Вырасти свой сад

Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.

author pht

Автор текста:
Алёна Кузнецова

mainImg
На небе только и разговоров, что о парках: часто кажется – это и есть лучшая часть города, признак здоровой, стабильной и безопасной среды. В Казани состоялся масштабный конгресс World Urban Parks, где шел конструктивный разговор о том, что такое парки, как их придумывать, делать и управлять.

Конгресс посетили 1500 делегатов со всего мира, в том числе признанные знаменитости мировой урбанистики, такие как, к примеру, Эверт Верхаген, Ричард Мюррей или Кен Смит: цитаты знаменитостей и представителей инстеблишмента можно увидеть здесь, мы же рассказываем о том, что из массы важного и интересного показалось самым-самым.
Конгресс World Urban Parks 2019 в Казани
Фотография предоставлена фондом «Институт развития городов республики Татарстан»

Комфортная среда для малых городов
Коротко: критерии конкурса можно использовать для любого общественного пространства, это почти готовое ТЗ.
Конгресс World Urban Parks 2019 в Казани
Фотография предоставлена фондом «Институт развития городов республики Татарстан»

Одна из секций конгресса была посвящена обсуждению критериев Всероссийского конкурса проектов комфортной городской среды в малых городах и исторических поселениях. Всего их пять, документ дает представление о том, что под общественными пространствами понимают профессионалы. Руководитель рабочей группы Артем Гебелев пояснил, что пользоваться критериями можно как техзаданием – к этой универсальности, собственно, и стремились. Но стоит отметить, что проект пока не утвержден федеральной комиссией, возможны изменения.

Итак, критерии:
  • степень и разнообразие форм участия горожан на всех этапах подготовки и реализации проекта, социокультурное программирование территории;
  • обоснованность выбора места и востребованность проекта;
  • качество планировочных и архитектурных решений;
  • сохранение историко-градостроительной и природной среды исторического поселения;
  • прогнозируемые экономические и социальные эффекты от реализации проекта.
Каждый критерий подробно раскрывается подпунктами. В этом году намного больше внимания уделено архитектурным решениям, также в трех из пяти основных критериев есть подпункт, связанный с индентичностью.
Бульвар «Белые цветы» по улице Абсалямова, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Победители и участники прошлых лет поделились опытом. Заместитель Министра строительства и ЖКХ Максим Егоров отметил, что «конкурс меняет не только пространство городов, но и мозги людей», а «критерии формируют архитекторов». Представители Казани, Москвы и Нижнего Новгорода – наиболее успешные участники конкурса, рассказали о последствиях: «муниципалитет прокачивается и начинает генерить движуху», по нарастающей в процесс вовлекаются разные социальные группы, чиновники успешнее взаимодействуют с архитекторами, но с получением гранта начинается все самое тяжелое. Лайфхак: установка камер на стройке качественно улучшает процесс.
Бульвар «Белые цветы» по улице Абсалямова, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Заместитель начальника Управления развития общественных территорий Министерства благоустройства Московской области Юрий Шередега рассказал, кто конкурс «вытаскивает города из небытия». Кроме прочих бонусов муниципалитет получает брендирование, айдентику, социокультурную программу, систему зонирования, опыт общения с жителями, которого до сих пор не часто случалось. Советовал уходить от фантастичности проектов, но не отсекать ее полностью. Проекты, не получившие гранты, по его словам были выполнены так, словно архитекторы не ездили в города, то есть не было в них пресловутой идентичности.
Фестиваль «Лэнд-Арт» в селе Муслюмово, Республика Татарстан
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

За круглыми столами собрались те, кто собирается подавать заявки, рабочая группа помогала советами и отвечала на вопросы. Здесь услышалось, что как критерии ни составляй, все упирается в экономику: чем богаче регион, тем проще ему сделать хорошую заявку и найти дополнительное финансирование. У остальных же часто нет даже архитектора, который как следует нарисует проект. На это советовали «пристегивать» всевозможные муниципальные и федеральные программы, привлекать вузы, искать инвесторов. Казань, к слову, растит своих архитекторов: оплачивает им обучение и стажировки, привозит зарубежных специалистов. Также спорили о необходимости местных материалов, коротких сроках и совершенно разных погодных условиях, которые не позволяют вовремя начать стройку.

