Вольер для пингвинов в Лондонском зоопарке. Архитектор Бертольд Любеткин. Лицензия CC BY-SA 4.0. Автор фотографии gillfoto
Поводом к разговору послужило заявление дирекции зоопарка, что они не придумали новых вариантов по использованию сооружения и других животных туда заселять не собираются. Как объяснила Саша Любеткин изданию Camden New Journal, ей «ужасно грустно» видеть, что творение отца не нашло применения. «Комплекс был спроектирован как игровая площадка для пингвинов и аттракцион для зрителей, и я не вижу, чтобы он был пригоден для чего-то еще, – рассуждала дочь архитектора. – Возможно, настало время его снести».
На территории вольера находится бассейн для плавания в форме яйца и домики для гнездования вокруг, но отдельная гордость «пингвинариума» – два бетонных мостика в виде двойной спирали, которые как будто парят над чашей бассейна без дополнительных опор. Замысел бы не воплотили без участия Арупа, который предложил армировать бетон и заливать его в опалубку прямо на месте, чтобы изготовить сложные несущие элементы.
В своей концепции Бертольд Любеткин опирался на идеи бихевиоризма – направления психологии и философии, согласно которому поведенческие особенности людей и животных – результат влияния среды их обитания. Так, дизайн вольера одновременно воспроизводил естественные условия жизни птиц и формировал «стимулирующую» среду.
Вольер для пингвинов в Лондонском зоопарке. Архитектор Бертольд Любеткин. Лицензия CC BY 2.0. Автор фотографии Chris Sampson
В 2004 пингвинов, страдавших пододерматитом, вывезли из бассейна Любеткина: это заболевание распространено среди птиц, живущих в неволе. От ходьбы по бетонному полу на лапах у пингвинов появлялись ссадины, которые становились очагом для инфекции и начинали кровоточить. В 2011 животных поселили в новый просторный вольер. Какое-то время в освободившемся «пингвинариуме» жили крокодилы, но они задержались ненадолго.
В разговоре с журналистами Саша Любеткин особенно подчеркивает, что ее отец консультировался с биологом Джулианом Хаксли, чтобы убедиться в безопасности своего сооружения. «Конечно, как во всех сферах человеческой деятельности, знания о животных и их повадках постоянно меняются и развиваются. По всей вероятности, то, что было передовым взглядом в 1930-х, [сегодня таковым не является]», – предполагает она.
Этот комментарий побудил Джона Аллана – архитектора по профессии, написавшего биографию Бертольда Любеткина и работавшего над восстановлением бассейна в 1980-х – написать публичный ответ в газету Evening Standard. Ответственность за проблемы с павильоном Аллан возлагает на дирекцию Лондонского зоопарка. Например, оригинальную прорезиненную дорожку по решению учреждения заменили бетонной. «При реставрации мы нанесли слой кварцевых гранул на поверхность пандуса: это было в интересах смотрителей, но причиняло неудобство пингвинам, которые привыкли гулять по скользкой поверхности», – продолжает Джон Аллан. Кроме того, вольер изначально был разработан для антарктических видов, которые привыкли сбиваться в «толпу» и вместе выводить птенцов. Зоопарк заселил туда южноамериканских пингвинов Гумбольдта: они устраивают гнезда по отдельности, в специально вырытых норах, поэтому домики для них подходили гораздо хуже. Аллан надеется, что статус памятника первой – высшей – категории спасет творение Бертольда Любеткина, и его будут использовать, в качестве, например, скульптуры. «Это не всегда вина здания, что оно становится непригодным», – подчеркивает архитектор.
Джордж Осборн, крупный политик-консерватор, а ныне – главный редактор Evening Standard, согласился, что разрушение здания, состоящего в списке охраняемых, – «акт культурного вандализма», и даже назвал слова Саши Любеткин «отцеубийственными». Он также предположил, что «пингвинятнику» можно найти «более творческое применение».
У самого Лондонского зоопарка нет ответа на вопрос, что станет с шедевром модернизма. «У нас пока нет намерений что-либо делать с постройкой, – комментирует представитель учреждения. – Пингвины теперь живут на Пингвиньем пляже, крупнейшем в Европе вольере <...> с бассейном площадью 1200 м2».
