Научные основы архитектурного проектирования: внедрение результатов

Статья была опубликована в журнале: «Архитектура и время» №3, 2010 г.

     Внедрение результатов прикладных исследований архитектурной науки в практику проектирования и строительства весьма актуально, но вместе с тем это сложный процесс, который требует специальных подходов. 

     П.Хилл, в своей книге «Методы проектирования, научное обоснование решения» приводит слова Эдисона, которые очень точно отражают практическую сторону данного вопроса: «Общество никогда не бывает готово к тому, чтобы принять какое-то изобретение. Каждая новая вещь встречает сопротивление, и изобретателю требуются годы, чтобы люди начали понимать его, и еще годы, чтобы внедрить это изобретение» [1, с. 10].


     Можно указать три основных фактора, обусловливающих успешное внедрение результатов научных исследований (новшеств) в практику: решение социальных проблем общества;  привлекательность для инвестора; четкое планирование и методическая отработка процесса внедрения. Рассмотрим их более подробно.


     Социальный фактор. Научные разработки приобретают смысл и мотивацию, если их внедрение помогает в решении проблем, которые имеют социальное значение для общества. Например, жилищных, транспортных, энергетических проблем, являющихся наиболее злободневными в настоящее время (рис. 1). В поиске и определении перспективных направлений исследований могут помочь социальные исследования, а также работы по прогнозированию развития архитектуры, как на ближайшие годы, так и на несколько десятилетий. Среди научных институтов, в работе которых прогнозирование уже давно приобрело особую актуальность можно назвать и ЦНИИЭП жилища [2], «Научно-исследовательский институт теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры» и другие.


     Сегодня данная работа продолжена РААСН, так А.П.Кудрявцев отмечает, что «… в числе государственных функций РААСН, определяемых ее Уставом, должны быть: научно-техническое прогнозирование развития приоритетных направлений фундаментальной и прикладной науки, научно-исследовательских разработок; развитие, поддержка и обеспечение фундаментальных и прикладных исследований, научно-исследовательских работ…» [3].


     Так, определенные фундаментальными исследованиями перспективы развития общества, экономики и архитектуры должны формировать направления прикладных исследований, обосновывая уверенность в том, что планируемая работа не будет напрасной.


     Инвестиции. Как известно, без инвестиций исследования и внедрение разработанных новшеств невозможны. Новая идея должна быть рождена или поддержана инвестором. Но, как правило, заказчиком движет желание создать новую продукцию, которая будет востребована и обеспечит экономию или повысит престиж предприятия. Иными словами — сделать «ход», который принесет ему прибыль. Иногда это способствует решению какой-либо социальной проблемы (например, строительство социальных объектов), а иногда и нет (когда происходит вытеснение социальных объектов в пользу строительства коммерческих). Ученый должен учитывать это, и исходя из моральных и этических принципов, своей социальной позиции браться за работу или отклонять ее. В любом случае, чтобы инвестор поддержал идею, нужно иметь положительные ответы на следующие вопросы: соответствует ли она критериям инвестора, есть ли шансы на успех и можно ли ее реализовать при существующем развитии техники за приемлемый промежуток времени [1, с. 61].


     Планируя исследования по какой-либо проблеме, следует учитывать, что они имеют не малую цену и не могут проводиться наугад. Как избежать неоправданных затрат? «Повышение результативности научных исследований прикладного характера достигается обоснованным выбором тематики. В связи с этим следует проводить предварительные технико-экономические обоснования (ТЭО) целесообразности выполнения научных исследований и экспериментальных работ. В ТЭО должны рассматриваться следующие основные вопросы: техническая и экономическая целесообразность решения поставленной задачи; рациональные пути проведения исследований, опытно конструкторских и других работ; намечаемое использование в практике строительства результатов исследований и связанные с этим расходы; гарантируемые в итоге внедрения разработанных новшеств технико-экономические показатели» [4, с. 144].


     Методический подход. Проектирование распространенного типа объекта: жилых, офисных, гостиничных зданий, магазинов и т.п. представляет собой отработанный процесс. Проектировщик, чтобы внести в него изменения, предполагаемые новатором, должен убедиться, что это действительно нужно и полезно сделать. Принятию положительного решения мешает консервативное мышление, а также неудобства и трудности, связанные с реорганизацией уже налаженной работы. Как облегчить их преодоление? Очевидно, что проектировщики смогут быстрее и эффектнее реагировать на предложения ученых, если будут уделять больше внимания науке, знать о ее роли и возможностях и представлять результаты реализации конкретного предложения.


