Образ малой формы

Начинаем собирать коллекцию современных скамеек – с идеей, «месседжем», архитектурной составляющей. И, главное – либо уникальных, реализованных один раз, либо запущенных в серию, но обязательно по авторскому проекту. Из предложенных проектов редакция отберет лучшие, а из победителей этого мини-конкурса сделаем публикацию, покажем всем ваши скамейки.
А пока что...

mainImg
Мы много пользуемся – как, наверное, и все – Яндекс Картами, и давно наблюдаем за их развитием как главного городского приложения. Не без интереса заметили появление сотен трехмерных реалистичнных изображений достопримечательностей по всей России, в том числе самых современных построек, к примеру, «ГЭС-2» Ренцо Пьяно, Ельцин Центра Бориса Бернаскони.

Кроме того, на Яндекс Картах появились 3D-модели не только зданий, но и малых форм. И не только скульптур, но и скамеек.

Например, несколько скамеек в виде колец – недалеко от метро Аэропорт, на безымянном бульваре за Амбулаторным прудом. Или скамейка из органных трубок на Космодамианской набережной рядом с Домом Музыки на Павелецкой. 
  • zooming
    «Технологичная скамейка» рядом с метро Аэропорт
    Яндекс Карты
  • zooming
    Скамейка рядом с Домом Музыки
    Яндекс Карты
  • zooming
    Скамейка-«турбина» недалеко от метро Аэропорт
    Фотография © Георгий Копылов
  • zooming
    Музыкальная скамейка на набережной у Дома Музыки. Архитекторы A4
    Фотография © Георгий Копылов

Нам известен целый ряд скамеек и малых архитектурных форм, появившихся в Москве за последние 15 лет, но именно этих мы не знаем.

Сразу после публикации определились авторы скамейки у Дома Музыки, реализованной в составе проекта благоустройства набережных острова Балчуг под руководством Департамента капремонта Москвы – это архитекторы бюро A4. Авторов скамеек-турбин пока ищем.  

«Литературная скамейка» – две дугообразные лавочки на Пушкинской площади – определенно нарисованы «в пандан» самому памятнику как достопримечательности. 
  • zooming
    «Литературные скамейки» на Пушкинской площади
    Яндекс Карты
  • zooming
    «Литературная скамейка» на Пушкинской площади
    Фотография © Георгий Копылов

Видя, что  Яндекс Карты взяли курс на реалистичность – от 3D зданий и деревьев до детализированных дорог с полосами и развязками – мы задали представителям сервиса несколько вопросов: почему именно было решено работать над трехмерными изображениями скамеек и других малых форм, сколько именно объектов отрисовано и сколько планируется, как были выбраны предметы для дизайнерской работы.

Михаил Лукашин, руководитель группы картографического дизайна Яндекс Карт:

Последние два года мы делаем Карты более интуитивно-понятными, чтобы по ним было проще ориентироваться. Вместо абстрактных объектов на карте появляется все больше реалистичных и легко-узнаваемых 3D-моделей. Например, зданий, памятников и малых архитектурных форм. Сейчас таких 3D-макетов у нас уже более 550 в 35 городах России.

В работе по визуализации зданий на картах важны одновременно две вещи: реалистичность и точность архитектурных деталей и нужная мера обобщения и детализации, чтобы изображение не было слишком «тяжелым» и не перегружало карты. За последние годы мы хорошо освоили этот баланс, создав свой собственный дизайн-код для трехмерной визуализации. Однако работа с малыми архитектурными формами – особый  челлендж для картографических дизайнеров. Она сложнее, потому что масштаб объекта меньше, он должен считываться как сопоставимый с реальным в сравнении со зданием – и в то же время быть узнаваемым.  

На данный момент мы отрисовали девять скамеек. Выбирали по тем или иным критериям узнаваемости: скамейки с необычной формой турбины или органа, расположенные в неочевидных местах или просто культовые. Первой пришла на ум всем известная «скамейка Воланда» на Патриарших, к которой пользователи охотно оставляют отзывы и загружают фото. Из других необычных примеров – «скамейка для интровертов» напротив Дома культуры  «ГЭС-2», на ней умещается только один человек. «Большая глина» Урса Фишера попала на карты как объект, входящий в ансамбль «ГЭС-2». 

