WAF. Гордость и предубеждение

WAF-2016, где Россия была представлена рекордным количеством проектов, вышедших в финал, но так и не победивших в своих номинациях, оставил непростые впечатления, в причинах и последствиях которых мы пробуем разобраться.

author pht

Автор текста:
Елена Петухова

mainImg
Концепция Всемирного архитектурного фестиваля, сокращенно WAF – главная удача его организаторов фестиваля. В 2008 состоялся первый фестиваль, который довольно радикально отличался от традиционных архитектурных мероприятий откровенной коммерциализированностью, органично дополнявшей его претензии на глобальность и общедоступность. Каждый архитектор мог подать свой проект или постройку на конкурс за деньги, и также за деньги должен был приехать и защитить его перед жюри в случае, если проект отбирали в шорт-лист. Победители разных номинаций в финале соревновались между собой за статус лучшего здания и лучшего проекта мира. Расчет организаторов на присущую всем архитекторам здоровую амбициозность и стремление к признанию среди своих же коллег был точен. С первых же фестивалей количество участников только росло, чему немало способствовала смена мест проведения фестиваля.

Для россиян WAF открыл дверь в общемировое архитектурное пространство. Эта премия – одна из немногих, чей формат не предполагал никаких ограничений или фильтров на входе. Формат платных смотров-конкурсов был хорошо знаком нашим архитекторам, а цена «входного билета» по тем временам ещё не могла быть камнем преткновения на пути к сияющим вершинам мирового признания, на которое, что греха таить, рассчитывали практически все российские соискатели, среди которых были многие лучшие архитекторы страны. Успех на внутреннем рынке давал право ожидать не менее ощутимых результатов и на международной арене. Но за семь лет ни один из 20 российских проектов, вышедших в шорт-лист, не стал победителем своей номинации. Это не могло не сказаться на энтузиазме со стороны наших соотечественников. Возникло устойчивое представление, что на международной арене в отношении российской архитектуры действуют все те же негласные «санкции», что и в экономической и политической сферах. Ситуацию в корне изменил прошлогодний фестиваль, закончившийся небывалым триумфом нашей архитектурной школы – победа «Студии 44» сразу в двух номинациях вернула интригу в конкурсную процедуру и надула паруса амбиций российских архитекторов. «Мифический заговор» оказался не столь всеобъемлющ и вновь появилась надежда прорваться на международный Олимп, следуя примеру питерских коллег. В 2016 году в шорт-лист вышли рекордные 12 российских проектов, точнее 11, так как бюро Blank architects представило частный загородный дом под польским флагом.

Подобная уверенность в конкурентоспособности российской архитектуры и стремление завоевать признание на международной арене на фоне всё более явного архитектурного кризиса в стране не может не удивлять. Почему это так важно для российских архитекторов? Почему это важно сейчас, в контексте ухудшения качества архитектуры в массовом строительстве? Как можно соревноваться в виртуозности объемно-пространственных, конструктивных и инженерных решений, когда приходится проектировать с учётом, мягко говоря, ограниченных возможностей строительной промышленности и катастрофического уровня профессионализма строителей, собранных по городам и весям. Как можно соревноваться в оригинальности и неангажированности проектных решений, если так и не отлажен и не функционирует в рабочем режиме институт архитектурных и творческих конкурсов? Откуда возьмутся новые имена и свежие идеи, если кризис архитектурного образования констатирован на официальном уровне? Как можно соревноваться в социальной значимости проектов, если в стране в принципе отсутствует заказчик, разделяющий понимание значимости социальных аспектов в любом, даже коммерческом проекте?
Всемирный архитектурный фестиваль WAF 2016 проходил в Берлине, в пространстве Arena Berlin © WAF 2016
Зона регистрации участников и гостей Всемирного архитектурного фестиваля WAF 2016 © WAF 2016
Центральная часть огромного зала Arena Berlin занимали разнообразные стенды коммерческих партнеров и спонсоров фестиваля © WAF 2016
Помимо презентаций лучших мировых проектов и построек WAF предоставляет возможность наладить связи и пообщаться с коллегами со всего света © WAF 2016
Несколько лаунж-зон созданы специально для комфортного отдыха участников презентаций и гостей фестиваля © WAF 2016
На периферии выставочного пространства, вдоль стены большого лекционного зала располагались стенды с проектами, отобранными в шорт-лист конкурса © WAF 2016
Простые деревянные конструкции и листы плотной бумаги, подвешенные к рамам, – так выглядит экспозиция лучших проектов и построек мира на Всемирном архитектурном фестивале © WAF 2016
Один вертикальный лист – один проект. Верстку двух планшетов, объединенных на одном листе, готовили сами конкурсанты. Интересно сравнивать предпочтения в полиграфическом дизайне у архитекторов разных стан © WAF 2016

