Антипремия в поисках героев

Голосование за худшую постройку 2000-х годов идет в блогосфере полным ходом. Не менее активно сетевые авторы обсуждают итоги реконструкции Большого театра. Об этих и других новостях читайте в нашем новом обзоре блогов.

mainImg
Идея организации архитектурной антипремии, предложенния архитектурным критиком Еленой Гонсалес сразу после закрытия фестиваля «Зодчество-2011», нашла активную поддержку в блогосфере. На facebook уже появилась страница будущей награды с красноречивым названием «Большой облом», и сейчас там идет активное обсуждение возможных номинантов. Автору самого неудачного здания десятилетия (а на антипремию могут быть выдвинуты постройки, созданные в 2000-2011 годах) будет вручен специальный приз на Третьей московской биеннале архитектуры, которая стартует 23 мая 2012 года. «Десять лет взяты с учетом того, что много строилось в период строительного бума. Считаем необходимым отразить особенные «успехи». В дальнейшем премия будет присуждаться раз в два года», – поясняют организаторы.

Отбор кандидатов и голосование осуществляется силами всех интернет-пользователей. Интересно, что всего за пять дней, прошедших с момента публикации информации об антипремии, инициаторам удалось собрать свыше сотни комментариев и получить предварительный список номинантов. «Торгово-офисный комплекс Regent Hall расположен в центре исторической части Санкт-Петербурга, по адресу Владимирский пр, д. 23», – таким был первый номинант, выдвинутый Андреем Люблинским. «Сразу продумала про торговый центр Европейский на площади Киевского вокзала», – мгновенно подключилась к обсуждению Юлия Ионова. Среди основных претендентов на «Большой облом» также фигурируют Фундаментальная библиотека МГУ, «Павелецкая Плаза», «Чайка Плаза 7» на Новослободской и многие другие одиозные плоды строительного бума.

Однако не все пользователи с одобрением отнеслись к такому начинанию. «Идея в целом очень хорошая. При этом я не представляю, по каким критериям должны оценивать объекты. Просто на эмоциональном уровне?  <...> Можно рассматривать архитектурную тектонику отдельного здания, а можно тренироваться в поисках ассоциаций. Сами знаете, сколько еще критериев могут определять образную характеристику здания. У Фостера есть и «огурцы» и «нашинкованные помидоры». Тоже может вызвать смех и истерику, если не знать, что эти здания экономят 70% всех энергетических ресурсов по сравнению с аналогичными по ТЭП. А их сдвинутые по осям формы поддерживают какие-то градостроительные линии. Что важнее в рамках фотографии отдельно взятого здания без его предыстории и контекста? Абсолютно любое сооружение можно спустить по лестнице ограниченной критики. Я слышал высказывания, что собор Василия Блаженного – это просто винегрет. <...> Считаю, что лучше было бы, конечно, определить набор параметров, таких как: масштаб, тектоника формы, выразительность, соответствие образа, цветовая композиция и т.п. с установленной оценочной шкалой. Или выбирать объекты из определенного ряда: по городу, по автору, по заказчику и т.п.», – излагает свою позицию Алексей Иванов. «Смущает во всей этой истории другое... Как-то не принято в среде архитекторов критиковать воплощенные проекты (нас так во всяком случае учили) ввиду ряда сопутствующих современному строительству факторов (служба Заказчика, сетевики, инженерия и т.д.). Собственно от автора проекта в этот период мало что зависит... Посему возникает вопрос, а нужно ли делать акцент на авторах, присуждая премию за объект, ведь мы не знаем, что происходило с проектными решениями на этапах согласования с конкретными людьми и группами... Вопрос о метаморфозе архитектора в проектировщика самый коварный в нашей профессии, ставший унизительной нормой современности, особенно в России», – соглашается с ним Борис Крутик. Иван Маринин строит прогнозы на будущее: «Конкурс грозит не справиться с поставленной задачей, т. е. не выявить плохой дом, а вскрыть срез части общества под названием «архитекторы» и показать реальное положение дел...»