Мы не можем сказать, что готовы в ближайшее время заняться моделированием многих малых форм даже в Москве – хотя петербургский «Чижик-Пыжик» на карте присутствует – но какие-то объекты мы могли бы запланировать к добавлению.
  • zooming
    Большая глина №4, Урс Фишер
    Яндекс Карты
  • zooming
    ГЭС-2 вместе с «Большой глиной»
    Яндекс Карты
  • zooming
    Чижик-Пыжик на набережной Мойки рядом с Михайловским замком
    Яндекс Карты
  • zooming
    Модель Михайловского замка с обозначением места скульптуры Чижик-Пыжик
    Яндекс Карты

Таким образом, малые объекты – это, с одной стороны, в некоторых случаях «пара» большим, заметным; а с другой – опыт для работы с мелким материалом. То есть, в сущности, для отрисовывания города как такового, целиком. Когда мы видим нарисованных в 3D Чижиков-Пыжиков и автомобильные полосы с их разметкой, и в то же время знаем о новых правилах полигональной модели для Москвы, – то можем предположить появление, в какой-то момент, полной трехмерной модели всего на свете. 

Есть, впрочем, и другие примеры в наборе Яндекс Карт: трехмерная модель скульптуры «Дорогу утятам!» в Новодевичьем парке, как мне удалось понять, появилась на картах «в пандан» к скамейке: довольно малопримечательной, но с хорошим видом на монастырь. 
  • zooming
    Скамейка с видом на Новодевичий монастырь рядом со скульптурной группой «Дорогу утятам!»
    Яндекс Карты
  • zooming
    Скамейка с видом на Новодевичий монастырь (2012–2016) рядом со скульптурной группой «Дорогу утятам!» (1991)
    Фотография © Георгий Копылов

А скульптура, вообще-то любопытная, это подарок Барбары Буш детям СССР, она копирует скульптуру Нэнси Шёна по мотивам американской сказки Роберта Макклоски «Дорогу утятам», стоящую в Бостоне. В Москве ее установили в 1991 году, затем несколько раз вандалы спиливали и похищали утят и даже маму, но скульптуру восстановили, в последний раз – в 2000 году, и открыли в присутствии Михаила Горбачева. 

Так вот, глядя на старые панорамы, можно заметить, что в момент установки скульптуры, в 1991 и в 2000, и даже в 2012, рядом с утятами, а они расположены на выходе одной из аллей парка к пруду, не было никаких скамеек, а те, что были поблизости, были другими: классическими, московскими, изогнутыми. Какими они были в Новодевичьем парке и в 1960-е, и в 1970-е, и заменены были между 2012 и 2016. 

Рисование мелочей провоцирует исследование города, ставит какие-то новые вопросы. Надо сказать, что, если скульптуры, как правило, восстанавливают даже когда те страдают от вандалов и воров, то вот «урбанистическая мелочь» – вещь очень преходящая, и идет под нож без раздумий. Затем появляются копии, люди рассматривают старые фотографии, способные напомнить им о городе другого времени. Хорошие киношники восстанавливают фактуру для съемок на определенный период. Но, по большей части, не всякий отличит новую скамейку или фонарь от старой, и еще меньше кто – скажет, по каким признакам можно судить. 
«Скамейка туриста» на Никольской
Фотография © Георгий Копылов

Малые формы городского благоустройства – скорее, часть привычного окружения, как интерьер собственной квартиры. Предмет личных воспоминаний. Вот например, с одной девяти скамеек Яндекса, той, что на детской площадке в Сокольниках, у меня связано одно личное: 15 лет назад я там так поругалась с мамочкой из-за места на той самой – вот удивительно! – скамейке, что до сих пор не могу забыть... Может быть, у людей есть какие-то еще истории о скамейке в Сокольниках, потому она и появилась на картах? 
  • zooming
    Детская скамейка в парке Сокольники
    Фотография © Георгий Копылов
  • zooming
    Детская скамейка в парке Сокольники
    Фотография © Георгий Копылов

К тому же это самая свежая из традиционных скамеек, то есть обычных для взгляда, но сделанных недавно. Любопытно сравнить ее с роскошным прообразом викторианского типа, сфотографированным в одном из парков Москвы. 
  • zooming
    Викторианская скамейка типа «голова льва» в московском парке
    Фотография © Георгий Копылов
  • zooming
    Детская скамейка в парке Сокольники
    Фотография © Георгий Копылов

Как далеко способны уйти повторения от своих прообразов, подумать страшно. 

