Данная работа касается недостаточно систематизированных исследований конструкций луковичной и других форм завершений глав кузнечной работы на сохранившихся храмовых постройках Владимирской губернии. Необходимость такой систематизации подтверждается случайностью практических решений, зависящих, в основном, от находчивости исполнителей конкретного ремонта. Выводы основаны на натурном изучении реальных объектов, проектировании и по результатам научного руководства реставрационными работами. Кроме того, автором проведены испытания образцов кованого металла. ПРЕИМУЩЕСТВА КОВАНЫХ КАРКАСОВ Металлический каркас любой главы - это сохранившийся результат кузнечного мастерства и ценный образец специфических для своей эпохи строительно-архитектурных приемов. Каждому каркасу присущ индивидуальный почерк изготовителя, несмотря на массовый характер реализации изделий. С конца XVIII в. замена деревянных луковиц на кованые стала делом повсеместным. Железо подешевело, стало доступным материалом, прекрасно подходящим по строительным качествам. Зодчих привлекала возможность придания главам любой изысканной формы, а заказчиков длительные межремонтные периоды. Каркасы не требовали никакого ухода, легко ремонтировались при протечках. В губернском Владимире, портовом Муроме, богатом Суздале и других городах многие сохранившиеся главы были сделаны из кованого металла – наиболее прогрессивного материала по тому времени. УСТРОЙСТВО КАРКАСА Устройство каркаса утилитарно, скрыто от наблюдателя, и полностью, без каких - либо украшательств, подчинено внешней архитектурной задаче. 1. Непременный атрибут любой конструкции центральная мачта. Мачта служит центром симметрии и опорой под крест. Сечение мачты, как - правило, квадратное. Вверху мачты гнездо из четырех полос стянутых хомутами или трубчатый карман для креста. Кресты обычно кованые прорезные, массивные. Устанавливались и деревянные кресты, обтянутые листовым железом. Мачта главы Спасо-Преображенского собора в Суздале дополнительно снабжена в верхней части штатным лотком-воронкой для отвода протечек и конденсата. Опора мачты всегда предусматривалось на твердое основание купола. Купол обычно выступал намного выше карниза барабана главы, что давало уменьшение длины мачты. В деревянных главах мачта выполнялась наоборот, как можно длиннее, и, зачастую, опиралась на перекрестье ригелей. Стальные мачты снабжались распорками. На некоторых храмах (Мстера, Муром) распорки выходят из плоскости кровли. Но в целом зрительного впечатления это не портит, поскольку они малозаметны. 2. Формообразующий криволинейный элемент каркаса - журавцы. Количество журавцов подбиралось под ширину листа железа в самой широкой части луковицы. Число журавцов всегда четное. Если журавцов установить нечетное количество, то глава примет кособокий вид. В современном проектировании высотных сооружений подобная особенность ограничивает треугольные и пятиугольные башни, которые кажутся падающими при взгляде с любой стороны. Длина журавцов довольно большая. Если не имелось полосы достаточной дины, журавцы делались из полос составными. Журавцы крепились к мачте тяжами и хомутами. Тяжи удерживали самую широкую часть луковицы, а во втором ярусе, повыше, подпирали ее горловину. В целях экономии один тяж мог прихватывать к мачте два журавца. Для этого он разрезался до середины в виде латинской буквы игрек (ласточкин хвост). Если у мастера имелось достаточно материала, тяжи выполнялись и индивидуально для каждого журавца. 3. Мауэрлат как таковой, или полоса лежня, встречаются не везде. Это связано с трудностями изготовления этого криволинейного элемента. 4. Кровельное покрытие железом - это тоже элемент несущего каркаса. Помимо распорок мачты жесткость конструкции обеспечивала качественная, из толстого листового железа, обшивка. Обшивка, зачастую прошитая заклепками, эффективно противостояла ветровому напору и крутильной форме потери устойчивости. Последняя имеет место при перекосах журавцов, обрыве одного тяжа креста. Толщина обшивки составляла 1,5-2,5 мм. На примере наших храмов мы видим территориально совокупный набор однотипных строительных приемов и решений. Вышесказанное подтверждает вывод о существовании системы построения кованых каркасов. КРЕПЕЖ Сборка главы осуществлялась на месте. Все элементы поднимались вручную и имели небольшой вес. Крепления элементов между собой можно с полным основанием назвать монтажными. Основной перечень креплений: 1. Шплинты, разводные шпильки с головкой или с серьгой вместо головки. Очень простые и практичные, изготавливались из троетёсных (старое обозначение длины 180-300 мм) гвоздей обрезанием острого конца. Оставшаяся часть гвоздя располовинивалась вдоль. Серьги - шплинты выковывались колечком, а концы при монтаже разводились. Тяжелые шплинты ковались отдельно из полосы. 