Сердце в Альпах

Райнхольд Месснер, великий альпинист с архитектурным образованием, и его шестой музей – постройка Захи Хадид.

mainImg
«Мужчины считают, что они покоряют горы. Вон он идет по леднику. Медленно, с опущенной головой. Скользит по мне взглядом, ничего не сознавая. Лицо желтое, губы вздулись, растрескались. Такое впечатление, что вернулась только часть него. Этот самый сильный человек на пределе, выработан до самой души. На него жалко смотреть. Он обессилен до такой степени, что только победа могла дать ему силы вернуться живым» (из дневниковых записей Нены – американской подруги Месснера, сопровождавшей его во время подъема на Эверест). В тот день один из величайших альпинистов в мире, уроженец Южного Тироля Райнхольд Месснер в полном одиночестве, без кислородной маски, с самым простым снаряжением покорил эту гору.
 
Горный музей Месснера – Corones © Werner Huthmacher
Горный музей Месснера – Corones © Inexhibit

Изучая разного рода публикации другие материалы о Месснере, ловишь себя на мысли, что этот человек обладает невероятной харизмой, его можно слушать и читать бесконечно: вот он уже в возрасте с улыбкой, небрежно смахивая волосы с лица, замечает на видео, что горы нужно понимать не разумом, а сердцем. А здесь он снимается в документальном фильме, как всегда веселый и улыбчивый, но вдруг на вопрос журналиста о своем брате, погибшем в одной из сложнейших экспедиций, закрывает лицо руками и даже не плачет – воет.
 
Горный музей Месснера – Corones © Werner Huthmacher

Месснер начал заниматься альпинизмом в 5 лет, и тогда, как он сам признается, для него, родившегося в 1944 в маленькой южнотирольской деревне в окружении величественных гор и с совсем небольшой видимой полосой неба, вдруг открылся бескрайний горизонт. Он получил диплом архитектора в Падуанском университете, но полностью посвятил себя горам, без которых до сих пор не представляет своей жизни. Сегодня, как и много лет назад, Месснер занимается популяризацией альпинизма среди молодежи, ездит по всему миру с лекциями, публикует статьи и пишет книги. На своей родине он совместно с властями провинции Южного Тироля открыл 6 музеев, каждый из которых посвящен определенной теме, связанной с альпинизмом.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

История их создания началась с покупки Райнхольдом Месснером замка Юваль за совершенно смешную, по его словам, сумму в 30 тысяч долларов. Замок требовал реставрации, и Месснер вложил в нее все свои тогдашние сбережения, чтобы поселиться там со своей женой и детьми. Когда дети подросли и потребовалось водить их в школу, супруга Месснера предложила ему переехать в город, а Юваль использовать для отдыха, в качестве летней резиденции. Тогда Месснер решил превратить замок для общедоступный музей, посвященный теме гор как месту тайн и духовности. Сегодня, наряду с другими экспонатами, в определенное время года посетители могут увидеть здесь материалы по горам Кайлаш, Фудзи, Эйерс-Рок, подивиться на драгоценные статуи Будды и гигантское молитвенное колесо. Месснер признается, что был очень приятно удивлен, когда в первый же год работы замка Юваль как музея он не только окупился, но и принес прибыль.
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Расходы на создание остальных пяти музеев были поделены между Месснером и провинцией Южного Тироля с условием, что он сможет без дополнительных субсидий со стороны властей обеспечивать там экспозиции в течении 30 лет, но кажется, что великому альпинисту не о чем беспокоиться: ведь шесть его музеев принадлежат к числу наиболее посещаемых достопримечательностей в Зюдтироле.
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Когда знаменитый человек развивает яркий, амбициозный проект, на него, и на его детище, как правило, обрушивается волна критики. Местное, южнотирольское население обвинило Месснера в создании мавзолеев имени себя и окрестило музеи Диснейлендом, портящим культурный пейзаж Зюдтироля. Такая негативная реакция как на родине, так и в международной прессе явно волнует альпиниста, и в одной из своих книг он даже отводит несколько страниц критике в свой адрес, впрочем, отвечая на нее предельно коротко: «Что можно сказать на это? Разве я надеялся на понимание? И да, и нет.»
 
