Пермско-швейцарский альянс

Пока в Перми обсуждают планы Петера Цумтора по устройству художественной галереи, москвичи обеспокоены судьбой стадиона «Динамо». Жители Казани не довольны современной архитектурой, а столичные градозащитники – реновацией территории Кадашей, которую предложили студенты МАрхИ. Эти и другие темы – в нашем новом обзоре блогосферы.

mainImg
Планы швейцарца Петера Цумтора относительно нового здания Пермской художественной галереи, которыми он недавно поделился с губернатором Олегом Чиркуновым, теперь активно обсуждаются в блогах. Напомним, Цумтор предложил разместить экспозицию в нескольких павильонах на склоне холма, обращенного к Каме, а фондохранилище и вспомогательные помещения спрятать в длинное здание немного ниже. Нравится кому-то этот проект или нет, но Цумтор, по-видимому, единственный реальный кандидат на проектирование. Такое ощущение во всяком случае складывается после прочтения блога заместителя председателя краевого правительства Бориса Мильграма. Он пишет, что на днях состоялась встреча архитекторов, арткураторов и музейных сотрудников под руководством Петера Цумтора для обсуждения концепции будущего музея. Концепцию приняли и уже успели представить общественности. Это в свою очередь означает, что проектам победителей международного конкурса – Б. Бернаскони и В. Олджиати – рассчитывать теперь точно не на что. Для того, чтобы расставить все точки над i, Мильграм отмечает, что «в изменившейся ситуации, когда отменены планы сноса ДК Телта и на этом месте не может быть развернуто строительство музея, одновременно поменялся и подход к концепции музейных коллекций, архитектурные проекты победителей конкурса не будут реализованы».

У проекта, вернее, пока только планов Цумтора уже нашлись критики. Пермский архитектор Александр Рогожников пишет:  «Хватит морочить мозги уважаемым людям, надо просто взять и спроектировать нормальное здание не под откосом, а в квартале Монастырская-Попова-Осинская-Цеткин…. Небоскребы в этом квартале нужны только тупым дельцам и криптосекте небоскребопоклонников, а городу не нужны. Под откос вываливают ненужное. Не надо галерею под откос. Галерее нужен парк перед входом, спокойное неоклассическое решение, традиционная архитектура…». Кстати, ровно об этом же Рогожников писал и несколько лет назад, когда завершился международный конкурс: «Зачем строить в парковой зоне? Не лучше ли провести комплексную реконструкцию какого-нибудь квартала в историческом центре, встроив туда нормальное здание, решив проблему функциональности исторического центра, обеспечив подъезды и подходы, прислушавшись к Богнеру и сделав парк или сквер перед зданием?»

Тем временем в блоге Дениса Галицкого вокруг проекта развернулся нешуточный спор, местами переходящий в нападение. Сам автор считает «звездного» Цумтора не слишком уместным в Перми: «Сама концепция разделения галереи на ряд павильонов – очень грамотное и элегантное решение... для юга Европы. А как посетители зимой будут ходить по этим павильонам? В каждом будет гардероб? Или запорошенный снегом народ будет бродить по залам с деревянной скульптурой и забудем про специальные условия хранения?» Arxitect отвечает: «Ваше ерничество по поводу стиля Цумтора забавляет». Автору блога пришлось оправдываться: «Мне Цумтор нравится, но он явно «приватный» архитектор, т.е. строит здания для заказчиков, которым нечего никому демонстрировать и доказывать. Цель же строительства картинной галереи и других «определяющих вид города объектов» всегда явно декларировалась: «Сделать город уникальным и запоминающимся». Но arxitect непреклонен и заявление Галицкого о том, что «в нашей ситуации объективно требуется богатая деталями и декоративная архитектура» расценил как взывание к «лужковщине».

В журнале популярного блоггера drugoi тем временем напряженно обсуждали судьбу московского стадиона «Динамо».  Drugoi опубликовал симпатичные рендеры, в комментариях к которым будущее «Динамо» выглядит незамутненным и как будто совсем беззаботным. Над старым периметром возникнет массивная надстройка, и на стадионе наконец-то смогут играть в приличных условиях. С авторством, правда, пока все очень непонятно: говорится о доработке проекта Эгераата Дэвидом Маника. Блоггеры тут же напомнили drugoi и о проблемах с охранным законодательством, и о гигантской коммерческой части, грозящей превратить стадион в часть торгово-развлекательного комплекса.

