Лучшие павильоны биеннале

Рассматриваем павильоны интересные и содержательные, исключая уже награжденные жюри: 11 павильонов, 80 картинок и комментарии.

15 Июня 2018

Репортаж

Современное искусство Архитектура

Тема свободного пространства поставила многих в тупик, заставив отреагировать в том смысле, что место надо освободить – и освободили, как могли, но о пустых павильонах потом. Смирившись с мерой опустошения, часть стран «компенсировала» ее – хотя откуда они могли знать замыслы соседей! – переполненностью или усилением темы аттракциона. Рассмотрим некоторые из тех экспозиций, которые не были награждены (о них см. здесь), но все же достойны внимания.

Япония: коллекция

zooming — Лупа для рассматривания картинок. Павильон Японии на биеннале архитектуры в Венеции. Фотография: Ю.Тарабарина, Архи.ру

Один из таких, переполненных, но обаятельных павильонов – японский. Выставка называется «Архитектурная этнография» и развивает проект, над которым ее главный куратор Момойо Кайдзима (Momoyo Kaijima) работает с конца 1990-х, то есть около 20 лет, коллекционируя «наблюдения за жизнью людей и реальностью городов, преломленных через архитектурную графику», причем реальность воспринимается не без юмора, а природа и архитектура рассматриваются с точки зрения их пользователей – жителей городов. Рисунки собраны со всего мира, вовсе не только японские, участников – 42, среди них работы университетских студий, архитектурных мастерских и художников.

Получается довольно густой суп, скорее социологический, чем архитектурный, но увлекательный. Выхватывать детали и массы мелких рисунков и инсталляций на стенах посетителям предлагают с помощью пластиковой лупы, снабженной множеством инструкций, похожих на универсальный календарь. Также для того, чтобы рассмотреть рисунки вверху, рекомендуется попросить у служителей лестницу, или тележку на колесах, – средств для исследования реальности почти столько же, сколько и собственно в городе, главное не робеть. И наконец в нижнем пространстве расставлено несколько «тележек ятай», традиционного приспособления японских торговцев, с книгами и бумагой для рисования.

***

Голландия: шарады

Павильон Голландии отметился 24 мая во время превью биеннале тем, что внутри, в комнате, повторяющей интерьер гостиничного номера 902, где в 1969 году Джон Леннон и Йоко Оно протестовали против вьетнамской войны, лежа в постели, историк и критик архитектуры Бейтрис Коломина брала интервью в постели в течение 4 часов у множества архитекторов и исследователей.

Леннон и Йоко Оно понимали свою кровать как «горизонтальную архитектуру протеста, работы, производства и воспроизводства», или fucktory, и этим она предвосхищает кровать для работы сегодня – профессионалы нередко работают в постели, прибегая к помощи новых коммуникаций, – комментирует свой кураторский проект в голландском павильоне Коломина.

Центр павильона выгорожен оранжевыми стенами с множеством дверей – часть из них ведет в образовавшиеся по периметру комнаты, часть показывает инсталляции в шкафичках побольше и поменьше. Все вместе – набор из 12 кураторских проектов на тему «Работа, тело, развлечения». Креативность и вместительность роднят голландский павильон с японским.

***

Испания: переполнение в становлении

Испанский павильон, большая часть бюджета которого была в этом году потрачена на реставрацию и реконструкцию здания, представляет собой гибрид пустоты и переполненности. Из обстановки только стулья, на полу написаны 52 прилагательных: атмосферный, дополненный, космополитичный, критичный, неуверенный, незаконченный, виртуальный, ежедневный – и так далее. Вокруг них на стенах до потолка группируется архитектурная графика, представляющая десятки проектов и архитектурных исследований, в том числе phd, то есть докторских диссертаций, отобранных на открытом конкурсе и соответствующих этим прилагательным. Все это должно представить сложносочиненный мир архитектурных идей, ориентированных на будущее, в отличие от мира прошлого, переживания кризиса строительного сектора, удостоившегося «Льва» в 2016 году.

Нынешний павильон называется becoming – становление, в некоторых трактовках – декор, что созвучно испещренным схемами стенам.

Во время открытия эффект переполнения был усилен, дорастая до метафоры информационного переполнения современного мира: по павильону среди толпы посетителей бродили люди с белых одеждах и с красными тенями на глазах, две барышни в тех же туниках беспрерывно, и надо сказать, довольно радостно, болтали на входе, кто-то кого-то брил машинкой... настоящий перформанс. Что не располагало к чтению данных со стен, впрочем на это как будто никто и не рассчитывал.