Горный музей Месснера – Corones. Окружение © Елизавета Клепанова

Архитектора последнего из шести музеев – здания на высоте 2 275 метров над уровнем моря, на вершине горы Кронплатц, коллекция которого посвящена более чем 250-летней истории альпинизма, всю ее профессиональную карьеру критиковали не меньше, чем Месснера, но, тем не менее, она вошла в историю мировой архитектуры и изменила ее навсегда. Заха Хадид, единственная иностранка среди проектировщиков музеи Месснера, победила в закрытом конкурсе, организованном великим альпинистом совместно с провинцией Южного Тироля, и создала здание, от которого захватывает дух.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

К подножию горы Кронплатц можно подняться пешком примерно за два часа, либо доехать туда на машине, а затем пройти от парковки до подъемника, который доставляет до вершины горы – к музею. Большинство приезжает сюда зимой для катания на горных лыжах или же летом для езды на горном велосипеде и занятий спортивной ходьбой, и каждый турист обязательно заходит в музей. Основным спонсором строительства стала компания Skirama, которая является владельцем местной лыжной инфраструктуры, но за все ежедневные расходы по содержанию музея Месснер по-прежнему отвечает сам. В бюро Захи Хадид непростой участок проектирования восприняли с большим энтузиазмом, а Патрик Шумахер даже подчеркнул в одном из интервью: «Нам нравится работать в экстремальных условиях. Такие возможности выпадают нечасто». В процессе проектирования музея архитекторы отталкивались от образа южнотирольских замков, доминирующих над окружающим ландшафтом, одновременно развивая тему театральности и драматизма в интерьере, большая часть которого находится под землей.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

В проекте музея на горе Кронплатц бюро Захи Хадид, как и всегда в своей практике, не следовало традиционным нормам пропорций и симметрии – поэтому Месснер сначала, как он сам признается, даже беспокоился о размещении экспонатов на таких неровных поверхностях. Посетитель, проходя через вход из необработанного бетона, сразу попадает на подобие неровной дороги, пересекающей все здание и ведущей к балконам с панорамными видами гор. По стенам то тут то там написаны фразы, связанные с альпинизмом, причем на трех языках: немецком, итальянском и ладинском. Как известно, в Южном Тироле два официальных языка, итальянский и немецкий, но часть населения продолжает говорить на ладинском, впрочем, вполне понятном для людей, знающих итальянский. В одной из своих книг Месснер, описывая свою ночевку на Эвересте, рассказывает: «Оборачиваюсь. Убеждаюсь, что я один. Говорю сейчас по-итальянски, хотя мой родной язык немецкий.» На вопросы о том, во славу какой страны он покоряет горы, альпинист отвечает: «Я сам для себя родина, а мое знамя – носовой платок».
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Консольные балконы и панорамные окна – это самое большое эмоциональное переживание в музее, который архитекторы, как режиссеры, спланировали в мельчайших деталях, чтобы посетители могли почувствовать, что ощущают альпинисты, находясь на вершине горы. Все стекла с внешней стороны сделаны зеркальными, и, если вы выйдете на балкон, то увидите в окнах отражения гор и бесконечное небо. Каждый из трех балконов обращен к вершинам, важным для Райнхольда Месснера и связанным с его детством и личными достижениями. В интерьере много потрясающе красивых и продуманных элементов «от Хадид» с характерными для ее построек деталировкой швов, завершением перил, обработкой ступеней.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

В планах Месснера было совместить торжественное открытие музея со своим 70-летием, но строительные работы продолжались еще год после юбилея. Задержка объяснялась сложными условиями: зимней температурой, которая опускалась до –20 градусов по Цельсию, отсутствием асфальтированной дороги к вершине, сильными ветрами – и так далее. Строили так: сначала сняли слой камней и земли, не врезаясь в скалу, затем отлили здание из бетона на месте, а затем укрепили его со всех сторон извлеченным ранее грунтом. В результате, температура в музее всегда остается на одном и том же уровне, а визуально он прекрасно вписан в среду, напоминая со стороны абрис горы с стекающими по ней потоками воды. Многие архитектурные СМИ, впрочем, сравнивают здание с короной, подчеркивая связь формы и названия вершины, на которой оно расположено – Кронплатц.
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Каждый из музеев Месснера лучше увидеть лично – и даже не один, а много раз. Сам выдающийся альпинист рассказывает, что ему каждый день звонят несколько желающих с предложением построить еще один музей, но он всегда отвечает отказом, так как поставил точку в своей архитектурной истории альпинизма, показав в последнем здании, что горы могут быть спокойными, неагрессивными и располагающими к глубоким размышлениям. Месснер, описывая музей на вершине Кронплатц, цитирует Уильяма Блейка: «Великие вещи случаются, когда встречаются человек и горы. Они не произойдут в уличной сутолоке.»
 
