English version

Вода и свет

В церковном искусстве много символики, и одна ее часть, действительно, каноничная, другая сформирована традицией и кем-то воспринимается как обязательная. Из-за такого рода ложного консерватизма современная церковная архитектура медленно развивается и не выглядит как современная. Тем не менее подвижники у этой темы есть: кладбищенский храм Архангела Михаила в Апатитах, спроектированный Дмитрием Остроумовым и бюро Прохрам, совмещает традиции и эксперимент. Но не эксперимент ради самого себя – а продуманную работу современного архитектора с символикой пространства, объема и, главное, света.

mainImg
Архитектор:
Дмитрий Остроумов
Проект:
Храм Архангела Михаила в Апатитах
Россия, Апатиты

Авторский коллектив:
Руководитель – Дмитрий Остроумов; архитектор – Анастасия Кошевая; 3-D визуализатор – Георгий Гончаров

2024

Заказчик: Иерей Иоанн Данилец
Проект храма Михаила Архангела в Апатитах, представленный бюро «Прохрам», на днях был отмечен в Новосибирске двумя премиями: одной из «Золотых капителей» и – так называемым «Гамбургским счетом», рейтинге архитекторов – участников конкурса. А это значит, что большинство профессионалов, подавших свои проекты на конкурс – за себя, естественно, голосовать нельзя – выбрали проект храма. 

Интересно, почему. Он, действительно, обладает несколькими удивительными решениями – даже любопытно, почему раньше никто не додумался. Но обо всем по порядку. 

Храм Михаила Архангела планируется построить на кладбище города Апатиты, в 160 км к югу от Мурманска. За полярным кругом. Сейчас идет сбор средств на строительство. 
Храм Архангела Михаила в Апатитах. Ситуационная схема
© Мастерская «ПРОХРАМ»

Первая особенность проекта – храм деревянный и по силуэту его можно было бы назвать «клетским», спланированным «кораблем»: крыльцо, затем объем повыше, затем еще повыше... Все покрыты скатными кровлями, бетонный фундамент облицован камнем с вкраплениями валунов, похож на так называемый «валунный фундамент» древних храмов, и каменных и деревянных. Под скатами резные «полотенца». Очень традиционный силуэт, разве что очень вытянут по вертикали. Строен. Изящен. Но и это тоже случается, особенно в XVIII веке.
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Северный фасад
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Южный фасад
    © Мастерская «ПРОХРАМ»

И еще стены покрыты досками «в елочку», по диагонали, что может напомнить о «деревянном модерне», скажем, петербургских дач. Северные храмы были либо бревенчатыми, либо брусяными, либо, и как правило позднее, стены закрывали досками, но уложенными горизонтально. 
Храм Архангела Михаила в Апатитах
© Мастерская «ПРОХРАМ»

Если говорить о традиции деревянного строительства, на первый взгляд мы не видим у храма прируба-алтаря. Если вспомнить примеры XVII–XVIII века, то алтарь выступает к востоку, как правило, пониженным объемом, чаще трехгранным. Однако случалось, и не однократно, выгораживать алтарь внутри кубического объема, внутри. 

Присмотримся... Помилуйте, да повышенный объем в храме Архангела Михаила и есть алтарь! Вот тут сразу становится интересно. 
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Разрез продольный
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Разрез поперечный
    © Мастерская «ПРОХРАМ»

Композиция, которую мы видим на рендере, знакомясь с проектом поверхностно, отсылает к традиционному: крыльцо поменьше, трапезная побольше, затем высокий объем собственно храма. Алтарь может быть прирублен, а может, действительно, особенно на севере, быть выгорожен в восточной части четверика наоса. Но здесь вся типология «сдвинута» к востоку: самый высокий объем стал алтарем. 

Как объясняет автор, архитектор Дмитрий Остроумов, решение стало результатом стечения обстоятельств: стесненного участка и стремления сделать храм видимым с шоссе. 
Мы были существенно ограничены размерами участка. Иными словами, план здания – это максимум площади, которая была возможна.

При этом стояла задача сделать храм заметным с трассы, соединяющей город и аэропорт. Трасса отделена от кладбища, где предусмотрен храм, лесом. Так что мы старались вытянуть его вверх, чтобы свет и главка были видны с трассы над невысоким пролеском, тем самым привлекая к себе внимание проезжающих. Так задачи работы архитектурного объема в контексте конкретной среды соединились с образным символизмом.

Тем не менее решение, хотя и обусловлено, в той или иной мере, практически, получилось красивым. Престол – самая важная часть алтаря – получил над собой высокое пространство, которое можно считать выражением поклонения священному месту. Оно, что хорошо видно на разрезе, совершенно не функционально. Практической необходимости в нем нет; а значит, есть символическое значение. Удивительно, как раньше никто до этого не додумался: ведь престол, алтарь в храме важнее всего – почему не выделить его значимым, издали заметным объемом? 