2. Клинья, вставляемые в проушины. Клинья самых различных размеров можно было изготовлять из подручных материалов и обрезков. Клинья вгонялись до упора и получения неразъемного соединения. Интересная особенность клиньев на главе Спасской теплой церкви во Владимире в том, что каждый клин против выпадения дополнительно страховался маленькой шпилечкой. Другой пример неожиданного и эффективного использования клиньев мы находим в Ставрово на церкви Успения. Луковица была украшена шестиконечными золочеными звездами, хотя при реставрации 1989г. звезды не изготовили и не поставили. Каждая звезда имела приклепаную петлю, которая вставлялась в вертикальную прорезь, прорубленную зубилом в кровле. Затем изнутри луковицы в эти петли вставляли клинья. Очевидное преимущество в черезвычайной простоте монтажа и крепления украшений главы. 3. Заклепки. Более характерны для заготовок в мастерских. На заклепках так - же собирались из небольших листов картины кровли. 4. Болты. Кузнечная резьба болтов на оправке - характерный признак середины Х1Хв. - начала ХХв. Качество резьб и квалификация кузнеца проверялись следующим образом: при ударе пальцем по квадратной гайке она должна была пробежать по резьбе не менее 1/3 вершка, т. е. 5.. б см. Центральная глава Собора Боголюбивой Божией Матери в пос. Боголюбовобо один из впечатляющих примеров каркаса, полностью собранного на болтах. В других случаях болты, ввиду сложности изготовления, встречаются нечасто. 5. Хомуты. Хомут - обязательный элемент, собирающий в пучок сходящиеся к подкрестному шару журавцы. 6. Цепные соединения. Накидным крючком крепились тяжи к журавцам, растяжки крестов к главе. 7. Крепление наружных растяжек крестов осуществлялось крючками. Кованые крючки приклепывались снаружи к кровле по месту двумя или тремя заклепками. При частом шаге внутренних журавцов растяжка вполне попадала на журавец. В этом месте продевался шплинт с серьгой. ЖЕСТКОСТЬ КОНСТРУКЦИИ Жесткость конструкции обеспечивали три составляющих: мачта с раскосами, максимальное приближение, где только можно, жесткой опоры в виде кирпичной кладки с закладными деталями к внешнему контуру, массивная обшивка толстым кровельным железом. В колокольне Успенского собора во Владимире мачту составляет большое количество полос железа в виде шпиля, который мы видим. На первый взгляд число полос, из которых состоит шпиль, представляется непомерно большим, однако даже при эскизном расчете видно, что их массив обеспечивает в основном не прочность шпиля, которая избыточна, а небольшой прогиб от ветровой нагрузки и защиту от раскачивания. Вверху полосы собраны хомутами. С современной точки зрения жесткое соединение концов полос с хомутами могло бы обеспечить значительно большую жесткость при меньшем количестве материала. К примеру, своеобразного применения жесткой опоры можно отнести колокольню Николо - Кремлевской церкви во Владимире (планетарий). Строители в качестве жесткой опоры избрали деревянный столб. Центральный деревянный столб шпиля, вмурованный в кладку, сгнил очень быстро, и в конечном итоге жесткости не добавил, оставив после себя только следы. Поэтому реставрация этого решения представлялась явно необоснованной, а столб можно вполне считать монтажным. Шпиль здесь длительное время обходился без деревянной опоры и, скорее всего, обойдется и в дальнейшем с работой кованого каркаса в чистом виде. Тщательная обработка кровельного покрытия глав обычно требовалась под золочение. Однако на ряде храмов даже без позолоты все швы промазаны свинцовыми густотертыми белилами. Промазка осуществлялась не поверху после соединения листов, а до того. Густые белила закладывались прямо в фальцы и швы взакрой между картинами перед загибом молотком. Такое качественное соединение придавало покрытию полную монолитность и явно способствовало общей жесткости главе. Отличный результат по долговечности виден спустя