Не меньшую бурю обсуждений вызвала и наконец-то законченная реконструкция Большого театра. В среде блогеров завязалось сразу несколько серьезных словесных баталий. Одни из них были посвящены газетным откровениям выдающегося артиста балета Николая Цискаридзе, поводом для других стали изменения, внесенные реставраторами в облик знаменитой квадриги, вновь установленной на крыше Большого. Две дискуссии  были спровоцированы постами известного блогера Рустема Агдамова, посвященными заявлению Цискаридзе и организации праздничного гала-концерта. «Жаль, что без накладок не обошлось. Жаль, что Цискаридзе не станцевал. Жизнь и время покажут, прав ли Николай. Судя по видео, он говорил с болью, искренне. Не думаю, что тут личные обиды. Слишком мелко было бы для Народного», – вступается за артиста alusy_2010. «Короче, характер у Цискаридзе может и не простой, но критика конструктивная», – подытоживает пользователь fresquete. Сетевой пользователь Александр Дольчев, опубликовавший материалы из СМИ, в которых реставраторы опровергают слова Цискаридзе, высказывает иную точку зрения: «А по-моему, Большой преобразился. Очень неплохой получился театр»

Также пользователи обратили свое пристальное внимание на то, что нынешний вид знаменитой бронзовой квадриги Аполлона работы Петра Клодта, установленной над входным портиком, претерпел своеобразные изменения. У изображения Аполлона появилась новая деталь – изготовленный из бронзы фиговый лист. Блогер Александр Дюков, обративший внимание пользователей на это нововведение, собрал в своем журнале почти две сотни комментариев, среди которых были стихотворные эпиграммы-экспромты, карикатурные фотоколлажи и многочисленные ссылки на рассказ Михаила Веллера и юмористическую миниатюру Михаила Жванецкого, в которых статуя Лаокоона и его сыновей была подвергнута похожей художественной цензуре. Не менее активно это нововведение реставраторов обсуждали и в блоге политолога Егора Холмогорова. «Ну давайте статуи в Эрмитаже оскопим! Ну что за варварство!» – возмущается tseliapin. «Может все-таки с этим надо бороться? Какой-нибудь флэш-моб для начала устроить у Большого: например, толпа народа ходит с прицепленными сами знаете куда поверх одежды зелеными листками (можно из бумаги, ткани...). Или возле кассы всем покупающим билеты листочки выдавать... Или, напротив, всем, кто пришел насладиться - при входе вручать... Давайте опрос откроем – кто за то, чтоб вернуть Аполлону его красоту?», – вносит рацпредложение пользователь mangucty.

Пока одни блогеры ломали копья в дискуссиях, посвященных современному облику одного из самых известных архитектурных памятников столицы, другие  решили лицезреть своими глазами ставший печально знаменитым квартал неподалеку от Старой площади. Акция «Открытый Китай-город», организованная «Архнадзором», была проведена специально для того, чтобы все желающие смогли ознакомиться с историческими памятниками в районе Никитникова и Ипатьевского переулков. Не исключено, что в ближайшем будущем эта территория  обретет статус пропускной зоны, поскольку кроме церкви Троицы в Никитниках и палат иконописца Симеона Ушакова здесь же расположено здание Администрации Президента РФ, сотрудники которого серьезно обеспокоены собственной безопасностью. И пока территория, получившая в среде блогеров прозвище «Закрытый город», еще не ощетинилась забором, свыше 200 любителей прекрасного сумели полюбоваться здешними красотами. А для тех, кому не удалось присоединиться к экскурсантам, члены «Архнадзора» опубликовали в своем блоге красочный репортаж.

