Дигитальное настоящее

К Международному дню архитектуры и жилой среды, который отмечался 4 октября, Институт теории архитектуры и градостроительства (НИИТАГ РААСН) приурочил научную конференцию, посвященную новейшим процессам и течениям в современной архитектуре. Предлагаем вашему вниманию краткие заметки по следам нескольких докладов, прозвучавших на конференции. По мнению российских исследователей, современные технологии шагнули так далеко вперед, что архитектору остается лишь «чистое творчество».

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

06 Октября 2010
mainImg
Не секрет, что в последние десятилетия архитектуре постоянно приходилось «догонять» усложняющиеся технологии. Техническая «начинка» построек настолько усложнилась, что в процессе проектирования сколько-нибудь современного здания архитектору необходимо сотрудничать с многочисленным штатом специалистов смежных областей. При этом архитектора все чаще оттесняют не только, скажем, от проектирования систем театрального, торгового и прочего оборудования, но и таких элементов, как окна и двери. Сам собой напрашивается вопрос: что же остается собственно архитектору? Автор прозвучавшего на конференции доклада «Технология и архитектура», доктор архитектуры, член-корреспондент РААСН Александр Анисимов считает, что удел зодчего сегодня – это придумывание красивой «оболочки», а в случае реализации проекта – работа менеджером, консолидирующим усилия всех многочисленных профессионалов, занятых в строительстве.

Одним из наиболее ярких следствий этой тенденции, по мнению Александра Анисимова, можно считать современные архитектурные конкурсы, в технических заданиях которых фактически предопределены все параметры здания, кроме его внешнего облика, и в результате участники все свои умения и креатив тратят именно на оболочку. В качестве одного из наиболее известных российских примеров такого подхода Анисимов назвал международный конкурс на проектирование второй сцены Мариинского театра в Петербурге: в нем были заранее предопределены форма плана и габариты здания, а также вся сценическая часть театра. ТЗ было разработано специально приглашенной для этого компанией, и любое отклонение от него расценивалось как нарушение условий состязания, так что конкурсантам не оставалось ничего, кроме как создавать заманчивый внешний образ: Доминик Перро придумал «золотое облако», Эрик Оуэн Мосс – «стеклянные мешки».

По словам Александра Анисимова, сегодня технологии меняются настолько быстро, что, еще не исчерпав своего запаса прочности, здание устаревает, требует реконструкции или сноса. Понятно, что и то и другое гораздо удобнее и дешевле осуществить, если «оболочка» не связана с внутренней структурой. Как отмечает Анисимов, сегодня возобладала тенденция к полифункциональным трансформируемым пространствам, которые вытесняют стационарную архитектуру. Сменяемая оболочка, например, из специальной ткани или тефлона, используется уже повсеместно, особенно в зданиях выставочных павильонов, спортивных арен, мегамоллов.

Наряду с модными в 1990-е годы биоморфными темами в поисках оригинальных форм для таких «оболочек», архитектура 2000-х все чаще стала использовать математические модели, неожиданно обнаружившие богатые эстетические возможности. Как рассказал в своем докладе кандидат искусствоведения, научный сотрудник НИИТАГ Дмитрий Козлов, среди этих моделей особенный интерес для архитекторов представляют так называемые односторонние поверхности, самой известной из которых является лента Мебиуса. Еще в начале XX века эти замысловатые математические структуры были описаны художниками, сегодня эстафета перешла к архитекторам: зданиями на тему Мебиуса отметились Питер Айзенманн, UN Studio, BIG. Эти проекты, правда, используют пока лишь внешнее подобие формы ленты, хотя на ее основе можно создавать и более удивительные вещи, например, что-то вроде единого протяженного интерьера-экстерьера. Не исключено, говорит Козлов, что и такой объект появится в самое ближайшее время.

Если отвлечься от формообразования и обратиться к методу возведения подобных сооружений, то и здесь математика оказывается незаменима и подсказывает совершенно фантастические вещи. Чего стоят хотя бы трехмерные принтеры, которые «распечатывают» проекты сразу в трехмерные модели. Пока подобное оборудование используется лишь в дизайне или для изготовления макетов, однако исследователи не исключают, что в будущем принтеры «подрастут» до размеров среднестатистического жилого дома и начнут «отливать» здания в натуральную величину.

Действительно, процесс проектирования за последние десятилетия оказался полностью подчинен компьютерным технологиям. И это следствие не только бурной компьютеризации, но и невероятно усложнившихся технических параметров современных зданий, которые один человек уже не в состоянии охватить и осмыслить. Сегодня все параметры закладываются в программу, и фактически именно она (а не архитектор) создает здание. Правда, если еще несколько лет назад архитекторы били тревогу по поводу того, что компьютер фактически лишает их возможности творить, то сегодня они все охотнее исследует возможности сотворчества с машиной. Так называемое «дигитальное барокко» становится все более популярным и востребованным в современной архитектуре, и на конференции этому направлению было уделено немало внимания.