     Особая роль в процессе внедрения научных разработок в практику проектирования и строительства принадлежит эксперименту. Допустим, ученые разработали новый тип здания или каких-либо помещений. Но это не означает, что разработка может быть сразу же без проблем и с положительным результатом осуществлена в массовом строительстве. Внедрение в архитектуре должно происходить поэтапно, на основе эксперимента... Ещё А.К.Буров в своей книге «Об архитектуре» писал: «В авиа- и авто-строении делают не экспериментальные проекты, а экспериментальные модели, являющиеся равнодействующей между современными материалами, технологией и экономикой. А до того, как построить экспериментальную модель, строят макет самолета в натуральную величину, со всеми деталями, проверяют их взаимодействие, удобство, видимость. Проверяют все. Работают над таким макетом иногда год, и только после этого переходят к модели. Мы же редко строим даже макеты квартир в натуральную величину.


     Не будем портить бумагу — не бывает экспериментальных проектов, не опирающихся на экспериментальный завод (на котором можно сделать экспериментальную модель). Не будем ждать чуда от проекта без эксперимента ни в смысле «образа», ни в смысле «экономии»; проект в лучшем случае может сэкономить несколько процентов – строительный метод может удешевить стоимость в несколько раз». [5, с. 105].
Да, сегодня у нас есть компьютерная техника, которая на основе трехмерной графики позволяет строить многочисленные перспективы, делать анимацию, разрезы и т.п. Но картинка, даже очень близкая к реальности, не позволяет полностью ее осознать и оценить. Какая-то граница на этом пути все же остается не преодоленной.


     Стул, какой бы красивый он не был и как бы вы его не осматривали, не стоит покупать не присев на него, не ощутив, соответствует ли эргономика его спинки вашей спине. И автомобиль лучше купить после так называемого «драйв теста», почувствовав как он ведет себя в движении. Так стоит  ли рисковать и вкладывать деньги в здание, не проверив его. Ведь оно стоит значительно дороже стула, автомобиля, любого другого предмета.
Поэтому «Экспериментальное строительство должно стать непременным этапом проверки результатов научных исследований, направленных на изыскание новых и совершенствование существующих решений, применяемых при проектировании и строительстве зданий и сооружений» [4, с. 143].


     Данный метод уже не раз был проверен в нашей стране. Например, ЦНИИЭП жилища строил дома-представители новых серий в различных городах страны, а затем использовал накопленный опыт при экспериментальном проектировании новых городов, строившихся почти с «нуля» и требующих больших масштабов строительства (Тольятти и Набережные Челны — важнейшие стройки девятой пятилетки, рис. 2) [6,.с. 7–8].


     Методика проведения исследований и разработка предложений новых архитектурных решений, их апробация в эксперименте, а потом и в массовом строительстве, способствующая быстрейшему внедрению в производство результатов научных исследований. стала основой типового проектирования. Так были созданы типовые проекты для гражданского строительства в масштабе страны.


     Задачи отработки новшеств на экспериментальных объектах, а также постоянной доработки в процессе серийного производства (повторного строительства) всегда успешно решались комплексными институтами, имеющими в составе научные, проектно-конструкторские и производственные подразделения. Может быть, и в настоящее время наиболее удачная форма, в которой могут существовать научные организации — это «научно-исследовательский и проектный институт». Внутри такого учреждения можно создать хорошие связи между наукой и практикой, обеспечив исследования финансированием, а проектирование — научной базой, и расширить возможности экспериментального строительства. Конечно, исследования не будут такими масштабными,  как при государственной поддержке, но, по крайней мере, это обеспечит их жизнеспособность и даст проектировщикам хорошие перспективы на самые привлекательные заказы. Как отмечает А.П.Кудрявцев: «Целесообразность создания ступенчатой системы в виде единства фундаментальных, прикладных и проектно-экспериментальных исследований… становится все очевиднее» [2].


     В то же время в таких организациях есть возможности за счет существования полноценно действующего научного подразделения не просто иметь, но и соответствовать названию «научно-исследовательский и проектный институт», что, безусловно, обеспечивает повышение имиджа. При этом окупаемость работы отдельного подразделения в данном случае должна рассчитываться не в узких рамках квартала, полугодия, а с учетом перспектив развития всей организации.


