Самарская «Стрелка». Продано?

Обзор проектов планировки самарской стрелки – один из них утвержден, но вызывает широкую критику со стороны экспертов, архитекторов и жителей Самары.

29 Июля 2014

Новость

Урбанистика / Градостроительство

Проект «Хлебная площадь» бурно обсуждают в Самаре уже полгода: планировка территории площадью 120 гектаров в самой ценной исторической части города – на стрелке при впадении реки Самары в Волгу, – оказалась более чем спорной, и несмотря на то, что 21 апреля 2014 года ППТ утвержден распоряжением правительства Самарской области, дебаты не заканчиваются. Строго говоря, речь идет о принципиальном подходе к планировке центров исторических городов: отдать ли сложную тему на откуп «варягам» из столичных крупных проектных институтов, которые обещают привлечь инвесторов и, деятельно расселив «бараки и гнилушки», построить «городской центр XXI века» с большим торговым центром – или вложить больше сил, но сохранить неповторимое очарование старого города, провести профессиональные, а не спасательные раскопки самарской крепости, словом, попытаться сохранить исторический центр как таковой. Предлагаем вашему вниманию небольшой обзор двух подходов к планировке и последующей реконструкции самарского центра.

zooming — Эскиз новой набережной города Самары © «Ленгипрогор»

Подход первый (на данный момент – победивший)
Проект планировки территории (общей площадью, напомним, 120 гектаров) «в границах улиц Комсомольская, Фрунзе, акваторий рек Самара и Волги» под названием «Хлебная площадь» уже признан самым масштабным в истории Самарской области. Его инициатор – губернатор области Николай Меркушин, а разработан утвержденный ППТ петербургским ООО «Институт «Ленгипрогор» во главе с Юрием Перелыгиным (который одновременно занимает должность советника губернатора области Меркушина). Сумма заключенного контракта – 40 млн рублей.

Реализация займет около 10 лет (основную часть планируется завершить к ЧМ), ее стоимость по предварительным оценкам составит 50 млрд рублей. Запланировано, что основная доля расходов ляжет на частных инвесторов.

Согласно ППТ «Ленгипогора» на «носу» самарской стрелки должен разместиться Дворец бракосочетаний, за ним – Конгресс-холл с функцией концертного зала за 15 000 мест, парк на месте речного порта, вдоль реки – жилая застройка высотой до 16 этажей, рассчитанная на 7 500 жителей, школа и продолжение набережной Волги. Тендер на проектирование Дворца бракосочетаний выиграл также «Ленгипрогор» (предложивший при этом самую большую сумму 10,5 млн рублей, тогда как ООО «СК Сибирь» предлагало в том же тендере выполнить проект за 3,8 млн). Сейчас «Ленгипрогор» участвует в конкурсе на проект благоустройства всех 120 гектаров территории Стрелки за 68 млн рублей (результаты будут объявлены в августе). Планируется, что 21,5 гектар займет парк.

А вот под «территорию реконструкции» исторического центра в проекте планировки отведено меньше. чм под парк – шесть гектаров из ста двадцати, пять процентов общей площади. Предполагается реставрация семнадцати зданий, в том числе и Дома губернатора, и воссоздание семи «утраченных исторических объектов» – всё «с приспособлением их под новую функцию». Между тем уже было замечено, что при реконструкции 130 квартала в Иркутске «Ленгипрогор» нашел на шести гектарах больше шестидесяти исторических объектов для воссоздания, тогда как в Самаре на 120 гектарах обнаружилось только сорок ценных зданий. «Сорок объектов найдено не нами, в этом участвовали минкульт и другие ведомства», – комментирует этот факт Юрий Перелыгин. И тут же оговаривается: проект в ранней стадии, преждевременно говорить о точных цифрах.

Один из самых спорных пунктов проекта – большой (100 тыс. кв. метров) торговый центр с говорящим названием «Старая крепость», который планируется построить на месте завода клапанов. Завод расположен на территории крепости Самарский городок, давно разрушенной и погребенной под заводскими зданиями, – но археологи предполагают, что там сохраняются остатки дорегулярной Самары (крепость была построена по указу Федора Иоанновича в 1586 году). Планомерные раскопки могли бы дать Самаре много исторического материала, а торопливые спасательные могут уничтожить культурный слой навсегда; но торговый центр надежнее привлечет инвесторов и быстрее окупится – уверены авторы ППТ.

Надо признать, что мнения самарских архитекторов относительно проекта «Ленгипрогора» разделились. В частности, председатель самарского отделения САР Юрий Корякин проект одобряет.

