Октябрьские итоги: в гостях у Минотавра

Продолжаем резюмировать архитектурные события за месяц. Октябрь показался прошедшим под знаком лабиринта – немного запутанным, а также погруженным в тему реставрации и реконструкции

Автор текста:
Ирина Фильченкова

06 Ноября 2006
mainImg

Мастерская:

Проектная группа Поле-Дизайн
Как известно, первый всем известный лабиринт построил зодчий Дедал для царя Миноса, и в нем жил сын этого царя Минотавр. Вот уже пять лет Союз архитекторов России, на своем ежегодном фестивале «Зодчество» присуждает премию имени строителя того легендарного лабиринта – «Хрустального Дедала».

Экспозиции «Зодчества» всегда были сложными для восприятия – потому что состояли, за редким исключением, из стендов с множеством картинок, и некоторой запутанностью коридоров, в которые эти стенды выстраивались. Однако в этом году обычная запутанность усилилась, давая основания предполагать, что к ней стремились как к осознанному эффекту. Это во-первых, а во-вторых, в октябре был устроен не один, а два лабиринта, один там, где все привыкли, на «Зодчестве», а другой неделей раньше в ЦДХ на интерьерной выставке Lifestyle – 2006, где был лабиринт концептуальный, весь красный – специально для развески ядра некоммерческой экспозиции, выставки избранных интерьеров. Как известно, на «Зодчестве» интерьеров почти нет, не соответствуют масштабу. Получилось так, что две выставки в какой-то мере дополнили друг друга, показав разную архитектуру (хотя и не всю), в формате лабиринта. Подозрения приобретают устойчивость, когда мы узнаем, что дизайн обеих выставок делали одни и те же люди – архитекторы Влад Савинкин и Владимир Кузьмин, выступив таким образом в роли мифологического Дедала. Осталось найти Минотавра, иными словами – кто живет в лабиринте?

В лабиринте живет кто получится. На «Зодчестве» все меньше московских архитекторов. Среди претендентов на Присутствовали Андрей Боков, Павел Андреев, Александр Асадов, Дмитрий Александров, мастерская Гинзбурга; Моспроект-2, очень много. Остальных не было, возможно потому, что многие из них вошли в жюри, но состав жюри точно не известен. Как всегда держит планку Нижний Новгород, довольно-таки много петербуржцев.

Любопытным получился список награжденных. Прошлогодним лауреатом стал ГЦСИ Михаила Хазанова, что было дружно оценено как очень положительный сдвиг в позиции жюри. Кажется что в нынешнем 2006 году «Зодчество» продолжило свою эволюцию дальше, обратившись к самой благородной отрасли архитектурного проектирования, а именно, к реставрации. Главный приз, «Дедала», дали за реставрацию Александринского театра, среди «Золотых дипломов» – реставрация нижнего яруса кремлевского дворца патриарха Никона и Орловской богадельни.

Как мы знаем, реставраторы в их лучшей ипостаси не строят ничего нового, а консервируют и сохраняют существующее, а также – раскапывают в недрах кладки удивительно интересные вещи. Все это стоит больших денег заказчика и большой его же образованности, что в современной российской действительности встречается не так часто, как хотелось бы. Поэтому наградить хорошие реставрации, привлечь к ним, насколько это возможно, внимание – очень необходимо в надежде, что ситуация изменится, в России перестанут ломать и переделывать памятники, а начнут их сохранять. Хотя одного награждения на «Зодчестве» для этого, увы, недостаточно.

Так или иначе, видеть реставраторов в верхней части списка награжденных – очень и очень радостно. Надо сказать, что выбор из этих проектов кажется более сложным, чем обычно – надо знать, как именно все сделано «внутри», чего полностью на стенде не покажешь. Ведь не дали же Царицыну, которое было подано в ужасающих масштабах, попавильонно, значит, знали, что к чему. От этого выданная в октябре награда выступает как-то очень профессионально – отобранной по профессиональным критериям, для которых недостаточно одного взгляда на планшет. Как этого недостаточно и для того, чтобы выбрать из градостроительных проектов (здесь золотой диплом получил проект Ростова-на-Дону).