     Практика функционирования комплексных научно-исследовательских и проектных институтов доказала, что в целях ускорения разработки документации с внедрением результатов исследований для массового использования в строительстве, следует шире практиковать сотрудничество научных, проектных, конструкторских и производственных организации. Особое внимание следует уделять творческому содружеству научно-исследовательских институтов со строительными организациями и предприятиями строительной индустрии, с учетом строительной специфики смелее идти на создание научно-производственных объединений. Целесообразно расширить в строительных организациях и на предприятиях сеть опорных пунктов научно-исследовательских институтов для проведения исследований и испытаний новых решений в условиях производства и строительства. В этой работе должны принимать участие специалисты-производственники (рис. 3, 4). [4, с. 143]


     В современных экономических условиях далеко не все строительные и проектные организации заботятся о внедрении научных разработок.  В связи с этим для ускорения технического прогресса в строительстве необходимо, с одной стороны, направить деятельность научных организаций на решение актуальных проблем капитального строительства, а с другой — создать условия, которые побуждали бы проектные, строительные организации и предприятия строительной индустрии использовать новейшие разработки отечественных ученых (рис. 5) [4, с. 143]


     Еще одним направлением внедрения результатов прикладных исследований является их учет при разработке нормативных документов, множества общих и специальных технических регламентов [7, с. 5]. Очевидно, что данная работа должна строиться на базе новшеств, которые уже отработаны при внедрении их в практику проектирования и строительства.


     Таким образом, проблемы внедрения результатов научных исследований в практику проектирования и строительства требуют скорейшего решения для обеспечения базы развития отечественной архитектуры. При этом приоритетные шансы на успех имеют научные разработки, решающие социальные задачи, и имеющие четкие технико-экономические обоснования. Непременным условием работы также является проработанный метод внедрения. Важную роль в этом могут сыграть комплексные научно-исследовательские и проектные институты, имеющие базу для прикладных исследований, экспериментального проектирования и строительства, а также взаимосвязи с другими проектными и строительными организациями, имеющие широкие возможности обмена информации, прямой и обратной связи всех звеньев строительного производства от ученого до строителя.

 

Библиография:
1. Хилл П. Методы проектирования, научное обоснование решения: Пер. с англ. Е.Г.Коваленко / Под ред. В.Ф.Венды — М.: Мир, 1973. —.264 с.: ил.
2. Кудрявцев. РААСН: синтез архитектурно-строительной науки и практики, традиций и новаторства. // «ПГС», 2004, № 6.
3. Дубынин Н.В. Архитектурная наука и  практика: архитектурное проектирование. // «Архитектура и время», 2010, № 2. — С. 8–10.
4. Новиков И.Т. Научно-технический прогресс в строительстве. — М.: Стройиздат, 1977. — 199 с.: ил.
5. Буров А.К. Об архитектуре. —  М.: Госстройиздат, 1960. — 147 с.: ил.
6. Рубаненко Б. Наука–эксперимент–практика. // «Архитектура СССР», 1973, № 7. —  С. 2–9.
7. Хайт В.Л. Фундаментальная наука и жилище будущего. // «Жилищное строительство», 2004,  № 10. —  С. 4–5. 