Однако даже мэр Самары Дмитрий Азаров выступил с критикой ППТ «Ленгипрогора». «Стоит важнейший вопрос, как будет осваиваться территория, откуда исторически начинался город, территория Крепости Самара. Одно из предложений – строительство на этой территории торгового центра, на мой взгляд, скажу пока аккуратно, кажется достаточно странным. Я думаю, что такое решение большинство жителей нашего города не поймут», – сказал Азаров в феврале.

Проект не проходил публичных слушаний на том основании, что он «значится проектом планировки территории под объект регионального значения. В данной ситуации генпланом было заложено расположение объекта регионального значения стадиона на стрелке, но, как известно, он перекочевал в другое место. Сейчас объектом регионального значения решили считать расположение на стрелке некоего то ли загса, то ли конгресс – холла» – поясняет в своем январском интервью экс-главный архитектор Самары Виталий Стадников. Стадион решили (и уже начали) строить на месте бывшего Радиоцентра в Кировском районе.

Между тем в конце мая губернатор сообщил, что до ЧМ 2018 года порт закрывать не будут, что ставит строительство ЗАГСа и Конгресс-холла, занявших в проекте место объектов регионального значения, под вопрос – строить их, как и разбивать парк, пока будет негде – а вот место под строительство огромного торгового центра и коммерческого жилья сохраняется.

В подборке сайта «Другой город» подробно перечислены недостатки ППТ «Ленгипрогора»: он может уничтожить исторический центр Самары, заменив его «спальным районом» (жилье по плану строится в первую очередь, а конгресс-холл, дворец бракосочетаний и другие объекты появятся позже, из-за чего авторы статьи и эксперты классифицируют район как «спальный»), приведет к транспортному коллапсу, в том числе из-за запланированного демонтажа трамвайной линии и снятия троллейбусного маршрута, к утрате (в ходе поспешного «спасательного» исследования) археологических слоев старой Самары, а также к экологической катастрофе, так как шестнадцатиэтажные дома закроют город от ветра с реки и, кроме того, уничтожат панораму.

Масштабный проект планировки самарской стрелки избежал публичных слушаний, но вызвал множество протестов в Самаре. Активисты организовали выставку «Самара вне себя», подготовили специальный выпуск журнала Tatlin News. Были проведены конференции и выставки с участием самарской архитектурной элиты, студентов СГАСУ, журналистов, социологов, транспортников и местных жителей. Самарские студенты нарисовали плакаты в поддержку сохранения идентичности исторической территории стрелки.

«Проект, который сегодня рассматривается, обрекает стрелку на культурную и физическую деградацию. При всей внешней соблазнительности этого проекта, для меня он означает крах российского градостроительства, он основан ни на чем, за ним нет ничего исторического, социального или какого бы ни было другого анализа. Здесь совершенно формальный подход, демонстрирующий социальную и культурную безответственность. Надеюсь, что самарская общественность сумеет отстоять и победить стрелку, как «Охту-центр» победили питерцы», – говорит о проекте Евгений Асс.

Между тем проект «Ленгипрогора», будучи принят, по-видимому, продолжает свое развитие. Главный архитектор «Ленгипрогора» Юрий Перелыгин отвечает критикующим его проект экспертам на сайтах о недвижимости. В июне он выступил в городе с презентацией работ «Ленгипрогора» в Иркутске, Ульяновске, Петербурге и ответил на вопросы самарцев.

***

Второй вариант (незамеченный)
Альтернативный проект развития «Хлебной площади» разработан Кафедрой инновационного проектирования СГАСУ во главе с Сергеем Малаховым. Интересно, что первоначально проект группы Малахова разрабатывался по приглашению «Ленгипрогора» как часть его предложения, но затем практически не вошел в состав окончательного проекта. Или вошел, но в искаженном виде. В одном из интервью Малахов пояснил детали: «Приглашение принять участие в проекте «Ленгипрогора» пришло в марте 2013. Нас попросили работать «со слов», то есть, официального техзадания не было, договора не было. Была определенная оплата и обещания, что мое участие в дальнейшем проектировании будет как-то лоббироваться. В итоге мы разработали самый древний кусок города. Сожалею, что «Ленгипрогор» принял решение не придавать этому эскизу особого внимания. Могу добавить, что я ни разу не был приглашен к обсуждению или представлению перед руководством всего их проекта, хотя и был в курсе того, что происходило за пределами, отведенными для моей работы. Я думаю, что наш проект лишь отчасти мог быть интересен заказчику как некая аналитическая картина происходящего на площадке и, может быть, также как некий декоративный бэкграунд для будущей презентации других более важных для них идей».