Большая часть скамеек, появившихся сейчас на картах, относится именно к «традиционной» разновидности. Это неудивительно – она, та самая викторианская скамейка, заимствованная больше ста лет назад всеми просвещенными странами, оказалась очень живучей. Может быть, ее придумали хорошо? Многие люди говорили мне об эргономичности «классических» скамеек и неудобстве современных рубленых форм. Тем не менее, их попросту больше, следовательно, и шанс получить некое название возрастает. 

Вот, например, скамейка Воланда на Патриарших прудах. Понятно, почему она попала в список – достопримечательность. Никто ведь не может доказать, что легендарный разговор об атеистах проходил именно на ней. Ну, разве что музейщики. И, кстати, почему не Берлиоза? В конце концов, это было место его последнего, опять же легендарного, прижизненного выступления. Скамейка как скамейка, справа и слева такие же. Но нет, кота на ней нарисовали. Я поначалу подумала, что кот настоящий – ну то есть, бронзовый. Но нет, он существует только на картах. Вот вам и воспроизводство мифа... Чистейшее. 
  • zooming
    Скамейка Воланда на Патриарших прудах
    Яндекс Карты
  • zooming
    Скамейка Воланда на Патриарших прудах
    Фотография © Георгий Копылов

«Скамейка туриста» на Никольской, совершенно традиционная, согласно моему предположению, напоминает о ЧМ-18. «Зеленая скамейка» в Коломенском – кажется вымыслом, говоря точнее, мифологизацией обыденности: рядом немало похожих скамеек, так же спрятанных в кустах. Но как они похожи друг на друга. В московском благоустройстве период расцвета длился, кажется, до конца 1970-х и воспевал, с небольшими вариациями, всю ту же викторианскую скамейку с двумя чугунными опорами по бокам. 
  • zooming
    «Скамейка туриста» на Никольской
    Фотография © Георгий Копылов
  • zooming
    «Зеленая скамейка» в Коломенском
    Фотография © Георгий Копылов

Московское благоустройство 2010-х отразилось в трех уже упомянутых объектах, пока неизвестного, к сожалению, авторства, и – в «Скамейке интроверта», чей макет появился на Якиманской набережной напротив «ГЭС-2». 
  • zooming
    «Скамейка интроверта» на Якиманской набережной
    Фотография © Георгий Копылов
  • zooming
    «Скамейка интроверта» на Якиманской набережной
    Фотография © Георгий Копылов

Дело, однако, в том, что никакая она не «интроверта». 

Современная Якиманская набережная появилась в результате реализации проекта КБ «Стрелка» и голландских ландшафтных архитекторов OKRA. Проектом руководил Баудевейн Алмекиндерс и это был один из первых больших проектов в рамках программы «Моя улица», – он соединил цельным пешеходным и велосипедным пространством Парк Горького и Балчуг. Сообщалось, что установили 22 скамейки и 39 урн. На отрезок напротив «ГЭС-2» пришлось 15 скамеек: две длинные, их поставили спиной к воде, и 13 одиночных, группами пореже и погуще, некоторые из них развернуты друг к другу, а две по центру стоят параллелельно, смотрят на Дом культуры и на канал. Строго говоря, эта была пара скамеек для совместного созерцания и тихой беседы – к примеру, для пары, которая давно знает друг друга. Ну и мало ли для кого еще. 

До 2024 года не дотянули 9 скамеек из 15: одна длинная посередине, четыре одиночки к востоку и четыре к западу, среди одна из нашей созерцающей пары. Так и появляются скамейки для интровертов, когда соседей забрали. Неизвестно, почему. Что-то там с запчастями, вероятно. 

