ-ФАСАД», специализирующаяся на производстве и монтаже элементов из стеклофибробетона, выполнила отделочные работы в интерьерах трех новых музеев комплекса «Новый Херсонес» в Севастополе. Проект отличает огромный и нестандартный объем интерьерных работ, произведенный в очень сжатые сроки.
​Парящие колонны из кирпича в новом шоуруме Славдом
При проектировании пространства нового шоурума Славдом Бутырский Вал перед командой встала задача использовать две несущие колонны высотой более четырех метров по центру помещения. Было решено показать, как можно добиться визуально идентичных фасадов с использованием разных материалов – кирпича и плитки, а также двух разных подсистем для навесных вентилируемых фасадов.
Сейчас на главной
Y-школа
По проекту «БалтИнвест-Проект» в Гатчине построена школа на 800 учеников. Лучевая планировка позволила разделить младшую и старшую школы, а также спортивный блок, обеспечив помещения большим количество естественного света. На многослойны фасадах оштукатуренные поверхности сочетаются с навесными элементами разных цветов и фактур.
Тропа к центру Земли
Посетительский центр в Национальном парке ледника Снайфедльсйёкюдль в Исландии, спроектированный бюро Arkis, служит также смотровой платформой и пропускает через себя пешеходную тропу.
Краеугольный храм
В московском Музее архитектуры на днях открылась выставка, посвященная всего одному памятнику средневековой русской архитектуры. Зато какому: Георгиевский собор Юрьева-Польского это последний по времени храм, сохранившийся от домонгольского периода. Впрочем, как сказать сохранившийся... Это один из самых загадочных и в то же время привлекательных памятников нашего средневековья. Которому требуется внимание и грамотная реставрация. Разбираемся, почему.
Блеск глубокий и хрустальный
Новый клубный дом про проекту ADM architects спроектирован для района Патриарших, недалеко от Новопушкинского сквера. Он заменит три здания, построенных в начале 1990-х. Авторы нового проекта, Андрей Романов и Екатерина Кузнецова, сделали ставку на разнообразие трех частей объема, современность решений и внимание к деталям: в одном из корпусов планируются плавно изогнутые балконы с керамическим блеском нижней поверхности, в другом стеклянные колонны-скульптуры.
Фасад под стальной вуалью
Гостиница Vela be Siam по проекту местного бюро ASWA в центре Бангкока напоминает о таиландских традициях, оставаясь в русле современной архитектуры.
Спокойствие, только спокойствие
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга Александра Змеула «Большая кольцевая линия. Новейшая история московского метро». Ее автор – историк архитектуры и знаток подземки – разобрал грандиозный проект БКЛ в подробностях, но главное – сохранил спокойную и взвешенную позицию. С равным сочувствием он рассказал о работе всех вовлеченных в строительство архитекторов, сосредоточившись на их профессиональном вкладе и вне зависимости от их творческих разногласий.
Вся мудрость океана
В Калининграде открылся новый корпус Музея мирового океана «Планета океан». Примечательно не только здание в виде 42-метрового шара, но и экспозиция, которая включает научные коллекции – их собирали около 10 лет, аквариумы с 3000 гидробионтов, а также специально разработанные инсталляции. Дизайн разработало петербургское бюро музейной сценографии «Метаформа», которое соединило все нити в увлекательное повествование.
Перепады «высотного напряжения»
Третья очередь ÁLIA с успехом доказывает, что внутри одного квартала могут существовать объемы совершенно разной высотности и масштаба: сто метров – и тридцать, и даже таунхаусы. Их объединяет теплая «кофейная» тональность и внимание к пешеходным зонам – как по внешнему контуру, так и внутри.
Хрупкая материя
В интерьере небольшого ресторана M.Rest от студии дизайна интерьеров BE-Interno, расположенного на берегу Балтийского моря в Калининградской области, воплощены самые характерные черты меланхоличной природы этого края, и сам он идеально подходит для неторопливого времяпрепровождения с видом на закат.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Уступы, арки и кирпич
По проекту PRSPKT.Architects в Уфе достроен жилой комплекс «Зорге Премьер», честно демонстрирующий роскошь, присущую заявленному стилю ар-деко: фасады полностью облицованы кирпичом, просторные лобби украшает барельефы и многоярусные люстры, вместо остекленных лоджий – гедонистические балкончики. В стройной башне-доминанте располагается по одной квартире на этаже.
Карельская кухня
Концепция ресторана на берегу Онежского озера, разработанная бюро Skaträ, предлагает совмещать гастрономический опыт с созерцанием живописного ландшафта, а также посещением пивоваренного цеха. Обеденный блок с панорамными окнами и деревянной облицовкой соединяется с бетонным цехом аркой, открывающей вид на гладь воды.