На самом деле, можно так сказать, что в наше время-то додумались. Хотя, на мой дилетантский взгляд, в основном додумались неправильно. Дело в том, что в позднее время, в XX и XIX веках, постепенно нарастая, распространилась практика превращать древние храмы в алтари, а поздние пристроенные к ним трапезные – в собственно церковные наосы. Так случилось с соборами XVI века: Рождественского монастыря в Москве и Анастасьина-Богоявленского монастыря в Костроме... Прихожанин там больше не имеет возможности «соприкоснуться в древностью»; с другой стороны, вероятно, можно предположить, что древность «почтили», превратив в алтарное пространство. Хотя большого почтения в таком действии, честно сказать, не ощущается. Отвержение прихожан от древнего храма – да. Но я сейчас не об этом. Помимо описанной выше практики «огораживания» история архитектуры поствизантийского православного мира знает как правило храмы, в которых пространство над солеей – самое высокое, а алтарь в разной степени понижен. 

В проекте для Апатитов не совсем так. Алтарь выделен объемно и пространственно, притом что весь храм – новый, здесь нет древних и поздних частей – алтарь, место, где происходят таинства, приобретает наибольшую роль. Это необычно, но по смыслу кажется скорее правильным. 

Скажу больше – символическая составляющая, таким образом, усилена. 
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах
    © Мастерская «ПРОХРАМ»

Обратите внимание: уложенные «в елочку» доски внешних стен, которые я выше сопоставила с архитектурой периода модерна – они ведь на боковых стенах высокого алтарного объема расходятся от центра прямо как лучи некоего солнца. Что, несомненно, указывает на бескровное жертвоприношение, совершаемое на престоле во время литургии, как на некую сущностью ценность. 

Мы видим «традиционный», привычный храм, разве что немного более вытянутый вверх; по его внутренняя структура – обострена; изменена. 

Не скажу, чтобы изменение предполагаемых функций объемов композиции традиционного «корабля» в данном случае было сделано в ущерб прихожанам. В северном кладбищенском храме важнее не гигантское пространство над головой молящегося, а тепло. Потолок меньшей высоты помогает его сохранить. Он также создает некую «камерность», а это правильное качество во время отпевания, когда умиротворение для провожающих покойного – важнее, чем эмоционально окрашенное устремление пространства наоса ввысь. 
Храм Архангела Михаила в Апатитах
© Мастерская «ПРОХРАМ»

Если говорить о тепле, то, согласно авторскому описанию, здесь планируется каркасная технология, облицовка планкеном из надежной лиственницы, и современная ветро- и тепло-защита, эковата, тонкая и эффективная, под ним. Снаружи – «традиционное» дерево, внутри – тонкий современный утеплитель. 

Но особенно мне нравится, как авторы проекта обошлись с окнами и остеклением.

В наосе и алтаре окна не слишком узкие, но и не «косящатые», а вертикальные; имеют отношение к современным примерам. Сдержанные окна. Вверху и внизу – «вытягивающий» их вертикально каменный орнамент. Перекликается с каменным крестом на внешней стороне алтарной части. 
Храм Архангела Михаила в Апатитах
© Мастерская «ПРОХРАМ»

Если еще раз посмотреть на план, то можно увидеть: алтарь не то чтобы совсем не выделен. Он даже имеет трехчастную структуру, в северной нише, как и полагается, обозначено место для жертвенника. Только три части имеют не «круглый», то есть округлый, абрис, за который в свое время боролся патриарх Никон и его последователи – контур плана алтаря прочерчен угловатой линией, подчеркивающей «деревянную» природу здания церкви. Оговорюсь, что это не противоречит церковным правилам. 

Два окна восточной стены помещены в уступах, а на среднем выступе, по центру, архитекторы предложили разместить каменный рельеф голгофского креста, символа Воскресения и вечной жизни. Согласно авторскому описанию, это «каменный поклонный крест, встроенный в стену». На данный момент, пока проект существует в статусе концепции, сложно сказать, будет ли крест встроен в стену в объеме или все-таки авторы ограничатся рельефом. Но это и не важно. Внешне крест выглядит как голгофские кресты, встроенные в стены каменных новгородских церквей XIV–XV веков, и еще, конечно, как поклонный крест из тех, что ставили на дорогах Севера. Не припомню, чтобы они так «сливались» со зданием церквей – разве что часовен. Так что здесь мы наблюдаем скорее перенос темы из древнего каменного строительства в современное деревянное.
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. План этажа
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Схема генерального плана
    © Мастерская «ПРОХРАМ»

Зато над входом, на фасаде крыльца, кресту вторит деревянный (!) рельеф херувима, представителя небесных Сил и небесного воинства, предводителем которого, как известно, служит Архангел Михаил. 

Но вернемся к витражному остеклению. Его немного, но стекло работает интересно, поскольку продумано и образно, и символически. Образно: в восточной части здания церкви, в месте стыковки с алтарем авторы поместили сплошную  стеклянную полосу, она опоясывает стены и скаты кровли – совершенно современное решение, заставляющее вспомнить, может быть, церковь Георгия на Поклонной горе Анатолия Полянского, только там стеклянные полосы образуют большие арки на каждой стене, освещая интерьер целиком. Здесь – витражная полоса освещает солею и иконостас. 

