Смелый образ стойкости

Армянская церковь Святого Саркиса в Карролтоне, штат Техас, по проекту бюро David Hotson_Architect.

mainImg
Возведение каждой новой церкви имеет ключевое значение для любой армянской общины, где бы она ни находилась: на протяжении многих столетий именно церковь в отсутствие государственности являлась главным национальным институтом, играя важную роль в поддержании идентичности. Это знаковый код, связь со всем, что считаешь родным, материальный символ, нередко сходящийся также с понятием монумента. Вокруг нее во многом и формируется община.
 
За пределами СССР процесс возведения церквей шел непрерывно, и религиозная архитектура развивалась параллельно. Поэтому по всему миру за последние десятилетия появилось немало армянских церквей с современной архитектурой. Среди новейших примеров – церковь Святого Саркиса в Карролтоне, пригороде Далласа, штат Техас. Ее торжественное освящение состоялось 24 апреля 2022 года, в День памяти жертв Геноцида армян в Османской империи. Этот символический посыл непосредственно отражен в архитектуре церкви, о чем мы скажем ниже. В армянских общинах вне постсоветского пространства, особенно в западных странах, преобладают потомки бежавших от Геноцида, в связи с чем построенные ими церкви отражают память об этой трагедии. Конечно, самыми распространенными мемориальными символами в армянской культуре являются хачкары, но церкви нередко тоже несут в себе этот смысл.
 
zooming
Старое здание церкви Сурб-Саркис на Рэндом-роуд

Около 30 лет назад армянская община (в основном, выходцы из ближневосточных стран, перебравшиеся сюда в 1970-е – 1980-е годы) основала в Карролтоне церковь Сурб-Саркис. Она разместилась в существовавшем одноэтажном здании на улице Рэндом-роуд в юго-западной части города, и ее торжественное освящение состоялось 3 ноября 1991 года. Однако это сооружение не удовлетворяло нуждам общины, и впоследствии та обратились к Восточной Епархии Армянской Апостольской Церкви США для содействия в возведении новой церкви. Решение об этом было принято в 2018 году. Созданием комплекса, состоящего из зданий церкви, общественного центра и спортивных сооружений, руководил предприниматель Эли Акилян. Автором проекта выступил нью-йоркский архитектор Дэвид Хотсон (David Hotson_Architect), а его соавтором – обосновавшийся в Техасе ереванский архитектор Степан Терзян, знакомый с Хотсоном еще по работе в столице Армении. Там в 2004 году по проекту Хотсона планировалось возведение музея современного искусства имени Джерарда Л. Гафесчяна, и в течение нескольких лет у его бюро был там открыт филиал. Проект музея в итоге остался на бумаге, но знание армянского контекста стало важным для реализации другого, меньшего по масштабу, но немаловажного по значению проекта Хотсона для армянского сообщества.
 
  • zooming
    1 / 3
    Музея современного искусства имени Джерарда Л. Гафесчяна в Ереване. Проект
    © David Hotson_Architect
  • zooming
    2 / 3
    Музея современного искусства имени Джерарда Л. Гафесчяна в Ереване. Проект
    © David Hotson_Architect
  • zooming
    3 / 3
    Музея современного искусства имени Джерарда Л. Гафесчяна в Ереване. Проект
    © David Hotson_Architect

Церковный комплекс расположен на Чарльз-стрит, на участке примерно в 1,8 га в северо-восточной части города. К югу от него находится одноэтажная жилая застройка, к западу – спортивные площадки, а к северу – парковка; к востоку проходит улица. Церковь на 250 прихожан расположена в южной части участка и строго ориентирована алтарем на восток.
 
В комплексе охвачены и другие функции для нужд общины. В него входят открытые спортивные площадки, крытый спортивный зал и здание общественного центра, где есть зал для проведения мероприятий на 400 человек, образовательные помещения, сцена под открытым небом и т. д.
 
zooming
Церковь Святой Рипсимэ в Эчмиадзине. 618 год. Фотография 1878 года
Фотограф: Ованес Кюркчан via Wikimedia Commons. Фото находится в общественном достоянии

Композиция комплекса горизонтальна, что продиктовано окружающей застройкой и ландшафтом. Именно природный рельеф территории, по словам автора, стал основополагающим для создания образа храма. При этом Хотсон обратился к одному из шедевров армянской религиозной архитектуры – церкви Святой Рипсимэ, включенной в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Это сакральное сооружение находится в городе Эчмиадзине с относительно равнинными ландшафтами, на фоне которых величественно выделяется его архитектура. Подобного эффекта стремились добиться и авторы новой церкви: выделить ее силуэт среди живописных равнин Техаса. Определенную роль в обращении к образу церкви Святой Рипсимэ сыграла также и символика чисел: между его основанием католикосом Комитасом в 618 году и принятием решения о строительстве нового храма в Карролтоне в 2018 году прошло ровно 1400 лет, что своеобразно подчеркнуло интуитивный выбор авторов.
 