Страстным защитником старого стадиона показал себя AntonChupilko: «Прекрасный архитектурный комплекс уничтожен, бассейн, в котором я плавал в детстве, полностью снесен <…> Вы умолчали про то, какие в этом проекте торговые площади!!! Это очередная барахолка под видом реконструкции!!! <…> Вместо того чтобы помойки и промышленные запущенные кварталы превращать в стадионы, тут рушат памятники и превращают их в супермаркеты!» Arxitect согласен: «Другого просто проспонсировали, вот он аккуратно коммерческую компоненту и обошел. А то, что красивых архитектурных визуализаций напостил, так это для дурачков. <…> Эти красивые пестрые картинки делают студенты-третьекурсники на 3D Max'e за 300 долларов».

Однако не все футбольные болельщики ратуют за памятники. Вот что пишет parashoks: В Екатеринбурге мечтали, чтоб стадион-исторический памятник снесли. А хрен. Этим летом обещают открыть. Совдепия 2.0». Апологетам истории напоминают о снесенном в Лондоне стадионе Уэмбли, памятнике 1923 года постройки. «Правильно, зачем нам новый стадион с благоустроенной зоной? – иронизирует над защитниками памятников kotjara_zone, – оставим старую развалюху и будем радоваться, что мы такие крутые историю сохраняем. Или нет, лучше вбухаем 1,5 миллиарда в реконструкцию (попутно выслушав стопиццот воплей от архнадзора), и получим отличный музей. У нас же страна музеев...» Wyclyf призывает радетелей новизны не быть наивными: «Никто не может гарантировать, что ВТБ построит именно то, что он вам показал. Вы бы пообщались с тем же Эгераатом, например. Сильно он доволен, что его проект отправили на доработку?» А что до порушенного наследия, то «проблема не только в том, что, как выразилась о «Динамо» Наталья Душкина, «памятник подвергли насилию». В последнее время подобный подход пытаются сделать нормой. <…> Они и Зарядье таким же способом начнут застраивать – втемную согласуют, а потом будут говорить, что жителям свалилось на голову счастье».

Как далеко бывает порой народное мнение от профессионального, показывает небольшая дискуссия в сообществе ru_architect вокруг объектов современной архитектуры Казани. В обзор, сделанный архитектурным фотографом Ильей Ивановым (fotoivanov), вошли три знаковые постройки последних лет – Дворец земледельцев, жилой комплекс «Вишневый сад» и жилой комплекс «Кристалл». Напомним, что вокруг первого монструозного дворца, выросшего в охранной зоне казанского кремля, критики уже неоднократно метали молнии. Это здание стало апофеозом нынешней градостроительной политики Казани. Более снисходительной критика была в адрес «Вишневого сада», наверно, за сходство с архитектурой Алексея Бавыкина. fotoivanov пишет про него: «На удивление ровное и хорошее здание для Казани». Ну и, наконец, ЖК «Кристалл» заслужил, наверное, самое большое признание профессионалов. Помнится, объект вошел в каталог «Качественная архитектура» и был удостоен ряда наград. Ситуацию портит, по мнению fotoivanov только тяжелое состояние территории – деградировавшая жилая застройка и свалки.

Прокомментировавшие этот пост блоггеры рассудили с точностью до наоборот: Дворец похвалили, а самым уродливым признали «Кристалл», о котором местные говорят, что это «пьяный архитектор играл в тетрис». Вот, например, что пишет holicin: «Очередной респект «Антике»! Немногие в наше время решаются делать настоящую архитектуру, соответствующую самым высоким художественным требованиям, а не убогий отстой с претензией на «современность» и «новизну». Убогая пародия на конструктивизм («Вишневый сад») просто смешна, а «Кристалл» – это вообще дикое хаотичное нагромождение абстрактных объемов; короче, автора – к доктору». Более миролюбив umaxik: «Не очень понял критических отзывов. По-моему, все проекты – отличные. Разные, но хорошие каждый по-своему». По мнению chp_krt, «фото первого объекта, если не вдаваться в подробности, дают ассоциации на что-то парижское или мадридское. На фоне 2-го и 3-го объекта первый явно выигрывает, как-то душевненько что ли. 2-е – пародия на Бавыкина, 3-е – я даже комментировать боюсь, как-то далеко от жизни, совсем далеко и холодно, кароч не жилье это».