Далее, на западном щипце алтарного объема – еще раз напомню, что он высокий – помещена еще одна стеклянная полоса, вертикальная, с рисунком расстекления «в елочку», перекликающимся с раскладкой дерева на стенах. Вертикаль – большое окно, освещающее алтарь, особенно во второй половине дня. Луч из него перед закатом будет падать на престол и, вероятно, создавать вместе со светом из боковых окон, во многом умозрительный, но угадываемый световой крест. 

Ночью – а мы говорим о городе за полярным кругом, храм, наоборот, будет светиться изнутри, создавая акценты: перед входом, в месте примыкания церковного наоса к алтарю.
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Западный фасад
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах. Восточный фасад
    © Мастерская «ПРОХРАМ»

И стреловидное окно на алтаре будет светиться. В нем можно разглядеть копье или огненный меч архангела, но эта ассоциация для авторов не главная. На первый план они выдвинули историю Чуда в Хонех. История такая: недалеко от Иераполиса, места, где у подножия холма с мартирием Апостола Филиппа сейчас устроены Ванны Клеопатры для туристов, в IV веке, когда император Константин уже крестил империю, однако язычников было много, существовал почитаемый храм Архангела Михаила. Чтобы уничтожить его, язычники прокопали новые ложа для русел двух горных рек, чтобы реки, соединившись, общим потоком снесли храм. Тогда по молитве старца Архипа, служившего при храме долгое время пономарем, явился Архангел Михаил и, ударив по горе жезлом, открыл расселину, куда и устремился поток, миновав, таким образом, храм.

Так вот, окно обозначает поток, или, что довольно заметно, два слившихся потока. Можно представить себе, что витражи нижней части это разделенные потоки, только «текут» они вверх и, сливаясь у конька, встречаются с алтарным окном, «текущим», как и мысли прихожан и души умерших, можно себе представить, что к небу. Можно его также понять и как свет, идущий о престола – его же обозначает и раскладка досок на боковых фасадах. Объем алтаря оказывается «обернут» лучами, исходящими от престола. 

Архитекторы, в сущности, образно визуализировали момент восхождения души. 

И сделали это без прямых изображений, не буквально, а скорее эмоционально. Современными средствами.

Теперь два слова о современных средствах. Сделать современную архитектуру православного храма пока что, к сожалению, достаточно трудно, и только единицы решаются размышлять над такого рода образами. Поэтому: пусть лично мне представляются слишком консервативными резные «полотенца» под кровлей алтаря или несколько неожиданным – размещение крупной главки над крыльцом... Всё это неважно. 

Важен удачный эксперимент с функциональной типологией объемов внутри традиционного силуэта, важна способность выразить храмовые образы не только миметическими средствами, но и собственно архитектурными: прежде всего, светом. Так же как и умение «прошить» отклик на посвящение храма в образе, почти лишенном визуальной конкретики. Я говорю, конечно, о стеклянной «стреле» на западном фасаде. Днем ассоциация с водным потоком очевидна. А ночью...

Ночью каждый увидит свое: кто-то огненный меч, а кто-то сонм душ, поднимающихся к небесам от земли, сливаясь с Северным сиянием. 
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
  • zooming
    Храм Архангела Михаила в Апатитах
    © Мастерская «ПРОХРАМ»
Архитектор:
Дмитрий Остроумов
Проект:
Храм Архангела Михаила в Апатитах
Россия, Апатиты

Авторский коллектив:
Руководитель – Дмитрий Остроумов; архитектор – Анастасия Кошевая; 3-D визуализатор – Георгий Гончаров

2024

Заказчик: Иерей Иоанн Данилец

04 Сентября 2025

Мастерская «Прохрам»: другие проекты
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Карельская обитель
Храм в честь всех карельских святых планируют строить в небольшом поселке Куркиёки, который находится недалеко от границы Карелии и Ленинградской области, на территории национального парка «Ладожские шхеры». Мастерская «Прохрам» предложила традиционный образ и современные каркасные технологии, а также включение скального массива в интерьер здания.
Канон севера
Проект храмового комплекса рядом со студенческим городком СПбГУ в Петергофе включает отсылки к северному модерну и конструктивизму. Мастерская «Прохрам» не боится сочетать «плинфу» и кортен, а также использовать не самые традиционные формы. Однако первый вариант, признанный архитектурным сообществом, пришлось всё же скорректировать в соответствии с пожеланиями заказчика. Помимо культовых сооружений комплекс предложит пригороду Петербурга социальные, образовательные и общественные площадки.
Шестиглавый
В Новосибирске объявлены результаты архитектурного рейтинга «Золотая капитель», одной из старейших постсоветских премий. Ее особенность, чтобы не сказать уникальность для российского контекста – в том, что на последнем этапе судейства проекты презентуют и обсуждают. Что довольно увлекательно. Делимся впечатлениями и показываем, кто победил.
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Похожие статьи
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Акценты для ландшафта
Две постройки с широким спектром функций на озере Лаолихай во Внутренней Монголии по мысли пекинского бюро BUZZ | Büro Ziyu Zhuang «кадрируют» степной ландшафт.
Технологии и материалы
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Сейчас на главной
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.