десятилетия при двусторонней окраске (огрунтовке) картин суриком до укладки в дело. Коррозия металла изнутри от конденсата значительно уменьшается. Этот прием обязателен при реставрации, так как в обычной практике ремонта черная кровля редко грунтуется, даже после укладки. Обеспечение жесткости за счет раскосов и жесткой кровли нельзя недооценивать при реставрации. Впрочем в современных условиях в случае полного новодела жесткость чаще всего обеспечивается сварными монтажными соединениями и тщательное соблюдение трех условий жесткости, используемых древними зодчими, теряет актуальность. СТРОИТЕЛЬНЫЙ БРАК ДРЕВНИХ ЗОДЧИХ В конструкциях старинных глав повсеместно встречаются случайные детали неизвестного происхождения «подсунутые» в самых неожиданных местах. Журавцы иногда вообще ничем не прикрепляются к мачте, болтов на обвязках не хватает, шплинты с трещинами, проволока спутана или приляпана кое-как, как будто заштопано, и тому подобное. Объяснение таких технических решений далеко искать не следует, тем более копировать, «восстанавливать», тем паче «реставрировать» всё это смысла нет. Когда в свое время велись работы, либо не хватило материала, либо налицо обыкновенное отсутствие исполнительской дисциплины, халтура. Мусор и отходы шли в дело повсеместно. Кровельщики зачастую подставляли и оставляли деревянные подкладки в работу, их временные подпорки разного рода встречаются повсеместно. Единственным безусловным оправданием старинного брака и кривизны в любом случае служит солидный возраст конструкции, дошедшей до нас именно в таком виде. Старые кованые конструкции не к месту изобилуют материалом с большим запасом прочности по принципу «Кашу маслом не испортишь», а так - же лишними подпорками. Считать это недочетом нельзя, а при реставрации можно спокойно игнорировать, в конце концов опираясь на современные инженерно-математические расчеты. СВЕЖИЕ ПРОБЛЕМЫ Проблема номер один - несовместимость излишне прогрессивных сегодняшних строительных материалов и металлопроката с древними системами. Использование в новоделах высокоуглеродистых арматурных сталей (Ат-5), профильных труб, катаных уголков, швеллеров и двутавров рядом со старинными полосами и квадратами более чем неуместно и не соответствует «старинному духу» памятника. Технологический брак в реставрации тоже заметная проблема. Большую опасность представляет вмешательство с недостаточным финансированием, затем естественная остановка от безденежья всех работ на неопределенный срок на фоне невнимания к особенностям объектов. «Невнимание» чаще всего означает халатность и пренебрежение к самому объекту реставрации. В частности в Муроме в Спасском монастыре были выставлены ненадежные леса, которые, недолго думая, были закреплены за реставрируемый каркас главы собора. При этом глава была раздета от обшивки, тяжелый крест не был снят, начатые работы приостановлены на неопределенный срок. Как следствие, всё это вместе рухнуло от ветра, оставленное без присмотра. Во Владимире, на центральной главе Николо-Кремлевской церкви (планетарий), леса так - же, без какого - либо умысла, крепились к каркасу главы. В результате чего каркас получил незаметное искривление. В ходе работ каркас укрепляли тяжами на электросварке. После разборки лесов выявилось, глава и крест имеют сильный наклон, а срезка/подгонка вновь тяжей технически неосуществима либо сильно затратна. Пришлось гнуть главу нагревом горелкой отдельных деталей. МАТЕРИАЛЫ ДРЕВНИХ КАРКАСОВ Повсеместно на ковку шло химически чистое железо. Ниже приводятся результаты химического анализа. Образцы взяты с каркаса глав Спасо-Преображенского собора в г. Муроме: Состав примесей в долях процента по массе
Углерод Кальций Магний Хром Никель 0,001 Следы Следы 0,05 0,15
