Предсказатели урбоскопа

Дайджест скайп-лекции известного социолога Ричарда Сеннета и выступления политолога Екатерины Шульман на тему города в рамках Мосурбанфорума.

author pht

Автор текста:
Лара Копылова

mainImg
В связи с плохим самочувствием известный социолог Ричард Сеннет не смог приехать на Мосурбанфорум, и вместо его интервью с политологом Екатериной Шульман, в концертном зале «Зарядье» состоялись их сольные выступления на тему города. Сеннет прочел лекцию по скайпу, а Екатерина Шульман – лично. Перед вами дайджест обоих.
 
Ричард Сеннет
Ричард Сеннет – известный социолог и урбанист. Российскому читателю он известен переведенными на русский книгами по социологии города «Падение публичного человека», «Коррозия характера», «Плоть и камень: тело и город в западной цивилизации». На МУФ-2019 он представил свою новую книгу «Building and Dwelling. Ethics for the City” («Строительство и жилье. Этика для города»).

Выступление Ричард Сеннет начал с того, что город в целом складывается из двух понятий: ville – это собственно город как совокупность зданий, cite – это то, как люди используют пространство вокруг зданий. Существует определенный зазор между зданием и местом проживания. Является ли этическим действием построение коммуны за забором? «Я считаю, что нет, – сказал социолог. – Не следует избегать непохожих на вас людей. Этическое действие – разрушение коммуны» (коммуна в книге «Плоть и камень» – средневековый городской район, обычно связанный с той или иной корпорацией, часто обнесенный стенами и непроницаемый для других коммун. В данном случае Сеннет имеет в виду геттизацию современного города экономическими средствами – Л.К.).
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ

Лекция состояла из трех частей: «Открытый и закрытый город», «Отношения формы и функции», «Климатические изменения».

1. «Закрытая система – это умножение, открытая система – это синергия»

Люди хотят жить в комфортных условиях и структурах, но иногда это несправедливо по отношению к другим. Попытаемся ответить на этот этический вопрос с помощью понятий открытого и закрытого города, – предложил Ричард Сеннет. – Я выступаю за открытые города. Открытые города – это те, что были в прошлом, закрытые города – те, что мы имеем сейчас. Открытый город характеризуется высоким качеством жизни, но при этом риском неопределенности. Десять лет я преподавал урбанистику в Массачусетском Технологическом институте (MIT). Там я наблюдал специалистов из Майкрософт. Как правило, Майкрофосфт оперирует закрытыми системами, но эти люди в MIT хотели мыслить нестандартно. Они выдвинули идею открытого эксперимента, когда вы не знаете, что получите в результате. Кажется, эти люди никогда не спали. Мы должны применить этот метод открытого эксперимента к городам. Моя книга об этом. Закрытый город добавочен. Вы берете здание, умножаете на десять и, якобы, развиваете город. Так делали в СССР, так поступал Ле Корбюзье. Вы работаете как машина. Закрытые системы – это умножение. Открытая система – это синергия, когда целое больше суммы частей. К сожалению, в городе мы не используем этот принцип. Нам нужна синергия, а не репликация.

2. Мы должны порвать связку «форма – функция»

Второе, о чем я хочу сказать, это отношения формы и функции. Возьмем офисные здания. Люди покупают их за определенные характеристики. Но форма офисных зданий часто не является адаптивной. Или другой пример: в Китае в 1990-х годах была политика «Одна семья – один ребенок». Сейчас население стареет, поэтому желательны два-три ребенка в семье. Но ранее построенные дома имеют жесткую структуру. Их дешевле снести и построить новые, чем реконструировать. А если нет такой жесткой связки между формой и функцией, то жизнь может меняться безболезненно. В пустыне, в городе Масдар построили дороги для электромобилей с большими аккумуляторами, но в прошлом году научились делать маленькие машины. Закрытая система «форма – функция» может морально устаревать. В проектировании надо учитывать моральное устаревание. Детерминированная негибкая среда ведет к низкому качеству жизни и повышению тревожности. Среда высокого качества – гибкая.

Города с открытой городской средой – более пористые в том, что касается взаимосвязи между частями. В закрытых городах очень жесткие границы, а наша задача – обеспечить пористость. Скажем в Нью-Йорке, в Вестсайде есть улица, на одной стороне которой начинаются латиноамериканские кварталы и Гарлем, на другой вполне благополучный район, а рядом – вообще богатый Верхний Истсайд. Однажды я делал проект рынка в центре одного из районов, но это было ошибкой. Надо было разместить его на границе двух районов. Также мы должны грамотно подходить к планировке дорог, чтобы увеличить пористость городов.