В конкурсе могут участвовать малые города с населением до 100 тысяч человек, а также исторические поселения. В 2020 году 80 проектов-победителей из 46 регионов получат финансирование из федерального бюджета от 40 до 85 млн рублей.
 
Идентичность

Коротко: копать глубже, говорить с людьми
Набережная реки Тюлячка, село Тюлячи, Республика Татарстан
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Самая яркая сессия называлась «Можно ли сделать место?» И выглядела примерно так: Надежда Нилина по-английски рассказывала про советскую идентичность российской аудитории, для которой все услышанное скорее всего было новостью.

Старший преподаватель, Нью-Йоркского технологического института Надежда Нилина на примере социалистических городов рассказывала о том, как идентичность может быть сфабрикована. ЦПКиО – пространство для спорта («в здоровом теле здоровый дух!»), защиты промышленного города от загрязнения, адаптации сельского населения к городской жизни, а также место, где можно легитимно знакомиться с противоположным полом. В этой парадигме уникальность замещена универсальностью: парки всех городов от Арзамаса до Магнитогорска делали по стандарту Москвы. Общество поменялось, парки – нет. Городам предстоит найти свою индентичность.
Туристическо-рекреационная зона «Пляж» в Альметьевске
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Сооснователь архитектурного бюро Orchestra Эдуард Моро делился впечатлениями от работы в глубинке: «суть малых городов в России не всегда понятна, вне городов ландшафт поразителен, но внутри – очень простой, площадь Ленина и улица Карла Маркса. Время давать новые имена».

Многие, в том числе Моро, транслировали мысль, что идентичность хорошо ищется и конструируется через работу с местным сообществом. При этом недостаточно спросить, чего хотят люди – они часто сами не знают, причем не только своих желаний, но и возможностей. Нужно вовлечь их в процесс. Для Елабуги, например, придумали «Сад тысячи историй»: на стальных пластинах напечатают личные истории горожан о том, как они связаны с городом.

Юрий Шередега назвал идентичность главной составляющей успешного проекта, но призвал «копать глубже, чем мамочки, спортсмены и пожилые люди, искать индивидуальные истории про конкретный город, а не город вообще». Тогда появляется еще нечто важное – гордость за место.
Туристическо-рекреационная зона «Пляж» в Альметьевске
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Основатель студии KEN SMITH WORKSHOP Кен Смит показывал, как превращал «страшненькие места» Торонто вроде автопарковок в популярные скверы. Ухватить идентичность помогли картины местных художников: в сквер переместили скальную глыбу и фонтан, который зимой превращается в живописную стену сосулек. Теперь жители говорят: «встретимся на скалах!» Архитектор предложил выходить на уровень абстракций, что позволяет говорить сразу с большим количеством людей.
Горкинско-Ометьевский лес, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Арт-директор Architettura e Paesaggio Ольга Москвина с ураганной энергией рассказывала про то, как спасала растения после Экспо в Милане: по регламенту все, от дорогих и редких платанов до кустиков лаванды, после выставки должны были утилизировать. А только в одном павильоне Швейцарии было 60 берез. С помощью волонтеров и собственной харизмы Ольга постепенно вывезла большинство растений и отдала в общественные пространства Ломбардии, как правило, это были «самые паршивые неместа». Город Боллате взял 2000 растений из 7000 и вместе с рабочими Экспо спланировал парк. Поскольку растения несколько раз пересаживали, им требовался особенный уход, много внимания. Проводили встречи с волонтерами и пожилыми людьми, учили, вовлекали. Постепенно парк превратился в здоровый и красивый городской лес, хотя энтузиазм волонтеров и поубавился. Ольга считает, что теперь у места появилась идентичность, свой genius loci – дух Экспо. Камень брошен, круги идут.
Набережная озера Кабан, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Урбанист, основатель агентства Creative Cities и компании Reuse BV Эверт Верхаген подвел итог: «идентичность – это связывание людей с пространством. Важно, чтобы у людей была причина остаться в Сибири или хотя бы вернуться».

