Сердце в Альпах

Райнхольд Месснер, великий альпинист с архитектурным образованием, и его шестой музей – постройка Захи Хадид.

Автор текста:
Елизавета Клепанова

03 Апреля 2017
mainImg
«Мужчины считают, что они покоряют горы. Вон он идет по леднику. Медленно, с опущенной головой. Скользит по мне взглядом, ничего не сознавая. Лицо желтое, губы вздулись, растрескались. Такое впечатление, что вернулась только часть него. Этот самый сильный человек на пределе, выработан до самой души. На него жалко смотреть. Он обессилен до такой степени, что только победа могла дать ему силы вернуться живым» (из дневниковых записей Нены – американской подруги Месснера, сопровождавшей его во время подъема на Эверест). В тот день один из величайших альпинистов в мире, уроженец Южного Тироля Райнхольд Месснер в полном одиночестве, без кислородной маски, с самым простым снаряжением покорил эту гору.
 
Горный музей Месснера – Corones © Werner Huthmacher
Горный музей Месснера – Corones © Inexhibit

Изучая разного рода публикации другие материалы о Месснере, ловишь себя на мысли, что этот человек обладает невероятной харизмой, его можно слушать и читать бесконечно: вот он уже в возрасте с улыбкой, небрежно смахивая волосы с лица, замечает на видео, что горы нужно понимать не разумом, а сердцем. А здесь он снимается в документальном фильме, как всегда веселый и улыбчивый, но вдруг на вопрос журналиста о своем брате, погибшем в одной из сложнейших экспедиций, закрывает лицо руками и даже не плачет – воет.
 
Горный музей Месснера – Corones © Werner Huthmacher

Месснер начал заниматься альпинизмом в 5 лет, и тогда, как он сам признается, для него, родившегося в 1944 в маленькой южнотирольской деревне в окружении величественных гор и с совсем небольшой видимой полосой неба, вдруг открылся бескрайний горизонт. Он получил диплом архитектора в Падуанском университете, но полностью посвятил себя горам, без которых до сих пор не представляет своей жизни. Сегодня, как и много лет назад, Месснер занимается популяризацией альпинизма среди молодежи, ездит по всему миру с лекциями, публикует статьи и пишет книги. На своей родине он совместно с властями провинции Южного Тироля открыл 6 музеев, каждый из которых посвящен определенной теме, связанной с альпинизмом.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

История их создания началась с покупки Райнхольдом Месснером замка Юваль за совершенно смешную, по его словам, сумму в 30 тысяч долларов. Замок требовал реставрации, и Месснер вложил в нее все свои тогдашние сбережения, чтобы поселиться там со своей женой и детьми. Когда дети подросли и потребовалось водить их в школу, супруга Месснера предложила ему переехать в город, а Юваль использовать для отдыха, в качестве летней резиденции. Тогда Месснер решил превратить замок для общедоступный музей, посвященный теме гор как месту тайн и духовности. Сегодня, наряду с другими экспонатами, в определенное время года посетители могут увидеть здесь материалы по горам Кайлаш, Фудзи, Эйерс-Рок, подивиться на драгоценные статуи Будды и гигантское молитвенное колесо. Месснер признается, что был очень приятно удивлен, когда в первый же год работы замка Юваль как музея он не только окупился, но и принес прибыль.
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Расходы на создание остальных пяти музеев были поделены между Месснером и провинцией Южного Тироля с условием, что он сможет без дополнительных субсидий со стороны властей обеспечивать там экспозиции в течении 30 лет, но кажется, что великому альпинисту не о чем беспокоиться: ведь шесть его музеев принадлежат к числу наиболее посещаемых достопримечательностей в Зюдтироле.
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Когда знаменитый человек развивает яркий, амбициозный проект, на него, и на его детище, как правило, обрушивается волна критики. Местное, южнотирольское население обвинило Месснера в создании мавзолеев имени себя и окрестило музеи Диснейлендом, портящим культурный пейзаж Зюдтироля. Такая негативная реакция как на родине, так и в международной прессе явно волнует альпиниста, и в одной из своих книг он даже отводит несколько страниц критике в свой адрес, впрочем, отвечая на нее предельно коротко: «Что можно сказать на это? Разве я надеялся на понимание? И да, и нет.»
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Архитектора последнего из шести музеев – здания на высоте 2 275 метров над уровнем моря, на вершине горы Кронплатц, коллекция которого посвящена более чем 250-летней истории альпинизма, всю ее профессиональную карьеру критиковали не меньше, чем Месснера, но, тем не менее, она вошла в историю мировой архитектуры и изменила ее навсегда. Заха Хадид, единственная иностранка среди проектировщиков музеи Месснера, победила в закрытом конкурсе, организованном великим альпинистом совместно с провинцией Южного Тироля, и создала здание, от которого захватывает дух.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

