Научные основы архитектурного проектирования: внедрение результатов

Статья была опубликована в журнале: «Архитектура и время» №3, 2010 г.

     Внедрение результатов прикладных исследований архитектурной науки в практику проектирования и строительства весьма актуально, но вместе с тем это сложный процесс, который требует специальных подходов. 

     П.Хилл, в своей книге «Методы проектирования, научное обоснование решения» приводит слова Эдисона, которые очень точно отражают практическую сторону данного вопроса: «Общество никогда не бывает готово к тому, чтобы принять какое-то изобретение. Каждая новая вещь встречает сопротивление, и изобретателю требуются годы, чтобы люди начали понимать его, и еще годы, чтобы внедрить это изобретение» [1, с. 10].


     Можно указать три основных фактора, обусловливающих успешное внедрение результатов научных исследований (новшеств) в практику: решение социальных проблем общества;  привлекательность для инвестора; четкое планирование и методическая отработка процесса внедрения. Рассмотрим их более подробно.


     Социальный фактор. Научные разработки приобретают смысл и мотивацию, если их внедрение помогает в решении проблем, которые имеют социальное значение для общества. Например, жилищных, транспортных, энергетических проблем, являющихся наиболее злободневными в настоящее время (рис. 1). В поиске и определении перспективных направлений исследований могут помочь социальные исследования, а также работы по прогнозированию развития архитектуры, как на ближайшие годы, так и на несколько десятилетий. Среди научных институтов, в работе которых прогнозирование уже давно приобрело особую актуальность можно назвать и ЦНИИЭП жилища [2], «Научно-исследовательский институт теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры» и другие.


     Сегодня данная работа продолжена РААСН, так А.П.Кудрявцев отмечает, что «… в числе государственных функций РААСН, определяемых ее Уставом, должны быть: научно-техническое прогнозирование развития приоритетных направлений фундаментальной и прикладной науки, научно-исследовательских разработок; развитие, поддержка и обеспечение фундаментальных и прикладных исследований, научно-исследовательских работ…» [3].


     Так, определенные фундаментальными исследованиями перспективы развития общества, экономики и архитектуры должны формировать направления прикладных исследований, обосновывая уверенность в том, что планируемая работа не будет напрасной.


     Инвестиции. Как известно, без инвестиций исследования и внедрение разработанных новшеств невозможны. Новая идея должна быть рождена или поддержана инвестором. Но, как правило, заказчиком движет желание создать новую продукцию, которая будет востребована и обеспечит экономию или повысит престиж предприятия. Иными словами — сделать «ход», который принесет ему прибыль. Иногда это способствует решению какой-либо социальной проблемы (например, строительство социальных объектов), а иногда и нет (когда происходит вытеснение социальных объектов в пользу строительства коммерческих). Ученый должен учитывать это, и исходя из моральных и этических принципов, своей социальной позиции браться за работу или отклонять ее. В любом случае, чтобы инвестор поддержал идею, нужно иметь положительные ответы на следующие вопросы: соответствует ли она критериям инвестора, есть ли шансы на успех и можно ли ее реализовать при существующем развитии техники за приемлемый промежуток времени [1, с. 61].


     Планируя исследования по какой-либо проблеме, следует учитывать, что они имеют не малую цену и не могут проводиться наугад. Как избежать неоправданных затрат? «Повышение результативности научных исследований прикладного характера достигается обоснованным выбором тематики. В связи с этим следует проводить предварительные технико-экономические обоснования (ТЭО) целесообразности выполнения научных исследований и экспериментальных работ. В ТЭО должны рассматриваться следующие основные вопросы: техническая и экономическая целесообразность решения поставленной задачи; рациональные пути проведения исследований, опытно конструкторских и других работ; намечаемое использование в практике строительства результатов исследований и связанные с этим расходы; гарантируемые в итоге внедрения разработанных новшеств технико-экономические показатели» [4, с. 144].


