Мы здесь строим то, что во Франции ломают

Французский архитектор Доминик Дрюен рассказал московским слушателям о том, как в окрестностях Парижа ломают «дома-корабли» послевоенных кварталов. Русский архитектор Юрий Григорян рассказал в ответ, что в Москве такие дома, наоборот, продолжают строить, причем в промышленных масштабах.

28 Февраля 2012
mainImg
Неделю назад портал Полит.ру провел дискуссию, посвященную реконструкции города. Разговор состоял из лекции французского архитектора Доминика Дрюена (Dominique Druenne) и комментариев трех российских экспертов: Александра Кибовского от Москомнаследия, Натальи Душкиной от защитников наследия и Юрия Григоряна от архитекторов.
zooming
Снос дома «Бальзак», Витри-на-Сене. Фотография: http://television.telerama.fr
zooming
Доминик Дрюен (слева), Борис Долгин (справа). Фотография Ларисы Талис

Доминик Дрюен, автор двух книг про «реабилитации старого жилья», изданных в 1976 году, рассказал о Национальной программе обновления городов во Франции (projet de rénovation urbaine, PRU). Национальная программа городского обновления была запущена в 2003 году. В 2004 – 2008 годах на неё было выделено 250 млн. евро, планируется вложить ещё больше, и построить, в общей сложности, 300 тыс. «единиц жилья».

Речь в основном идет о реконструкции кварталов, построенных после Второй мировой войны. Тогда Франция переживала острый жилищный кризис: для обеспечения населения не хватало 4 млн. единиц жилья, притом что 50% населения на тот момент проживало в городах. К 1968 году общее количество жителей Франции возросло на четверть, составив около 50 млн. чел., в том числе и за счет переселенцев из Алжира. По словам Дрюена, в то время 80% жилья во Франции не имело необходимого в нашем понимании оснащения (например, теплого туалета и душа). До войны обустройство домов во Франции было частным делом, после войны подключилось государство. С 1957 по 1983 год оно активно строило массовое жилье, и построило 198 кварталов с двумя миллионами квартир.

Однако если в первые десять лет после возведения эти жилые массивы воспринимались как «кварталы счастья», то затем их заселили бедняки и иммигранты, и обстановка изменилась. Сейчас там небезопасно, торгуют наркотиками, а пожарные машины не могут подъехать к домам потому, что их забрасывают камнями. Домашний адрес в таком квартале может помешать человеку устроиться на работу.
Чем не улица Строителей? а до Парижа всего 4 километра. Витри-на-Сене, кадр из ролика http://www.dailymotion.com

Квартал «Бальзак» в городке Витри-сюр-Сен, расположенном в четырех километрах к югу от Парижа, был построен в 1964–1968 годах по проекту архитекторов Марио Капра, Луи Кера, Жана Пьера Жильбера. Он состоит из серых 14-ти этажных домов-пластин на «ножках» (похожие дома есть в Москве: один на ВДНХ, второй на Беговой, третий это дом-стена на Тульской), длинных 10-ти этажных домов попроще, и пятиэтажек. Для Москвы это не привычно, но при строительстве все они получили «культурные» названия: дом «Ренуар», «Равель», две пластины – «Дебюсси», четыре пятиэтажки – «Брак» (не то, что мы подумали, а Жорж Брак). Одна из самых больших пластин на ножках называлась «Бальзак» – 23 июня 2010 года ее разрушили. Делалось это тщательно: на середине высоты дома убрали все стены, ослабили опоры и «уронили» верхнюю часть дома на нижнюю. Пыли, несмотря на все старания, было много, а жильцы соседних маленьких домов уезжали на время сноса (маленьких домов вокруг много, квартал многоэтажек скорее исключение, разрывающее городскую ткань, как говорит Дрюен).
Пятиэтажные дома, которые заменят 14-этажные дома-пластины. Витри-на-Сене, кадр из ролика http://www.dailymotion.com

Вместо снесенных 660 квартир планируется построить 1300 «единиц жилья» – тоже квартир, но в пятиэтажных домах с террасами на крыше. Существующие там же старые пятиэтажки сохраняют, утепляют и облицовывают. Получается, признаться, не то, чтобы эстетично, зато практично. Французы люди весёлые, они уже шутят, что жители Витри теперь будут отмерять свою жизнь по разрушению классики: до падения Ренуара, после сноса Дебюсси…

Ролик, рассказывающий о сносе, реконструкции и проектах строительства в Витри-сюн-Сен


Ролик, посвященный жителям Витри, ближайшим соседям снесенного дома «Бальзак»


Другой похожий (хотя и попроще) дом был сломан 6 июля 2011 в парижском пригороде Аньер-сюр-Сен. Он назывался тоже красиво – Gentianes (переводится как горечавка, это такой синий садовый цветок).