Все эти и многие другие вопросы возникают в сознании, когда просматриваешь подборку проектов шорт-листа WAF. Российские постройки и проекты выделяются среди них, но не потому что сами по себе хуже, с этим как раз нет проблем, и всё, что мы оказываем на фестивале – это очень хорошая архитектура, абсолютно не уступающая зарубежным проектам. Но в ней чувствуется оторванность от общего архитектурного уровня в стране. Западные проекты воспринимаются как лучшие среди равных, как одни из множества созданных по сходным принципам и в сходных условиях, когда есть возможность оценить саму оригинальность авторского замысла, а не титанические усилия, потребовавшиеся для его сохранения. Российские проекты на WAF – как пики на кардиограмме – уникальные, единичные примеры, категорически выделяющиеся из общей массы архитектуры и проектной практики совсем иного качественного уровня. Исключительность удачной архитектуры, возможность создать её не благодаря действующей в стране системе, а вопреки ей – вот это отличает российские проекты и, как ни парадоксально, делает их более уязвимыми для критики. Не удивительно, что во время нескольких презентаций в этом году российские финалисты прямо говорили членам жюри о сложностях в ведении работы, поясняя какие-то нестыковки или накладки в проекте противостоянием: в каких-то случаях заказчику, в каких-то – срокам, отпущенным на разработку.

Это противоречие между амбициями архитекторов и реальностью нашего рынка достаточно серьёзно сказывается на стилистике подачи и защиты проектов, что для WAF является одним из важнейших элементов конкурсной процедуры. И каждый российский участник WAF должен быть готов к этому испытанию, причем не на 100%, а на все 200%, включая как сам 10-минутный доклад, так и визуальное сопровождение.
Публичные защиты авторов проектов, вышедших в шорт-лист, в этом году проходили в больших надувных павильонах © WAF 2016
Легкие конструкции давали небольшую защиту от шума окружающей выставки и ощущение приватности посреди многочисленной аудитории фестиваля © WAF 2016
Количество зрителей на презентациях зависело от популярности и известности архитектурного бюро, представляющего свой проект или постройку, и варьировалось от нескольких гостей до сотни человек © WAF 2016
Формально, презентация демонстрировалась и адресовалась исключительно жюри, состоявшему из 3-4 человек. Зрители не могли ни участвовать в обсуждении, ни задавать вопросы по проекту © WAF 2016
Из российских участников, одними из самых интересных и уверенных были презентации «Студии 44». Это бюро участвует в WAF уже пятом фестивале и прекрасно знает, как подавать проекты, чтобы произвести наилучшее впечатление. Фотография © Елена Петухова

Защита на английском языке один из главных камней преткновения конкурса, и нужно сразу сказать, что не только для россиян. Всемирный статус фестиваля означает, что почти половина участников приезжает из стран, где английский язык не является широко распространенным. И достаточно посмотреть презентации хотя бы одной номинации, чтобы понять: с блеском показать и рассказать о своем проекте могут лишь считанные участники. Кого-то подводит знание языка, кто-то не рассчитывает продолжительность презентации, кто-то из-за стресса не может ответить на вопросы жюри.
В зоне отдыха , организованной компанией Grohe можно было встретить кого угодно © WAF 2016
Например, сэра Питера Кука с удовольствием болтающего с молодежью © WAF 2016
Параллельно с защитами проектов в большом зале шла лекционная программа фестиваля. В большинстве случаев зал заполнялся до отказа © WAF 2016

Российские участники в большинстве своём отлично подготовились и выступали на уровне. Особенно хочется отметить UNK project, SPEECH и Wowhaus, чьи презентации прошли с блеском. Все три проекта вызвали немало вопросов жюри. Некоторые из которых были весьма каверзными. Например, у архитекторов бюро Wowhaus Алены Зайцевой и Анастасии Измаковой, представлявших Городскую ферму на ВДНХ, спросили, почему они считают, что этот проект нужно показывать в номинации ландшафт. Ольгу Полеткину, возглавлявшую работу над конкурсной концепцией, и Юлия Борисова, вместе презентовавших павильон Росатома, попросили пояснить, почему два задних фасада никак не решены.

