Со сносом покончено?

Архитектурное наследие стало главной темой прошедшей недели: московские власти ликвидировали «комиссию по сносу», а питерские – границы археологического памятника на Охтинском мысу. Реставрация павильонов ВВЦ может обернуться строительством по соседству торгово-развлекательного комплекса-гиганта, а объекты «Лужников» – и вовсе пасть жертвой тотальной реконструкции.

mainImg
Печально знаменитую «сносную комиссию», успешно действовавшую при экс-мэре в качестве главного палача архитектурных памятников, наконец, распустили. Как пишет Газета.ру, за несколько лет этот аппарат, возглавляемый Владимиром Ресиным, успел отправить на кирпичи более трех тысяч исторических зданий, рассмотрев в общей сложности около четырех. Вновь создаваемая комиссия в целом сохранит полномочия предшественницы – она будет рассматривать все градостроительные вопросы в зонах охраны, кстати, не только сноса, но и нового строительства. Принципиален, главным образом, ее новый состав: как отметил советник Москомнаследия Николай Переслегин, теперь в нее войдут исключительно «порядочные люди». Известно, что приглашения получили ректор МАрхИ Дмитрий Швидковский, замдиректора Музеев Московского Кремля Андрей Баталов и Константин Михайлов из «Архнадзора». Переслегин добавил, что «это не совещательный орган. Кроме него, никто не будет иметь права принимать решения», цитирует «Коммерсант». Исправить ситуацию с охраной памятников в Москве, по его словам, обещает и новая программа «Культура Москвы 2012–2016 годы»,  в рамках которой чиновники Москомнаследия обещают разработать градостроительные регламенты по каждому дому внутри Садового кольца с тем, чтобы «больше не было никаких споров, дебатов и двойных трактовок».

Несмотря на многообещающие заявления, сам департамент в своих действиях по-прежнему непоследователен. На фоне громкого сноса Соборной мечети снятие охранного статуса с городской усадьбы XIX века по Аристарховскому переулку, 6, о котором пишут «Известия», выглядит, конечно, куда менее значительным. Тем не менее, такой жест Москомнаследия не может не удивлять. Хотя этот адрес уже успел засветиться в прошлогоднем перечне утраченных объектов наследия, руины усадьбы до сих пор живы. Жив, правда, и проект административно-офисного здания на их месте. Ликвидация охранного статуса – это фактически разрешение на снос, и если так подходить к делу, то зачем вообще создавать новую комиссию?

А в Петербурге местные власти и охранные органы в принципе не придерживаются единой политики в сфере наследия и периодически принимают решения то в пользу памятников, то в пользу застройщиков. Так, на днях арбитраж упразднил границы археологического памятника на Охтинском мысу, разрешив «Газпрому» его застройку, сообщает «Коммерсант». Еще в 2001 году этот участок был полностью поставлен на охрану, но потом появился проект «Охта-центра» и КГИОП в 2009 году урезал границы памятника, чтобы тот не мешал башне. Теперь, когда высотка переместилась на Лахту, а компания задумала застроить убыточный участок коммерческой недвижимостью, археологии и вовсе не нашлось места. Извлечь артефакты нельзя – их можно только музеефицировать, но тогда придется запретить «Газпрому» капитальное строительство. Кто победит в этом споре –  власти решат в конце октября, после очередной историко-культурной экспертизы результатов раскопок.

Еще одним крупным событием в сфере наследия стала московская часть общеевропейской ежегодной выставки Denkmal, проходящая сейчас в Манеже. Сам факт ее проведения и то, что экспозицию открывал лично мэр, – признаки повышенного внимания к памятникам и, может быть, даже желания Сергея Собянина поменять правила игры. Пока, правда, дальше громких заявлений и проектов дело не сдвинулось и, как считают «Московские новости», вряд ли сдвинется вообще. Все дело в менталитете: «Наследие является в Европе органической частью современной жизни», тогда как Denkmal в Манеже показывает проекты восстановления отдельных фасадов, иногда кварталов и даже улиц, но не задумывается о сохранении традиционной культуры и преемственности и даже не показывает это самое наследие, отмечает автор. «Российская газета», рапортует об успехах выставки совсем в другом ключе: на бюджетные деньги только в прошлом году в Москве отреставрированы целых 23 больших объекта, не уточняя, правда, что в основном, речь идет лишь о фасадах.