Но этот случай показывает нам, как быстро исчезает «городская мелочь», благоустройство, насколько оно временно. Так что его, вероятно, полезно и фиксировать, и «отрисовывать», и давать, в конце-то концов, скамейкам имена. Предположу, что «Скамейка интроверта», отмеченная в Яндекс Картах, просто так уже не исчезнет. Радуюсь, что в этом, может быть, заключается сила слова. Ну, и рисунка. 

Но хотелось бы поднять и другой вопрос: не только скоротечности малых форм и их незащищенности, в отличие от тех же городских скульптур – но и анонимности этих объектов. Казалось бы, волна популярности благоустройства, да и даже споров вокруг него, в 2010-е годы принесла множество имен, и иностранных, и наших. Но как-то все это быстро забывается, вымывается из повестки. Повестка она же какая: поговорили и забыли. На домах по реновации таблички вешают, хотя мне иногда кажется, что это в наказание, а на благоустройстве – ничего не написано, и не всегда легко выяснить. А ведь его много, уже очень много. Прежде всего, конечно, в голову приходят, как одни из первых, скамейки Wowhaus вокруг цветочных клумб на Крымской набережной и их же скамейки – вот те действительно для интровертов, обращенные высокой спинкой к прохожим, в парке Красногвардейских прудов. Но авторских объектов намного больше. 

Вот что мы предлагаем: кто знает авторские скамейки, не обязательно в Москве, но обязательно придуманные для конкретного места – напишите нам место и архитекторов. Сами авторы уникальных скамеек – тоже, напишите, пожалуйста. А мы соберем материал.

Предложить вашу скамейку можно в опроснике ниже:

31 Марта 2025

Похожие статьи
Шайбу!
Утверждена архитектурная концепция станции метро ЗИЛ Бирюлевской линии. Ее авторы: Сергей Кузнецов, KAMEN, Максим Козлов. По словам авторов, они «стремились передать атмосферу большого завода, энергии производства, промышленной мощи». Конкурса не было.
Серебряные коньки
Офисный квартал STONE Калужская сопровождают два жилых дома, что делает комплекс, а это именно он, взвешенным с функциональной точки зрения. Архитекторы Kleinewelt сделали дома серебристыми под стать офисным корпусам. В чем сходство, в чем отличия и при чем тут «Серебряные коньки» – читайте в нашем материале.
Снос Энтузиаста
В Москве снесли кинотеатр «Энтузиаст». Хороший авторский модернизм, отмеченный игрой в контраст пластического равновесия, непринужденно парящими консолями, и чем-то даже похожий на ГТГ. С ним планировали разобраться где-то с 2013 года, и вот наконец. Но поражает даже не сам снос – а то, что приходит на смену объекту, отмеченному советской госпремией.
Сад надежды на свободу
В Спасо-Евфимиевом монастыре в Суздале в октябре открыли Сад арестантского корпуса: там, где с XVIII века до оттепели была тюрьма. Авторы архитектуры – NOῨD Короткий метр, ландшафта – бюро МОХ. Садов на самом деле не один, а два разных. Очень разных. Пытаемся разобраться, правильно ли они воздействуют не эмоции посетителя и заодно показываем красоту июньского цветения рудеральных растений.
Капля крови
На стенде Москвы на ПМЭФ был показан – в формате инсталляции – проект нового корпуса НИИ Скорой помощи имени Склифосовского, в просторечии Склиф. Изучаем, строим гипотезы и предположения, рассматриваем аналогии.
Вент-фасад: беда или мелочь?
Еще один памятник модернизма под угрозой: Донскую публичную библиотеку в Ростове-на-Дону архитектора Яна Заниса планируется ремонтировать «с максимальным сохранением внешнего облика» – с переоблицовкой камнем, но на подсистеме, и заменой туфа в кинозале на что-то акустическое. Это пример паллиативного подхода к обновлению модернизма: искажения не касаются «буквы», но затрагивают «дух» и материальную уникальность. Рассказываем, размышляем. Проект прошел экспертизу, открыт тендер на генподрядчика, так что надежды особенной нет. Но почему же нельзя разработать, наконец, методику работы со зданиями семидесятых?
Краеведение по следам Ленинианы
Два года назад художница из Санкт-Петербурга Ксения Клёнова придумала проект ПостLeniniana, приуроченный к столетию смерти Ленина. Она планирует посетить 100 городов России с необычными памятниками Ленину, поговорить о них с жителями и написать книгу. Сейчас она проехала 20 населённых пунктов и регулярно отчитывается, – так, по ходу дела, возникают путевые заметки. Показываем.
Заметки о Ломоносове
Исследовали, благодаря открытой экскурсии Москомархитектуры, два самых звучных образовательных кластера. Здание Ломоносов уже построено и действует. Изучили достоинства, вложили персты в раны недостатков. Главное достижение – архитектура здания современная, – засчитано.
Удариться об кирпич
В 2019 году архитекторы бюро Megabudka предложили замостить Сокольническую площадь клинкерным кирпичом – возродить эксперименты, которые проводили в Москве начала XX века. Проект реализован: что-то, как всегда, сократили, но кирпич довольно-таки уверенно «держит удар». Ищем 10 отличий и рассматриваем прообразы.
Реставрация и сыр
Совсем недавно, в августе 2023, в Костроме открылся ресторан «Сыровар». Рассмотрели интерьер и отреставрированный дом, с удивлением обнаружили, что имя заказчика указано, имя автора интерьера известно, а вот про реставраторов не сказано ничего.
Дуга и мир
Изучили ландшафт винодельни Гай Кодзора и новый павильон – DUGA bar, или Мир. Это бетонная циркумференция, открытая панораме и ветру, элегантное и уместное на горе сооружение. Рассматриваем новый павильон, делимся впечатлениями о винодельне.
По мотивам
Сравниваем храм, который планируется построить около ЖК «Символ», с его предполагаемыми и настоящими прообразами.
Технологии и материалы
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Сейчас на главной
МАРХИ 2026: комплексные решения городских пространств
Представляем шесть выпускных работ, подготовленных бакалаврами кафедры «Архитектура жилых зданий» под руководством Дмитрия Величкина, Николая Голованова и Виолетты Пилипенко. Одна из них удостоена Золотой медали МАРХИ.
Без острых углов
Можно ли выразить философию бизнеса средствами интерьерного дизайна? Именно такую задачу поставила перед собой команда T+T Architects, проектируя офис девелоперской компании STONE. Статус здесь подчеркнут без показной роскоши, а корпоративные ценности воплощены без громких деклараций – в пластике, материалах и организации пространства.
Балансируя на грани
Бюро NOWADAYS office разработало дизайн концептуального магазина SV Moscow в историческом особняке на Тверском бульваре, комбинируя старые и новые элементы и приемы, чтобы создать узнаваемый интерьер, способный удивить и восхитить настоящих знатоков экспериментальной моды.
Пресса: Я живу в маленьком домике. Большое интервью с архитектором...
Архитектор Михаил Белов застал четыре больших периода в архитектуре: позднесоветский, «лихие девяностые», «лужковский» и сегодняшний. И не просто застал, а активно проектировал и строил, иногда вопреки обстоятельствам. Для спецпроекта «Люди эпохи» мэтр рассказал, что такое «бумажная архитектура», вспомнил, как японец-якудза заказывал ему проект русского ресторана, похвалил Сталина, поругал Татлина, а ещё объяснил, почему Натали не должна быть выше Пушкина — по крайней мере, в лужковской Москве
Заставка для дома
Институт Генплана Москвы организовал конкурс, благодаря которому фасады четырех зданий в Москве украсят изображения, сделанные по эскизам художников. Предлагаем ознакомиться с работами, которые прошли в финал и победили по итогам голосования среди горожан. Признанные лучшими эскизы специалисты Института адаптировали, чтобы нанести на металлические панели – такая технология имеет ряд преимуществ перед муралами и граффити.
Изумруд и терракота
Архитектурный образ клубного дом «Артефакт» на набережной Ростова-на-Дону бюро «Новая Р.А.С.А.» решила на контрастах: густого изумрудного оттенка фальца и старинного красного кирпича, протяженной горизонтали террас и острых «полущипцов» на торцах.
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Зеленая энергия старого города
Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Жирафы и игрушки, фасады и подушки
В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
С чистым телом и духом
Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.