Лучше всего были готовы и презентовали себя те, кто приехал на WAF не в первый раз и досконально знал о всех подводных камня. В этом плане, подача и презентация проектов «Студии 44» были на уровне топовых мировых бюро. Никита Явейн выстроил очень грамотную тактику, делегировав право представлять проекты ведущим архитекторам, молодым ребятам с отличным английским языком и готовых ответить на любой вопрос. Не менее успешна была тактика совместной защиты, когда основную презентацию рассказывал кто-то из англоговорящих сотрудников бюро, а руководитель подключался на этапе вопросов, давая более детальную или специализированную информацию. Пожалуй, менее эффективными приходится признать презентации, который делались самими руководителями, не владеющими языком в достаточной степени. Это отражалось на динамике подачи и детализации рассказа о проекте. А в сочетании с визуальным рядом, подходящим больше для наших традиционных градсоветов, такой подход не давал возможности произвести нужное впечатление на жюри.
Самые важные лекции и круглые столы модерировал куратор WAF, автор концепции и бессменный руководитель проекта Пол Финч © WAF 2016
Одним из самых ярких и интересных дискуссий на WAF 2016 стала беседа сэра Питера Кука и Волфа Прикса об изменениях в обществе и архитектуре «What’s changed. How we live now, how will we live tomorrow?» © WAF 2016
Не менее популярной оказалась лекция архитектора Патрика Шумахера, руководителя бюро Zaha Hadid architects о современной жилой архитектуре и то том, каковы реальные потребности человека в жилье сейчас © WAF 2016
Аудитория лекционной программы Всемирного архитектурного фестиваля WAF 2016 © WAF 2016
В финале конкурса победители номинаций в разделе «Реализованные проекты» вновь представляли их, но на этот раз жюри, возглавляемому Дэвидом Чипперфильдом © WAF 2016
В числе прочих победителей номинаций, свою работу показали в финале и авторы Центра диалога «Przełomy» – филиала Национального музея в Щецине (Польша) © WAF 2016
Финальные презентации сопровождались активным обсуждением членами жюри. У жюри, по каждому проекту, были вопросы и комментарии © WAF 2016

А что касается качества визуальных материалов, то достаточно сказать, что и в этом аспекте «звёздные» архитекторы, получившие этот статус отнюдь не за скромность и стремление оставаться в тени, продемонстрировали на WAF-2016 высоты, достойные того, чтобы их взяли на вооружение и наши финалисты. На некоторые «звёздные» презентации, словно на концерты рок-звезд, набивалось столько народу, что было страшно за надувные павильоны. И причиной этому была не только классная архитектура и известные имена спикеров. Коллеги с удовольствием шли посмотреть на полноценное архитектурное шоу. Ассоциации с шоу-бизнесом здесь более чем уместны, так как многие презентации были прекрасно срежиссированы и включали как спецэффекты – например, презентация бюро BIG жилого комплекса «57 West» в Нью-Йорке наполовину состояла из великолепного мини-фильма о строительстве здания со сложной съёмкой с дронов, так и вставные номера, эталоном которых стало показательное выступление Вольфа Прикса из Coop Himmelb(l)au. Маэстро прямо во время презентации фантастического Музея современного искусства в Шэньчжэне обнаружил, что загружен старый файл и отказался продолжать рассказ, пока не загрузили новую версию с дополнительными фотографиями.

Жюри относится ко всем нестыковкам и накладкам достаточно лояльно и единственный вред, который может причинить плохая презентация или неубедительный рассказ – то, что архитектор не сможет донести до судей каких-то нюансов, которые могли бы быть решающими. Угадать, что выстрелит в этом году и под каким «знаменем» пройдет Всемирный фестиваль – вот задача, которую каждый финалист должен был решить ещё дома и включить в свою презентацию несколько пусть спекулятивных, но от того не менее выигрышных «маячков». В идеале необходимо доказать, что здание качественно меняет положение дел в населённом пункте или сообществе. Очень уместны акценты на развитие культуры и борьба с социальным неравенством. Годятся темы возрождения культурных традиций и возврат к историческим корням. Про экологию и устойчивое строительства особо предупреждать никого не нужно, без них сейчас никуда.
По итогам финальных презентаций на торжественной церемонии в пятницу 18 ноября были объявлены обладали главных наград фестиваля WAF 2016 © WAF 2016
Среди пяти наград, вручаемых на фестивале WAF (Лучший будущий проект, Лучшая постройка, Лучший интерьер, Лучший ландшафт и Лучший малых объект), самым главным является приз «Лучшее здание мира» © WAF 2016
Приз «лучшее здание мира» достался авторскому коллективу Центра диалога «Przełomy» – филиала Национального музея в Щецине (Польша) – бюро KWK Promes под руководством Роберт Конечный © WAF 2016

Если попытаться проанализировать проекты, победившие в каждой из номинаций можно с известной долей точности вычислить, какие факторы оказались решающими и в соответствии с какими аспектам, продиктованным конъюнктурой архитектурной моды или каким-то новым трендом в глобальном информационном пространстве, жюри принимало свое решение. Такого рода игра в «угадайку» очень полезна всем, кто планирует участвовать в следующем WAF – и не просто участвовать, а побеждать.