От кирпича к кирпичу
Школа Тунтай на северо-востоке Китая расположена на месте карьера по добыче глины для кирпичного производства: это обстоятельство не только усложнило работу бюро E Plus и SZA Design, но и стало для них источником вдохновения.
У лесного пруда
Еще один санаторный комплекс, который рассмотрел Градостроительный совет Петербурга, находится недалеко от усадьбы «Пенаты». Исходя из ограничений, связанных с площадью застройки на данной территории, бюро «А.Лен» рассредоточило санаторно-курортные функции и гостиничные номера по 18 корпусам. Проект почти не обсуждался экспертами, однако коэффициент плотности все же вызвал сомнения.
Вечный август
Каким должен быть офис, если он находится в месте, однозначно ассоциирующемся не с работой, а с отдыхом? Наверное, очень красивым и удобным – таким, чтобы сотрудникам захотелось приходить туда каждый день. Именно такой офис спроектировало бюро AQ для IT-компании на Кипре.
Санаторий в стилях
Градсовет Петербурга рассмотрел проект реконструкции базы отдыха «Маяк», которая располагается на территории Гладышевского заповедника в окружении корабельных сосен. Для многочисленных объектов будущего оздоровительного комплекса бюро Slavyaninov Architects предложило использовать разные стили и единый материал. Мнение экспертов – в нашем репортаже.
Налетай, не скупись…
В Москве открылся магазин «Локалы». Он необычен не только тем, что его интерьером занималось DA bureau, что само по себе привлекает внимание и гарантирует высокий уровень дизайна, но и потому, что в нем продаются дизайнерские предметы и объекты модных российских брендов.
Ласточкин хвост
Бюро Artel architects спроектировало для московского жилого комплекса «Сидней Сити» квартал, который сочетает застройку башенного и секционного типа. Любопытны фасады: клинкерный кирпич сочетается с полимербетоном и латунью, пилоны в виде хвоста ласточки формируют ритм и глубокие оконные откосы, аттик выделен белым цветом.
Белый дом с темными полосками
Многоквартирный дом Taborama по проекту querkraft architekten на севере Вены включает на разных этажах библиотеку, художественную студию, зал настольного тенниса и другие разнофункциональные пространства для жильцов.
Ступени в горах
Бюро Axis Project представило проект санаторно-курортного комплекса в Кисловодске, который может появиться на месте недостроенного санатория «Каскад». Архитекторы сохранили и развили прием предшественников: террасированные и ступенчатые корпуса следуют рельефу, образуя эффектную композицию и открывая виды на живописный ландшафт из окон и приватных террас.
Сопряжение масс
Загородный дом, построенный в Пензенской области по проекту бюро Design-Center, отличают брутальный характер и разноплановые ракурсы. Со стороны дороги дом представляет одноэтажную линейную композицию, с торца напоминает бастион с мощными стенами, а в саду набирает высоту и раскрывается панорамными окнами.
Работа на любой вкус
Новый офис компании Smart Group стал результатом большой исследовательской и проектной работы бюро АРХИСТРА по анализу современных рабочих экосистем, учитывающих разные сценарии использования и форматы деятельности.
Змея на берегу
Деревянная тропа вдоль берега реки Тежу, спроектированная бюро Topiaris, связывает пешеходным и велосипедным маршрутом входящие в агломерацию Большой Лиссабон муниципалитеты Лориш и Вила-Франка-ди-Шира.
Храм тенниса
Павильон теннисного клуба в Праге по проекту Pavel Hnilička Architects+Planners напоминает маленький античный храм с деревянной конструкцией.
Пикник теоретиков-градостроителей на обочине
Руководитель бюро Empate Марина Егорова собрала теоретиков-градостроителей – преемников Алексея Гутнова и Вячеслава Глазычева – чтобы возродить содержательность и фундаментальность профессиональной дискуссии. На первой встрече успели обсудить многое: вспомнили базу, сверили ценности, рассмотрели передовой пример Казанской агломерации и закончили непостижимостью российского межевания. Предлагаем тезисы всех выступлений.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Перспективный вид
Бюро CNTR спроектировало для нового района Екатеринбурга деловой центр, который способен снизить маятниковую миграцию и сделать среду жилых массивов более разнообразной. Архитектурные решения в равной степени направлены на гибкость пространства, комфортные рабочие условия и запоминающийся образ, который позволит претендовать зданию на звание пространственной доминанты района.