Продолжая эту тему, Хотсон отмечает: «Выдержав четырнадцать столетий потрясений, церковь Святой Рипсимэ служит архетипом армянской архитектуры и символом выносливости, упорства и стойкости армянского народа». Именно этот нарратив в виде прообраза-Абсолюта архитектор и хотел передать техасской общине.
 
Сама церковь стремится предельно точно повторить основную композицию и пропорции храма крестово-купольного типа. Однако это было сделано с отрицанием декора в желании максимально подчеркнуть силуэт и придать ему линейность. Придерживаясь эстетики минимализма, авторы оригинально подошли к разработке рисунка проемов: так, многие арочные силуэты даны в прямоугольной трактовке. В этом контексте выделяются окна барабана. Согласование их ширины с шагом облицовочных плит привело к увеличению размера окон. Поэтому барабан получился более проницаемым и менее граненным по сравнению с древним прототипом. В противоположность этому, в стенах церкви сделан минимум проемов, придавая им «замкнутый» образ. При этом характерные арочные ниши на южном и северном фасадах даны в смелой нелинейной интерпретации, которая аккуратно скрыла их добавленную функцию – тонкий световой проем во всю высоту каждой из них.
  • zooming
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson

Желание придать новому храму характерную целостность тектоники армянских церквей проявилось в выборе единой цветовой гаммы для облицовочных материалов – серой, в отличие от более распространенного решения – облицовки природным камнем. Стены церкви покрыты гладкими светло-серыми керамическими панелями, а кровля, барабан, купол – цинковыми. Однако более темный тон и раскладка этого металла создает тонкий контраст между материалами.
 
В целом, смелое, минималистское прочтение образа церкви Святой Рипсимэ сделало формы техасского храма в какой-то мере более утонченными. Но, в то же время, из-за специфики облицовочных материалов здесь отсутствуют глубина колорита и фактурность, характерные для традиционной каменной кладки. Поэтому формы Сурб-Саркис кажутся более плоскостными и отчасти эфемерным, а новые материалы придают ей своего рода футуристический, идеалистический образ.
 
Церковь Сурб-Саркис
Фото © Dror Baldinger FAIA/предоставлено David Hotson

Как сказано выше, участок церкви обращен к Чарльз-стрит восточной стороной, с которой и организован въезд. Редко, когда именно восточный фасад христианского храма играет по сути роль главного. Здесь это привело к его особой трактовке, в частности, почти автономному решению абсиды. Она напоминает космические модернистские образы. Это впечатление усиливает светопрозрачный контур, через который свет проникает в алтарь и в интерьер в целом.
 
Церковь Сурб-Саркис
© David Hotson_Architect
Церковь Сурб-Саркис
Фото © Dror Baldinger FAIA/предоставлено David Hotson

Обращенный во двор официально главный – западный – фасад выполняет функцию мемориала. На его поверхности из 1,5 миллионов пикселей, символизирующих число жертв Геноцида, создан орнамент по национальным мотивам – древо жизни с большим крестом посредине, что напоминает характерный для хачкаров декор. Это оригинальный и смелый подход к увековечиванию памяти о трагедии: каждый пиксель отождествляется с жизнью отдельного человека и собран в объединяющей их системе.
 
Хачкар в стене церкви Сурб-Аствацацин в Карби
Фото: Liveon001 © Travis K. Witt via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported

Важно отметить, что такое решение, крест на стене церкви, напоминает об очень распространенной традиции, когда в кладку стен церкви в качестве облицовочных камней интегрированы хачкары. В Сурб-Саркис архитектор своеобразно гипертрофировал этот мотив в виде характерного для постмодернизма гротескного приема, нацеленного на усиление эффекта изначально задуманного символа.
 
Чтобы не контрастировать с рисунком фасада, проемы здесь не акцентированы, а решены предельно лаконично. В частности, входной портал выполнен в виде чистого прямоугольника со стеклянными створками. В плане притвор имеет сегментовидный контур, а над ним нависают хоры, поэтому с трех сторон его пространство сужается к востоку – в среднюю часть храма, создавая ощущение большей глубины.
 
  • zooming
    1 / 5
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © Dror Baldinger FAIA/предоставлено David Hotson
  • zooming
    2 / 5
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    3 / 5
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    4 / 5
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    5 / 5
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson

Для традиционных армянских церквей характерна целостность композиции, единая тектоника и стилевая система, где стирается грань между внутренним и внешним. Чаще всего интерьеры не отделаны, сохраняя естественную фактуру и цвет природного камня, что создает подчас впечатление таинственной мрачности. Интерьер техасской церкви, в отличие от внешней облика, не стремится формально придерживаться прототипа и решен более радикально. Изначально заданную стилевую минималистскую линию Хотсон сохранил и внутри, однако поменял суть тектоники, конструктивной и эстетической логики традиционных решений. В противовес традиционным цилиндрическим сводам, перекрытия Сурб-Саркис имеют совсем другую конфигурацию. Внутренне пространство существует как автономная скорлупа, непрерывная поверхность с характерными нелинейными фрагментами, перетекающая к проемам, где аккуратно скрыты естественные и искусственные источники освещения. В результате, эта целостная композиция создает фантастический эффект мягкого освещения без теней. При этом чистый белый интерьер напоминает скорее протестантскую церковь, нежели традиционную армянскую.
 
