На пароходе, плывущем из Афин

По просьбе archi.ru Александр Ложкин поделился впечатлениями о прошедшем в Перми конгрессе ISOCARP, и не только о нём.

author pht

Автор текста:
Александр Ложкин

28 Сентября 2012
mainImg
В последний раз подобное мероприятие пытались провести в нашей стране в 1933 году. Не провели – Иосиф Виссарионович Сталин, как раз в это время менявший курс развития советского зодчества, передумал проводить в Москве Международный конгресс современной архитектуры и Ле Корбюзье со товарищи срочно пришлось искать для него новое место. Нашли на пароходе, шедшем из Марселя в Афины. В итоге программный документ, на десятилетия определивший вектор развития мирового градостроительства, получил название «Афинская хартия». А мог бы называться «Московской хартией».

Наверное, эту заметку стоило бы начать с пафосного заявления о том, что Россия дождалась события, которого ждала 79 лет. Но нет, не ждала – и прошедший в сентябре в Перми конгресс Международного общества городских и региональных планировщиков не был особо замечен ни ответственными за региональное планирование федеральными чиновниками, ни общероссийскими СМИ. Это показательно: несмотря на то, что в России градостроительные проблемы в последнюю пару лет оказались на острие общественной дискуссии, проблемы эти у нас совсем другие, чем в остальном мире. И в нашей стране, и за рубежом есть кризис в сфере градостроительства, но это два разных кризиса. Наш связан с тем, что здесь используется профессиональный инструментарий времен той самой Афинской хартии: жесткое функциональное зонирование, ставка на многоквартирный дом, как единственно возможный тип жилища, ставка на создание унифицированной для всех городов системы норм и правил, упование на художественное видение архитектора, как гарантию качества градостроительного решения.

Такой кризис на Западе тоже был, но давно: он там случился лет 30-50 назад, и вот теперь и в России понемногу возникает осознание того, что не все в государстве в порядке с градостроительством. Но возникает не в профессиональной среде, а в блогах гражданских активистов. Именно они, после поездок за границу и возвращений на родину, стали сравнивать качество городской среды там и тут и доносить до широкой публики имеющийся мировой опыт. Развитие общественных пространств, велодорожек, пешеходных зон, общественного транспорта, идеи компактного города с высокоплотной, но не многоэтажной застройкой, участия жителей в планировании судьбы территорий, кажутся обитателям отечественных микрорайонов недостижимой утопией.

Ну а профессионалы? Пару последних десятилетий наши архитекторы-градостроители пытались делать то же, что делали и в советское время и разрабатывали генпланы и проекты планировок по лекалам, которыми пользовались до того много десятилетий. Эти «афинские» лекала были заимствованы на Западе на рубеже 1950-60-х годов (после чего СССР надежно оградил наших градопланировщиков от тлетворного буржуазного влияния железным занавесом секретности), и так прижились на отечественной почве, что кажутся многим частью нашей национальной самобытности. Любые попытки внедрения нового западного опыта в российское городское планирование расцениваются как покушение на отечественную градостроительную школу. Но вот прошло уже 5-7 лет с момента утверждения первых генпланов, разрабатывавшихся после принятия Градостроительного кодекса 2004 года, и стало очевидно, что реализовать их невозможно. Впрочем, никто и не собирался работать по плану в условиях, когда решения по развитию городов принимаются чиновниками спонтанно, без экспертной оценки последствий.

Конгресс ISOCARP не мог состояться нигде в России, кроме Перми, поскольку Пермь оказалась единственным в стране городом, включенным в мировую проектную культуру городского планирования. Пытаясь снять шоры советского градостроительства и внедрить современные инструменты территориального планирования в городскую практику, в город пригласили команду голландца Кейса Кристиансе, разработавшую в 2010 году Стратегический мастер-план Перми. На его базе в местном Бюро городских проектов были разработаны генеральный план города (увязанный с бюджетным планированием), план реализации генерального плана, местные нормативы градостроительного проектирования, градостроительные регламенты, проекты планировки, в которых современные урбанистические идеи, столь популярные сегодня у блогеров, адаптировались к российской системе законодательства. Увы, сегодня, после произошедшей недавно смены губернатора, дальнейшая реализация  пермской градостроительной модели поставлена под сомнение.