Чтобы выбраться наружу на воздух, требовалось выйти на задний двор, который обустроила группа студентов, победивших в конкурсе; садик останется после закрытия выставки.

***

Германия: стена

Германия посвятила свою выставку Берлинской стене, назвав ее Не-строительство-стен (Unbuilding Walls). Нельзя сказать, что сейчас юбилей слома или строительства стены – 28 лет с объединения страны. По словам кураторов, они рассматривают последствия разделения Германии и, затем, процесс ее излечения, как «динамический пространственный феномен»: рассматривают редкие музеефицированные остатки стены, КПП, советские постройки, или деревню Модларёт, которую после войны разделили также как Берлин, на советскую и западную части; стены не там было, и в западной части деревня превратилась в туристический аттракцион, а жителям восточной части было запрещено принимать гостей, даже родственников, ближе чем за несколько километров от охраняемой зоны. И так далее – множество историй на оборотной стороне вырастающих из пола черных полос, похожих на полоски бумаги, выползающие из шредера, – кураторы таким образом восстанавливают историю, собирают по крупицам остатки травмы, стремясь ее осмыслить и изжить. Нельзя сказать, что получилось эстетично, но этично и насыщено информацией – да.

Чтобы расширить тему, группа журналистов собрала видеоинтервью людей, живших «в тени стен»: на Кипре, между Северной и Южной Кореей, Израилем и Палестиной, США и Мексикой, и у Сеутской стены на границе Марокко. Говорящие фигуры умножаются в зеркалах по принципу барокко, показывая, как их много. Почему-то говорящие разделены по гендерному признаку.

***

США: левизна

В связи со стенами вспоминается американский павильон, политизированный и левый, не зря купол неоампирного здания приобрел лихой кислотный цвет. Здесь упоминается разное: твиты Трампа, неравноправие афроамериканских женщин и меньшинств, два памятника высадке конфедератов, снесенных в Мемфисе на Миссисипи, так что от воспоминания осталась лишь булыжная набережная – какие гражданские монументы надо строить сегодня? И далее проблемы миграции, осуждение эксплуатации ресурсов, до взгляда из земли на Космос, – там тоже неравноправие, видите ли, светится она неравномерно. Но более всего привлекает внимание – самая понятная – экспозиция, посвященная стене Трампа на границе США и Мексики, где подробно показано, как стена нарушит экологическое равновесие и звериные тропы. О человечьих тропах все, видимо, уже сказано.

Зрелищную часть составляют тюки с паклей, хворост и камни Миссисипи, а также метафизического типа графика, кураторов несколько. Звездную партию играют Диллер Скофидио + Ренфро, участвующие в проекте космической панорамы.

***

Израиль: храм

Перед павильоном Израиля на открытии традиционно стояли военные, а посвящен он религиозным территориям разной степени спорности; задача экспозиции – «пройти по грани» тлеющих конфликтов методом архитектурно-пространственным. Многие морщили нос: «политизировано», «это такая тяжелая тема», и, кажется, вскоре уходили; а зря, павильон Израиля отличается дотошностью разбора тем.

Модель Храма Воскресения и Гроба Господня сделал из дерева Конрад Шик, немецкий часовщик и археолог, протестант, по заказу губернатора Иерусалима Сюрейа Паши, в 1862 году. Она стала объемно-визуальным отображением оттоманского эдикта Status Quo, зафиксировавшего существовавшее к 1853 году разделение территорий Храма Воскресения между христианскими конфессиями; все это было важно после Крымской войны 1853-1856, начавшейся из-за прав христианских меньшинств в Святых местах, – говорится в экспликации. Понятно, модель была нужна для того, чтобы наглядно закрепить границы в пространстве, и теперь она местами битая, ломанная, отколотая, – этакая потрепанность артистически отражает и напряжение между владельцами, – здесь же на стене написано: она сделана из отдельных крашеных элементов, которые можно вынимать и ставить на место, и это качество трактуется почему-то не только как инструмент наглядности, но еще и как отражение возможности «переформулирования» системы Starus Quo.

К примеру неплохо видно, что купол ротонды Вокресения над Гробом Господним снаружи наполовину общий, наполовину принадлежит греческой церкви, а внутри значительная его часть отнесена к армянской церкви, и так далее; владения латинской и греческой церквей в части Храма также переплетены. Значительный фрагмент застройки к северо-востоку от собственно Храма принадлежит коптской церкви.