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

Подруга Месснера Нена в своем дневнике продолжила описание того, что происходило с ним после покорения Эвереста: «Когда мы подходим к палатке и все опасности позади, Райнхольд опять падает. Да, он был на вершине, и люди снова будут говорить, что он покорил самую могучую гору земли. Да, он добился успеха, достиг своей цели – но еще большего успеха добилась гора. Она взяла свою цену от этого человека.»
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный Музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова
Горный музей Месснера – Corones © Елизавета Клепанова

03 Апреля 2017

Похожие статьи
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Трое и башня
Офисный центр Neuer Kanzlerplatz, построенный в Бонне по проекту бюро JSWD, улучшает связанность городской ткани и интригует объемными фасадами из архитектурного бетона.
Вертикальный «парк»
Бывшая фабрика электроники в Шэньчжэне превращена по проекту JC DESIGN в многоярусное общественное пространство и офисы для «креативных индустрий».
В центре – пустота
В Лондоне открывается очередной летний павильон галереи «Серпентайн». В этом году южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies сместили фокус внимания с сооружения на свободное пространство вокруг и внутри него.
«Почвенная» архитектура
Медицинский центр в Провансе – землебитное сооружение без дополнительного каркаса: материал для него «добыли» непосредственно на стройплощадке. Авторы проекта – бюро Combas.
Серийный подход
Бюро AIM Architecture превратило четыре нефтехранилища бывшей промзоны на востоке Китая в общественные пространства.
На девятом облаке
В китайском мегаполисе Шицзячжуан началось строительство спортивного центра Cloud 9 по проекту MAD Architects. Чтобы максимально усилить сходство здания с облаком, его планируют обернуть полупрозрачной мембраной.
Новые ворота на 432 «гейта»
Архитекторы Coop Himmelb(l)au представили масштабный проект расширения дубайского аэропорта Аль-Мактум. Строительство планируется начать уже в этом году.
Купол-библиотека
Концептуальная библиотека в уезде Лунъю на востоке Китая задумана авторами, HCCH Studio, как эксперимент по соединению традиционных методов строительства и современных форм.
Точка опоры
Архитекторы АБ «Остоженка» спроектировали, практически на бровке склона над Окой в Нижнем Новгороде, две удивительные башни. Они стоят на кортеновых «ногах» 10-метровой высоты, с каждого этажа раскрывают панорамы на реку и на город; все общественные пространства, включая коридоры, получают естественный свет. Тут масса решений, нетиповых для жилой рутины нашего времени. Между тем, хотя они и восходят к типологическим поискам семидесятых, все переосмыслены в современном ключе. Восхищаемся Veren Group как заказчиком – только так и надо делать «уникальный продукт» – и рассказываем, как именно устроены башни.
Кристалл смотрит на вас
Прямо сейчас в Музее архитектуры началась Ночь музеев. Ее самая свежая новинка – «Кристалл представления» – объект Сергея Кузнецова, Ивана Грекова и компании КРОСТ, установленный во дворе. Он переливается светом, поет, он способен реагировать на приближение человека, и кто еще знает, на что еще.
Диалог культур на острове
Этим летом стартует бронирование номеров в спроектированной BIG гостинице сети NOT A HOTEL на острове Сагисима во Внутреннем Японском море. Строительство отеля должно начаться чуть позже.
Новая жизнь гиганта
Zaha Hadid Architects выиграли конкурс на разработку проекта нового паромного терминала в Риге. Под него реконструируют старый портовый склад.
Три глыбы
Конкурс на проект музеев современного искусства и естественной истории, а также Парка искусства и культуры в Подгорице выиграла команда во главе с бюро a-fact.
Переплетение учебы и жизни
Кампус Китайской академии искусства в Лянчжу по проекту пекинского бюро FCJZ рассчитан на творческое взаимодействие студентов с архитектурой.
Тайный британец
Дом называется «Маленькая Франция». Его композиция – петербургская, с дворцовым парадным двором. Декор на грани египетских лотосов, акротериев неогрек и шестеренок тридцатых годов; уступчатые простенки готические, силуэт центральной части британский. Довольно интересно рассматривать его детали, делая попытки понять, какому направлению они все же принадлежат. Но в контекст 20 линии Васильевского острова дом вписался «как влитой», его протяженные крылья неплохо держат фасадный фронт.
Сама скромность
Общественный центр по проекту Graal Architecture в коммуне Бейн недалеко от Парижа идеально вписан в холмистый ландшафт.