3. «Вы не будете прятать голову в песок, как Трамп»

Сейчас в ООН я занимаюсь изменениями климата. Все города разные и по-разному реагируют на изменения климата. Скажем, в Нью-Йорке необходимо строить укрепления для защиты от непогоды, от океана. А в Москве истощаются водоносные слои, в Москву придется возить воду за 500 км. Для другой страны это не подошло бы, но в России возможно. В Китае будут меньше пользоваться автомобилями, а в Москве начнут отапливать дома тепловыми насосами. (Обращаясь к зрителям Мосурбанфорума – Л.К.). Вы – молодая аудитория, поэтому вы научитесь обходиться меньшим, вы не будете презирать экономию энергии и прятать, как Трамп, голову в песок.

Подводя итоги, Ричард Сеннет сказал: «Я пытался описать отношения между зданиями и местами. Люди живут так, как жить не должно. В закрытых городах форма связана с функцией. В открытых городах связка «форма – функция» не такая жесткая. Пример гибкости – здания, построенные на три четверти, которые предложил архитектор Алехандро Аравена. Мы должны увеличить пористость городов, открыть границы внутри города, как мы открыли границы государств внутри Европы. Мы должны экономить энергию, например, работая ночью, многим это даже нравится. Так мы будем ответственно подходить к изменениям климата».
 
Екатерина Шульман
«Закрытые системы – рецепт зла. Что значит быть открытым?»

Политолог начала свое выступление с отсылки к предыдущему оратору. Основные мысли Сеннета, подытожила Шульман, – оппозиция ville/cite, менее жесткая связь функции с формой и климатические изменения.

– Сеннет призывает нас выйти из зоны комфорта и начать экономить энергию. Русский человек едва ли к этому готов. Он не хочет выходить из зоны комфорта, так как думает, что он в нее еще не попадал. В любом случае закрытые системы – это рецепт зла. Это тюрьма, армия, монастырь, спецслужба, общага в частной школе для одаренных детей.
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
«Что значит быть открытым? Это значит – свободно передвигаться, видеть других и быть видимым. Наше время быстрое. Основная характеристика ресурсных потоков заключается в том, что они жидкие, ликвидные. Есть четыре вида ресурсов: люди, деньги, товары, информация. Люди и товары движутся быстро. Наше время отличается от прошлого легкостью передвижения людей, легкостью передвижения финансовых средств, информации и массовой культуры. Раньше люди небогатые почти совсем не могли передвигаться, так как это было дорого (вспомним литературу: отсутствие кареты, своего выезда – это была драма). Общественный транспорт появился только в середине-конце XIX века и сильно упростил дело. Массовый трамвай в Москве 1920-х изменил жизнь». Так Екатерина Шульман ответила на вопрос об открытости.
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
«Женщины после сорока пяти как бы растворяются»

Далее она проанализировала людские потоки в Москве. «По данным телефонных операторов в пределах Москвы за день передвигается 25 миллионов человек. Многие из них совершают лишние передвижения через центр. Но в то же время есть и противоположная тенденция: люди начинают передвигаться меньше. Интересный факт: женщины после сорока пяти как бы растворяются для торговли, перестают потреблять товары. Две трети населения никуда не ездит и ничем не пользуется. В принципе, это хорошо, когда люди не ездят, это значит, что они могут получить все услуги внутри района. Опять же система доставки и онлайн-торговли работает на неподвижность».

Мы исходим из того, что автомобили – зло: это по-прежнему основной источник загрязнения воздуха. Мы живем в стране, где потребление машин высокое, а общее благо – чистый воздух – недоступно. Так бывает во всех странах второго мира, где нет чистого воздуха и хорошей воды, хотя можно купить всё. Чем выше пешеходизация, тем ниже количество ДТП. В Москве дорожно-транспортных происшествий больше, чем в европейских городах. Только Рим – исключение, он может сравниться с Москвой по количеству инцидентов на дороге. Поэтому власти стараются ограничить автомобилистов, владеть автомобилем дорого и неудобно. Поэтому поощряется, чтобы человек сидел на месте.