Итак, предложение Малахова основано на принципе максимального сохранения целостных фрагментов исторической застройки, а не только лишь отдельных памятников, как это практикуется повсеместно в Самаре. Авторы предложили более двадцати туристических подпрограмм. «Важно, чтобы дворы сохранили свою привлекательную структуру и фактуры, иначе мы получим «высушенные» и «вылизанные» стерильные обрезки старого наследия, которым могут интересоваться лишь провинциальные любители диснейлендов», – так комментируют архитекторы свой проект.

***

Мы попросили бывшего главного архитектора Самары Виталия Стадникова прокомментировать ситуацию вокруг строительства на стрелке:

Вот такое качество работ, считается весьма удовлетворительным для госконтрактов.
Сначала я питал надежды по поводу появления г-на Перелыгина и команды в Самаре. Их привел молодой областной министр строительства, сотрудничавший с Перелыгиным по Минрегиону, – Гришин. Тот парень даже пытался привлечь модную «Стрелку» к разработке Самаро-Тольяттинской агломерации, но его подчиненные, поколдовав, превратили «Стрелку» в «Мосгипрогор». Прочны звенья золотой цепи.

Хотя проект 130-го квартала в Иркутске и вызывал вопросы этического характера по отношению к аутентичности среды, да и, вообще, демонстрировал подход вполне реализованный в 1980-е годы в многочисленных мемориальных комплексах Ленина, где в довесок к главному зданию возводили муляжи деревянных домовладений, но... это все же подход, метод. И он лучше установившейся практики бесконтрольной зачистки старой Самары. Поэтому мне казалось пришествие перелыгинской компании шансом для упорядочивания работы в историческом центре.

На начальной стадии я оказывал представителям ООО «Ленгипрогор» содействие в получении исходных данных для проектирования. Высказывал свои суждения по поводу перспектив развития этой территории, в которых не фигурировали ни торговый молл, ни многоэтажная застройка. Обсуждалась застройка вдоль Волги в 3-4 этажа, не нарушающая восприятие верхней надпойменной террасы.
Господа готовились примерно полгода к встрече с губернатором для того, чтобы продемонстрировать «мастер-план» территории. После скандала с пермяками в административных кругах слово «мастер-план» было под запретом, но, как оказалось, не для всех.

Подготовка эта заключалась в минимизации расходов путем привлечения местной рабочей силы для разработки отдельных частей территории. Одну из таких частей разрабатывал Малахов. Эти части потом не понадобились, т. к. относились они к территориям с жилой застройкой и большим населением, с которым ленгипрогоровцам возиться не хотелось. Это была форма вовлечения «буйных» в соучастие.

Разработка эскиза планировки территории мастер-плана проходила в закрытом режиме. С ее результатами я был ознакомлен только после заседания межведомственной комиссии по разработке «проекта модернизации исторического центра Самары» при губернаторе, на которое сам не был приглашен.

Увидев, я был поражен качеством проектного материала, который в лучшем случае годился для курсового проекта, чем для заседания, на котором было заявлено об обеспечении проекта бюджетными миллиардами. В общем, свои доводы по поводу проекта я привел на заседании у мэра.

После назначения советником губернатора г-н Перелыгин сообщил мне, что он назначен курировать все проекты на территории исторической Самары, что устно подтвердили мне мои руководители.

К тому моменту стало понятно, что г-н Перелыгин не может либо не желает отстаивать оговоренную стратегию развития пешеходных, общественных пространств в проекте на Хлебной площади и Стрелке. В проекте уничтожается линия трамвая, существовавшая здесь почти век.

Я утратил доверие к проектировщикам из Ленгипрогора, когда увидел в июле на презентации у мэра эскизы с застройкой уже в 6 этажей вдоль акватории Волги и торговый центр на 60 тыс. кв. метров на месте крепости. Мои опасения подтвердились с лихвой позже. В ППТ ООО «Ленгипрогор» этажность застройки вдоль берега выросла уже до 9 – 16 этажей, а площадь торгового центра до 100 тыс. кв. метров. Понимаю, что это не предел. Г-н Перелыгин руководит фондом развития этой территории «Приволжский», а успех этого фонда напрямую зависит от объемов размещаемого строительства.

Особой новацией было решение о разработке ППТ якобы под размещение объекта регионального значения (для обхода публичных слушаний) на территории существующего грузового порта. Поскольку непонятно было, что это за объект – ЗАГС, набережная или конгресс-холл, и авторы конвульсивно соображали, что же там можно разместить, то было в результате принято постановление областного правительства о размещении на территории порта объекта регионального значения – «Территории объекта регионального значения».
В последнее время губернатор сделал несколько заявление о необходимости сохранения порта на прежнем месте. Так где же «Объект регионального значения» и под что же делался данный проект планировки? Комментарии, как говорится, излишни.

29 Июля 2014

Автор текста:

Александра Смагина

Статьи по теме: SOS: Историческая среда