Семейное сходство
Бюро CoBe Architecture et Paysage разработало планировку сектора E Олимпийской деревни-2024 в пригороде Парижа и в качестве визуального и конструктивного ориентиров для партнеров реализовало здесь три жилых корпуса.
Среди дюн и кораллов
Гостиинца Ummahat 9-3 построена по проекту Кэнго Кумы на одноименном острове, принадлежащем Саудовской Аравии, в Красном море. Составляющие ее виллы мимикрируют под песчаные дюны и коралловые рифы.
Технологии и материалы
Городские швы и архитектурный фастфуд
Вышел очередной эпизод GMKTalks in the Show – ютуб-проекта о российском девелопменте. В «Архитительном выпуске» разбираются, кто главный: архитектор или застройщик, говорят о работе с историческим контекстом, формировании идентичности города или, наоборот, нарушении этой идентичности.
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Art Vinyl Click: модульные ПВХ-покрытия от Tarkett
Art Vinyl Click – популярный продукт компании Tarkett, являющейся мировым лидером в производстве финишных напольных покрытий. Его отличают быстрота укладки, надежность в эксплуатации и множество вариантов текстур под натуральные материалы. Подробнее о возможностях Art Vinyl Click – в нашем материале.
Кирпичное ателье Faber Jar: российское производство с...
Уход европейских брендов поставил многие строительные объекты в затруднительное положение – задержка поставок и значительное удорожание. Заменить эксклюзивные клинкерные материалы и кирпич ручной формовки без потери в качестве получилось у кирпичного ателье Faber Jar. ГК «Керма» выпускает не только стандартные позиции лицевого кирпича, но и участвует в разработке сложных авторских проектов.
Systeme Electric: «Технологическое партнерство – объединяем...
В Москве прошел Инновационный Саммит 2024, организованный российской компанией «Систэм Электрик», производителем комплексных решений в области распределения электроэнергии и автоматизации. О компании и новейших продуктах, представленных в рамках форума – в нашем материале.
Новая версия ар-деко
Жилой комплекс «GloraX Premium Белорусская» строится в Беговом районе Москвы, в нескольких шагах от главной улицы города. В ближайшем доступе – множество зданий в духе сталинского ампира. Соседство с застройкой середины прошлого века определило фасадное решение: облицовка выполнена из бежевого лицевого кирпича завода «КС Керамик» из Кирово-Чепецка. Цвет и текстура материала разработаны индивидуально, с участием архитекторов и заказчика.
KERAMA MARAZZI презентовала коллекцию VENEZIA
Главным событием завершившейся выставки KERAMA MARAZZI EXPO стала презентация новой коллекции 2024 года. Это своеобразное признание в любви к несравненной Венеции, которая послужила вдохновением для новинок во всех ключевых направлениях ассортимента. Керамические материалы, решения для ванной комнаты, а также фирменные обои помогают создать интерьер мечты с венецианским настроением.
Российские модульные технологии для всесезонных...
Технопарк «Айра» представил проект крытых игровых комплексов на основе собственной разработки – универсальных модульных конструкций, которые позволяют сделать детские площадки комфортными в любой сезон. О том, как функционируют и из чего выполняются такие комплексы, рассказывает председатель совета директоров технопарка «Айра» Юрий Берестов.
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
Сейчас на главной
Трилистник инноваций
В Пекине готов Международный центр инноваций «Чжунгуаньцунь» (ZGC), спроектированный MAD Architects. В апреле здесь уже провели престижный технологический форум.
Олива в кубе
Офис продаж жилого комплекса Moments транслирует покупателям заложенные проектом ценности. Близость природы, красота смены сезонов, изящество архитектурных решений интерпретированы через прозрачный куб, внутри которого растет оливковое дерево. В дальнейшем здание сменит функцию и станет частью входной группы общеобразовательной школы.
Город палимпсест
Довольно интересно рассматривать известные проекты в процессе их жизни. «Городу набережных» Максима Атаянца сейчас – 15 лет от замысла и 9 лет от завершения строительства. Заехали посмотреть: к качеству много вопросов, но, что интересно – архитектурные решения по-прежнему неплохо «держат» комплекс. Смотрите картинки.
Журавли и фонарики
В казанском ресторане Ichi-Go-Ichi-E команда Ideologist создавала азиатский интерьер без привязки к определенной стране или эпохе. Набор визуальных кодов включает отсылки к Японии 1980-х, ночному Гонконгу и футуристичному Сингапуру.