Изменилась система занятости. Не все люди едут с окраины в центр на работу, многие работают дистанционно. Но те, кто не выезжает из района, в нем не только ночуют, они хотят парк, кафе, послушать лекции, поэтому необходимо повышать качество среды. Если довести эту тенденцию до горизонта, как делают авторы научно-фантастического мультфильма «ВАЛЛ-И», то возникает картинка: люди на тележках, самостоятельно передвигаться они не могут и только пьют напитки через трубочки.
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
«Высокая свечка в пустоте – это худший тип застройки, это портал в ад»

«Какие последствия нас ожидают? Первое – это дезурбанизация. Судя по данным телефонных операторов, люди уезжают из Москвы в Подмосковье и в другие города, чаще на юг. Они не обязательно становятся затворниками – хикикомори, которые никого не хотят видеть, которым пиццу под дверь подсовывают. Просто уезжают. Но это не будет массовой практикой. В ХХI веке только скорость интернета растет быстро, а в других процессах наблюдается вязкость. В ХХ веке трансформации были гораздо быстрее и страшнее. Если вы не можете сделать войну и быстро вырезать определенную страту, пожалуй, это и хорошо», – сказала политолог.

«Одновременно с покиданием Москвы, существует обратная тенденция. Люди продолжают ехать из деревни в города: в Москву, Петербург, Краснодар. Вопрос, надо ли увеличить плотность Москвы? По сравнению с Индией, у нас все не так страшно. Искусственно этот поток не остановить в демократическом государстве. Главное в городах – избегать геттоизации бедных районов. Высокая свечка в пустоте – это худший тип застройки, это портал в ад. Плотная высотная застройка и то лучше, чем одиноко торчащая башня. Эти пустые дворы, страшные подъезды, отсутствие инфраструктуры – это закрытая система. Про пожароопасность высотки нечего и говорить. Не дай Бог строить новые районы таким способом», – предостерегла Екатерина Шульман.
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ
Лекции Ричарда Сеннета и Екатерины Шульман на Фестивале МУФ
© фото предоставлены организаторами МУФ


08 Июля 2019

author pht

Автор текста:

Лара Копылова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.
Размером с 30 футбольных полей
«Зеленый квартал» – энергоэффективный, инновационный и самый дорогой градостроительный проект Казахстана, разработкой которого занималась международная команда: британское архитектурное бюро Aedas, американская инженерная компания AECOM и строительный холдинг из Казахстана BI Group.
Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.

