Рейтинг Нижнего: три полюса

Несмотря на полное отсутствие рабочего настроения публикуем обзор результатов и части проектов короткого списка 14 рейтинга архитектуры Нижнего Новгорода. Победителей наградили в прошлую пятницу; «тортом» стал павильон №2 нижегородской ярмарки, построенный в 2021 году про проекту Станислава Горшунова. Рассматриваем три самых показательных, на наш взгляд, объекта рейтинга, включая победивший.

mainImg
Нижегородский рейтинг – одна из самых давних премий современной российской архитектуры постсоветского времени, самых неформальных, я бы даже сказала, веселых и душевных, и самых «упрямых». Она существует с 1997-1998 годов, вручается приблизительно раз в 2 года. Одним из ее вдохновителей был Александр Харитонов, в 1995–1998 годах – главный архитектор Нижнего. С его влиянием и поддержкой связывают становление «нижегородской школы» и даже ее особенный «вкус» и «дух». Бессменный куратор и организатор премии, человек, который собирает экспертов, жюри, проекты, и заставляет их всех работать в унисон – журналист и критик Марина Игнатушко. В недавнем, 2020 года, интервью она подчеркивает, что рейтинг – не про абсолютные достижения. 

Сейчас куратор публикует в группе премии выдержки из оценок жюри, как по длинному, так и по короткому списку. Подборка интересна хотя бы потому, что почти на каждый объект обнаруживаются разные мнения. 

И действительно, как может быть абсолютным достижением награда, в ходе которой победивший проект съедают в качестве торта. Буквально на днях в ответ на мой пост в фейсбуке появился комментарий примерно такого содержания: «какой ужас! как можно!». Истоки возмущения его автора можно понять, а вот принять никак невозможно – любому, кто когда-либо изучал азы теории мифа, известно, что в самом архаическом формате божество надо съесть; так-то. Впрочем – не в оправдание будет сказано. Нижегородский рейтинг надежно сохраняет образ одного из самых обаятельных: несколько лет назад тортики дополнились шутливо-романтическими роликами при представлении каждого проекта шорт-листа. Все это создает некий флер, способный поглотить и нивелировать критичность – в пользу разнообразия решений, взглядов и позиций.

Что не исключает, конечно, профессиональной оценки. Объекты, завершенные (подчас не до конца) в течение двух лет – в данном случае 2020–2021 – вначале оценивают нижегородцы, в основном архитекторы города, формируя из лонг-листа шорт-лист. На этот раз в лонг-листе было 26 объектов, в короткий список прошло 11. Состав жюри, объекты короткого и длинного списка можно найти на странице рейтинга, здесь же попробуем рассказать о трех объектах, на наш взгляд, самых показательных. Два из них претендовали на победу чуть ли не в равной мере. 

Ролик церемонии вручения можно найти здесь.  
Победитель: павильон №2 на Нижегородской ярмарке
Нижегородский рейтинг – 14. Станислав Горшунов разрезает торт. 18.02.2022
Фотография: Архи.ру

О павильоне важно знать, во-первых, что он не вполне новое здание, а результат реконструкции остатков долгостроя 1990-х. Во-вторых, он состоит из двух частей: зеркальный павильон №1 облицован полированной сталью в 2020 году по проекту Владимира Пирожкова, основателя центра «АСТРАРОССА дизайн», автора фирменного стиля самолета Sukhoi Superjet 100 и дизайна олимпийского факела в Сочи.
Слева, зеркальная часть – павильон № 1, автор Владимир Пирожков, слева, белый объем – павильон №2 Нижегородской ярмарки, автор Станислав Горшунов. Благоустройство площади – megabudka
Фотография: Архи.ру

На вторую половину павильона, которая пристыкована к первой и вытянута вдоль нее со стороны Оки, архсовет Нижнего провел конкурс идей. В нем участвовало 15 эскизных предложений, причем победившая концепция Станислава Горшунова была, по слухам, самой проработанной. Сам автор на награждении описал это так: конкурс был очень быстрым, мы что-то нарисовали и уехали на байдарках, а когда вернулись, оказалось, что мы должны делать этот павильон... 

