Чарльз Корреа. Фото: Holcim Foundation
Мемориальный центр Ганди в Ахмадабаде. 1958–63. Фото: Nichalp. Лицензия: Creative Commons Attribution-Share Alike 2.5 Generic
Особое значение имеют его проекты для Мумбаи, в первую очередь – план нового города Нью-Бомбей (Нави-Мумбаи) на 2 млн жителей, который с 1970 создавался через гавань от расположенного на полуострове и испытывающего острый дефицит свободной земли мегаполиса. Жилые массивы должны были связать между собой автобусные маршруты, а с Мумбаи и другими прилегающими территориями – метро (Корреа до конца жизни критиковал мумбайские власти за их невнимание к общественному транспорту, в первую очередь – электричкам). Отсутствие политической поддержки затруднило реализацию Нави-Мумбаи, и лишь в последнее время город «заработал» почти как задумывал Корреа – когда проблема перенаселенности все же заставила власти развивать его в полную силу. Но все же архитектору удалось построить там рассчитанный на бедные слои населения жилой массив Белапур (1983–1985), малоэтажную застройку высотной плотности – не менее эффективную для размещения большого числа жителей, чем обычные в таких случаях башни. Многочисленные дворики и террасы на крыше обеспечивали важную для Корреа «открытость небу», как и террасы дорогого многоэтажного дома «Канчанджунга» (1983) уже в самом Мумбаи. Архитектор резко выступал против типичной высотной застройки – как элитной, так и массовой – из-за ее несоответствия климату (и зависимости от кондиционеров), разрушения связной городской ткани, нагрузки на транспортную систему и т.д. В своем проекте он предложил альтернативу: квартиры от солнца и дождя закрывают двухъярусные террасы, напоминающие о традиционных бунгало; обеспечены естественная вентиляция и связь с окружающей средой.
Жилой массив Белапур в Нави-Мумбаи. 1983-1985. Фото: Charles Correa Associates
Социальный пафос, связанный как с эпохой в целом, так и с идеализмом, характерном для периода сразу после обретения Индией независимости – а именно тогда началась карьера Корреа – воплотился в его общественных сооружениях. Культурные центры «Бхарат Бхаван» в Бхопале (1982) и «Джавахар Кала Кендра» в Джайпуре (1993), соединяющий общественные пространства и исследовательские лаборатории «Центр исследования неизвестного» фонда Champalimaud в Лиссабоне (2011) отличают композиция из нескольких сохраняющих человеческий масштаб объемов, дворов, открытых амфитеатров, внутренних садов.
Здание Британского Совета в Дели. 1992. Фото: Charles Correa Associates
Корреа проектировал также и офисные здания, вузовские корпуса, включая Центр неврологии Массачусетского технологического института в Кембридже (2005), культовые постройки (от храма Маланкарской православной церкви в Парумале на юго-западе Индии до его последней постройки, культурного центра и джамоатхоны общины мусульман-исмаилитов в Торонто по заказу Ага-Хана), государственные учреждения, к примеру – снабженное скульптурным изображением национального флага здание представительства Индии при ООН в Нью-Йорке (1985).
Португальская церковь Салвасан в Мумбаи. 1977. Фото с сайта indianexpress.com/article/cities/mumbai/the-correa-legacy/99/
В творчестве архитектора порой появлялись новые мотивы (тот же флаг сложно рассматривать вне контекста «по-мо»): несмотря на внимание к традиции и «непреходящим ценностям» профессии, Корреа не менее жестко, чем против безудержного девелопмента, выступал и против противников перемен. Поэтому можно видеть иронию судьбы в том, что знаменитая филиппика принца Уэльского Чарльза против модернистского проекта нового крыла лондонской Национальной галереи, который он сравнил с «карбункулом на лице любимого друга», прозвучала в рамках празднования присуждения Корреа Золотой медали Королевского института британских архитекторов в 1984. Однако на статусе и карьере архитектора (в отличие от многих его английских коллег, потерявших заказы из-за побоявшихся гнева принца девелоперов) это не отразилось, и на оценке его вклада в мировую архитектуру – также: в 1990 он получил Золотую медаль Международного союза архитекторов, в 1994 – японскую Praemium Imperiale.
Центр «Джавахар Кала Кендра» в Джайпуре. 1993. Фото: Sanyam Bahga. Лицензия: Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported
Чарльз Корреа, хотя и не слишком часто, но все же работал за рубежом, однако одним из источников раздражения для него были никак не связанные с контекстом постройки «кочевых» архитекторов, которые делают очередной проект каждый раз, как сходят с самолета. По его мнению, такая практика работы в отрыве от культуры, среды вредит, в первую очередь, самим архитекторам, «умаляет» их – и в этом их трагедия. Если продолжить эту мысль, то Корреа, не отказываясь ни от многочисленных, часто – масштабных проектов, ни от активистской деятельности (он выступал в прессе, вступая в диалог с обществом, делал проекты pro bono и т.д.), своим творчеством показал реалистичную альтернативу такой «сверх-глобальной» карьере.
Центр «Джавахар Кала Кендра» в Джайпуре. 1993. Фото: Sanyam Bahga. Лицензия: Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported
Храм Свв. Петра и Павла Маланкарской православной церкви в Парумале. 2000. Фото: Joe Ravi. Лицензия CC-BY-SA 3.0
Центр неврологии Массачусетского технологического института в Кембридже. 2005
«Центр исследования неизвестного» Фонда Champalimaud © Jose Campos
«Центр исследования неизвестного» Фонда Champalimaud © Dora Nogueira
