Стеклянное копье в фашистской архитектуре

Архивно-документационный центр Гюнтера Доменига в нюрнбергском Зале съездов Национал-социалистической партии.

mainImg
11 сентября 1935 года в Нюрнберге на берегу озера Дутцендтайх Адольф Гитлер на глазах у шести тысяч собравшихся заложил первый камень в основание Зала съездов. Это монументальное здание, которое сам Гитлер называл «колоссом», должно было вмещать 50 тысяч человек во время съездов НСДАП и других массовых собраний. Проекту, однако, не было суждено завершиться: строительство остановили, когда зал был готов чуть более, чем наполовину.
 
zooming
Зал съездов в Нюрнберге. Фото: Nicohofmann via Wikimedia Commons
zooming
Закладка первого камня Зала съездов в 1935. Фото: Bundesarchiv, Bild 183-2004-0312-505 / CC-BY-SA

Самая масштабная из сохранившихся постройка Третьего рейха действительно достигла колоссальных размеров: 275 х 265 метров с внутреннем двором 180 х 160 метров. Первые этапы проекта были выполнены архитектором Людвигом Руффом, а когда в 1934 году его не стало, руководство проектом принял его сын – Франц Руфф.
 
Людвиг Руфф. Проект Зала съездов в Нюрнберге. Изображение дано по книге: Täubrich Ch.H. Faszination und Gewalt. Nürnberg, 2006.

Для того, чтобы подчеркнуть размах проходящих в зале съездов, Людвиг Руфф после консультаций с Гитлером разработал концепцию, основанную на приемах театральной архитектуры. Решение фасада напоминало о Колизее в Риме, только, пожалуй, здесь сильнее проявился архитектурный язык власти. Гладкая гранитная облицовка, ряды «слепых» окон (сегодня они остеклены), аркады – все эти элементы должны были показать мощь Национал-социалистической партии. Гранит, кстати, Гитлер лично выбирал из каталогов, предоставленных студией Руффа, и камень был доставлен из 80 областей Германии.
 
zooming
Зал съездов в Нюрнберге. Фото: Tobias Bär via Wikimedia Commons

Изначально стоимость строительства оценивалась в 42 миллиона рейхсмарок, но в 1935 году планируемый бюджет достиг 60–70 миллионов. Однако затраты продолжали расти, и, в результате, только «оболочка» здания обошлась в более чем 70 миллионов. На строительстве были заняты 1 400 рабочих. Компании, работавшие над реализацией проекта, обязаны были привлекать людей со всех концов Германии для создания дополнительных рабочих мест.
Зал съездов в Нюрнберге. Фото: Sven Teschke, Büdingen via Wikimedia Commons
 


Для того, чтобы проверить визуальное впечатление от этого монументального здания, некоторые его части были выполнены в виде макетов масштаба 1:1. Так, к примеру, в 1937 была сооружена огромная деревянная модель секции фасада; она простояла на строительной площадке до начала войны.
 
Во время войны в результате многочисленных бомбардировок, которым подвергся Нюрнберг, недостроенное здание было значительно разрушено. В 1943–1944 большинство проемов там была заложено кирпичом, а часть помещений использовалась как склад вооружения. Огромные пространства были отведены «Машиностроительной фабрике Аугсбург-Нюрнберг» (ныне известной как MAN) с 900 рабочими. В 2 больших залах первого этажа устроили госпиталь.
 
После 1945 года Зал съездов перешел в собственность городских властей и получил название «Круглое выставочное здание», так как именовать его «Зал съездов» стало не политкорректным. В 1949 там прошла Немецкая строительная выставка, организованная комитетом по реконструкции Нюрнберга, чтобы восстановить репутацию города, пострадавшую от его тесной связи с нацистским режимом. Рассматривались варианты возможного нового использования экс-Зала съездов – в качестве футбольного стадиона, выставочного центра, кинотеатра, дома престарелых. Но все эти идеи ни к чему не привели, так как не учитывали огромный масштаб здания и потенциальные затраты на его реконструкцию и эксплуатацию. Так что в 1969 властями города было решено оставить все, как есть, и прагматично сдавать часть помещений в аренду частным компаниям. В 1987 возникла новая идея – превратить зал в торговый центр, но она была немедленно отклонена Баварским агентством по охране наследия, так как «…проект не отвечал особенностям характера монумента». Дискуссии продолжались до 1998, когда Департамент культуры организовал симпозиум «Наследие: как поступать с нацистской архитектурой», где было решено, что она должна быть использована «обыденно», но при этом снабжаться полной информацией о ее прошлом и так служить образовательным материалом для будущих поколений.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Проект Архивно-документационного центра в Зале съездов. Изображение дано по книге: Täubrich Ch.H. Faszination und Gewalt. Nürnberg, 2006.