Но если ситуация вокруг исторического квартала в Китай-городе поддается корректировке, хотя бы теоретически, то другое событие, случившееся в столице в последние дни, вызывает у сетевых пользователей куда более минорное настроение. Речь идет о пожаре, произошедшем в минувшую субботу, 29 октября. Около пяти часов утра на северо-западе столицы вспыхнул один из немногих деревянных памятников советского авангарда – ДК «Октябрь», построенный в 1936-37 гг. Летом нынешнего года ДК «Октябрь» был признан «объектом, обладающим признаками объекта культурного наследия», но теперь остатки дома представляют собой на редкость печальное зрелище. Одним из первых на это происшествие откликнулся известный краевед Денис Ромодин, разместивший материал в своем блоге. Эта новость вызвала резонанс у сетевой публики. «Еще одна печальная новость в дополнение к новому Большому и огораживаниям в Китай-городе», – резюмирует пользователь paulkuz. Описывая ущерб, нанесенный этой постройке, Ромодин дает ссылку на блог пользователя sontucio, где размещены снимки, сделанные за два месяца до трагедии. «Замечательное место. Он назывался у нас драм-сарай...», – ностальгирует юзер lyolik13. «Ни много ни мало – единственный пример деревянного авангарда, уцелевший в Москве, старейшая постройка Щукино...», – замечает сетевой автор Владимир Сергеев в своем репортаже «Памяти «Октября», сделанном с пепелища ДК. «Несмотря на все эти события: сильный пожар, разрушение пожарными части дома и мародерство, – фасад и передняя часть дома сохранились, а сгорел только зрительный зал и сцена. <...>Руководство ДК, местные жители и простые москвичи – готовы стоять за него до конца», – пишет Сергеев, демонстрируя фотографию обгоревшего фасада, украшенную надписью «Вы не забыты» и изображением пятиконечной звезды, символизирующей прошлое ДК в нелегкие военные годы. 

Мрачные прогнозы относительно будущего сгоревшего памятника советской архитектуры, к сожалению, перекликаются с еще одним материалом, размещенным на страницах livejournal.com. Речь идет о посте жителя Самары, пишущего в Интернете под ником ondryushka. Его материал под названием «Самарская, которой скоро не будет» вызвал многочисленные отклики у юзеров Живого Журнала. Пост, посвященный жилым деревянным домам улицы Самарской, снабжен отличной подборкой фотоснимков. Однако эти кадры вызвали в блогосфере не только восхищение, но и возмущение. Дело в том, что нечетная сторона этой улицы в ближайшее время преобразится коренным образом в связи со строительством станции метро «Самарская». А значит, резным наличникам, изящным флюгерам и маленьким двухэтажным особнячкам, выстроенным в стиле модерн, скоро придет конец. Репортаж, сделанный для того, чтобы сохранить воспоминания об этой пока еще существующей части исторического центра Самары, стал местом для острой полемики, собравшей полторы сотни комментариев.

Часть читателей ратовали за снос обветшалых зданий, часть высказывались в пользу реставрации, с помощью которой в Самаре можно было бы сохранить эту застройку. «Вроде как обидно, а с другой стороны все в таком состоянии печальном, что пусть сносят. Хотя несколько мест очень жалко», – пишет пользователь sv-bob. Блогер klaviaturov поддерживает эту позицию: «Если горожане не могут ухаживать за чем-то, то это надо просто снести. И я считаю это разумно». «Прогнившие бревна отлично реставрируются. Особенно фасады. Доказано многочисленными примерами», – возражает ему автор поста. «Бездарное проектное решение. Эту улицу необходимо было сохранить – жильцов расселить и передать дома для бизнес-целей, и они жили бы вечно и хранили свою историю», – протестует dmitrykogan. «Вот в соседней Пензе смогли и дома сохранить, и людей из них расселить в лучшее жилье. А старые домики отдали всяким фирмам во владение с условием, что они внутри как хотят ремонтируют, только фасад не меняют, чтобы сохранить историческое лицо города», – приводит в пример решение аналогичной проблемы пользователь simsimych. «Кстати, часть домов в реестре объектов культурного наследия и их администрация не может сносить», – уточняет golema. Если эта информация и впрямь подтвердится, то не исключено, что проблема сноса домов на улице Самарской станет достоянием не только пользователей блогосферы, но и журналистов крупных СМИ. А это значит, что мы еще не раз вернемся к ней в наших обзорах прессы.
zooming
Елена Гонсалес. Фото Архи.ру