Так, например, доктор архитектуры Ирина Добрицына, автор нескольких книг по архитектуре новейшего времени, считает, что подобный «новый формализм» отражает протест архитектурного сообщества против «инженерного» подхода к проектированию. Новое поколение, например, ученики известной группы Coop Himmelb(l)au, создают подчеркнуто маньеристичные, избыточные своей формальной новизной здания, доказывая, что они преодолели давящую техническую сложность. Правда, станет ли это явление массовым и приведет ли это к возникновению фигуры архитектора-Творца, по масштабу сопоставимого с мастерами прошлых эпох, ученые из НИИТАГ пока что прогнозировать не берутся.
zooming
Новое здание Мариинского театра (Мариинка-2). Проект Э. Мосса
zooming
Новое здание Мариинского театра (Мариинка-2). Проект Д. Перро
zooming
Павильон «Облако». Диллер Скофидио + Ренфро. Фото: http://www.eikongraphia.com
zooming
Питер Айзенман/ Mebius house. Фото: http://www.archidose.org/
zooming
UN Studio. Дом в виде Ленты Мебиуса. Фото: http://1dom.files.wordpress.com/
Taiyuan Museum of Art. Архитектор Preston Scott Cohen. Пример «дигитального барокко». Фото: http://www.architectmagazine.com/