К подножию горы Кронплатц можно подняться пешком примерно за два часа, либо доехать туда на машине, а затем пройти от парковки до подъемника, который доставляет до вершины горы – к музею. Большинство приезжает сюда зимой для катания на горных лыжах или же летом для езды на горном велосипеде и занятий спортивной ходьбой, и каждый турист обязательно заходит в музей. Основным спонсором строительства стала компания Skirama, которая является владельцем местной лыжной инфраструктуры, но за все ежедневные расходы по содержанию музея Месснер по-прежнему отвечает сам. В бюро Захи Хадид непростой участок проектирования восприняли с большим энтузиазмом, а Патрик Шумахер даже подчеркнул в одном из интервью: «Нам нравится работать в экстремальных условиях. Такие возможности выпадают нечасто». В процессе проектирования музея архитекторы отталкивались от образа южнотирольских замков, доминирующих над окружающим ландшафтом, одновременно развивая тему театральности и драматизма в интерьере, большая часть которого находится под землей.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

В проекте музея на горе Кронплатц бюро Захи Хадид, как и всегда в своей практике, не следовало традиционным нормам пропорций и симметрии – поэтому Месснер сначала, как он сам признается, даже беспокоился о размещении экспонатов на таких неровных поверхностях. Посетитель, проходя через вход из необработанного бетона, сразу попадает на подобие неровной дороги, пересекающей все здание и ведущей к балконам с панорамными видами гор. По стенам то тут то там написаны фразы, связанные с альпинизмом, причем на трех языках: немецком, итальянском и ладинском. Как известно, в Южном Тироле два официальных языка, итальянский и немецкий, но часть населения продолжает говорить на ладинском, впрочем, вполне понятном для людей, знающих итальянский. В одной из своих книг Месснер, описывая свою ночевку на Эвересте, рассказывает: «Оборачиваюсь. Убеждаюсь, что я один. Говорю сейчас по-итальянски, хотя мой родной язык немецкий.» На вопросы о том, во славу какой страны он покоряет горы, альпинист отвечает: «Я сам для себя родина, а мое знамя – носовой платок».
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Консольные балконы и панорамные окна – это самое большое эмоциональное переживание в музее, который архитекторы, как режиссеры, спланировали в мельчайших деталях, чтобы посетители могли почувствовать, что ощущают альпинисты, находясь на вершине горы. Все стекла с внешней стороны сделаны зеркальными, и, если вы выйдете на балкон, то увидите в окнах отражения гор и бесконечное небо. Каждый из трех балконов обращен к вершинам, важным для Райнхольда Месснера и связанным с его детством и личными достижениями. В интерьере много потрясающе красивых и продуманных элементов «от Хадид» с характерными для ее построек деталировкой швов, завершением перил, обработкой ступеней.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

В планах Месснера было совместить торжественное открытие музея со своим 70-летием, но строительные работы продолжались еще год после юбилея. Задержка объяснялась сложными условиями: зимней температурой, которая опускалась до –20 градусов по Цельсию, отсутствием асфальтированной дороги к вершине, сильными ветрами – и так далее. Строили так: сначала сняли слой камней и земли, не врезаясь в скалу, затем отлили здание из бетона на месте, а затем укрепили его со всех сторон извлеченным ранее грунтом. В результате, температура в музее всегда остается на одном и том же уровне, а визуально он прекрасно вписан в среду, напоминая со стороны абрис горы с стекающими по ней потоками воды. Многие архитектурные СМИ, впрочем, сравнивают здание с короной, подчеркивая связь формы и названия вершины, на которой оно расположено – Кронплатц.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Каждый из музеев Месснера лучше увидеть лично – и даже не один, а много раз. Сам выдающийся альпинист рассказывает, что ему каждый день звонят несколько желающих с предложением построить еще один музей, но он всегда отвечает отказом, так как поставил точку в своей архитектурной истории альпинизма, показав в последнем здании, что горы могут быть спокойными, неагрессивными и располагающими к глубоким размышлениям. Месснер, описывая музей на вершине Кронплатц, цитирует Уильяма Блейка: «Великие вещи случаются, когда встречаются человек и горы. Они не произойдут в уличной сутолоке.»
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Подруга Месснера Нена в своем дневнике продолжила описание того, что происходило с ним после покорения Эвереста: «Когда мы подходим к палатке и все опасности позади, Райнхольд опять падает. Да, он был на вершине, и люди снова будут говорить, что он покорил самую могучую гору земли. Да, он добился успеха, достиг своей цели – но еще большего успеха добилась гора. Она взяла свою цену от этого человека.»
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный Музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова


03 Апреля 2017

Автор текста:

Елизавета Клепанова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Сейчас на главной
Деревянный рай
Один из кварталов в составе крупного и очень передового по многим параметрам района Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства нового муниципалитета по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе. Сохраняется только один корпус 1965 года, который будет служить «входным порталом» нового комплекса.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».