«Архитектура - это проектирование Родины». Лекция Альфреда Якоби

Лекция Альфреда Якоби, ректора архитектурной школы Дессау, прошла в рамках программы Ц:СА OVERVIEW в московском Доме Архитектора. Темой лекции стала отдельная и очень личная область в творчестве Альфреда Якоби – строительство синагог и еврейских центров. Дело в том, что в детстве архитектор пережил трагический опыт Холокоста, потом, живя в послевоенной Германии, на себе испытал нелегкую судьбу евреев, чудом выживших во время нацистского режима

Свою лекцию о строительстве новых синагог в Германии, стране, больше всего пострадавшей от гонений на евреев, Альфред Якоби начал с самого начала – с ветхозаветного иерусалимского Храма. Он показал слушателям сделанную историками реконструкцию. По мнению Якоби, он сочетает в себе особенности двух культур – греческой и вавилонской, но также несет в себе и специфические черты еврейской культуры – она проявляет себя в организации системы доступа к храму, которая, как известно, состояла из нескольких дворов – последовательность этих дворов отражает структуру древнееврейского общества.

Второй Иерусалимский Храм (храм Ирода). Реконструкция. Модель, находящаяся в Музее Израиля. Источник: wikipedia
zooming
Нюрнберг. Купола главной синагоги города, разрушенной в 1938 году. Фотография 1900 года. Источник: wikipedia.org

Иерусалимский Храм – центр и воплощение веры Ветхого Завета и культуры еврейского народа, был разрушен римлянами в 70 г. н.э., от него осталась только западная стена – «стена плача», названная так потому, что у нее евреи оплакивают разрушение своего первого храма. С тех пор евреи не имели права жить в Иерусалиме и рассеялись по Европе: через Грецию по долине Рейна они попадали на территорию современной Германии. Так начинается история еврейских общин в этой стране, с ними же появляются и первые молельни - синагоги.

Альфред Якоби. Синагога в Аахене. 1995. Фотография: Norbert Schnitzler

Чтобы проследить историю и типологию синагоги в Германии, Альфред Якоби предложил рассмотреть для примера отдельно взятый немецкий город – Нюрнберг. На гравюре XV века Нюрнберг представлен типичным феодальным городом, вокруг которого простираются засеянные крестьянами поля, внутри стен обитают ремесленники, а на холме возвышаются две основные силы, властвующие над городом – церковь и феодал. В средневековом немецком городе церковь и синагога мирно сосуществовали по соседству друг с другом. В XIX веке немецкое общество шло навстречу евреям – и как доказательство этого – купола главной синагоги издалека видны на фотографиях города.

Альфред Якоби. Синагога в Аахене. 1995

Нацисты, придя к власти, перечеркнули всю еврейскую культурную традицию, сложившуюся к этому моменту в Германии – практически все синагоги были разрушены или сожжены. В 1960-е гг. строительство синагог в Германии возобновляется, но они приобретают довольно странный вид, по словам Альфреда Якоби, «они становятся похожи не на молельные сооружения, а на жилые дома с пристройкой в виде кафе». Такой парадокс произошел вследствие нацистских гонений и истреблений евреев в Германии. Даже спустя несколько десятков лет евреям все равно было некомфортно жить в этой стране, они не хотели строить заметные синагоги и прибегали к маскировке своих сооружений внутри городской застройки.

Альфред Якоби. Синагога в Касселе

Следующим этапом развития синагоги в Германии стала ее «реабилитация» – которой, в частности, занимается в настоящее время архитектор Альфред Якоби. Первым проектом, о котором рассказал архитектор, стала перестройка синагоги в Оффенбахе. Изначально постройка представляла собой небольшое стоящее в глубине и тем самым спрятанное от города здание, рассчитанное на 80 человек. Но к 1998 г. еврейская община Оффенбаха выросла с 80 до 1000 и понадобилась перестройка синагоги.

Альфред Якоби. Синагога в Шемнице

Идея Якоби заключалась в том, чтобы построить вокруг старого здания нечто подобное ковчегу: он сохранил ядро, убрав всю его внутренность, а в центре организовал пространство в виде корабля – место, куда кладут тору.