Вот, например, как комментирует председатель жюри Гран-при конкурса Дэвид Чипперфильд выбор Центра диалога «Przełomy», филиала Национального музея в польском городе Щецине от бюро KWK Promes «Лучшим зданием года»:
«Этот проект обогащает город и жизнь города. Он соединяет воедино три ключевых для города периода истории: до Второй мировой войны, во время войны, разрушения и послевоенного развития, который значительно деформировал застройку центра города. Авторы используют рельеф как часть концепции музея, визуализируя таким образом уход в глубь истории, чтобы исследовать память и археологию города, в то время как над землей остается видимой небольшая часть здания с пилообразной крышей, образ которой может быть интерпретирован в широком диапазоне. Архитектура музея раскрывает прошлое, но делает это в поэтическом, оптимистичном и креативном ключе».

Сергей Чобан, член жюри номинации «Культура» раздела «Реализации», так объясняет победу музея в Щецине: «Нужно сказать, в номинации »Культура" была огромная конкуренция. Но победу мы присудили польскому музею. Архитектура культурного объекта не всегда должна быть вызовом контексту. Особенно, если рядом уже есть яркое высказывание, как в данном случае. Вместе градостроительной какофонии, авторы музея создали интересное общественное пространство, которое сразу же стало очень популярно у жителей города. И смогли уложиться в достаточно скромный (в сравнении с другими номинантами) бюджет. В этой архитектуре заложен ясный манифест, который был поддержан и решением большого жюри, присудившего ему главный приз на фестивале WAF-2016".

Внешне предельно простой и маловыразительный проект признан лучшим зданием мира, благодаря заложенным в него – и донесенным до жюри! – смыслам. После объявления результатов некоторые члены российской делегации возмущались странностью этого решения. Хотя тут нельзя не отметить интересную параллель: в России на фестивале «Зодчество» признан лучшим проект музея, также частично заглубленного в землю, архитектурные решения которого продиктованы заложенными смыслами и глубокими ассоциативными рядами. Жаль, что комплекс «Куликово поле» не номинировался в этом году на WAF, было бы интересно посмотреть на состязание двух столь различных визуально, но близких в концептуальном плане объектов. Тем более жаль, что скорее всего в следующем году для жюри в номинации «Музеи» и всего WAF будут работать другие приоритеты.
Центр диалога «Przełomy» – филиал Национального музея в Щецине (Польша). Бюро KWK Promes © WAF 2016
Центр диалога «Przełomy» – филиал Национального музея в Щецине (Польша). Бюро KWK Promes © WAF 2016

Нужно ли участвовать в WAF россиянам? Имеет ли это смысл играть в эту игру со странными правилами, не всегда понятными и просчитываемыми? Да, нужно и да, имеет. Именно об этом говорили все участники нашего опроса, опубликованного накануне старта фестиваля. Нужно подавать проекты, нужно готовить планшеты, нужно готовить презентации и готовиться самим, причем делать это с максимальной самокритичностью и пониманием, что никто там не знает и не обязан знать, насколько ты крут здесь в России. На WAF свою крутость нужно доказывать заново. Хотя лучше не доказывать, а постараться получить удовольствие и насладиться драйвом от участия в этом грандиозном и захватывающем марафоне, состоящем из сотен собранных со всего мира проектов. Больше драйва, больше удовольствия от самого процесса – и меньше амбициозных ожиданий.

На WAF собираются архитекторы со всего мира и царит удивительная атмосфера, которую правильнее всего охарактеризовать как цеховое единство. Там все делают одно дело и сталкиваются с одними и теми же, плюс-минус, проблемами. Удивительно, но там нет ощущения разделения на «звезд» и «не-звезд», которым страдает не в пример более показушная венецианская биеннале архитектуры, для которой богатство визуального ряда и провокационность высказываний зачастую превалирует над реальными профессиональными вопросами и проблемами. На WAF ты можешь защищаться в одном блоке с BIG и после объявления результатов обнаружить, что победу в твоей номинации отдели не им, и не Захе Хадид, а мало кому известному бюро из Польши. На WAF ты можешь пить кофе или есть салат, сидя за одним столиком с сэром Питером Куком или Дэвидом Чипперфильдом. И начинаешь по-другому осознавать, что такое архитектура, кто такие архитекторы, насколько сильно эта профессия определяет сознание и мировосприятие, что, по большому счету, не она имеет разделения по географическому или национальному признаку.