На втором этаже рассказано несколько историй: о тропе/мосте Муграби на храмовую гору, к единственным воротам, открытым для не-мусульман. Она всегда была земляным пандусом, перепад высот 6 м; но в 2004 году насыпь разрушило вначале землетрясением, а затем размыло после снегопада, и на ее месте построили временный деревянный мост. Так вот, поскольку власти Израиля, Палестины и ВАКФ не могут договориться, построить постоянный мост никак не получается. Или вот гробница ветхозаветной Рахили к северу от Вифлеема – раньше была доступна всем, но в начале XXI века ее обнесли бетонным забором с проволокой по верху, кажется, под напряжением, и пускают туда теперь только иудеев, – истории все известные, выставка скорее работает над привлечением к ним внимания. Наконец, десять макетов на втором этаже представляют урбанистические проекты переосмысления площади перед Стеной Плача: вскоре после шестидневной войны израильтяне разрушили деревню Муграби, расширив пространство перед Стеной, раньше оно было шириной около 4 м. А деревне было около 800 лет. Получилась большая площадь, в текущем году – эта тема самая живая, – архитекторы начали предлагать пути ее пространственного осмысления.

***

Франция: проблески надежды

Кураторы павильона Франции – группа, название которой переводится как «Все еще счастливы», тема – «Бесконечные пространства: строить здания или места?», главный сюжет – примеры повторного «общественного» освоения заброшенных мест, экономного, культурного, связанного с дешевым жильем и арт-кластерами, хотя все же не сквоттинга – о нем ни слова, похоже, все законно. Здесь присутствует и игра слов, на самом деле речь скорее не о бесконечных, а о неоконченных пространствах, о перспективах их бесконечного развития.

Экспозиция тоже лево-политизирована, не зря колонны обернуты почти тем кислотным цветом, что и в американском павильоне, но французы умеют все делать элегантно и легко: «противостоя гигантским вызовам нашего времени, где проблемы экологии болезненно сталкиваются с доминированием рыночной экономики, эгоизмом и авторитаризмом, необходимо не терять надежду», – утверждают кураторы.

В центральной части собраны 10 проектов-примеров таких противостояний проблемам времени, «не то чтобы образцов, но проблесков надежды», – среди них некоммерческий лагерь домов на колесах, история освоения заброшенного металлургического завода в Нормандии, культурного кластера на бывшей табачной фабрике в Марселе, где жизнь постепенно разрастается и саморегулируется или здания Отеля Пастер в Ренне, в 1888 построенного для факультета естественных наук, который в 1967 переехал и превращенного в гостиницу силами – кого бы вы думали? – кураторов выставки, группы Encore heureux, которые делятся таким образом своим опытом.

Архитектура в этом случае существует на грани между исторической данностью свойств места и естественным процессом их заново-освоения, ведомого лишь нуждами поселившихся там людей, – комментируют кураторы. Показано же все красиво, на стенах истории, в отдельном зале «бесконечные места», этакие мохнато заросшие своим бесконечным потенциалом, 10 проектов показаны чудесными макетами лазерной резки по хорошей фанере, суета, означающая людей – граждан, живых участников процесса переосвоения мест, представлена инсталляцией типа кабаковской коммунальной квартиры из лопат, тачек и резиновых сапог, но она приподнята выше головы и не мешает.

В целом то же самое, что в американском павильоне – граждане, противостояние обществу потребления, но там левый глаз смотрит в космос, а здесь все ближе к человеку и лиричнее, касается и свободы, и пространства.

***

Дания

Очевидно, что из заявленной темы выбрали кто free, кто space, в разной степени. Вот датский павильон, обращенный в будущее не менее испанского, показывал «Возможные пространства» – четыре пути нового «устойчивого» девелопмента и четыре сильных стороны датской архитектуры, по мнению министра культуры страны.

Разговоров больше всего о BLOX – Архитектурном центре Дании, построенном OMA в копенгагенском порту.

А посетителей больше всего привлекает выставленная начинка гиперлупа, похожая на фрагмент космического корабля, грубого и прагматичного, ни разу не футуристического на вид, зато правдивого. Рядом показывают схематично, как там будет мелькать за окном для человека, сидящего в капсуле скоростного транспорта в безвоздушной трубе и с сокращенным трением. Авторы инсталляции Бьярке Ингельс (BIG) и проект Virgin Hyperloop One.

Но и другим инновациям досталась своя доля внимания: весь вход как осиное гнездо зарастила крылоподобная конструкция из архитектурной ткани, и не какой-нибудь, а экологичной.

Совершенно иной вариант инновации – рассказ об обновлении комплекса социального жилья Альберслунд Сид, построенного в 1963-1968 годах. Здесь подчеркнута деликатность обновления, внимание к тому факту, что люди прожили здесь десятки лет в одних стенах и эти стены могут быть им дороги. Растения и традиционные покрытия: металл, черепица, – превращаются в самоценную выставку фактур, как уже бывало на биеннале.