Снос дома Горечавка в Аньер-сюр-Сен

Дом-змея в квартале Куртилье. Фотография http://agencerva.com

С районом Куртилье (Les Courtillières) в Пантене планируется обойтись добрее. Помимо коробок, которые планируется снести, там есть дом-змея, построенный в 1954 году Эмилем Айо и признанный памятником архитектуры. Его ломать не будут, наоборот – вмешательство решено минимизировать. Дома, волнисто вьющиеся по контуру парка, отремонтируют изнутри, заселят первые этажи торговлей, а фасады покроют стеклянной массой, которая меняет свой цвет в зависимости от освещения. Проект сделала студия RVA, осуществить его планируется к 2016 году.
zooming
Юрий Григорян, Александр Кибовский (надо же, как получился) и Наталья Душкина. Фотография Ларисы Талис

Комментируя рассказ Дрюена, Александр Кибовский заметил, что во Франции, в таких кварталах население однородно-бедное, а у нас состав жителей пестрый. И тут же плавно перешел к разговору о московском историческом центре, посетовав, что жители центра часто не в состоянии обеспечивать хорошее состояние доходных домов, в которых они живут. Глава Москомнаследия посетовал, что в последние 20 лет застройка центра велась коммерчески – не то, что в советское время по плану, и выразил надежду на то, что Новую Москву будут градостроительно регулировать. По его мнению, «это шанс наконец увидеть человека, гражданина, нуждающегося в дружелюбной городской среде».

Наталья Душкина говорила о наследии XX века. Она вспомнила о выставке Рема Колхаса на архитектурной биеннале, пафосом которой было: «прекратите разрушать послевоенную застройку», включая здания 90-х годов, потому что, прежде всего, ее некуда вывозить. «Куда вывезли тонны материала, которые остались от пятиэтажек или гостиницы «Россия»? – Хорошо, если на строительство дорог и полигонов, но с нашей бесхозяйственностью вполне может оказаться, что эти груды строительных останков лежат в наших лесах. …необходимо  прекратить разрушать, надо  адаптировать к современным условиям. В Германии, например, не разрушаются ГДРовские пятиэтажки – они обновляются от Берлина до Дрездена. Хотя это и не памятники».

Далее Наталья Душкина упомянула рабочие поселки 20-х – 30-х годов. Она рассказала о том, что Институт Генплана некоторое время назад провел дорогостоящие работы по исследованию этих поселков, после чего они были поставлены на охрану «как вновь выявленные» памятники русского авангарда. «Потом – вдруг, хаотично, они стали выводится из-под охраны. А в это время мы смотрим на Берлин в котором подобные сооружения приведены в идеальное состояние. Тема малогабаритных квартир в центре города тоже очень актуальна. Современному человеку не всегда нужны большие метры, особенно одинокому человеку. Небольшие площади квартир в центре это не только дань моде, это веяние времени. Итогом выступления стал призыв: «Адаптация – а не разрушение!» и это была одна из главных тем встречи, по мнению Душкиной.
zooming
Юрий Григорян. Фотография Ларисы Талис

Юрий Григорян прокомментировал рассказ Доминика Дрюена так: в нем было два сюжета. В одном были показаны прямоугольные, не очень красивые дома, которые создавали проблемы, и их снесли. Во втором сюжете дома более затейливой конфигурации, более красивые, и их сохранили. Тогда – продолжил Григорян, можно сказать, что в Москве любой дом, чем более декорирован и изукрашен, тем он более памятник и тем сильнее нам надо его сохранять. Яркий пример – дом Наркомфина: это сарай, построенный из камышей и штукатурки, поэтому его никто не хочет реставрировать и сохранять.  