Итак, в России всё ещё задаются вопросом, нужно ли городское планирование вообще, или лучшим методом развития являются неожиданные решения власти по удовлетворению чьих-то сиюминутных интересов, или надо всего лишь художественно группировать здания в пространстве? И нужно ли заимствовать применяемые в мире современные инструменты градорегулирования, или у постсоветских собственная гордость, и мы предпочитаем строить микрорайоны «доступного жилья» в полях, а их качество регулировать коллективным разумом Архитектурных советов и персональным талантом главных архитекторов городов?

В мире в это время актуальна несколько иная повестка. Никто не озабочен борьбой за сохранение светлых принципов Афинской хартии, но есть очевидная проблема, связанная с тем, что в последние годы современные методики городского планирования стали активно применять не только в «старых» странах, но и в переживающих экономический, демографический и строительный бум городах Азии, Африки, Латинской Америки. Правители там не слишком склонны советоваться с собственными гражданами по каким-либо вопросам в то время как городское планирование затрагивает не только пространственные, но и социальные, экономические, экологические, культурные аспекты жизни общества. И западные градостроители, используя имеющийся инструментарий городского планирования, вынуждены решать совсем другие задачи, чем у себя дома. Внешне проектируемые города очень похожи на европейские и можно даже обнаружить в них пару принципов «нового урбанизма», но очень сомнительной кажется возможность возникновения полноценной городской жизни и самогенерации городских процессов.

Именно тема городского планирования в развивающихся странах оказалась в центре внимания международной программы конгресса. Здесь процессы развития стремительны и как раз необходимостью адекватной реакции градопланировщиков на них навеяна тема пермского конгресса ISOCARP – «Fast Forward: Динамичное планирование в меняющемся мире городов».  Вопрос поиска баланса интересов горожан, бизнеса, власти рассматривался на различных секциях. Насколько применим западный опыт в восточных странах, в какой степени надо учитывать местную специфику, культурный контекст? Обнаружились неожиданные вещи – например, то, что в Китае, который мы привыкли считать образцом авторитарного управления, исследуют общественное мнение и ведут переговоры с бизнесом при принятии решений по планировке территорий. И сегодня, в условиях завершения процессов гиперинтенсивной урбанизации, характерных для предыдущих трех десятилетий, ищут опять же инструменты гуманизации городской среды и повышения конкурентоспособности городов. Для стран «третьего мира» не менее важными, чем для «старых» государств, становятся вопросы устойчивого развития, рационального использования ресурсов. И градостроительство нужно им уже не как способ художественного оформления городских пространств, что еще недавно было характерно для Куала-Лумпура или Дубая, а как способ решения реально стоящих проблем.

Выясняется, что инструменты городского планирования всё же в основном одинаковы для разных частей света и требование учета местной специфики не означает необходимости отказа от современных методик проектирования, а требует лишь грамотного их применения. Основным же становится вопрос постановки задач, формулирования градостроительной политики.

Увы, но в России этот вопрос попросту не ставится. Власть заказывает градостроительную документацию, не для решения городских проблем, а только потому, что «она должна быть». Будущего власть не видит или не хочет видеть, целей у градостроительной политики нет, да и самой политики тоже нет, если, конечно, не считать таковой требование постоянного увеличения количества вводимых квадратных метров, каковыми губернаторы и  мэры отчитываются перед федеральным центром. Редкие исключения, как в Перми, лишь подтверждают правила.

Получается, что Россия даже не в списке стран «третьего мира», она уже в «четвертом мире», где будущего вроде как и не предполагается. И пока все остальные страны собрались на пароходе, уже отплывшем из Афин, мы оказались посреди моря на утлом плотике без руля и ветрил, и без особых надежд на спасение.
zooming
Фотографии предоставлены пресс-службой ISOCARP. Коллаж Ю. Тарабариной
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
Пермь во время проведения ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
zooming
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
zooming
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
zooming
ISOCARP. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса
Барт Голдхорн на трибуне ISOCARP-а. Фотография предоставлена предоставлена пресс-службой конгресса


28 Сентября 2012

author pht

Автор текста:

Александр Ложкин
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Тонкие и белые
Стальные ламели арены Match Point выполнены на высокотехнологичном производстве компании GRADAS.
Превращение мансарды
Для «Петровского квартала» бюро «Евгений Герасимов и партнеры» воспользовались окнами VELUX Cabrio, которые позволяют одним движением руки превратить мансарду в небольшую террасу.
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Сейчас на главной
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».
Парк чувств
Проект «Романтического парка Тучков буян» консорциума «Студии 44» и WEST 8, победивший в международном конкурсе, соединяет скульптурную геопластику и деревянные конструкции, разнообразие пространственных характеристик и насыщенную программу, рассчитанную на разнообразную аудиторию, с красивой и сложной пассеистической идеей усадебно-дворцового парка, настроенного на активизацию мыслей и чувств.
Деревянный «флибустьер»
Дом Freebooter на две квартиры-дуплекса в Амстердаме с деревянными солнцезащитными ламелями и деревянно-стальной гибридной конструкцией. Авторы проекта – бюро GG-loop.
Ландшафт как мемориал
Бюро Snøhetta выиграло конкурс на проект президентской библиотеки Теодора Рузвельта рядом с национальным парком его имени в Северной Дакоте.
Третья гора
Выставочный центр традиционной китайской медицины по проекту Wutopia Lab на горе Лофушань недалеко от Гуанчжоу напоминает о принципах даосизма и древнем ландшафтном искусстве.
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
Кристаллический ландшафт
На Тайване открылся концертный зал Тайбэйского центра музыки по проекту RUR Architecture: этот посвященный поп-музыке комплекс 11 лет назад был предметом крупного международного архитектурного конкурса.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Архитектура как инструмент обучения
Концепция благотворительной школы «Точка будущего» в Иркутске основана на новейших образовательных программах и предназначена, в числе прочего, для адаптации детей-сирот к самостоятельной жизни. Одной из составляющих обучения должна стать архитектура здания: его структура и разные типы связанных друг с другом пространств.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Метро как по учебнику
В столице Катара Дохе строится с нуля метрополитен: готовы 37 станций, спроектированных по «дизайн-руководству», разработанному бюро UNStudio.
Первый выпуск Ре-школы: наследие Ельца
Дипломники школы Наринэ Тютчевой подготовили мастер-план развития Ельца, а также концепцию сохранения трех объектов культурного наследия, предлагая решения для сохранения слободской застройки, расселения ветхого жилья и восстановления городских связей.
Керамика в ракурсе
Изогнутые керамические пластинки на фасадах исследовательского института при барселонской больнице Сан-Пау – «двойного назначения»: снаружи это натуральная терракота, а в ракурсе видна разноцветная глазурь.
Пресса: Как изменится Небесный град. Григорий Ревзин о городе...
Рядом с реальным городом у нас на глазах вырос город виртуальный, и можно с большой уверенностью утверждать, что эта пара теперь просуществует неопределенно долго. Даже более определенно — эта пара и есть город будущего при любом варианте его развития.
Машина для эмоций
Новый небоскреб в деловом районе Дефанс – башня компании Saint-Gobain, по замыслу архитекторов Valode & Pistre, должна вызывать эмоции – своей сложной формой, висячими садами, переменчивым обликом фасада.
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Наедине с морем
Плавучий сборный отель Punta de Mar у испанского побережья Средиземного моря – образец туризма будущего. При реализации проекта важную роль сыграло стекло Guardian Glass.
Галерейный подход
Рассказываем о концепции Центральной районной больницы вместимостью 240 мест «Гинзбург архитектс», которая заняла 1 место на конкурсе Союза архитекторов и Минздрава.
Конструктор здоровья
Публикуем концепцию типовой больницы бюро UNK project, занявшую 2 место в конкурсе, проведенном Союзом архитекторов России при участии Минздрава.
Пресса: Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро
В Москве объявили результаты очередного — пятого — конкурса на архитектурный облик станций метро. Мы решили разобраться, что происходит с 9-ю концепциями-победителями уже прошедших конкурсов и почему реализации могут оказаться совсем на них не похожими.
«Скальпель» в сердце Сити
Новая офисная башня по проекту KPF в центре Лондона благодаря своему острому силуэту получила прозвище «Скальпель». Она стоит рядом с «Корнишоном» и «Теркой для сыра».
Пресса: Вини Маас: Петербургу нужно два мэра — для центра...
Знаменитый архитектор, один из самых смелых визионеров от урбанистики в мире, руководящий партнёр бюро MVRDV Вини Маас рассказал dp.ru о том, почему окраины в Петербурге важнее центра, как вернуть город в мировой контекст, есть ли смысл развивать в городе сельское хозяйство, а также о своём проекте для Охтинского мыса.
От гор к водам
В Шэньчжэне реализован проект OMA: офисная башня Prince Plaza c торговым центром в большом стилобате.