***

Люксембург: ноги архитектуры

Экспозиция маленького княжества в новом корпусе Арсенала начинает с того, что лишь 8% его территории – общественная собственность, остальные 92% – частная земля. Поэтому 8% пространства павильона отданы узкому входному коридору, позволяя посетителю понять, как это мало.

Далее кураторы вспоминают о ножках домов Ле Корбюзье и других способах, которыми архитекторы-модернисты освобождали пространство – то самое freespace – для народа, и составляют выставку из крупных обобщенных макетов зданий классиков. Досталось всем, и метаболистам, и Эль Лисицкому; а выглядит в общем-то как учебник, тем более рядом на стене составлена лента хронологии модернистской архитектуры; но учебник приятный и пахнет фанерой макетов.

***

Аргентина: климатическое

Павильон не назовешь пустым – аргентинцы показывают много зданий рисунками на стене: отобраны здания, построенные после 1983, «возвращения Аргентины к демократии». Эскизная графика призвана помочь показать главное в проектах – почти как у Цумтора, а полный каталог избранных построек издан и его раздают всем желающим.

В центре же темного зала оно – «горизонтальное головокружение», – так называется проект: длинный аквариум с климатической инсталляцией над пучками крупной травы, со сменой дня и ночи, грозы и солнца, пением птиц. Внутрь можно заглядывать с разных сторон. Природная инсталляция и эскизы зданий должны выстроить связь между природой и рукотворным ландшафтом. Все снабжено QR-кодами.

***

Польша: свобода прохлады

Польский национальный павильон расположен на «острове» за мостом, люди когда туда добираются, им больше всего хочется упасть от усталости и жары. Эту мысль поймали кураторы польского павильона, запустили на всю мощь его кондиционер и устроили бассейн с плавающими макетами. Все добравшиеся были им несказанно признательны за лаконизм и человеколюбие.

Между тем проект называется «Расширяя Природу» и исследует ни много ни мало, как глобальный универсум архитектуры антропоцена, геологического периода, соответствующего современности, то есть периоду, когда человечество существенно влияет на земную экологию. Глобальный посыл оттеняет исследование советских построек 1954-1976, проведенное Академией Художеств Варшавы: здесь изучали свет и циркуляцию воды – эти здания создавались с пониманием того, как работает Земля. Спроектировали и еще пару гипотетических зданий, думая о дожде и смене времени суток. Косой дождь изображен множеством медных проволок.

***

Разумеется, это не все: как всегда масштабен павильон Италии, наполнен реальными проектами павильон Китая, интересен посвященный разным аспектам многоквартирного жилья павильон Латвии. Все так сразу и не охватить.

15 Июня 2018

выставка XVI биеннале архитектуры в Венеции: другие тексты

Пресса: Венеция увидела, каким будет Главный храм Вооружённых...

Новость

Бремя выбора

Проект CITIZENSTUDIO в павильоне России на венецианской биеннале архитектуры посвящен будущему – но не столько железных дорог, которые, очевидно, ждет транформация, – сколько в принципе будущему городов. Фактически, он ставит проблему выбора.

Интервью

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»

Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.

Интервью

Архитекторы о биеннале

Рекомендации от девяти совершенно разных архитекторов, побывавших на биеннале – о выставке, ее достоинствах / недостатках, и, конечно, понравившихся павильонах.

Репортаж

Биеннале: истории

Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.

Репортаж

Биеннале: Цумтор

Рассматриваем артистичные модели Петера Цумтора из Кунстхауса Брегенца и сравниваем некоторые из них с постройками.

Репортаж

Соль воды

В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.

Пресса: Каждому по свободе

Тема архитектурной биеннале этого года — freespace, свободное пространство. Критик Мария Элькина обошла все павильоны и пришла к выводу, что свобода сегодня таит в себе такую же опасность, как когда-то массовое производство дешёвого жилья или строительство широких проспектов внутри городов. Вместо всеобщего счастья она может принести большие неприятности.

Репортаж

Десять капелл Ватикана

Самую большую и впечатляющую экспозицию биеннале архитектуры построил Ватикан. Проект Нормана Фостера получил кардинальскую награду.

Репортаж

Лев республики и пустота

Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?

Репортаж

Садитесь, пожалуйста

Заметки о биеннале. Арсенал.

Новость

За гранью физического

В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.

Пресса: Архитекторы со всего мира покажут в Венеции, каким...