     Методический подход. Проектирование распространенного типа объекта: жилых, офисных, гостиничных зданий, магазинов и т.п. представляет собой отработанный процесс. Проектировщик, чтобы внести в него изменения, предполагаемые новатором, должен убедиться, что это действительно нужно и полезно сделать. Принятию положительного решения мешает консервативное мышление, а также неудобства и трудности, связанные с реорганизацией уже налаженной работы. Как облегчить их преодоление? Очевидно, что проектировщики смогут быстрее и эффектнее реагировать на предложения ученых, если будут уделять больше внимания науке, знать о ее роли и возможностях и представлять результаты реализации конкретного предложения.


     Особая роль в процессе внедрения научных разработок в практику проектирования и строительства принадлежит эксперименту. Допустим, ученые разработали новый тип здания или каких-либо помещений. Но это не означает, что разработка может быть сразу же без проблем и с положительным результатом осуществлена в массовом строительстве. Внедрение в архитектуре должно происходить поэтапно, на основе эксперимента... Ещё А.К.Буров в своей книге «Об архитектуре» писал: «В авиа- и авто-строении делают не экспериментальные проекты, а экспериментальные модели, являющиеся равнодействующей между современными материалами, технологией и экономикой. А до того, как построить экспериментальную модель, строят макет самолета в натуральную величину, со всеми деталями, проверяют их взаимодействие, удобство, видимость. Проверяют все. Работают над таким макетом иногда год, и только после этого переходят к модели. Мы же редко строим даже макеты квартир в натуральную величину.


     Не будем портить бумагу — не бывает экспериментальных проектов, не опирающихся на экспериментальный завод (на котором можно сделать экспериментальную модель). Не будем ждать чуда от проекта без эксперимента ни в смысле «образа», ни в смысле «экономии»; проект в лучшем случае может сэкономить несколько процентов – строительный метод может удешевить стоимость в несколько раз». [5, с. 105].
Да, сегодня у нас есть компьютерная техника, которая на основе трехмерной графики позволяет строить многочисленные перспективы, делать анимацию, разрезы и т.п. Но картинка, даже очень близкая к реальности, не позволяет полностью ее осознать и оценить. Какая-то граница на этом пути все же остается не преодоленной.


     Стул, какой бы красивый он не был и как бы вы его не осматривали, не стоит покупать не присев на него, не ощутив, соответствует ли эргономика его спинки вашей спине. И автомобиль лучше купить после так называемого «драйв теста», почувствовав как он ведет себя в движении. Так стоит  ли рисковать и вкладывать деньги в здание, не проверив его. Ведь оно стоит значительно дороже стула, автомобиля, любого другого предмета.
Поэтому «Экспериментальное строительство должно стать непременным этапом проверки результатов научных исследований, направленных на изыскание новых и совершенствование существующих решений, применяемых при проектировании и строительстве зданий и сооружений» [4, с. 143].


     Данный метод уже не раз был проверен в нашей стране. Например, ЦНИИЭП жилища строил дома-представители новых серий в различных городах страны, а затем использовал накопленный опыт при экспериментальном проектировании новых городов, строившихся почти с «нуля» и требующих больших масштабов строительства (Тольятти и Набережные Челны — важнейшие стройки девятой пятилетки, рис. 2) [6,.с. 7–8].


     Методика проведения исследований и разработка предложений новых архитектурных решений, их апробация в эксперименте, а потом и в массовом строительстве, способствующая быстрейшему внедрению в производство результатов научных исследований. стала основой типового проектирования. Так были созданы типовые проекты для гражданского строительства в масштабе страны.


     Задачи отработки новшеств на экспериментальных объектах, а также постоянной доработки в процессе серийного производства (повторного строительства) всегда успешно решались комплексными институтами, имеющими в составе научные, проектно-конструкторские и производственные подразделения. Может быть, и в настоящее время наиболее удачная форма, в которой могут существовать научные организации — это «научно-исследовательский и проектный институт». Внутри такого учреждения можно создать хорошие связи между наукой и практикой, обеспечив исследования финансированием, а проектирование — научной базой, и расширить возможности экспериментального строительства. Конечно, исследования не будут такими масштабными,  как при государственной поддержке, но, по крайней мере, это обеспечит их жизнеспособность и даст проектировщикам хорошие перспективы на самые привлекательные заказы. Как отмечает А.П.Кудрявцев: «Целесообразность создания ступенчатой системы в виде единства фундаментальных, прикладных и проектно-экспериментальных исследований… становится все очевиднее» [2].