Павильон сделали и он стал одним из ключевых конференц-залов проведения юбилейных торжеств к 800-летию Нижнего Новгорода. В сущности, его можно понять как обширный светлый холл, соединенный с конференц-залом в «зеркальной» части. Протяженный юго-восточный фасад, параллельный Оке и Советской улице, решен как ряд белых пилонов и стекол, отчего ощутимо напоминает Кремлевский дворец съездов – сходство с Кремлевским контекстом подчеркивает даже само по себе соседство псевдорусского Ярмарочного дома. Но угол поворота пилонов плавно меняется, стекло они как будто «тянут» за собой: так образуется зигзагообразный ряд высоких треугольных эркеров, который в плане напоминает веер, а в объеме – волну, что придает решению, ощутимо ретроспективному, современную динамичную трактовку, если не сказать оживляж.
Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
Фотография © Станислав Горшунов / предоставлено АБ ГОРА
Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
Фотография © Станислав Горшунов / предоставлено АБ ГОРА
Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
Фотография © Станислав Горшунов / предоставлено АБ ГОРА
Павильон №2 Нижегородской ярмарки, 2021
Фотография: Архи.ру
Павильон №2 Нижегородской ярмарки, 2021
Фотография: Архи.ру
  • zooming
    1 / 4
    Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
    © АБ ГОРА
  • zooming
    2 / 4
    Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
    © АБ ГОРА
  • zooming
    3 / 4
    Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
    © АБ ГОРА
  • zooming
    4 / 4
    Бар. Проект. Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
    © АБ ГОРА

Неудивительно, что ролик, представлявший проект на премии, начинался с московского КДС на известной открытке, затем показывал нижегородский Московский вокзал – тоже ужасно похожий, так же как и реконструкцию концертного зала «Юпитер», произведенную Станиславом Горшуновым в 2018–2019 годах. Все эти здания легко выстраиваются в общую линию, и павильон занимает в общем ряду свое почетное место. 

Можно было бы сказать, что пилонада КДС осмыслена здесь через ветер, который в Нижнем постоянно дует с рек, отчего ровный ряд устоев «колышется», но не по-настоящему, а визуально, как скульптура, оживающая при смене ракурсов в обходе. Однако важно, что на входном торце со стороны Ярмарочного дома четыре пилона действительно подвижны – они реализованы как «поворотные пилоны револьверного типа», причем высота каждой створки больше 10 м, вес больше 2 тонн, поворачиваются дистанционно. 
Конгресс-центр, павильон №2 на нижегородской ярмарке
предоставлено АБ ГОРА

Сам Станислав Горшунов на награждении определил свое произведение как «античный ангар с какими-то нашими выдумками», и – достаточно неожиданно – переключил внимание аудитории на здание Корнер плейс, как «гораздо более качественное и нужное для Нижнего Новгорода» и как прецедент качества, к которому надо стремиться. Что возвращает нас к другому объекту короткого списка – офисному зданию в центре города, на перекрестке улиц Алексеевской и Пискунова, – которое, по словам Марины Игнатушко, на первом этапе голосования было абсолютным лидером, затем уступив ярмарочному павильону. 
БЦ Corner place: шорт-лист
БЦ CORNER PLACE
Фотография © Александр Ивасенко, Илья Тарасов

Итак, БЦ Corner place стал главным конкурентом павильона на премии. Хотя отчасти здания может объединить тот факт, что они оба – результаты завершения долгостроев. Корнер плейс занимает место двухэтажного доходного дома конца XIX века, довольно типичного примера мещанской застройки, в советское время работавшего как областной Дом крестьянина. В 2010-е на его месте была спроектирована гостиница, начато строительство, бетонный каркас ждал какое-то время своей судьбы. Затем сменился владелец, и новый заказчик обратился к АБ «Проспект» Бориса Тарасова и Егора Рыбина с просьбой «сделать как в Лондоне». 
БЦ CORNER PLACE. Вид по улице Алексеевской
Фотография © Александр Ивасенко, Илья Тарасов
БЦ CORNER PLACE
Фотография © Александр Ивасенко, Илья Тарасов
БЦ CORNER PLACE
Фотография © Александр Ивасенко, Илья Тарасов

Итогом стало здание, скомпонованное в парадигме последних десяти, примерно, лет развития русской, да и мировой, архитектуры в целом: это имитация, как уже было сказано, брандмауэрной застройки, ряда разных фасадов, выстроенных в один ряд по красной линии. Цельность обеспечивает общая высотность, чьи небольшие перепады спланированы ради того, чтобы избежать монотонности, общий уличный фронт из полированного гранита с витринами, в основном, ресторанов, а также общий верхний этаж из имитации кортена (впрочем, при взгляде с улицы выглядит как настоящий), с отступом террас перед ним. Современность нового дома подчеркнута скруглением каменных углов – для них пришлось специальным образом обточить снаружи достаточно толстый слаб камня – и моллированным стеклом окон на тех же углах. Известняковые фасады чередуются с кирпичными, покрытыми клинкерной плиткой, которая образует немного ершистые скругления «полуколонн». С ними перекликаются полукруглые ниши на самом восточном каменном фасаде по улице Пискунова.
БЦ CORNER PLACE
Фотография: Архи.ру
БЦ CORNER PLACE
Фотография: Архи.ру

Многие сходятся в том, что фасады – а в сущности, речь в данном случае именно о них – реализованы очень тщательно. Толщина практически всех швов одинаковая, это видно при простом проходе по улице вдоль первого этажа. 