06 Октября 2010

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments
«Устойчивая» архитектура будущего
4 октября Россия отметит Всемирный День архитектуры и жилой среды. В этом году его девиз, сформулированный МСА, звучит так: «Лучше города – лучше жизнь. Устойчивость с помощью архитектуры».
Технологии и материалы
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Open Spaces
Проект Solo Houses, реализуемый в одном из живописных пригородных районов Испании – это двенадцать экспериментальных жилых домов, гармонично сосуществующих с природным окружением. Ярким дизайнерским акцентом некоторых из них становятся ванны Bette из глазурованной стали.
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Петеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Сейчас на главной
ТПО «Резерв» в ретроспективе и перспективе
В новой книге ТПО «Резерв» издательства Tatlin собраны проекты за последние 20 лет. Один из авторов книги, Мария Ильевская, рассказала нам об основных вехах рассмотренного периода: от дома в проезде Загорского до ВТБ Арена Парка, и о презентации книги, состоявшейся 13 ноября на Зодчестве.
Шоу-рум в ландшафте
Павильон девелопера OCT представляет красоты пейзажа покупателям квартир в очередном «новом городе» на востоке Китая. Авторы проекта шоу-рума – шанхайское бюро Lacime Architects.
Бинокулярный взгляд на культуру
Музей Западной Австралии «Була Бардип» в Перте по проекту бюро Hassell и OMA предлагает экспозицию, одновременно учитывающую аборигенный и западный взгляд на историю и культуру.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
Театральный бастион
Бюро Nieto Sobejano выиграло конкурс на проект большого театрального центра на окраине Парижа: основой для него станут декорационные мастерские Шарля Гарнье конца XIX века.
Пресса: Игра на понижение, или в чем проблема нового «Нового...
Обсуждение на Архсовете Москвы второй итерации проекта бюро «Восток» для школы «Новый взгляд» в ЖК «Садовые кварталы» вышло ожидаемо резонансным. Оно подтвердило догадки, возникшие этим летом после победы в конкурсе первой итерации, и поставило ребром вопрос о том, по назначению ли российские заказчики используют такой эффективный инструмент повышения качества архитектуры, как архитектурные конкурсы.
Умер Сергей Бархин
Сегодня в возрасте 82 лет скончался Сергей Бархин, известный прежде всего как театральный художник, но также выпускник МАРХИ, участник «бумажных» конкурсов 1980-х, художник, поэт.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Кирпич как связующее
Исторический комплекс почтамта – телеграфа – телефонной станции на юго-западе Берлина архитекторы GRAFT приспособили под офисы, магазины и рестораны, а также добавили два новых жилых корпуса.
Кирпич и фарфор
Музей Императорской печи в Цзиндэчжэне на юго-востоке Китая в прямом и переносном смысле построен вокруг тысячелетней традиции создания фарфора. Авторы проекта – пекинские архитекторы Studio Zhu-Pei.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
Две школы: о лауреатах «Зодчества» 2020
Главную премию, Хрустальный Дедал, вручили школе Wunderpark Антона Нагавицына, премию Татлин за лучший проект получил кампус ИТМО «Студии 44» Никиты Явейна. Показываем и перечисляем все проекты и постройки, получившие золотые и серебряные знаки, а также дипломы фестиваля Зодчество.
Простор для творчества
Результат сотрудничества европейского заказчика и компании «Архиматика» – бизнес-центр со сложным фасадом, умными планировками и сертификатом BREEAM.
Градсовет удаленно 11.11.2020
На очередном дистанционном заседании Градсовет обсудил микрорайон рядом с Пулковской обсерваторией и жилой комплекс эконом-класса с видом на Неву.
Живее всех живых
В Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество» с темой «Вечность». Его куратор Эдуард Кубенский заполнил множеством смелых – и вообще разных – инсталляций пространство, освобожденное кризисным временем. Давая тем самым надежду на обновление и утверждая, надо думать, что фестиваль жив.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Спит кирпич, и ему снится
Великая московская стена, ограждающая Москву по линии МКАДа, дом-звонница, башня-рудимент, имитация воды и вышивка кирпичом. Представляем проекты-победители первого всероссийского архитектурного Кирпичного конкурса, в которых традиционный материал приобретает новые выразительные качества и смелое концептуальное осмысление.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Магнитные линии
Магазин на флагманском автозаправочном комплексе компании KLO строится сейчас в Киеве по проекту Dmytro Aranchii Architects.
Архсовет Москвы – 68
Архсовет, состоявшийся во вторник и отправивший на доработку проект ЖК «Слава» архитектурной компании DYER Филиппа Болла и MR Group, вызвал достаточно бурное обсуждение в сети. Рассказываем, кто и что сказал, подробнее.
Архитектурная среда и дизайн-2020
Дипломные работы выпускников кафедры «Архитектурная среда и дизайн» Института бизнеса и дизайна: двухдневный туристический маршрут, реновация биологической станции, восстановление реки и интерьер квартиры в Доме Наркомфина.
Изгибы среди деревьев
Корпус визуальных искусств в пенсильванском колледже по проекту Стивена Холла получил криволинейный план, чтобы сберечь 200-летние деревья вокруг.
«Панельный дом для богатых»
Лучшим небоскребом мира за 2018–2020 годы Немецкий музей архитектуры выбрал башни Norra tornen в Стокгольме по проекту OMA: сборный бетонный жилой комплекс, напоминающий своими модульными «кубиками» Habitat’67. Публикуем его и небоскребы-финалисты.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Открытая структура
В Екатеринбурге сдано в эксплуатацию здание штаб-квартиры Русской медной компании, ставшее первым реализованным в России проектом знаменитого британского архитектурного бюро Foster + Partners. Об этой во всех смыслах очень заметной постройке специально для Архи.ру рассказывает автор youtube-канала «Архиблог» Анна Мартовицкая.
Башни «Спутника»
Шесть башен в крупном жилом комплексе рядом с берегом Москвы-реки в самом начале Новорижского шоссе совмещают ответ на целый ряд маркетинговых пожеланий и рамок, предлагая простой ритм и лаконичную форму для домов, которые заказчик предпочел видеть «яркими».
Кружево и кортен
Мастерская LMN Architects построила в Эверетте на северо-западе США пешеходный мост, соединивший оторванные друг от друга городские районы. Сооружение, первоначально задуманное как часть канализационной системы, превратилось в популярное общественное пространство.
Рынок с открытым кодом
Рынок для городка Гаубулига в Гане по проекту студенческой лаборатории [applied] Foreign Affairs при Венском университете прикладных искусств получил американскую премию Architecture Masterprize в номинации «Открытие года».
Изба дель арте
Мы решили отобрать несколько объектов из шорт-листа премии АрхиWOOD и рассмотреть их поближе. Суздальский дом интересен тем, что делает своим сюжетом все еще актуальный вопрос современности: диалог старого и нового. Его можно понять как метафору современного туристического города, может быть, даже размышление о его судьбе.
Бранденбургские колоннады
На этих выходных открывается долгожданный для жителей и посетителей немецкой столицы аэропорт Берлин-Бранденбург – BER. Его архитекторы – бюро gmp, авторы закрывающегося с открытием BER Тегеля.
Точка отсчета
Здесь мы рассматриваем два ретро-объекта: одному 20 лет, другому 25. Один из них – первые в истории Петербурга таунхаусы, другой стал первым примером элитного жилья на Крестовском острове. Оба – от бюро «Евгений Герасимов и партнеры».
Деревянное будущее
Бюро Рейульфа Рамстада выиграло конкурс на проект нового крыла музея корабля «Фрам» в Осло: проект называется Framtid – «будущее».