По современной классификации образцы соответствуют стали марки Ст0. Механическая прочность такого материала низкая. При электросварке обычные электроды со старым кованым железом несовместимы. Под дугой металл кипит, шов некачественный. На противоаварийных работах следует варить на пониженном токе тонкими электродами Э42А. Лучший результат дает газовая сварка с присадочным прутком из мягкой проволоки того же класса Ст0 с соблюдением всех правил пожарной безопасности. Что ещё дали лабораторные исследования? При изучении микрошлифа кованого железа тех же образцов из Мурома под увеличением хорошо заметны прослои железа с окалиной и шлаком. Реальные образцы доказывают необходимость рассмотрения старинного кованого элемента как композита с устойчивым дефектом типа расслоение. Высокая прочность композита вдоль волокон сопровождается низким сопротивлением поперечному сдвигу и поперечному отрыву. Вследствие этого кованые изделия весьма чувствительны к любым технологическим и эксплуатационным надрезам и кручению. Конструктивные концентраторы напряжений, в виде отверстий под крепеж, служат источником активного снижения несущей способности. Прежде всего, при расчете следует обращать внимание на потерю несущей способности не элемента, а его соединения. Рост дефектов материала наблюдается при температурных напряжениях. Такие напряжения особенно характерны для сварки, что еще раз подтверждает несовместимость её со старинной ковкой. Развитие трещин в композитах на порядок опережает рост усталостных и температурных трещин в обычных изтотропных материалах. Трещины на кованых обвязках каркасов распространенное явление. Появление трещин объясняется охрупчением материала за счет локального науглероживания в ходе обработки изделия, дефектов прокатки, местного расслоения, старения и вредных примесей, как химических, так и шлаковых. Сопротивление растяжению в ходе испытания образцов не превысило величины 1600 кг/см2. Ориентировочное соотношение сопротивления на сдвиг к сопротивлению на растяжение 0,58. Кованый профиль очень пластичен. На диаграмме напряжений - деформаций площадка текучести, характерная для рядовой стали СтЗпс, у старого железа почти не заметна и напоминает аналогичную диаграмму для цветных металлов. Этим, в частности объясняется меньшая релаксация напряжений и большая надежность старых болтовых соединений. Коррозионная стойкость металла кованых конструкций, в частности в водно-кислотной (городской дождь) среде, выше современных сталей. Основной защитой древнего металла служит тонкая черная пленка патины, или магнетита. Несмотря на ее наличие серьезным испытанием для старых каркасов служит повсеместный, сегодня, переход на покрытие кровельной медью или листами нержавеющей стали. Эти материалы образуют гальваническую пару с железным каркасом и превращают его в быстроразрушающегося и окисляющегося донора для себя. Поэтому правомерен самый серьезный подход к подготовке поверхностей и защите кованых каркасов от контактной коррозии. Разумеется желательно сохранение старой защитной пленки, которую ни в коем случае нельзя механически зачищать. Затем обязательно удаление очагов активной ржавчины обработкой ортофосфорной кислотой. Мало исследованы и проверены практикой как пассивные методы защиты каркасов так и активные. К пассивным можно отнести механическую обмотку журавцов стеклотканью или покрытие полимерами вроде расплава полиэтилена до покрытия кровлей. К активным относятся все варианты химических протекторов (цинк, магний) и даже подведение небольшого постоянного электрического напряжения. Пробная обработка металлических деталей в расплаве полиэтилена производилась во Мстёре на Богоявленском соборе в 1986 году. В качестве образцов были взяты полосы железа, которые затем были использованы в качестве геодезических марок как закладные детали в кладку. Если слегка подогреть деталь и опустить ее в ванночку с расплавленным полиэтиленом, после остывания получается бесцветное, практически невидимое защитное покрытие. За 15-20 лет признаков коррозии не обнаружилось, внешний вид металла не изменился. И напротив, яркий пример слабого, в плане защиты о коррозии, решения мы можем наблюдать в Суздале в кованом каркасе главы церкви на центральной площади торговых рядов. Глава церкви покрыта медью. Несколько арматурных стержней, вставленных для усиления в старый каркас, приобрели за 2 года (по состоянию на 1991г.) интенсивно рыжую окраску по всей поверхности за счет активной безостановочной ржавчины. Дальнейшая судьба таких решений известна, ржавчина перемещается подтеками на фасады, само железо быстро сгнивает Резюмируя вышесказанное следует отметить: в любом случае фосфатирование и окраска кованых элементов свинцовым суриком перед покрытием любой кровлей обязательны. МЕЛЕНКОВСКОЕ ЖЕЛЕЗО Помимо привозного материала во Владимирской губернии в своё время было и своё собственное железо, соответственно руда для его изготовления. Болотная руда с высоким содержанием