Сейчас на главной

Между Мегой и рекой
Парк у торгового центра, сделанный по всем канонам современного общественного пространства: здесь учтены потребности горожан, идентичность, экономическая и экологическая устойчивость.
Вавилонская башня культуры?
Реконструкция ГЭС-2 для Фонда V-A-C по замыслу Ренцо Пьяно в центре Москвы – яркий пример глобальной архитектуры, льстящей заказчику, но избежать воздействия сложного контекста этот проект все же не может.
Архсовет Москвы-65
Архсовет поддержал проект размещения скульптур Виктора Корнеева на проектируемой станции метро «Лианозово», рекомендовав «усилить провокацию».
Алгоритмы и экономия времени: архитектор Лео Штуккардт...
Лео Штуккардт, руководитель проектов в бюро MVRDV и выпускник программы «Новая норма» Института «Стрелка», приехал в Санкт-Петербург на международную конференцию In The City, где рассказал о своем новом проекте и объяснил, какими должны быть современные методы проектирования.
Пресса: Что хорошего в Москве оставила вполне шизофреническая...
Вчера не стало Юрия Лужкова. Двумя месяцами ранее ушел из жизни архитектор Александр Кузьмин. Он пробыл в должности главного архитектора Москвы с 1996 по 2012 год. Этот промежуток охватывает почти весь срок правления легендарного и противоречивого мэра.
МАРШ: Параметрическое проектирование
Курс «Параметрическое проектирование» призван восстановить связь между абстрактной геометрией, реальными материалами и производством. Представляем итоговые работы студентов, которые разработали фасады для паркинга – сложносочиненные, но не дорогие и удобные в монтаже.
Памятник архитектуры
Публикуем главу из книги Григория Ревзина «Как устроен город». Современное отношение к памятникам архитектуры автор рассматривает в контексте поклонения мощам, смерти Бога и храмового значения парковой руины.
Небо становится ближе
В проекте Спортпарка в Тушино архитекторы бюро ASADOV объединили бассейны, каток, гимнастические залы и теннисные корты под общим «небом» – гигантской перголой из деревоклеёных конструкций, создав убедительный образ экологической архитектуры.
Белые завихрения
В Чанша на юго-востоке Китая открылся центр культуры и искусства «Мэйсиху» по проекту Zaha Hadid Architects: это ансамбль из трех объемов – двух театров и музея.
Волны в степи
«Платов» – один из первых новых аэропортов России. Он до предела функционален, поскольку учитывает развитие технологий и возможное расширение, но в то же время наделен универсальным образом и наполнен уютными деталями.
Культурная встреча на высоте
В Берлине заложен первый камень 150-метрового небоскреба Alexander Tower на Александерплац: архитекторы – Ortner & Ortner Baukunst, заказчик – российский девелопер «МонАрх».
Сжигая мосты
В конце зимы на Масленице в Никола-Ленивце сожгут мост по проекту архитектурного бюро KATARSIS. Рассказываем об итогах конкурса на лучший арт-объект.
Нагатино: четыре истории
Проект застройки западной части Нагатинского полуострова бюро «Гинзбург Архитектс» начинало разрабатывать четыре раза, послойно накладывая на территорию одну концепцию за другой и формируя уникальный городской кейс. Рассматриваем все четыре, начиная с сотрудничества с Уильямом Олсопом.
За художественную ценность
В Петербурге наградили победителей архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини», девиз которой – «Недвижимость как искусство». Представляем 18 лучших проектов.
Яркое предложение
Концепция развития микрорайонов 7 и 8 в Южно-Сахалинске продолжает работу, начатую концепцией для всего города, также разработанной архитекторами «Остоженки». Можно только удивляться, насколько логично и последовательно идет работа – и насколько ярок результат.
Взять под козырек
Архитектор Роман Леонидов, спроектировавший «усадьбу Завидное» в Подмосковье, перенес в область частного дома мотивы общественных сооружений и придал ему футуристический хайтековый акцент.
Отель-древо
В Бретани строится гостиница в форме дерева: на его ветках размещены номера-капсулы из алюминиевых профилей компании BEMO.
Под сенью Папы Римского
Архбюро Мезонпроект построило мастерскую для Зураба Церетели во дворе дома на Пятницкой, напротив церкви Климента Папы Римского. Мягкий экомодернизм соединился с чертами ар деко.
Долг городу
Гостиничный комплекс в Монпелье на юге Франции по проекту бюро Мануэль Готран возвращает городу часть использованного им участка как общественную террасу.
Изящество простоты
Микс из восточной архитектуры и принципов ленинградского градостроительства: как мастерская «Евгений Герасимов и партнеры» поднимает планку для массового жилья.
Третья жизнь модернизма
Zaha Hadid Architects представили проект реконструкции вестибюля модернистской башни в центре Лондона: это офисное здание 1970-х с 2015 года превращено в дорогое жилье.
Образцовый офис
Штаб-квартира девелопера Amvest в Амстердаме по проекту Firm architects: показательное рабочее пространство, которое должно, помимо прочего, снизить число прогулов.
Кому в Москве жить комфортно
Конференция «Комфортный город»-2019, организованная Москомархитектурой в дизайн-кластере Artplay, сконцентрировалась на психологии. Аудитория даже поучаствовала в социо-психологическом опросе, и результат – неожиданный.
От Сочи до Владивостока
Представляем победителей ежегодного сочинского смотра-конкурса «АрхРазрез». Среди лучших – проекты из Москвы, Иркутска, Владивостока, Смоленска и других городов.
Архитектор в администрации
Говорим с несколькими выпускниками программы Архитекторы.рф, запущенной Институтом «Стрелка» и ДОМом.рф, – а именно с теми из них, кто после обучения устроился на работу в городские органы власти.
BIF: лауреаты 2019
Представляем полный список награжденных и отмеченных проектов национальной премии «Лучший интерьер», которая прошла в рамках Best Interior Festival.
Петербургский коллаж
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра» расширена петербургским контентом. Предлагаем впечатления о ней и архитектурном процессе последних тридцати лет из первых рук – от участников.
Градсовет 20.11.2019
Неожиданные иностранцы проектируют офис для JetBrains, а отечественные архитекторы закрывают вид на краснокирпичный модерн: очередной градсовет Петербурга.
Архсовет Москвы-64
20 ноября Архсовет отверг проект ТРЦ около Преображенской площади от компании «Подземпроект» и утвердил проект дома в Большом Николоворобинском переулке Сергея Скуратова, по соседству с его же Арт-Хаусом.
Путь эмоций
Два молодых архитектора из ОСА о первом самостоятельном проекте для бюро и выработанном творческом подходе.