Если рассматривать павильон №2 и Corner place в контексте премии как пару конкурирующих объектов, становится заметно, что они во многом представляют противоположность друг другу. Павильон – временное сооружение, построен и быстро и относительно экономно, хотя у него есть управляемые подвижные револьверные двери и стекла высотой 4 м на псевдоструктурной системе. Несмотря на соседство ярмарочного дома, окружающий его контекст скорее советский, он расположен в дальнем углу ярмарки и окружен большим открытым пространством. БЦ – сооружение более чем капитальное, на вид очень «капиталистическое», дорогое, тщательно реализованное, хотя, насколько мне известно, часть дорогих материалов в процессе реализации все же заменили на похожие, но более экономные. Один представляет собой вариации на темы классического модернизма, «передает привет» семидесятым. Другой построен на осмыслении, если не сказать имитации, среды городского центра. Притом что такая частота фасадов не очень свойственна центру Нижнего и даже не похожа на бывший здесь Дом крестьянина – тот был «длинным». Скорее это «Лондон», чем Нижний. 

Строго говоря, две постройки оказываются на двух полюсах современности, притом что обе современны, можно заметить, что павильон лучше «укоренен» с нижегородском контексте, не говоря уже о контексте творчества автора и, возможно, более актуален. БЦ, напротив, удивителен качеством исполнения и, как было многократно сказано, может служить примером такого качества в городской среде, более архаичен не потому, что имитирует традиционный город, а скорее потому, что принадлежит к тренду, который развивается уже лет 10, если не сказать 20, и немного уже, так сказать, клонится к закату. Что не делает один из двух объектов хуже или лучше, но любопытно, какое между ними возникает напряжение – его, возможно, премия и показала. 

Третий объект еще интереснее, поскольку, во-первых, подтверждает признанное мнение о разнообразии рейтинга, а во-вторых, образует из обозначенной двухполярности треугольник. 

Собственный дом Зои Рюриковой: короткий список
«Архозавр». Собственный дом архитектора Зои Рюриковой
Фотография предоставлена Зоей Рюриковой и 14 рейтингом архитектуры Нижнего Новгорода

С этим домом все наоборот. Он спроектирован больше, чем 10 лет назад, причем по словам автора, архитектора и сейчас председателя нижегородского союза архитекторов Зои Рюриковой, через 2 года ей, автору, разонравился. То есть мы имеем дело с проектом 2010 года, а постройка не завершена до сих пор. Притом что семья строит дом своими силами – и на премии он был представлен как принципиально не завершенный «Архозавр». Видимо потому, что древний, ползущий по склону то ли крыльями птеродактиля, то ли птичьими носами. 
«Архозавр». Собственный дом архитектора Зои Рюриковой
Фотография предоставлена Зоей Рюриковой и 14 рейтингом архитектуры Нижнего Новгорода

Дом расположен крутом на склоне на краю деревни Кузьминка, которая на входит в черту города Нижнего, но от которой до центра примерно 20 минут на машине, – таким образом, что деревни из него е видно никак. Как будто он стоит «в чистом поле». Чтобы добраться до дома надо миновать несколько «деревенских» улиц, плотно заставленных крупными домами-коттеджами, в основном кирпичными, но временами обшитыми сайдингом. Морфологически дом не имеет с коттеджами в строю улицы ничего общего: он легче, тоньше, стоит на опорах-ногах (хотя часть пространства первого яруса семья все же застроила, первоначально дом был еще более тонконогим). По склону он выстраивает диагональ между острым носом-навесом над входным крыльцом и похожим треугольником с другой стороны, над открытой террасой с гамаками. Но «вползает вверх» не только дом, а и баня – расположенная выше, привязанная «ниткой» деревянной лестницы. 
«Архозавр». Собственный дом архитектора Зои Рюриковой
Фотография предоставлена Зоей Рюриковой и 14 рейтингом архитектуры Нижнего Новгорода
«Архозавр». Собственный дом архитектора Зои Рюриковой
Фотография предоставлена Зоей Рюриковой и 14 рейтингом архитектуры Нижнего Новгорода