Если же взять вышеупомянутые критерии, то в них идентичность достигается через работу с историко-культурными и географическими особенностями, символикой, традициями и уникальными привычками горожан, городскими мифами, местными промыслами и производством. Также важно участие лидеров городских сообществ. 
Вовлечение

Коротко: необходимый и мощный инструмент, поможет с идентичностью
Горкинско-Ометьевский лес, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Помощник президента Республики Татарстан Наталия Фишман-Бекмамбетова рассказывает, что во время работ по благоустройству парка имени Урицкого рабочие спилили старую иву, которую многие жители помнили с малых лет. Это всколыхнуло город, люди «чуть не с вилами» выходили на улицу. История кажется вполне обычной, разница в том, что здесь власти не стали отмалчиваться и вышли поговорить: организовали в ДК парка общественные слушания. После нескольких сессий в стиле фильма «Гараж» удалось начать говорить о парке: что люди хотят там видеть, как исправить случившееся. Пожелания услышали, записали, реализовали. Одно дерево изменило подход, теперь каждый новый проект сопровождается вовлечением жителей, опросами, анкетированием.

Опытом охотно делятся: на сайте парков Татарстана есть методички: «Соучаствующее проектирование», «Организация общественных слушаний». Сейчас идет разработка стратегии благоустройства Казанки, для нее тоже создан сайт, пропустить блок для предложений невозможно, а интерфейс инструмента такой, что не внести предложение тоже почти невозможно.
Набережная озера Кабан, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Многие говорили о том, что копирование – «как в Копенгагене», «как в Москве», а теперь и «как в Казани» – нужно заменить слушанием, тогда легче будет создать место со своей идентичностью да и вообще понять, в каком направлении двигаться. Инструментов много: кроме упомянутого помогают глубинные интервью, фокус-группы, воркшопы, конкрусы детских рисунков, статистика – данные мобильных операторов, платежных систем, анализ социальных сетей.
Набережная «Казан Су» в городе Арск, Республика Татарстан
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Партнер и управляющий директор Gehl Architect Генриетта Вамберг рассказывала об открытой системе Протокол, которая использует как простейшие инструменты вроде кликера, так и анализ поз по фотографиям: где люди сидят, стоят, прислоняются, бегут или останавливаются. В Протокол можно загружать свои данные и сравнивать, например, набережную озера Кабан с другим променадом у воды, чтобы оценить его эффективность.
 
Жизнеспособность

Коротко: без перфекционизма и малыми средствами
Горкинско-Ометьевский лес, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Когда процесс более или менее налажен, оказывается, что не всегда нужны масштабные бюджетные программы.

Директор по планированию и дизайну, University City District Нейтон Хомель рассказал, о том, как менялась территория рядом с ж/д вокзалом в Филадельфии, получившая название The Porch. Относительно небольшое инвестирование потратили на сбор данных и изменения небольшого участка. Опыт оказался успешным, власти выделили дополнительные средства, архитекторы продолжали исследовать. Благоустроенная территория расширялась и насыщалась, чего могло бы не случиться при изначально большом проекте: никто не поверил бы, что 14 качелей могут быть здесь востребованы.
Набережная и пляж в городе Лаишево
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Бюро Orchestra в Юже всего лишь добилось открытия территории текстильного завода фабрикантов Балиных, что добавило городу красивую улицу и улучшило коммуникацию. А в Ханты-Мансийске в одном их депрессивных дворов для начала поставили ящики для рассады и стенды с информацией, что пользовалось успехом у детей и подростков целых четыре месяца.