чистого железа добывалась в Меленковском уезде неподалеку от селения Верхняя Унжа. Местные кузнецы научились упрочнять железо томлением расплава в глиняном горшке, помещенном в кузнечную печь. Запасы болотных железных глыб быстро истощились, в настоящее время завод по производству печного литья работает, естественно, на привозном сырье. Интерес для реставрации представляет использование местного сырья на ковку конструкций. В данном вопросе имеется объемный неисследованный материал. ПРАКТИЧЕСКИЕ ВЫВОДЫ 1. Конструкции глав храмовых сооружений Владимирской губернии имеют много общего. Существует общепринятая система их устройства, которую надо учитывать при любых ремонтных работах. 2. В каркасах применялось чистое железо низкой прочности, с малым содержанием углерода, неоднородное по сечению, с наличием включений и дефектов структуры. 3. При сварке старое железо и современная сталь несовместимы. 4. Кованая сталь это композитный материал, склонный к расслоению, усталостному разрушению, разрушению в хрупкой форме от удара и температурных напряжений. 5. Свойства старого металла позволяют погнутую мачту, или другой элемент, при необходимости, выправить гибом под нагревом ацетиленовой горелки. Материал ремонтопригоден в монтажных условиях. 6. Кровля служит обеспечением жесткости, и ее следует выполнять из возможно более толстого листового железа с тщательным исполнением соединений листов. Используя для новодела кровли тонкую и мягкую медь, вместо старой толстой железной обшивки следует предусмотреть другие заменители жесткости конструкции 7. Старое железо защищено от коррозии тонкой черной пленкой магнетита, бездумно чистить его стальными щетками перед покраской нельзя. Оптимально химическое преобразование ржавчины, мытьё ортофосфорной кислотой с последующей пассивацией. 8. При окраске каркаса следует выбирать краску с учетом высокой температуры нагрева кровли летом. Почерневшая медь может на солнце нагреть всю конструкцию еще больше. 9. Каркас со снятой кровлей имеет небольшую несущую способность, и его следует отделять от лесов, снимать крест, оберегать от механических примыканий и усилий. 10. В главах обязательны смотровые люки снизу для доступа вовнутрь главы, сверху для доступа к кресту. Следует предусматривать это в конструкции. 11. Некоторые несообразности, отсутствие деталей, низкое качество сборки отдельных элементов, кривизна и огрехи, мусор, скрытые дефекты - это обычное явление в древних каркасах. Отличительная особенность старых конструкций при все при этом состоит в том, что несмотря на все недочеты они простояли по сотни лет и прекрасно сохранились. 12. Каркас должен иметь некоторую подвижность, любые жесткие соединения должны применяться с учетом температурного расширения деталей.
Фабрика театральной косметики
В Перово планируют подать заявку на статус выявленного объекта наследия для «Фабрики театральной косметики» – здание «сталинской» стилистики, завершенное в 1956 году, но решенное все в том же, с излишествами, духе. Самое интересное – трагедийные маскароны среди рельефов. А ведь не театр! Публикуем историко-архитектурное исследование, составленное для фабрики Тиграном Арутюняном и его коллегами.
Владивосток: природный каркас прибрежного города
Пространственные характеристики естественных низкогорных ландшафтов (ландшафтов фен-шуй) рассматриваются на примере Владивостока как основа природного каркаса устойчивой к динамике климата городской среды.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 3
Ялтинские работы Ивана Леонидова – планировка центральной набережной и проекты расположенных там административного комплекса и «курзала»: попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 2
Проект планировки Ялты с культурно-рекреационным комплексом на холме Дарсан Ивана Леонидова: реконструкция основных сооружений на основе чертежей и эскизов архитектора.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ. Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Старый новый спальник
Институт Урбанистики и архитектурное бюро «ДА» завершили работу над мастер-планом для нижегородского микрорайона Караваиха.
Технологии и материалы
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности
Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.
Даешь мультифункциональность!
Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.