Ремарка: Может показаться, что у WAF нет недостатков и это практически идеальный архитектурный фестиваль. Что, к сожалению, не так. Есть одна вещь, которой катастрофически не хватает на Всемирном архитектурном фестивале, это – архитектура. Есть архитекторы, есть презентации и рассказы о проектах, есть общение, есть дискуссии, есть новые технологии и исследования на стендах спонсоров и партнеров. Но находясь внутри фестивального процесса ты не сразу, но понимаешь, что здесь отсутствует главное – то, ради чего был задуман фестиваль как финал общемирового архитектурного и интерьерного конкурса, то, ради чего его дирекция работала целый год, собирая беспрецедентную коллекцию лучших проектов и построек мира. Как именно презентуется эта коллекция? А никак! Все, что предоставляется гостям фестиваля – весьма демократичная, скажем из соображений политкорректности именно так, экспозиция, которая состоит из распечатанных на листах бумаги планшетов, подвешенных на «крокодильчиках» к простым деревянным рамам, расставленным вдоль внешнего периметра главного лекционного зала.

А так хочется увидеть всю эту архитектуру, собранную с разных концов света, созданную разными архитекторами, известными и не очень, с гигантскими бюджетами и на мизерные средства, сконцентрированную в одном месте в одном огромном зале. Хочется быть окруженным ею, видеть всё её разнообразие, впитывать визуальное богатство, чтобы потом возвращаться в презентационные залы и слушать авторов, меняя способ восприятия с визуального на вербальный. Хочется, надеяться, что этот недостаток WAF рано или поздно преодолеет, взяв на вооружение толику экспозиционного перфекционизма венецианской биеннале архитектуры.

Трудно удержаться от сравнения этих крупнейших мировых событий, фиксирующих основные тренды современной архитектуры. Они такие разные и в этом различии кроется парадоксальность профессиональных архитектурных мероприятий. Архитектура – штука одновременно и весьма прагматичная, клиентоориентированная, не зря некоторые называют её «второй древнейшей» профессией – но с другой стороны в ней есть шарм и шик, который архитекторы с удовольствием подчеркивают. Но если в Венеции удается создать образ высокохудожественного мероприятия, актуального и концептуального на острие современности, то на WAF всё крутится вокруг коммерческой и цеховой составляющей профессии.
 

0

05 Декабря 2016

author pht

Автор текста:

Елена Петухова
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Всемирный фестиваль архитектуры: WAF 2016

Слишком много государства. Что же на самом деле сказал...
Выступление Патрика Шумахера в Берлине вызвало скандал: его назвали «фашистом», мечтающим выселить из центра города всех «низкоэффективных» людей. Но его идея – об уходе от бессмысленных государственных нормативов к рыночному саморегулированию.
WAF. Гордость и предубеждение
WAF-2016, где Россия была представлена рекордным количеством проектов, вышедших в финал, но так и не победивших в своих номинациях, оставил непростые впечатления, в причинах и последствиях которых мы пробуем разобраться.

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Город у большой воды
Концепция масштабной застойки на краю Воронежа, над водой водохранилища-«моря», использует прибрежный перепад высот для организации сложносоставного общественного простраства, и уделяет много внимания силуэту и распределению масс, определяющих вид на будущий комплекс с другого берега реки.
Пол Флауэрс: «Инвестиции в архитекторов – это инвестиции...
Поговорили с вице-президентом по дизайну корпорации LIXIL, в состав которой с 2014 года входит GROHE, о новой премии WAF Water Research Prize, о микро- и макротрендах и о том, почему архитекторы и производители вместе смогут сделать для этого мира больше, чем по отдельности.
Паломничество в страну ар-деко
В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.
Дом в порту
Жилой комплекс на Двинской улице – первый случай современной архитектуры на Гутуевском острове. Бюро «А.Лен» подробно исследует контекст и создает ориентир для дальнейших преобразований района.
Дюжина видео-каналов в спину карантинному времени
Все вокруг советуют, как провести период изоляции с пользой. Мы собрали для вас YouTube-каналы, которые помогут не только скоротать время, но и узнать что-то новое, полезное – 12 об архитектуре, и еще несколько просто интересных. И БГ, если кто не видел.
Вместо плаца – парк
Архитекторы ChartierDalix приспособили исторические казармы Лурсин для юридического факультета университета Париж I: главную роль там играет созданный на месте плаца парк.
Взлетная полоса
Проект-победитель конкурса Малых городов для Гатчины: линейный парк в большом микрорайоне и возвращение памяти о первом военном аэродроме России.
Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.