     В то же время в таких организациях есть возможности за счет существования полноценно действующего научного подразделения не просто иметь, но и соответствовать названию «научно-исследовательский и проектный институт», что, безусловно, обеспечивает повышение имиджа. При этом окупаемость работы отдельного подразделения в данном случае должна рассчитываться не в узких рамках квартала, полугодия, а с учетом перспектив развития всей организации.


     Практика функционирования комплексных научно-исследовательских и проектных институтов доказала, что в целях ускорения разработки документации с внедрением результатов исследований для массового использования в строительстве, следует шире практиковать сотрудничество научных, проектных, конструкторских и производственных организации. Особое внимание следует уделять творческому содружеству научно-исследовательских институтов со строительными организациями и предприятиями строительной индустрии, с учетом строительной специфики смелее идти на создание научно-производственных объединений. Целесообразно расширить в строительных организациях и на предприятиях сеть опорных пунктов научно-исследовательских институтов для проведения исследований и испытаний новых решений в условиях производства и строительства. В этой работе должны принимать участие специалисты-производственники (рис. 3, 4). [4, с. 143]


     В современных экономических условиях далеко не все строительные и проектные организации заботятся о внедрении научных разработок.  В связи с этим для ускорения технического прогресса в строительстве необходимо, с одной стороны, направить деятельность научных организаций на решение актуальных проблем капитального строительства, а с другой — создать условия, которые побуждали бы проектные, строительные организации и предприятия строительной индустрии использовать новейшие разработки отечественных ученых (рис. 5) [4, с. 143]


     Еще одним направлением внедрения результатов прикладных исследований является их учет при разработке нормативных документов, множества общих и специальных технических регламентов [7, с. 5]. Очевидно, что данная работа должна строиться на базе новшеств, которые уже отработаны при внедрении их в практику проектирования и строительства.


     Таким образом, проблемы внедрения результатов научных исследований в практику проектирования и строительства требуют скорейшего решения для обеспечения базы развития отечественной архитектуры. При этом приоритетные шансы на успех имеют научные разработки, решающие социальные задачи, и имеющие четкие технико-экономические обоснования. Непременным условием работы также является проработанный метод внедрения. Важную роль в этом могут сыграть комплексные научно-исследовательские и проектные институты, имеющие базу для прикладных исследований, экспериментального проектирования и строительства, а также взаимосвязи с другими проектными и строительными организациями, имеющие широкие возможности обмена информации, прямой и обратной связи всех звеньев строительного производства от ученого до строителя.

 

Библиография:
1. Хилл П. Методы проектирования, научное обоснование решения: Пер. с англ. Е.Г.Коваленко / Под ред. В.Ф.Венды — М.: Мир, 1973. —.264 с.: ил.
2. Кудрявцев. РААСН: синтез архитектурно-строительной науки и практики, традиций и новаторства. // «ПГС», 2004, № 6.
3. Дубынин Н.В. Архитектурная наука и  практика: архитектурное проектирование. // «Архитектура и время», 2010, № 2. — С. 8–10.
4. Новиков И.Т. Научно-технический прогресс в строительстве. — М.: Стройиздат, 1977. — 199 с.: ил.
5. Буров А.К. Об архитектуре. —  М.: Госстройиздат, 1960. — 147 с.: ил.
6. Рубаненко Б. Наука–эксперимент–практика. // «Архитектура СССР», 1973, № 7. —  С. 2–9.
7. Хайт В.Л. Фундаментальная наука и жилище будущего. // «Жилищное строительство», 2004,  № 10. —  С. 4–5. 

