Студия Enviroments of Collectivity. Курорт в Врсаре: отдых в окружении водорослей. Timur Shabaev
Студия Enviroments of Collectivity. Курорт в Врсаре. Генплан. Marco Galasso, Fang Liu, Timur Shabaev
Работа над дипломными проектами велась целый учебный год. Студенты были распределены по трем студиям с различной проблематикой: Enviroments of Collectivity под руководством Олафа Гипсера (Olaf Gipser), поставившая целью переосмыслить вопросы массового отдыха; Metropolitan Imprints с Дитмаром Лайком (Dietmar Leyk) во главе, занимавшаяся организацией городского пространства в свете новых взаимоотношений между «жизнью» и «работой»; и, наконец, Radical Realism Питера Труммера (Peter Trummer) с разработками на тему городского квартала.
Студия Enviroments of Collectivity. Олимпийская деревня в Амстердаме: город болот. Генплан. Dong Woo Kang, Chia-Shun Liao
Студия Enviroments of Collectivity задалась целью найти новые архитектурные модели для массового отдыха и поставила перед собой амбициозную задачу переосмыслить структуру как традиционного туристического курорта, так и его оппонента — города. В наше время, когда, по словам Рема Колхаса, «мы строим не города, а курорты», эта тема видится весьма актуальной. Еще одна тема, которую поднимала Enviroments of Collectivity — это «природа». Взяв на вооружение из «Сфер» Питера Слотердайка (Peter Sloterdijk) идею социального пространства, поддерживаемого системами жизнеобеспечения, студия подходила к природе не как данности, ниспосланной свыше, а как конструируемой среде, «ресурсу» для коллективного отдыха. Этот экологический подход к архитектуре – производной от ресурсов тестировался в проекте нового курорта для компании Club Med в хорватском местечке Врсар и в предложении для Олимпийской деревни в Амстердаме. Каждый проект привлекал различные ресурсы территории и парадоксальным образом преобразовывал их в архитектурную среду. Так, например, сточные воды в хорватском проекте, становясь питательной средой для водорослей, превращались в полезные продукты: ликеры или биогорючее и, параллельно, служили материалом для формирования архитектурного пространства. В проектах Олимпийской деревни тот же подход опробовался в условиях высокой плотности: изобретение новых видов свободного времяпрепровождения сопровождалось переосмыслением структуры города.
Студия Enviroments of Collectivity. Олимпийская деревня в Амстердаме: мультиклиматический город. Takaomi Koibuchi, Dae Hee Suk
Студенты из студии Metropolitan Imprints подошли к градостроительству с противоположной стороны. В отличие от своих коллег из Enviroments of Collectivity, работавших над городом для отдыха, они предложили создать город для работы. Студия объявила о «смерти» центральных деловых районов и, взяв Берлин в качестве полигона для своих экспериментов, запроектировала в нем новый квартал, который бы отвечал новым, «пост-фордистским» условиям труда и в котором бы устанавливались новые отношения между различными сферами жизнедеятельности: общественной и частной, коллективной и индивидуальной. Они подошли к городской ткани как к одному большому офисному пространству для «новых кочевников», выделив в нем особые участки, которые бы служили местом для встреч и деловых переговоров — «городские вестибюли». По разному решая и комбинируя их со спортивными объектами, природным ландшафтом и общественными функциями, они разработали в итоге десять вариантов кварталов, отлачающихся различными качествами городской среды.
Студия Metropolitan Imprints. «Городской вестибюль» в проекте Strips. Andreas Karavanas
Radical Realism превратил территорию бывшего венского аэропорта Асперна в «бескомпромиссный» городской район. Взяв за основу план для «Большого города» Отто Вагнера и кварталы «Красной Вены» и установив систему ограничений, они выделили пять прототипов, которые затем протестировали на этом участке. Избрав цену на землю — определяющий параметр развития неолиберального города — в качестве основного критерия для всех проектов, они «произвели на свет» город, радикально непохожий на обычный капиталистический «девелопмент», но тем не менее точно отвечающий реальности современной Вены.
Студия Metropolitan Imprints. Проект Strips: элементы квартала. Andreas Karavanas
Лето подходит к концу, выпускники разъехались по домам, но с приходом сентября многие из них планируют вернуться в Нидерланды, чтобы штурмовать архитектурныe офисы в поисках работы. Пожелаем им удачи!
Enviroments of Collectivity: руководитель Olaf Gipser, ассистент Alessandro Martinelli;
Marco Galasso; Dong Woo Kang; Takaomi Koibuchi; Chia-Shun Liao; Chen-Jung Liu; Fang Liu; Takeshi Murakuni; Timur Shabaev; Dae Hee Suk; Ran Wu; Ryosuke Yago
Metropolitan Imprints: руководитель Dietmar Leyk; приглашенный преподаватель Elia Zengelis;
Itxaso Ceberio Berges; Pedram Dibasar; Eunjin Kang; Andreas Karavanas; Luca Picardi; Jad Seman; Keming Wang; Xiaochao Song
Radical Realism: руководитель Peter Trummer;
Wei Ting Chen; Zetao Chen; Wei-Jung Hsu; Joune Ho Kim; Yong II Kim; Nara Lee; Janki Shah; Xiaodi Yang
Студия Metropolitan Imprints. Проект Strips. Генплан. Andreas Karavanas
Студия Radical realism. Бесконечнй план модели урбанизации из «Большого города» Отто Вагнера (1910). Zetao Chen, Weiting Chen
Студия Radical realism. Прототип квартала. Xioadi Yang, Janki Shah
Студия Radical Realism. Фрагмент генплана нового Асперна. Xioadi Yang, Janki Shah
Студия Radical Realism. Перспектива городских кварталов. Xioadi Yang, Janki Shah