Так что в том же 1998 году городским музейным объединением и властями Нюрнберга был объявлен конкурс на проект реконструкции северного крыла Зала съездов под Центр архивной документации нацистской партии. В задание входила не только собственно разработка проекта, но и решение вопроса о том, как обойтись с нацистской архитектурой и ее «духом». Победил в конкурсе австрийский архитектор Гюнтер Домениг, профессор архитектуры из Граца.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Проект Архивно-документационного центра в Зале съездов. Изображение дано по книге: Täubrich Ch.H. Faszination und Gewalt. Nürnberg, 2006.

Он сам ребенком столкнулся с нацистским режимом, поэтому задача для него была необычной и чрезвычайно сложной. Домениг писал: «Музей архивной документации нацистской партии – мемориал в полном смысле этого слова. Элементарное здание невероятным образом демонстрирует свою мощь. Выставочные залы музея архивной документации… непосредственно показывают фашистскую архитектуру. Важным и постоянным элементом такой архитектуры является ее симметричность. Нет ни одного, даже малейшего элемента в залах, который бы не демонстрировал идеологию. Так что разрушить эту историческую ось и таким образом обойтись с прошлым кажется мне очевидным решением. Я столкнул существующую симметрию и стоящую за ней идеологию с новыми линиями. Для того, чтобы побороть тяжеловесность бетона, кирпича и гранита, я обратился к более легким материалам: стеклу, стали и алюминию. Исторические же стены остались без изменений и нигде не тронуты новым проектом».
 
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Museen der Stadt Nürnberg/Marcus Buck. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Позиция Гюнтера Доменига особенно ярко проявилась в северо-западном углу здания. Гранитный фасад был аккуратно «раскрыт» снизу доверху, чтобы создать главный вход в музей. Лестница ведет в зону, где находятся вестибюль, офисы, стеклянные лифты, кафе, кино- и лекционный зал, а затем продолжается до уровня моста, идущего к экспозициям архивного центра.
 
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Gerd Dollhopf. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Реализация проекта стала сложной задачей не только для архитектора, но и для всех вовлеченных в реконструкцию специалистов. В ходе проектирования стало ясно, что в документах по Залу съездов указаны неверные размеры, и все помещения пришлось измерять заново. Все работы по малейшим изменениям в конструкции приходилось выполнять с чрезвычайной осторожностью из-за хрупкости материалов.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Museen der Stadt Nürnberg. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Самым значительным новым элементом, предложенным Доменигом, стал стеклянный «разрез» – коридор шириной 2 метра и длиной 130 метров, идущий по диагонали через северное крыло. В конце осмотра экспозиции посетители приходят к началу этого коридора, и им открывается вид во внутренний двор: с этой точки зрения огромное здание больше похоже на груду кирпичей. По пути назад, в вестибюль, посетители движутся все по тому же коридору; при этом им открываются необычные перспективы на Зал съездов.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Helmut Meyer zur Capellen. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Архитектору удалось, за исключением небольших (и необходимых) технических усовершенствований, практически нигде не затронуть существующую структуру постройки. Домениг признавался, что ни в коем случае не хотел притрагиваться к архитектуре с таким страшным прошлым и, тем более, каким-либо образом завершать ее.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Stefan Meyer. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Постоянная экспозиция архивного центра называется «Очарование и ужас» и рассказывает о страшных временах и чудовищных деяниях нацистов. Здесь представлены разнообразные документы, фото- и видео-материалы, раскрывающие в деталях события тех лет. Выставка сделана максимально интерактивной, чтобы быть понятной и туристам из-за рубежа, не знающим немецкого языка.
 
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Stefan Meyer. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

Во внутреннем дворе архивно-документационного центра устроена парковка для автомобилей, а не используемая музеем часть Зала съездов отдана под гараж немецкого аналога МЧС. Зал съездов до сих пор поражает своим масштабом даже в своем нынешнем, сильно обветшавшем виде. Но, тем не менее, кажется очень верным, что Домениг, по его словам, «…пронзил фашистскую архитектуру стеклянным копьем».
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Stefan Meyer. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Stefan Meyer. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände
zooming
Гюнтер Домениг. Архивно-документационный центр в Зале съездов. Фото © Stefan Meyer. Предоставлено Dokumentationszentrum Reichsparteitagsgelände

21 Октября 2014

Похожие статьи
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.
«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени
Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.