Адептов современной архитектуры, как ни странно, не нашлось и в более «архитектурном» блоге «Архнадзора».  Здесь опубликовали проекты студентов МАрхИ по реновации территории, освободившейся после «расчистки» исторической застройки в охранной зоне церкви в Кадашах. То, что предложили юные архитекторы, градозащитникам и сочувствующим не понравилось: вместо «западных коробочек» им хотелось видеть реконструкцию разрушенной фабрики Григорьева. Пишет Титус Дрейк: «Жуть. Сплошное самовыражение и ничего не понять. Дома без окон, без дверей. Это не Нью-Йорк таки. Голые кирпичные стены в моде. Модно нарушать гармонию и пр. Напоминает Винзавод малость. В целом проекты очень мрачные». Авторы попытались доказать, что предложенная застройка – результат исследования, а окон нет ,потому что основная функция этих проектов – хранилище фондов Третьяковской галереи. Но критиков это не устроило, комментирует Ирина Трубецкая: «Устраивать выставочные площади в кубах и прочем без окон, думаю, вчерашний день. А в духе нынешней городской философии, ориентированной на экологию, большие окна и естественное освещение более уместны и глазу приятнее. <…> Самое важное, впрочем, вижу в том, чтоб сохранить кирпичную фактуру и малую высотность. Интересна идея с палатами, главное, чтоб не как с дворцом тишайшего Алексея Михалыча в известном месте».

Была и популярная у некоторых защитников старины точка зрения вообще ничего не строить, а там где снесли – разбить скверик, на что авторы проектов заявили, что пустое место требует не деревьев, а переосмысления. «А нельзя максимально близко к тексту восстановить фабрику Григорьева и использовать ее как филиал Третьяковки? Хотелось бы сохранения замоскворецкого облика, без стекла и бетона», – интересуется Елена. Nixon считает идею бессмысленной: «Глупо восстанавливать фабрику, чтобы потом использовать ее под музей. Это все равно, что восстановить храм, а использовать его под овощехранилище. Нужен музей – надо строить музей. Тем более нет чертежей, обмеров. А главное – нет необходимости в фабрике. Проекты неплохие, морфотип застройки, высотность соблюдены». Единственное, с чем критики были солидарны – выбранная для этого места функция: «Галерея хочет расширяться (и ломает для этого сохранившиеся старые дома). Почему бы ей не расти в сторону пустыря? Это могли бы быть дополнительные корпуса для лекций и художественных классов, реставрационные мастерские и те же хранилища рядом», – уверены любители старого города.

К полному воссозданию утраченного, тем временем, с опаской относятся даже самые заядлые краеведы. В журнале популярного краеведа alex_i1 появилась интереснейшая 3D-реконструкция района Зарядья: Москворецкая набережная, Мокринский переулок и прилегающие кварталы. Enoden предложил проект «украсить как типичную пешеходную зону европейского города – и можно уже подавать в виде эскизного проекта!» Но alex_i1 уверен – «восстанавливать, как у нас восстанавливают – бессмысленно. Получится пластмассовый город. Ибо в Зарядье весь колорит – это именно дух старого города, фактуры, живописная обшарпанность». По мнению краеведа, «идеальный проект – это восстановить улично-дорожную сеть, часть особо ценной застройки (Китайгородскую стену, храм Николы Мокрого, Мытный двор), а остальное застроить чем-то новым (и не «под старину»), но тут архитектура должна быть очень высокого качества…»

Закончим наш обзор рассказом о бурной дискуссии питерских градозащитников и экспертов о возрасте северной столицы. Накануне в блогах распространилось обращение Даниила Коцюбинского «Петербургу – 400 лет»,  в котором автор доказывал, что город существует не с 1703 года, а аж с 1611-го, «когда по предложению генерал-лейтенанта Якоба Делагарди и по приказу шведского короля Карла IX в устье реки Охты была заложена весной и к концу того же года построена крепость Ниеншанц». Этот пост заставил выступить с ответным письмом уважаемого археолога Петра Сорокина, раскапывавшего этот самый Ниеншанц. Археолог уверен, что «Петербург построен на новой территории, которая не входила в состав г. Ниена». Следуя логике Коцюбинского, историю города можно было бы отсчитывать и вообще от поселений эпохи неолита, «но это будет еще большая примитивизация исторических событий, – считает Сорокин. – Петербург и его предыстория – это тесно связанные между собой, но самодостаточные исторические явления». Дискуссия развернулась в блогах Сергея Белецкого, Андрея Чернова  и Эдуарда Якушина. Приверженцы традиционной истории в них, можно сказать, победили, а теорию Коцюбинского приписали желанию подогнать даты под очередной «юбилей».
zooming
Проект-победитель международного конкурса PermMuseumXXI - бюро Бориса Бернаскони © Bernaskoni architecture bureau
zooming
Проект-победитель международного конкурса PermMuseumXXI - Валерио Олджати.
zooming
«Динамо». Иллюстрация © ВТБ
zooming
«Динамо». Иллюстрация © ВТБ
zooming
Реконструкция Зарядья. Фото: http://alex-i1.livejournal.com/
zooming
Проект застройки территории вблизи церкви в Кадашах. Анна Фесенко. изображение: http://www.archnadzor.ru/
zooming
Проект застройки территории вблизи церкви в Кадашах. Михаил Разумовский. изображение: http://www.archnadzor.ru/
zooming
Проект застройки территории вблизи церкви в Кадашах. Наташа Ермоленко. изображение: http://www.archnadzor.ru/
zooming
Проект застройки территории вблизи церкви в Кадашах. Роман Ковенский. изображение: http://www.archnadzor.ru/
zooming
Иллюстрации к теории Даниила Коцюбинского. фото: http://kotsubinsky.livejournal.com/
zooming
Иллюстрации к теории Даниила Коцюбинского. фото: http://kotsubinsky.livejournal.com/