В российском павильоне под названием «Станция „Россия“» основной темой выставки станет железная дорога: вокзалы и бескрайние просторы.

Пресса: Российские архитекторы готовятся к Венецианской...

«Свободные пространства» ‒ так звучит тема Венецианской архитектурной биеннале этого года. В российском павильоне тему раскроют через прошлое, настоящее и будущее железных дорог, связывающих необъятную территорию нашей страны.

Новость

«Золотого льва» венецианской биеннале присудили...

Пресса: На Венецианской биеннале воссоздадут камеру хранения...

Стали известны подробности проекта «Станция „Россия“» в национальном павильоне на 16-й Архитектурной биеннале.

Новость

Citizenstudio обнародовали концепцию своего проекта в составе...

Новость

Британский «остров» и брутализм в Венеции

Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».

Железная дорога – тема российского павильона XVI Архитектурной...

Новость

«Невысказанные желания незнакомцев»

Кураторы 16-й архитектурной биеннале в Венеции, ирландские архитекторы Ивонн Фаррелл и Шелли МакНамара, объявили тему своей выставки: «Свободное пространство».

все статьи по событию:XVI биеннале архитектуры в Венеции

Статьи по теме: XVI Архитектурная биеннале в Венеции

Интервью

«Вы смотрите на архитектуру, а архитектура смотрит...

Алессандро Боссхард – о все возрастающей стандартизации жилых интерьеров, которой был посвящен курировавшийся им павильон Швейцарии на венецианской биеннале–2018. Его интервью было частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.

Интервью

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»

Репортаж

Биеннале: истории

Новость

Бремя выбора

Репортаж

Соль воды

Репортаж

Лев республики и пустота

Репортаж

Садитесь, пожалуйста

Заметки о биеннале. Арсенал.

Новость

За гранью физического

Новость

«Золотого льва» венецианской биеннале присудили...

Новость

Citizenstudio обнародовали концепцию своего проекта в составе...

Новость

Британский «остров» и брутализм в Венеции

Новость

«Невысказанные желания незнакомцев»

Новость

Опытные педагоги

Кураторами XVI архитектурной биеннале в Венеции станут основательницы ирландского бюро Grafton Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл.

все статьи по теме:XVI Архитектурная биеннале в Венеции

Технологии и материалы

Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада

Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.

Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки

Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.

LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...

Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.

Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...

Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.

Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла

Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.

Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...

LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.

ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...

В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.

Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити

Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.

Модульный стандарт фасадных решений

Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.

Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...

Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.

Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...

KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.

VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...

Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.

Малые формы – большая ответственность

Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».

Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision

Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.

Игровая архитектура нового поколения

В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.

Материал для идеала

Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.

Кукуруза и каррарский мрамор

Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.

Дома А-Класса на Арх Москве

Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.

Иллюзорные преграды

Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.

Песчаные дюны на потолке

Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.

Сейчас на главной

Интервью

«Наутилус» спорный, но бесспорно наш

Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.

Объект

Зеленая энергия старого города

Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.

Обзор

Пространственный сдвиг

Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.

Объект

Флора от цоколя до крыши

Архитекторы ZHA представили проект офисной башни Z8 для Центрального делового района в Пекине.

send.project

Вечный рассвет

Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.

Объект

Холмы и конусы

В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.

send.project

Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду

Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.

Работы студентов

Квартал с театром

Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.

Объект

Перевернутый свод

Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.

Репортаж

Ордер нового человека: МАРШоу 2026

Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.

Результаты конкурса

Жирафы и игрушки, фасады и подушки

В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.

Репортаж

Дороги, которые мы выбираем

В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.

send.project

Форма следует за потоком

Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.

send.project

С чистым телом и духом

Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.

Объект

Дворы четырех

Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.

Объект

Пятигранники снаружи и внутри

На острове Саадийат в Абу-Даби открылся Музей естественной истории по проекту Mecanoo.

Объект

Городской гобелен

Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.

send.project

Три двора на краю света

В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.

Объект

«Зеленые» мечты и спелеологические впечатления

Консорциум во главе с MVRDV победил в конкурсе Shift на проект просветительского и гостинично-коммерческого комплекса в Роттердаме, посвященного ресурсоэффективности и охране окружающей среды.

send.project

Новое время – новый дизайн

Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.

Объект

Базис и надстройка

Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.

Архи.срез

Изменчивая дымка

Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.

Объект

Запах хлеба по утрам

Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.

send.project

Преодоление себя

Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.

Объект

Ряды не поредели

В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.

Премия

Слишком много кирпича

Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.

Рецензия

Маленькая книга прощания

Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.

Конкурс

WAF 2026: кто в коротком списке

Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.

Объект

Прерия на крыше

В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.

Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026

Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.