Директор Lugares Públicos и партнер Placemaking X Гильермо Берналь считает: «чтобы из пространства создать место, понадобятся не только материалы и растения, необходимо развивать связи между людьми, наводить мосты дружбы». Копеечная настольная игра, колонки и учитель танцев – так тоже начинается место.
Набережная озера Кабан, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

Эверт Верхаген на сессии посвященной индустриальному наследию делился мыслями: «Красота переоценена, даже страшные здания могут быть уютными. Со зданиями без охранного статуса можно экспериментировать, часто именно они становятся самыми привлекательными для города. Надо ценить то, что есть, а не выбрасывать».
Набережная «Казан Су» в городе Арск, Республика Татарстан
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан

***
Еще пару лет назад, «до Зарядья» и конкурса малых городов, сложно было представить, что такое мероприятие как конгресс World Urban Parks пройдет в Казани.

WUP появился четыре года назад, в это же время стартовала Программа развития общественных пространств Татарстана, благодаря которой республика благоустроила или создала уже больше 300 парков, получила премию Ага Хана, приглашала иностранных архитекторов и обучала своих. В Казани опытом делились «звезды» вроде Киат В. Тана, создателя «Садов у залива» в Сингапуре, а также архитекторы, чиновники, муниципалы, общественники. Атмосфера стояла неформальная, праздничная, но в то же время на удивление рабочая и продуктивная.

Интересно, что российские «кейсы», как их везде называли, отражают совсем другое представление о парке, чем иностранные: у нас это скорее благоустроенное место, насыщенное всевозможными «активностями», тогда как в зарубежных примерах больше естественности, природности. Возможно, зеленый каркас как рутина, как еще одна городская сеть коммуникаций – следующий шаг, запрос на который еще не сформулирован. Вероятно, от этого нет и ощущения той пресловутой идентичности: новые общественные места все еще про подражание, желание быть западом, «русского духа», несмотря на арт-одуванчики и национальные орнаменты, в них нет. Также было заметно, что на конгрессе почти не касались текущих проблем, отчитываясь лишь об успехах.

И все же упрекать никого совершенно не хочется, потому что эйфория от мероприятия слишком очевидная и долгоиграющая. Увидев чиновников в человеческом обличье, классных российских специалистов, архитекторов с горящими глазами и просто хороших людей – веришь, всем очень веришь, что скоро в Мурманске зацветут сады, по Якутии полетят дирижабли, парковки и микрорайоны зазеленеют и вообще жить станет веселее.

Эйхнория отличная в одном из каскадных прудов на набережной озера Кабан, Казань
Фотография предоставлена пресс-службой Программы развития общественных пространств Республики Татарстан


25 Октября 2019

author pht

Автор текста:

Алёна Кузнецова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Век бетона
23 января исполнилось 100 лет Готфриду Бёму, первому немецкому лауреату Притцкеровской премии и создателю церквей и ратуш, напоминающих скульптуры из бетона. Он каждый день бывает в бюро и наставляет сыновей-архитекторов.
Архитектура эфемерности
На проспекте Вернадского поблизости от станции метро появилась высотная доминанта, давшая новое звучание округе: бизнес-центр «Академик» по проекту UNK project раскрыл в форме архитектуры смыслы местных топонимов.
Центр мега-выставок
Новый международный выставочный центр по проекту Valode & Pistre в «близнеце» Гонконга мегаполисе Шэньчжэнь может считаться крупнейшим в мире.
Театрально-музыкальный круг
Масштабный и амбициозный проект главного театрально-концертного комплекса Подмосковья, победитель конкурса, объединяет три зала, двор – общественную площадь, консерваторское училище, гостиницы. Он обещает стать заметным центром фестивалей классической музыки для всей страны.
Передышка на Манхэттене
Перестройка вестибюля небоскреба-«шкафа» Сони-билдинг Филипа Джонсона на Манхэттене: бюро Snøhetta запретили трогать фасад, который теперь получил статус памятника, зато им удалось устроить внутри большой зимний сад.