Внутри дом закручен вокруг лестницы – железобетонной, отлитой собственноручно, безо всяких строителей, лестницей с «обратными ступенями», парящей в пространстве и поворачивающей. Она служит «сердечником», а может быть, позвоночником дома-существа.
«Архозавр». Собственный дом архитектора Зои Рюриковой. Лестница
Фотография: Архи.ру

Надеемся, что часть других объектов рейтинга нам тоже вскоре удастся описать. Но эти три, как кажется, образуют три самых интересных полюса, представляющих нам нижегородскую архитектуру и даже школу как явление по-прежнему разнообразное и живое.  

24 Февраля 2022

Удивительный Нижний
Продолжаем рассматривать постройки нижегородского рейтинга 2020-2021 годов. В этой подборке самое опасное: здания, чьи прообразы несложно угадать, отчего они вызывают некоторое, скажем так, дежавю. Делает ли это их хуже – сложно сказать, это каждый решает для себя.
Цветной Нижний
Продолжаем публиковать проекты короткого и длинного списков рейтинга Нижнего Новгорода: вперемежку, но в тематических подборках. В «цветной» подборке – проекты, в которых, на наш взгляд, ощутимее всего прослеживаются самые узнаваемые, хотя не единственные, черты нижегородской школы.
Клетки-прятки
Продолжаем публиковать проекты 14 рейтинга нижегородской архитектуры. На наш взгляд, офисный центр на улице Кулибина не укладывается ни в какую подборку, поэтому его публикуем отдельно. К тому же он симпатичный. И хорошо спрятался.
Светлый Нижний
В феврале в Нижнем Новгороде объявили победителя XIV рейтинга его архитектуры. Мы рассказали о нескольких проектах, потом нам пришлось сделать паузу, поскольку очень сложно писать об архитектуре в сложившихся обстоятельствах. Но мы не можем не рассказывать об архитектуре, поэтому продолжаем, сейчас вашему вниманию – 3 других работы победителя рейтинга Станислава Горшунова.
Удивительный Нижний
Продолжаем рассматривать постройки нижегородского рейтинга 2020-2021 годов. В этой подборке самое опасное: здания, чьи прообразы несложно угадать, отчего они вызывают некоторое, скажем так, дежавю. Делает ли это их хуже – сложно сказать, это каждый решает для себя.
Цветной Нижний
Продолжаем публиковать проекты короткого и длинного списков рейтинга Нижнего Новгорода: вперемежку, но в тематических подборках. В «цветной» подборке – проекты, в которых, на наш взгляд, ощутимее всего прослеживаются самые узнаваемые, хотя не единственные, черты нижегородской школы.
Клетки-прятки
Продолжаем публиковать проекты 14 рейтинга нижегородской архитектуры. На наш взгляд, офисный центр на улице Кулибина не укладывается ни в какую подборку, поэтому его публикуем отдельно. К тому же он симпатичный. И хорошо спрятался.
Светлый Нижний
В феврале в Нижнем Новгороде объявили победителя XIV рейтинга его архитектуры. Мы рассказали о нескольких проектах, потом нам пришлось сделать паузу, поскольку очень сложно писать об архитектуре в сложившихся обстоятельствах. Но мы не можем не рассказывать об архитектуре, поэтому продолжаем, сейчас вашему вниманию – 3 других работы победителя рейтинга Станислава Горшунова.
Рейтинговая революция
Полуторамесячный марафон подведения итогов рейтинга архитектуры Нижнего Новгорода за 2008-2009 гг. закончился. На этот раз целых 7 объектов были признаны равноправными лидерами, после чего, согласно традиции, воссозданы в кремо-бисквитном формате и церемониально съедены.
Грядут перемены. Подведены итоги Рейтинга архитектуры...
В пятницу, 1 февраля, в Доме архитектора прошла торжественная церемония объявления и награждения победителей, завершившаяся знаменитым поеданием «героя вечера» – огромного 40-килограмового торта в виде здания-победителя. Архитектура участвоваших в Рейтинге зданий демонстрирует, что в стилевых предпочтениях нижегородской школы намечаются существенные перемены – считает обозреватель Архи.ру Елена Петухова
Технологии и материалы
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Сейчас на главной
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.