24 Июня 2011

Похожие статьи
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
Стена древняя и живая
Очередной летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» по замыслу его авторов, мексиканского бюро Lanza atelier, опирается на мифы и традиции народов мира.
Атриум для всех
Здание Hangzhou Prism по проекту OMA в Ханчжоу включает жилье, отель, офисы, магазины и рестораны, а главное – доступный всем горожанам полуоткрытый атриум.
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Технологии и материалы
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Сейчас на главной
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Низкий старт
Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Сила Кармадона
Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.
Трибьют модернизму
Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Упражнение с рельефом
Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
Внимательный фланер
Проект «Прогулки с архитектором», основанный Светланой Васильевой, заслужил определенное признание уже не только в профессиональных кругах, но и «около». И вот он издал свой первый путеводитель. Не замахиваясь на всю Москву, авторы взяли треть или четверть от наработанной на экскурсиях информации. Зато получился компактно-плотный, нетяжелый томик с выверенной информацией.
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
Пресса: Сергей Кузнецов: «Если проект не вызывает эмоций –...
В этом году пост главного архитектора Москвы покинул Сергей Кузнецов, который занимал его почти 14 лет. Должность пока остается вакантной, а сам Кузнецов осваивается в новой для себя роли – архитектора будущего в госкорпорации ВЭБ.РФ. На полях ПМЭФ-2026 архитектор рассказал «Ведомости. Городу» о результатах работы в столице, новых профессиональных планах и важности неудач.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
На холме и под холмом
Казахстанское бюро Cogarts благодаря участию в конкурсе смогло примерить на градостроительный контекст Астаны давний предмет своего интереса и исследований – курган. Комплекс сочетает признаки ландшафтного объекта и общественно-культурного центра, создает точку притяжения для окраинного района и возвращает в повседневность важный для степной культуры образ.
Синтез дизайна и технологий
Во главу угла современных офисов ставятся удобство и легкость коммуникации между сотрудниками, что, по мнению ученых, дает синергетический эффект. Примером может служить интерьер Центра новых технологий «Норникеля» от бюро «АРХИСТРА», уже получивший Премию «Офисы Нового Поколения» / Best Office Awards 2026 в номинации «Бренд и имидж».
Иллюзии и мечты
На АРХ МОСКВЕ прошла выставка финалистов и состоялось подведение итогов онлайн-конкурса художественной фотографии и цифрового искусства «Архитектура: фото&диджитал. Иллюзия совершенства», который третий год подряд организует ГК «Галс-Девелопмент».
Ремесло в городе
Концепция комплексного развития исторического центра города Городца, разработанная бюро KARST, охватывает все ключевые общественные пространства города – улицы, набережную, главную смотровую площадку и музейный квартал. Решения направлены на то, чтобы создать узнаваемые точки притяжения, проявив историю и традиционные промыслы города. В создании малых архитектурных форм, например, предполагается участие фабрики городецкой росписи. Из необычных решений – сделать повседневный быт частью дизайна и с помощью мест-тайников распределить туристические потоки: в поисках пряничного барабана, например, можно пойти новым маршрутом.
Жужжащий мир
Насколько музейные технологии шагнули вперед, можно оценить на ВДНХ в обновленном павильоне «Пчеловодство», новая экспозиция которого создана архитекторами бюро .dpt совместно с научными кураторами, что позволяет назвать ее научно-дизайнерской.
Мастера 2026
Исполнили давнюю мечту, напрягли все силы – и сфотографировали всю экспозицию Мастеров с экспликациями. Тем более что в этом году они «с двумя днами»: тут и избранные проекты, и объекты с высказываниями на тему Идеал. Можно крутить, вспоминать, сравнивать... Тут и посмотреть – много, и почитать – достаточно.
Кот-котейка...
Вроде обычный набор фестивальных объектов – но, стремясь ответить на задачу современного высказывания о русском коде Антон Кочуркин и группа «8 линий» поместили в центр двора Музея прикладного искусства на Делегатской очень даже хтонического кота. «В стиле Полисского». Наблюдается заметное напряжение между простотой ярмарочных сцен и прилавков – и задумчивым котом.