Отмеченные «Зодчеством» постройки и проекты поддерживают впечатление выбора профессионалами профессионалов. Это очень сдержанные, спокойные решения, которые с первого раза даже непросто найти в общей чехарде изгибающихся, вздувающихся, накреняющихся форм. Создается ощущение, что их и отбирали по такому принципу – чистоты и неамбициозности подхода. Немного особняком – дом на Шпалерной, очевидная, но по-питерски благородная стилизация под северный модерн, под Лидваля.

В итоге выбор «Зодчества» оказывается проникнут каким-то редкостным смиренным благородством. В некоторое смущение только приводит вот что. Главный диплом за реставрацию можно понять двояко: с одной стороны, приятно, что поддержали реставрацию как отрасль, с другой – эта отрасль очень специфичная, замкнутая в себе, во всяком случае не имеющая отношения к образованию современных форм. Может показаться, что современной архитектуры как бы нет, награждать нечего, вот и дали реставраторам. Конечно же, жюри ничего такого в виду не имело, жюри имело в виду отметить год реставрации, о чем и было вскользь сказано на церемонии. Однако же того, что современная архитектура на «Зодчестве» была очевидно не вся, тоже сложно не заметить. Вот если бы награждали по номинациям – лучшая реставрация, лучший градостроительный проект, было бы яснее. А так получается, что наградили не проект, а в каком-то смысле всю отрасль. Возможно, поэтому впечатление от «Зодчества» вышло несколько, в унисон лабиринтообразности его зала, запутанным.

Пока наши блуждали по лабиринтам, активизировались иностранцы. Начали улаживаться дела с Мариинкой Доминика Перро, московский градсовет утвердил проект двух башен Захи Хадид для Москва-сити, Лужков попросил только переставить их местами. Труднее всего пришлось английскому лорду Норману Фостеру, проекты которого для Новой Голландии и Зарядья согласовались, но с большим скрипом. На питерском градсовете сетовали, что конкурсное задание оказалось слишком мягким, и теперь не спасти застройку, которая не имеет статуса памятника. В Москве, наоборот, заметили, что в проекте Фостера не соблюдены условия задания – повышена (с 5-ти до 8-ми) этажность застройки, не восстанавливается трассировка улиц. Казалось бы, зачем ее восстанавливать, чтобы провести улицу к заделанным Константино-Еленинским воротам? Не исключено, здесь дело в том, что снос долгие годы ненавистной, а теперь – опять любимой гостиницы «Россия» стал знаковым актом, из разряда расставания с прошлым. Эта идейная знаковость тянет за собой желание увидеть нечто столь же принципиальное на этом месте. Например, восстановить Зарядье на XVI век в виде потемкинской деревни и населить экскурсоводами. В Музее архитектуры хранится много рисунков с гипотетическими реконструкциями такого рода – собрать их все вместе и сделать все заново… Но тогда все полезные площади придется закопать под землю.

За обсуждением планов по реконструкции безвозвратно утраченных сорок лет назад уличных трасс продолжают исчезать настоящие памятники. 14 октября, сославшись на противопожарную безопасность, в Оружейном переулке снесли кузницу XVIII века. 31-го завели уголовное дело, что возможно и станет шагом вперед в деле защите памятников, но вряд ли вернет подлинное здание.

После октябрьской триады реставрация – реконструкция – снос в ноябре, возможно, вновь оживет современность. Грядет несколько звучных награждений: в Москве все ждут результатов ARX award –  новой, но уже изрядно нашумевшей архитектурной премии, фонд имени Чернихова планирует торжественно вручить свою международную премию, будет вручена интерьерная премия «Архип», также должно стать известно, кому из иностранцев достанется скандальный питерский небоскреб. В ноябре же завершается венецианская Биеннале, на которой также должен быть объявлен список лауреатов – как мы помним, в этом году всех, кроме «Золотого льва», врученного Ричарду Роджерсу, назовут перед закрытием выставки. 
вход на основную часть «Зодчества»
лабиринт Lifestyl-a. В. Савинкин и В. Кузьмин
zooming
стенд, представляющий работы по реконструкции и реставрации Александринского театра на «Зодчестве». Лауреат «Хрустального Дедала»
Проект гостиницы арх. З. Хадид
zooming
проект реконструкции Новой Голландии, мастерская Нормана Фостера
zooming
проект Зарядья, мастерская Нормана Фостера. фото: AFP
zooming
руины в Оружейном переулке. фото: photoexpress


Мастерская:

Проектная группа Поле-Дизайн

06 Ноября 2006

Автор текста:

Ирина Фильченкова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.