Деревья и арки
В условиях дефицита площади спорткомплекс Шаосинского университета вместил на разных уровнях серию игровых полей и площадок, общественные пространства и даже деревья.
Радиоволна
Бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» подготовило концепцию приспособления к современному использованию Дома Радио – официальной резиденции Теодора Курентзиса в Петербурге. Проект подчеркнет исторические слои пространств и привнесет новое звучание, связанное с более совершенным техническим оснащением залов.
Жалюзи для льда
В Домодедово по проекту мастерской Юрия Виссарионова построена ледовая арена. Чтобы протяженный фасад, обусловленный техническими характеристиками сооружения для зимних видов спорта, не выглядел однообразным, архитекторы предложили использовать навесные конструкции с разнонаправленными ламелями. Таким образом лед защищается от солнечных лучей, а стена приобретает фактурность и детализацию.
Яхты-лайнеры
Максим Рымарь построил для футбольной команды Сергея Галицкого, с которым работает уже давно, спортивно-оздоровительный комплекс в окрестностях Краснодара. Типология отеля-лайнера, растущего лентами террас на берегу озера – яркое и емкое пластическое высказывание. В плане как три эллиптических лепестка, нанизанных на продольную ось.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Закулисная история
В Грозном по проекту Alexey Podkidyshev studio преобразился Театр юного зрителя. Авторы не только разделили исторические объемы и более поздние пристройки, но и превратили невзрачный объект в востребованное общественное пространство.
Место силлы
В Петропавловске-Камчатском прошел конкурс на создание общественно-культурного центра. В финал вышли три бюро, о работе каждого мы считаем важным рассказать. Начнем с победителя – консорциума во главе с Wowhaus.
Памяти Марии Зубовой
Мария Зубова преподавала историю искусства и архитектуры нескольким поколениям студентов МАРХИ. Художник, иконописец, искусствовед, автор учебников, книги о графике Матисса, инициатор переиздания книг Василия Зубова по истории и теории архитектуры, реставрации и христианской философии.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Маршрут на выбор
После реновации парк культуры и отдыха Белорецка предлагает посетителям больше сценариев для досуга: на его территории появились экотропа, лестница со смотровой площадкой, музей в водонапорной башне и другие объекты.
Кампус за день
Кто-то в теремочке живет? Рассказываем о том, чем занимались участники хакатона Института Генплана на стенде МКА на Арх Москве. Кто выиграл приз и почему, и что можно сделать с территорией маленького вуза на краю Москвы.
Не-стирание. Памяти Николая Лызлова
Николай Лызлов умер три дня назад, 7 июня. Вспоминаем его архитектуру, старые и новые проекты, построенное и не построенное, принципы и метод, отношение к среде и контексту. Светлая память. Прощание завтра в ЦДА.
Пресса: Город, сделанный из древнерусского
Суздаль: совместное предприятие интеллигенции и власти. Рассказ о Суздале принято начинать, продолжать и заканчивать описанием его средневекового наследия. Слов нет, оно величественно. Три памятника в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО говорят сами за себя. Однако исключительность города все же не в них.
Игра в «Тезисы»
Спецпроект АРХ Москвы «Тезисы» в 2024 году – результат и демонстрация профессиональной игры, которая создает условия для рефлексии. По мнению кураторов, времени на нее в современном мире ни у кого не хватает, при этом рефлексия – необходимое условие для роста архитектора. Объясняем правила и пытаемся распутать ход мыслей участников.
Трое и башня
Офисный центр Neuer Kanzlerplatz, построенный в Бонне по проекту бюро JSWD, улучшает связанность городской ткани и интригует объемными фасадами из архитектурного бетона.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Вертикальный «парк»
Бывшая фабрика электроники в Шэньчжэне превращена по проекту JC DESIGN в многоярусное общественное пространство и офисы для «креативных индустрий».
Зубцами к Неве
Градсовет Петербурга рассмотрел проект жилого комплекса на Матисовом острове, предложенный бюро Intercolumnium. Эксперты отметили ряд проблем, которые касаются композиции, фасадов и сценария жизни в окружении промышленных предприятий.
В центре – пустота
В Лондоне открывается очередной летний павильон галереи «Серпентайн». В этом году южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies сместили фокус внимания с сооружения на свободное пространство вокруг и внутри него.