Буррито с Роденом

Новый музей «Сумайя» в Мехико — отзвук «музейного бума», начавшегося в 1997, с открытием музея Гуггенхайма в Бильбао, и незаметно угасшего после 2008 года.

Автор текста:
Артем Дежурко

10 Мая 2011

Объект

Архитектура

Где:

Мексика, Мехико

Архитектор:

Фернандо Ромеро

Проекты:
Музей «Сумайя»
Фернандо Ромеро
2011
Мехико

Ссылки: официальный сайт музея

Как и большинство музеев, построенных за то десятилетие, музей «Сумайя» — здание необычной формы, заметное издалека, построенное модным архитектором-параметристом. Но, присмотревшись внимательней, мы увидим больше отличий, чем сходства.

zooming — Музей «Сумайя». Фото © Adam Wiseman. Предоставлено FREE Fernando Romero

Во время «музейного бума» обычно строились музеи современного искусства, часто не имевшие постоянной экспозиции. Этот же музей построен специально для существующей коллекции, главная часть которой — большое собрание роденовских бронз. Те музеи часто строили в провинциальных центрах по инициативе власти, и одной из их задач было привлечь в город инвестиции, оживить городскую экономику. Этот музей частный, он построен в столице, и самое большее, на что он претендует — оживить экономику ближайшего квартала. Наконец, те музеи часто строили архитекторы-«звезды», конкурсы на них становились заметными событиями в архитектурном мире. Проектирование этого музея было поручено без конкурса зятю заказчика.

А этот заказчик и владелец коллекции, там выставленной — Карлос Слим Элиу (Carlos Slim Heliu), самый богатый человек мира-2010 по версии журнала Forbes: владелец холдинга, которому, как шутят мексиканцы, принадлежит каждый кактус в стране. Он стал коллекционировать искусство в 1980-е годы, скупая те произведения, которые, как подсказывало ему чутье финансового спекулянта, в будущем должны сильно подорожать. Со временем «коммерческое» собирательство превратилось в хобби. Коллекция, которую Карлос Слим создал к настоящему времени, огромна и разнородна. В ней около 70 000 предметов, среди них — «Мадонна деи Фузи» Леонардо да Винчи или его круга, работы Тинторетто, Эль Греко, Мурильо, Рубенса, Моне, Сезанна, Дега, Ван Гога, Ренуара, Тулуз-Лотрека, Пикассо, Дали и Миро. В коллекции больше сотни работ Родена — это самое крупное частное и второе по величине в мире вообще собрание его скульптур, а также много произведений мексиканских художников, как муралистов Диего Риверы и Руфино Тамайо, так и портретистов колониальной эпохи. В коллекции есть исторические костюмы и монеты. Музей назван именем покойной жены миллиардера, которая отчасти влияла на формирование коллекции.

Автор проекта — молодой мексиканский архитектор Фернандо Ромеро, успевший поработать в мастерской Рема Колхаса. Вернувшись из Европы на родину, Ромеро основал в Мехико собственное бюро. Он женат на дочери Карлоса Слима и успешно сотрудничает с тестем в его масштабных девелоперских проектах. Однако, больше известны его конкурсные и «бумажные» работы: например, проект моста в виде бабочки, соединяющего Мексику и Соединенные Штаты, уменьшенную версию которого архитектор построил в виде чайного павильона в парке архитектуры Цзиньхуа — коллекции архитектурных кунштюков, собранной Ай Вэйвэем; и вилла в Истапе — дом, не менее фантастический по форме.

Музей «Сумайя» представляет собой шестиэтажную башню на стальном каркасе. Форма этой башни, как предполагают знатоки цифрового проектирования, была создана при помощи алгоритма из нескольких простых команд. Этажи соединяют пандусы, а вот атриума или световых колодцев, прорезывающих несколько уровней, нет. Башня стоит на пятиярусной подземной парковке, вместимость которой намного превышает потребности музея. Стены, покрытые отполированными до зеркального блеска алюминиевыми пластинами, не имеют окон: дневной свет поступает в здание только сверху и освещает только верхний этаж. Согласно первоначальному замыслу, стены музея должны были быть сделаны из т. н. прозрачного бетона, но, по настоянию заказчика, его заменили на обычный с алюминиевой облицовкой. Также Карлос Слим, инженер по образованию, потребовал изменить конструкцию здания. По замыслу архитектора, все несущие опоры должны были быть скрыты в толще внешней стены, но заказчик посчитал, что постройка обойдется ему дешевле, если упростить её, выведя несколько колонн в интерьер.

Вход в музей бесплатный, и он открыт для публики семь дней в неделю. Карлос Слим заявляет, что это его «дар городу». Дар драгоценный: в Мехико до сих пор не было крупного художественного музея с коллекцией европейского искусства 15 – 19 веков, подобного тем, что есть в каждом крупном городе Европы и крупнейших городах США. Открытие музея — еще и патриотический жест, ведь в нем выставлена большая коллекция мексиканского искусства, и то, что в соседних залах висят работы старых европейских мастеров, до некоторой степени уравнивает обе традиции.

Но, кажется, намерения Слима — не исключительно филантропические. Музей построен в районе коммерческой застройки «Пласа Карсо» (Plaza Carso); по соседству с ним – пятизвездочный отель и торговый центр. Застройщик «Пласа Карсо» — компания Grupo Carso, подконтрольная Карлосу Слиму. Там же планируется построить еще один музей, на этот раз современного искусства, где будет выставляться богатейшая коллекция корпорации Jumex (архитектором выступит Дэвид Чипперфильд). Видимо, девелоперы рассчитывают, что два крупнейших художественных музея столицы поднимут стоимость коммерческой недвижимости в районе и таким образом помогут вернуть средства, потраченные на их строительство. Хотя сам Карлос Слим заявляет, что строительство музея — его бескорыстный дар городу и стране, в то время как девелоперских проект — совсем другое дело, с музеем не связанное, в статьях о «Пласа Карсо» в изданиях о недвижимости музею уделяют неизменно внимание; его странная оплывающая башня, резко выделяющаяся на фоне банальных стеклянных призм, уже стала визитной карточкой района.

В этом нет ничего необычного: многие зоны коммерческой застройки стремятся обзавестись «iconic building» — зданием, которое стало бы их символом и «магнитом», притягивающим посетителей. Как правило, это общественные сооружения, музеи или театры. Таков, например, целый ансамбль «знаковых зданий», которые строятся в гамбургском Хафенсити по проекту известнейших архитекторов. И эта стратегия в обязательном порядке предполагает «футуристическое» решение здания-приманки.

Интересно, что в облике музея «Сумайя» ничто не говорит о функции постройки — нет вывески, не предусмотрено место для больших афиш, объявляющих о выставках. Но в этом и нет необходимости. Сгенерированная компьютером поверхность сложной кривизны, на заре параметрической архитектуры считавшаяся пригодной для заключения в нее любой функции, за 2000-е годы стала признаком, по которому обыватель среди городской застройки безошибочно угадывает музей.

10 Мая 2011

Автор текста:

Артем Дежурко

Похожие статьи