02 Ноября 2011

Похожие статьи
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
Стена древняя и живая
Очередной летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» по замыслу его авторов, мексиканского бюро Lanza atelier, опирается на мифы и традиции народов мира.
Атриум для всех
Здание Hangzhou Prism по проекту OMA в Ханчжоу включает жилье, отель, офисы, магазины и рестораны, а главное – доступный всем горожанам полуоткрытый атриум.
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Технологии и материалы
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Сейчас на главной
Коттедж вернакулярного типа
Бюро ОЙДА спроектировало для исторического района Девичок в Воронеже частный дом, который стал плодом размышлений о местном вернакуляре и «русскости» без традиционных орнаментов. Проект выиграл номинацию «Малоэтажные здания (коттеджного типа)» смотр-конкурса Зодчество ВРН 2025 года.
Три в одном объеме
Ресторан Maison rouge от DA bureau интересен не столько тотальным использованием красного цвета и не формотворчеством на основе культовой лава-лампы, сколько реализацией абсолютно невероятного фокуса – соединением в одном пространстве трех форматов работы заведения.
Коллективное архитектурное
Проект Сергея Кончекова получил грант конкурса Burning Man Honoraria 2026 и будет построен в Блэк-Рок-Сити к началу фестиваля. Объект, отвечая на тему конкурса Axis Mundi («Ось мира») представляет собой башню, которая акцентирует проблему отчуждения людей в эпоху цифровых технологий: она трансформируется только при синхронизации множества участников, в ответ на движения и звуки превращаясь в световой столп.
ЖК «Начало»: космическая станция на Пресне
На месте КБ «Мотор», где десятилетиями делали оборудование для космоса, теперь строится жилой комплекс с названием «Начало» – и Генпро не упустили случай поиграть с этим контекстом. Обтекаемые башни, скруглённые углы, террасы с садами на высотных этажах – всё это должно считываться как орбитальная станция нового поколения.
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Низкий старт
Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Сила Кармадона
Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.
Трибьют модернизму
Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Упражнение с рельефом
Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
Внимательный фланер
Проект «Прогулки с архитектором», основанный Светланой Васильевой, заслужил определенное признание уже не только в профессиональных кругах, но и «около». И вот он издал свой первый путеводитель. Не замахиваясь на всю Москву, авторы взяли треть или четверть от наработанной на экскурсиях информации. Зато получился компактно-плотный, нетяжелый томик с выверенной информацией.
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
Пресса: Сергей Кузнецов: «Если проект не вызывает эмоций –...
В этом году пост главного архитектора Москвы покинул Сергей Кузнецов, который занимал его почти 14 лет. Должность пока остается вакантной, а сам Кузнецов осваивается в новой для себя роли – архитектора будущего в госкорпорации ВЭБ.РФ. На полях ПМЭФ-2026 архитектор рассказал «Ведомости. Городу» о результатах работы в столице, новых профессиональных планах и важности неудач.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
На холме и под холмом
Казахстанское бюро Cogarts благодаря участию в конкурсе смогло примерить на градостроительный контекст Астаны давний предмет своего интереса и исследований – курган. Комплекс сочетает признаки ландшафтного объекта и общественно-культурного центра, создает точку притяжения для окраинного района и возвращает в повседневность важный для степной культуры образ.
Синтез дизайна и технологий
Во главу угла современных офисов ставятся удобство и легкость коммуникации между сотрудниками, что, по мнению ученых, дает синергетический эффект. Примером может служить интерьер Центра новых технологий «Норникеля» от бюро «АРХИСТРА», уже получивший Премию «Офисы Нового Поколения» / Best Office Awards 2026 в номинации «Бренд и имидж».
Иллюзии и мечты
На АРХ МОСКВЕ прошла выставка финалистов и состоялось подведение итогов онлайн-конкурса художественной фотографии и цифрового искусства «Архитектура: фото&диджитал. Иллюзия совершенства», который третий год подряд организует ГК «Галс-Девелопмент».
Ремесло в городе
Концепция комплексного развития исторического центра города Городца, разработанная бюро KARST, охватывает все ключевые общественные пространства города – улицы, набережную, главную смотровую площадку и музейный квартал. Решения направлены на то, чтобы создать узнаваемые точки притяжения, проявив историю и традиционные промыслы города. В создании малых архитектурных форм, например, предполагается участие фабрики городецкой росписи. Из необычных решений – сделать повседневный быт частью дизайна и с помощью мест-тайников распределить туристические потоки: в поисках пряничного барабана, например, можно пойти новым маршрутом.