1. Жилище бедных слоев населения во многих странах, в том числе и развитых, требует принципиального пересмотра подходов к его строительству, эксплуатации и принятию мер по повышению архитектурных качеств, что должно стать приоритетной задачей общества, государственной политики и архитектурной науки. Фото: © Николай Дубынин
2. Набережные Челны — город автостроителей. Начало проектирования и строительства 1970 г. ЦНИИЭП жилища, ЦНИИП градостроительства и другие институты. Авторы Б.Р.Рубаненко, В.А.Шквариков, Л.С.Ламанов, Р.Е.Патеев, Ю.П.Бочаров, Л.В.Станишевский, В.В.Анкина, Т.М.Колоярцева и др. Город является примером градостроительного и объемного проектирования на научной основе с учетом перспектив развития и роста населения. Так, сегодня, благодаря грамотной планировке, заложенной около 40 лет назад, предусматривающей широкие улицы, удобные развязки, Набережные Челны не испытывает транспортных проблем, которые присущи другим городам с таким же населением. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
Набережные Челны. Фото: www.nabchelny.ru
3. Гостиница «Украина». Москва, Кутузовский проспект, 1955 г. Архитекторы: А.Г. Мордвинов, В.К. Олтаржевский, В.Г. Калиш. Семь высотных зданий Москвы стали смелым экспериментом советских зодчих на базе архитектурной и строительной науки. При этом был получен важный опыт по организации и координации усилий ученых, проектировщиков, строителей, предприятий продукция которых требовалась для комплексного решения уникальных интерьеров, оборудования и меблировки. Фото: © Николай Дубынин
4. Останкинская телебашня. Москва, ул. Академика Королева, 1967 г. Архитекторы: Л.И. Баталов, Д.И. Бурдин, М.А. Шкуд, Л.И. Щипакин; инженеры: Н.В. Никитин, Б.А. Злобин и др. Данное сооружение стоит в ряду значимых экспериментальных проектов в разработке и строительстве которого принимали участие 33 проектные организации (в том числе НИИ), 40 специализированных строительно-монтажных управлений и десятки заводов-изготовителей со своими конструкторскими бюро. Фото: © Николай Дубынин
5. «Многофункциональный жилой комплекс с развитой инфраструктурой и подземной автостоянкой», Москва, ул. Русаковская, вл. 37-39, 2006-2008 гг. Проект выполнен ООО «Дирекция Капитального Строительства». Современное проектирование и строительство многофункциональных и высотных зданий, являющихся уникальными, предусматривает научное сопровождение. Оно включает разработку специальных технических условий, а также мониторинг в процессе эксплуатации, которые выполняются ведущими научно-исследовательскими институтами страны. Фото: © Николай Дубынин

16 Ноября 2010

Похожие статьи
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Технологии и материалы
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Сейчас на главной
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Теплый берег
Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.
Жизнерадостный декаданс
Ресторан «Машенька», созданный бюро ARCHPOINT, представляет еще один взгляд на интерьерный дизайн, вдохновленный русскими традициями и народными промыслами. Правда, в нем не так много прямых цитат, а больше вольных фантазий в духе «Алисы в стране чудес», благодаря чему гости могут развлечься разгадыванием визуальных шарад.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Приближение таинства
Бюро Ивана Землякова ziarch спроектировало для Новой Москвы небольшой храм для венчаний и крещений, который также включает приходское кафе в духе «Антипы». Автор ясно разделяет мирскую и храмовую части, опираясь на аналоги из архангельских деревень. Постройка дополнит основной храм, перекликаясь с ним схожими материалами в отделке.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Легкая степень брутализма
Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Текстильный подход
Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.
Цветы жизни
Архитектурная мастерская «Константин Щербин и партнеры» разработала мастер-план кампуса Университета имени Лесгафта, который, вероятно, расположится во Всеволожске. Планировочная структура с четким ядром и системой осей напоминает цветочную поляну, в центре которой – учебные корпуса, а ближе к периферии – жилой городок, спортивные объекты и медицинский кластер. В мастер-план заложен зеленый и водный каркас, а также транспортная схема, предполагающая приоритет пешеходов и велосипедистов.