Однако ситуация, изложенная Дрюеном, по убеждению Юрия Григоряна, к Москве никакого отношения иметь не может. В Москве в пределах МКАД  114 000 зданий, 39 000 жилых, из них только 5% построено по нетиповым проектам. Территории типовых микрорайонов занимают 80% города – это и  есть город Москва, а историческая часть это всего 3,5 % города. Почему все озабочены этими 3,5 процентами? По убеждению Юрия Григоряна, скоро мы будем иметь 80% территорий, превращенных в гетто. «Мало того, это именно та архитектура, которая нам кажется плохой и она действительно плохая, она порождает проблемы, но именно она воспроизводится сегодня в огромных количествах строительными комбинатами. Мы продолжаем порождать это пространство с огромной скоростью. Во времена Лужкова строилось примерно 3 млн. кВ. метров жилья в год. В прошлом году было построено 1,47 млн. Не взирая на то, что в Москве «ничего строить не собираются», потому что уже ездить негде, все равно  подписали большое количество участков под строительство жилья. Вот именно такого жилья – панельного, которое по-хорошему надо бы сносить. Но мы продолжаем строить, создавая проблемы себе и нашим потомкам. Из домов-кораблей они превращаются в дома-кварталы и вместо 9-ти этажных в 25 этажные …во Франции есть закон, который запрещает строить одинаковые здания не больше какого то определенного количества. А у нас совсем не так, мы не собираемся решать проблемы анонимной застройки, которая производится по каким-то непонятным ценностям. Может быть, это ценности домостроительных комбинатов?» В Москве, по словам Григоряна, масштаб проблемы несколько другой, чем во Франции.

Выход есть, и по мнению Юрия Григоряна, он такой: надо прекратить заниматься центром и заниматься периферией, МКАДом, микрорайонами (студенты «Стрелки» под руководством Григоряна насчитали в пределах Садового кольца 5037 зданий, из них 1048 построенных в советское время, и 848 за последние 20 лет).

«Недавно я предлагал, давайте соберемся и сделаем что-нибудь хорошее для Капотни. Туда никто не хочет, там плохая экология, там заводы, там живут люди в каких то непонятных домах. Это настоящее гетто. Но меня не поняли и высмеяли, потому что все архитекторы хотят в центр. Это ментальная проблема. Риэлторы продают в Москве все что недвижится, никаких ценностей нет. С этим трудно бороться, но необходимо. Архитектор предложил  создавать сообщества или ячейки в каждом районе, которые будут взаимодействовать с властями и влиять на решения и процесс застройки.» Ведь мы все, как уверен Юрий Григорян, можем из города сделать что-то лучшее.


0

28 Февраля 2012

author pht

Авторы текста:

Юлия Тарабарина, Лариса Талис, Анастасия Каркошкина
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Паломничество в страну ар-деко
В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.
Дом в порту
Жилой комплекс на Двинской улице – первый случай современной архитектуры на Гутуевском острове. Бюро «А.Лен» подробно исследует контекст и создает ориентир для дальнейших преобразований района.
Дюжина видео-каналов в спину карантинному времени
Все вокруг советуют, как провести период изоляции с пользой. Мы собрали для вас YouTube-каналы, которые помогут не только скоротать время, но и узнать что-то новое, полезное – 12 об архитектуре, и еще несколько просто интересных. И БГ, если кто не видел.
Вместо плаца – парк
Архитекторы ChartierDalix приспособили исторические казармы Лурсин для юридического факультета университета Париж I: главную роль там играет созданный на месте плаца парк.
Взлетная полоса
Проект-победитель конкурса Малых городов для Гатчины: линейный парк в большом микрорайоне и возвращение памяти о первом военном аэродроме России.
Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.
Градсовет 4.03.2020
Как паркинг привел к разговору об энергоэффективности, а памятник Федору Ушакову поднял проблему восстановления собора.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Старое и новое на техасском солнце
Промышленный комплекс начала XX века в пригороде столицы Техаса Остина, сохранив свой облик, вместил после реконструкции по проекту бюро Cushing Terrell рестораны, магазины, учреждения сервиса и общественные пространства.