  • zooming
    1 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    2 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    3 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    4 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    5 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    6 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © Dror Baldinger FAIA/предоставлено David Hotson
  • zooming
    7 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    8 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson
  • zooming
    9 / 9
    Церковь Сурб-Саркис
    Фото © David Hotson

Снаружи церкви расположены прямоугольные одноэтажные объемы общественного центра и спортивного зала, занимающие почти всю северную часть участка. Несмотря на свои внушительные размеры, они решены предельно деликатно, с фасадами из стекла и тех же керамических панелей, что и у церкви, тем самым выступая в качестве фона для нее. Кажущуюся целостность двум зданиям придает соединяющий их тонкий навес, который создает между ними полуоткрытое пространство наподобие внутреннего двора. Там устроен прямоугольный бассейн, расположенный перпендикулярно к северному фасаду церкви. Его появление продиктовано местным жарким климатом, но он также формирует «срежиссированный» вид на церковь, напоминающий приемы японского минимализма.
 
Церковь Сурб-Саркис
Фото © Dror Baldinger FAIA/предоставлено David Hotson

Церковь композиционно контрастирует с зданиями общественного центра и спортивного зала и одновременно, благодаря единой минималистской стилистике и выбранным материалам, вписана в общинный комплекс, создавая гармоничный ансамбль.
 
zooming
Церковь Сурб-Саркис. Визуализация
© David Hotson_Architect
* * *
 
Церковь – символ истории и идентичности армянского народа, собирающая в себе национальные идеи. Поэтому архитектор Дэвид Хотсон в работе над техасским проектом на первое место поставил именно символическое содержание. Взяв в качестве прототипа древнее воплощение вечности и стойкости, он переместил по временной траектории его неизменный образ, и стремление сохранить его композицию соединил с современной трактовкой.
 
Как прообраз церковь Святой Рипсимэ использована в проектах многих армянских храмов в США, например в Сан-Диего. Самая известная из них – собор Святого Вардана в Нью-Йорке (1968), построенный по проекту Народного архитектора СССР Рафаела Исраеляна (реализован Эдуардом Утуджяном и бюро Steinman, Cain & White). Но, в отличие от нью-йоркского сооружения, в Техасе образ Сурб-Рипсимэ взят за основу скорее как Абсолют, а не «референс». В карролтонской церкви в большей степени проявилось подражание выбранному прототипу (особенно в аспекте внешнего облика), нежели переосмысления, интерпретации или цитатности. Это обусловлено стремлением укрепить идентичность, выстроив символическую связь через повторение.
 
Церковь Сурб-Саркис
© David Hotson_Architect
Церковь Сурб-Саркис
© David Hotson_Architect
Церковь Сурб-Саркис
© David Hotson_Architect

21 октября 2022

Похожие статьи
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
CITYZEN в Покровском-Стрешневе
Офисный комплекс CITYZEN от MR – новая работа архитектурного бюро UNK – часть масштабного редевелопмента территории у метро «Тушинская». К созданию архитектурной айдентики проектировщики подошли нестандартно, найдя сквозной пластический мотив буквально под землей, на которой расположено здание
Киберсвобода на Киберэтаже
Проект Киберэтажа в квартале Lucky от бюро VOX Architects – эксперимент по созданию рабочей среды, чей комфорт, эстетика и функциональная гибкость выводят понятие «офис» на принципиально иной уровень.
Живительный вдох
Бюро Snøhetta трансформировало старое здание компании Laerdal Medical в норвежском Ставангере в экологичный и удобный живой офис, сохранив или повторно использовав все что можно.
Выход через ЖК
Жилой комплекс KJ Den Haag по проекту Powerhouse Company формирует парадный выход в город из Центрального вокзала Гааги.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Звезда с звездою говорит...
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Началось, такое вот... бурление на тему
Юлия Ардабьевская сделала интервью с Петром Моничем – коллективной личностью ведущих ТГ-канала «Недвижимость инсайды». Юлия называет канал НИ «самым влиятельным медиа про архитектуру». Монич, в отличие от Юлии, все же признает существование Проекта Россия и Архи.ру как профессиональных СМИ. На том спасибо за тенденцию к объективности! Интервью надо смотреть, читать и исследовать. Мы же пока ограничимся анонсом и парой рассуждений.
Дом не для бегемота
Бюро Ofis построило в родной Любляне жилой комплекс из 8 средневысотных корпусов: он способен противостоять паводкам, а также меняться и развиваться.
Архитектура за пределами чертежа
Объявлены победители международной премии The Architecture Drawing Prize 2026. Среди 11 отмеченных работ – архитектурные фантазии, исследования исторической памяти, размышления о будущем городов и эксперименты с традиционными способами изображения архитектуры.
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.