Дисциплина модуля
Мастерская «Гикало Купцов Архитекторы» спроектировала для частной базы отдыха в Камчатском крае дом для персонала, рассчитанный на 10 человек. Здание из клееного бруса деликатно дополняет композицию гостевого комплекса: глухой блок с хозяйственными помещениями одновременно скрывает жилую часть от глаз посетителей и формирует приватную зону для террасы с купелью. Помимо постирочной с системой хранения дом включает пять ячеек жилых комнат, из которых открывается вид на тундру.
Состояние полета
Студия PAR в рамках сотрудничества с компанией GATE31 нашла архитектурное выражение ключевых ценностей известного российского бренда одежды через презентацию понятий легкости и мобильности в образах и формах, ассоциирующихся с путешествиями.
Творческие амбиции автовладельцев
Бюро OOIIO перепрофилировало заброшенную фабрику кухонной мебели в Леганесе под Мадридом в автоцентр с ярким, авторским решением.
Водопад в лесу
Проект спального корпуса лечебно-рекреационного центра от бюро PORT, созданный в рамках реконструкции санатория имени Артёма в подмосковной Фирсановке, – попытка вернуть к жизни одну из старейших российских здравниц.
Партитура для 12-й линии
Дом «Амо», построенный по проекту Степана Липгарта на Васильевском острове, соединяет три мотива: курдонер, двор-пьяцетту и заимствованные у архитектуры Ренессанса образы, которые позволили сделать современный многоквартирный комплекс более гуманистичным, развивающим тему индивидуальности в жилой архитектуре. В этом помог набор в меру стандартизированных элементов – филенки, усложненные орнаментом, выполненным в технике сграффито; «линейка» карнизов и профилей, а также штучные элементы декора. Комплекс включает жилую и гостиничную части, которые обрамляют отреставрированный деревянный особняк братьев Брёмме.
Зеленый кратер
Жилой комплекс La Vallée Verte по проекту MVRDV в Бордо предлагает современную трактовку сложной геометрии и узких улиц исторического города.
Капсула у реки
Бюро Arch(e)type спроектировало концертный зал в Нагатинском затоне – на берегу Москвы-реки, рядом с парком развлечений «Остров Мечты». Архитекторы сравнивают его с технологической капсулой или исследовательским модулем – формой, работающей на предвкушение нового опыта.
Красная вечеринка
Вашему вниманию – светская хроника неформальной части процедуры вручения архитектурной премии Москвы, которая состоялась вчера во дворе «дома культуры» ГЭС-2 при участии главы ДГП Владислава Овчинского.
Архитекторы действительно бегали
За пять лет фестиваль «Не только архитектор» вырос из небольшой встречи в коворкинге KLAUZURA в одну из самых необычных профессиональных площадок Петербурга. Здесь спорят об архитектуре, экспериментируют с форматами общения и, кажется, всерьез пытаются доказать, что хороший – нескучный – разговор иногда не менее важен, чем хорошая выставка.
Памяти Виталия Стадникова
Ушел из жизни Виталий Стадников: архитектор, градозащитник, историк авангарда и модернизма, главный архитектор Самары в 2012–2013, инициатор разработки регламентов исторического поселения города.
Истинное сокровище
Студия Елены Локастовой создала для бутика Lindeza Jewelry в Дубае концептуальный интерьер, воплощающий идею драгоценности как идеальной геометрической формы, идеального качества исполнения и максимальной концентрации идеального, по мнению прекрасной половины человечества, цвета.
Прекрасные перспективы
От любого рабочего места в новом здании Национального банка Казахстана по проекту ZHA в Астане открывается вид на зимний сад в атриуме.
Премия неизвестного архитектора
ДГП Москвы объявил о старте голосования за проекты, реализованные в 2025. Премия существует 26 лет, народное голосование проводится с 2015 года. Раньше мы ее не замечали, а теперь – на фоне турбулентности – заметили и рассмотрели. Это неплохой путеводитель по новостройкам города. Жаль, что половина, а то и больше – эстетически никакие, невыразительные, а у другой половины не указаны или попросту не известны авторы. А впрочем, может, половина потому не эстетична, что не указаны авторы? Как-то это связано, может быть?