Следующий проект был создан для Аахена, который был почти разрушен во время второй мировой войны. Альфред Якоби выиграл конкурс на строительство синагоги, в котором участвовали около 80 мастерских – за счет того, что в программе его проекта было заложено улучшение городской среды и реставрация города посредством строительства синагоги, а также строительство нового жилья. Особенность этого молельного дома в том, что синагога раскрывается в городское пространство – больше не прячется, а занимает важное место в застройке. Внутреннее пространство – многофункциональный зал, где установлены общие скамьи, а не отдельные стулья – как объяснил А. Якоби, «люди здесь должны чувствовать общность, когда собираются вместе». Также в зале установлено 5 столбов, дабы обозначить то место, где должно храниться Пятикнижие Моисея.

В следующей постройке – синагоге в Касселе, Альфред Якоби стремился воплотить идею того, что еврейский народ является народом Книги, не только в религиозном, но и в культурном плане. Дело в том, что частный коллекционер подарил общине этого города частным коллекционером было подарено 1000 книг – и хотел, чтобы в новом здании синагоги была утроена, в числе прочего, библиотека для них. Здание состоит из двух объемов, объединенных стеклянным фойе, которое, по словам архитектора, «символизирует святую Книгу и одновременно книгу как литературу». Алтарное пространство, которое должно быть самым заполненным местом, здесь пусто, в чем заключен глубинный смысл: человек приходит сюда и молится, находясь наедине с собой.
 
Еще один проект Альфреда Якоби находится в Бремене. Это еврейское кладбище, спроектированное в сотрудничестве с ландшафтными архитекторами. Оно состоит из площади перед входом, здания для церемоний, технических построек и огромного эллипса, символизирующего бесконечную дорогу.

Также Альфред Якоби выиграл конкурс на создание полусакрального – полумузейного здания в Кельне, городе с большой историей, которая начинается с римского завоевания -  сейчас в центре города находится большая зона археологических раскопок, где было найдено множество римских фундаментов. Над остатками древней синагоги, найденной при этих раскопках, было решено построить еврейский музей. В своем проекте Альфред Якоби стремился как воссоздать древнюю синагогу, так и отдать дань римским руинам, находящимся на глубине пяти метров под уровнем земли. Идея архитектора заключалась в том, чтобы организовать постепенный переход от прошлого к настоящему, от Римской империи к современной Германии, снизу – вверх. Здание музея не предполагало нахождения в нем синагоги. Однако над тем местом, где находились руины старой синагоги, было устроено пространство для молитвы, рассчитанное на 10 человек.

Три года назад Альфред Якоби выиграл конкурс на строительство здания еврейской общины в Парк-Сити, штат Юта, США. Здание должно было находиться вне черты города, в великолепном природном окружении, поэтому главной задачей, которую ставил перед собой архитектор, было проектирование здания как части ландшафта. Для этого он использовал наиболее экологичные материалы – светлое дерево и темный кирпич, создавшие эффектный контраст в отделке фасадов и интерьера. Здание еврейской общины состоит из двух соединенных объемов, которые могут трансформироваться в один большой зал, а также классов и офисов для работы администрации общины. В разрезе здания архитектор хотел сымитировать ландшафтные формы – холмов, гор, воды. Отсюда появляются изгибающиеся деревянные потолки, контрастирующие с такими же деревянными, но ровными потолками.

Здание еврейского центра – единственная постройка Якоби, которая вышла за пределы лекции о новых синагогах Германии. Вероятно, архитектор намеривался сравнить архитектуру еврейских сооружений через сравнение судеб одного и того же народа в разных странах: Америка стала приютом для евреев во время нацистского режима, Германия стала для них одним большим концлагерем. Но в современном мире стараниями многих людей, в том числе и Альфреда Якоби, еврейская культура в Германии восстановлена и существует на равных со всеми остальными, так же, как и в Америке.

23 Июня 2008

Черные ступени
Храм Баладжи по проекту Sameep Padora & Associates на юго-востоке Индии служит также для восстановления экологического равновесия в окружающей местности.
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Открывшись небу
Архитекторы Enota соединили часовню с деревенской площадью, превратив свое сооружение в ландшафтную скульптуру, призванную акцентировать идентичность пригородного поселения.
Знание и свет
Катарский факультет исламоведения и мечеть «Города образования» близ Дохи по проекту бюро Mangera Yvars Architects.
Технологии и материалы
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
Сейчас на главной
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.
«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени
Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Симоновская ветвь
Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.
Чемпионский разряд
Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.