1. Жилище бедных слоев населения во многих странах, в том числе и развитых, требует принципиального пересмотра подходов к его строительству, эксплуатации и принятию мер по повышению архитектурных качеств, что должно стать приоритетной задачей общества, государственной политики и архитектурной науки. Фото: © Николай Дубынин
2. Набережные Челны — город автостроителей. Начало проектирования и строительства 1970 г. ЦНИИЭП жилища, ЦНИИП градостроительства и другие институты. Авторы Б.Р.Рубаненко, В.А.Шквариков, Л.С.Ламанов, Р.Е.Патеев, Ю.П.Бочаров, Л.В.Станишевский, В.В.Анкина, Т.М.Колоярцева и др. Город является примером градостроительного и объемного проектирования на научной основе с учетом перспектив развития и роста населения. Так, сегодня, благодаря грамотной планировке, заложенной около 40 лет назад, предусматривающей широкие улицы, удобные развязки, Набережные Челны не испытывает транспортных проблем, которые присущи другим городам с таким же населением. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
3. Гостиница «Украина». Москва, Кутузовский проспект, 1955 г. Архитекторы: А.Г. Мордвинов, В.К. Олтаржевский, В.Г. Калиш. Семь высотных зданий Москвы стали смелым экспериментом советских зодчих на базе архитектурной и строительной науки. При этом был получен важный опыт по организации и координации усилий ученых, проектировщиков, строителей, предприятий продукция которых требовалась для комплексного решения уникальных интерьеров, оборудования и меблировки. Фото: © Николай Дубынин
4. Останкинская телебашня. Москва, ул. Академика Королева, 1967 г. Архитекторы: Л.И. Баталов, Д.И. Бурдин, М.А. Шкуд, Л.И. Щипакин; инженеры: Н.В. Никитин, Б.А. Злобин и др. Данное сооружение стоит в ряду значимых экспериментальных проектов в разработке и строительстве которого принимали участие 33 проектные организации (в том числе НИИ), 40 специализированных строительно-монтажных управлений и десятки заводов-изготовителей со своими конструкторскими бюро. Фото: © Николай Дубынин
5. «Многофункциональный жилой комплекс с развитой инфраструктурой и подземной автостоянкой», Москва, ул. Русаковская, вл. 37-39, 2006-2008 гг. Проект выполнен ООО «Дирекция Капитального Строительства». Современное проектирование и строительство многофункциональных и высотных зданий, являющихся уникальными, предусматривает научное сопровождение. Оно включает разработку специальных технических условий, а также мониторинг в процессе эксплуатации, которые выполняются ведущими научно-исследовательскими институтами страны. Фото: © Николай Дубынин

16 Ноября 2010

Похожие статьи
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Технологии и материалы
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Сейчас на главной
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Пресса: Культурный год. Подводим архитектурные итоги — которые...
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.
Каскад форм
Жилой комплекс «Каскад» в Петрозаводске формирует композиционный центр нового микрорайона и отличается повышенной живописностью. Обилие приемов и цвета при всем разнообразии создает гармоничный образ.
Изба и Коллайдер
В Суздале на улице Гастева вот уже скоро год как работает «Коллайдер» – мультимедийное пространство в отреставрированном купеческом доме начала ХХ века. Андрей Бартенев, Дмитрий Разумов и архитектурное бюро Nika Lebedeva Project создали площадку, где диджитал-искусство врывается в традиционную избу через пятиметровый LED-экран, превращая ее в портал между эпохами.
Лепка формы, ракурса и смысла
Для участка в подмосковном коттеджном поселке «Лисичкин лес» бюро Ле Ателье спроектировало дом, который вырос из рельефа, желания сохранить деревья, необходимых планировочных решений, а также поиска экспрессивной формы. Два штукатурных объема брусничного и графитового цвета сплелись в пластическую композицию, которая выглядит эффектно, но уютно, сложно, но не высоколобо.
Стилизация как жанр
Утверждена архитектурная концепция станции «Достоевская». История проекта насчитывает практически 70 лет, за которые он успел побывать в разной стилистике, и сейчас, словно бы описав круг, как кажется, вернулся к истокам – «сталинскому ампиру»? ар-деко? неоклассике? Среди авторов Сергей Кузнецов. Показываем, рассказываем, раздумываем об уместности столь откровенной стилизации.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Гений места как журнал
Наталья Браславская, основатель и издатель издания «…о неразрывной связи архитектуры с окружающим ландшафтом, природой, с экологией и живым миром» – выходящего с 2023 года журнала «Гений места. Genius loci», – рассказывает о своем издании и его последних по времени номерах. Там есть интервью с Александром Скоканом и Борисом Левянтом – и многое другое.
Пресса: В России создают новые культурные полюса
Четыре гигантских культурных центра строятся в разных краях России. Что известно о них в подробностях, кроме открывшегося в прошлом году калининградского филиала Третьяковки? Например, ближайшее открытие для публики — это новый художественный музей в Севастополе. А все архитектурные проекты успели, до известных событий, спроектировать видные иностранные бюро.
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Пресса: Архитектура без будущего: какие здания Россия потеряла...
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Пресса: «Пока не сменится поколение, не видать нам деревянных...
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Лаборатория стихий
На берегу озера Кабан в Казани бюро АФА реализовало проект детского пространства, где игра строится вокруг исследования. Развивая концепцию благоустройства Turenscape, архитекторы превратили территорию у театра Камала в последовательность природных ландшафтов – от «Зарослей» с песком до «Отмели» с ветряками и «Высоких берегов» со скалодромом. Ключевой элемент – вода, которую можно направлять, слушать и чувствовать.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.