Оптимальные пространства или работа по высшему разряду
В конце мая 2026 года, в финале форума «Бизнес и Дизайн Диалог» состоялась церемония подведения итогов Премии Best Office Awards/«Офисы Нового Поколения», на которой были объявлены лучшие проекты рабочих и общественных пространств, в которой эстетика так же важна, как комфорт и эффективность.
Речной фасад
Жилой комплекс «Премиум» построен по проекту архитектурного бюро «Крупный план» (KPLN) в подмосковном городе Пушкино, на берегу реки Серебрянки. Две башни поддерживают масштаб высотной застройки, сложившейся в 2000-х годах, но предлагают более крупную форму, которая успешнее работает на дальние ракурсы, а также систему контрастов и приемов, реагирующих на соседство с водой. Одна из находок авторов – металлические диски, которые закрывают корзины кондиционеров и играют роль декоративного слоя.
Фабрика театральной косметики
В Перово планируют подать заявку на статус выявленного объекта наследия для «Фабрики театральной косметики» – здание «сталинской» стилистики, завершенное в 1956 году, но решенное все в том же, с излишествами, духе. Самое интересное – трагедийные маскароны среди рельефов. А ведь не театр! Публикуем историко-архитектурное исследование, составленное для фабрики Тиграном Арутюняном и его коллегами.
Янтарь в бетонных скалах
Архитекторы Syntaxis превратили 9-метровое лобби бизнес-центра «МАУНТ» в городскую гостиную, где холодный монолит фасадов сочетается с теплой световой композицией, вдохновленной природным янтарем. Второй совместный проект с девелопером FORMA стирает границы между транзитом и отдыхом и предлагает сценарии для работы без привязки к рабочему столу.
Владивосток: природный каркас прибрежного города
Пространственные характеристики естественных низкогорных ландшафтов (ландшафтов фен-шуй) рассматриваются на примере Владивостока как основа природного каркаса устойчивой к динамике климата городской среды.
Исповедь не хулигана
Бюро музейной сценографии «Метаформа» подготовило концепцию литературой экспозиции для Государственного музея-заповедника Сергея Есенина в его родном Константинове. С помощью мультимедийных и интерактивных средств авторы проекта обогащают визуальный ряд, в котором преобладают плоскостные подлинные экспонаты, создают маршруты для разной аудитории и находят образы, чтобы раскрыть тот или иной период в жизни поэта.
Постсоветская пермакультура
Предлагаем три работы выпускников молодой Кафедры ландшафтной архитектуры СПбГАСУ с подробными комментариями научных руководителей. Признаемся, мы бы хотели увидеть эти проекты реализованными! Авторы не ограничиваются эффектными подборками растений и малых архитектурных форм, но используют ландшафт как инструмент улучшения экологии и среды города, предлагают устойчивые решения и интригуют выразительными возможностями своего направления. В фокусе: агропарк в Мурино, ревитализация территории высокоплотного района у Финского залива и переосмысление постсоветского парка в узбекском Термезе.
Звезда пивоваров
Спроектированный IDOM административный корпус пивзавода Estrella Galicia под Ла-Коруньей задает новые стандарты промышленной архитектуры: ориентированной на человека и экологически безопасной.
Свинцовый снаружи, светлый внутри
О том, как архитекторы Виталий Стадников и Константин Африкантов превратили офисную коробку «самарского ренессанса» в галерею с видом на Волгу.
Ритм памяти
В проекте колумбария для Нижнего Новгорода архитектор Егор Рыбин переосмыслил мотив классической колоннады: ряд ламелей одновременно формирует ниши для урн и оставляет просветы, через которые проступает живой пейзаж, – так прошлое и настоящее, тема предков и тема продолжающейся жизни оказываются собраны в одной композиции, без избыточной символики и тяжёлого пафоса.
Сохраняя наследие
В Ростове наградили победителей конкурсной программы фестиваля «Архитектурное наследие 2026». Гран-при получил проект реставрации Шуховской башни. Всего награды присуждали в пяти номинациях. Показываем проекты победителей.
О сохранении исторических зданий Электрозавода и...
Запускаем сбор подписей за сохранение построек Электрозавода 1910-х – 1920-х годов, «тюдоровского замка» в центре Москвы, романтического сооружения с бетонной конструкцией, которое помнит план ГОЭЛРО, Маяковского и Бернарда Шоу. А также за обсуждение проекта профессионалами и его «рассекречивание».