Почти ни один наш обзор в последнее время не обходится без обсуждения перспектив «Большой Москвы» – и сейчас тема номер один вновь появилась в прессе. Главный столичный архитектор Александр Кузьмин дал по этому поводу интервью газете «Московские новости». В частности, Кузьмин высказал предположение, что присоединенная территория будет иметь три зоны урбанизации – наибольшую в радиусе 8 км от МКАД, «плавающие» в зелени городские образования и зону «рекреации». Работа над освоением «Большой Москвы»  началась для Кузьмина, как ни странно, с задания «разобраться с историческим наследием». На очереди – урбанистический конкурс. Правда, главный архитектор считает, что в нем едва ли будет победитель, делается это ради смотра концепций, которые подготовят приглашенные авторские коллективы.

Продолжают обсуждаться в прессе и ряд больших московских проектов – реконструкции ВВЦ, Лужников и Политехнического музея. Любопытный поворот на днях произошел в концепции обновления территории Всероссийского Выставочного Центра: как пишет «Коммерсант», бизнесмены Год Нисанов и Зарах Илиев предложили отреставрировать за свой счет часть павильонов и фонтанов центральной аллеи в обмен на возможность построить в юго-западной части выставки масштабный ТРЦ с океанариумом, круглогодичным пляжем, зоной аттракционов и.т.п. Площадь его составит около 300 тысяч кв. м. – для сравнения, сейчас площадь всех сооружений ансамбля всего на полсотни больше. Зато инвесторы обещают воздержаться от нового строительства в историческом ядре и природном комплексе, т.е. примерно на 50% территории. Кстати, два памятника, существующие на месте будущего ТРЦ – Клуб натуралистов и кинотеатр «Панорама» – они тоже обещают сохранить. Первый вице-премьер Игорь Шувалов, на днях покинувший пост председателя совета директоров ВВЦ, этот план уже одобрил, замечает газета. Что будет с остальным новостроем, общую площадь которого прежнее руководство исчисляло примерно в 740 тысяч кв. м., пока неизвестно.

Кстати, в обновленном ВВЦ, возможно, появится филиал Политехнического музея. Тем временем, сам Политехнический до конца октября замер в ожидании приговора: Попечительский совет не смог выбрать победителя в конкурсе на реконструкцию здания и оставил пока двух – японских архитекторов Кавамуру и Исигами и американца Томаса Лизера, работающего совместно с Михаилом Хазановым. Как пишет Газета.ру, оба проекта превышают пределы дозволенного в отношении исторического памятника, к тому же в самой идее сделать из псевдорусского стиля нечто инновационное заключается трудно разрешимое противоречие. В общем, на то, чтобы окончательно убедить жюри в своей правоте, у обоих претендентов есть около двух-трех недель.

Новыми радикальными идеями теперь удивляют и консультанты реконструкции спорткомплекса «Лужники» – британская компания Colliers international. Подробности проекта недавно опубликовала «Комсомольская правда». Свою главную идею – отделить профессиональный спорт от любительского и зоны отдыха – британцы собираются воплотить довольно смелыми перестановками внутри ансамбля: например, взять и поменять местами плавательный бассейн и Малую спортивную арену. Большую спортивную арену перекраивать обещают более бережно – увеличивать ее вместимость будут не надстройкой, а подкопом: на месте футбольного поля выкопают 6-тиметровый котлован и опустят туда поле, продлив вниз крутые трибуны, как в цирке. Насколько это дорого в реализации, будут считать эксперты, а москвичей пока больше волнует другой вопрос: уцелеют ли в ходе реконструкции хотя бы фасады этого замечательного ансамбля, ведь ни одно здание «Лужников» до сих пор не поставлено на охрану.
zooming
Реконструкция Политехнического музея © ARUP, Дзунья Исигами.
zooming
Реконструкция Политехнического музея © Тома Лизер, Михаил Хазанов

07 Октября 2011

Технологии и материалы
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Сейчас на главной
Коттедж вернакулярного типа
Бюро ОЙДА спроектировало для исторического района Девичок в Воронеже частный дом, который стал плодом размышлений о местном вернакуляре и «русскости» без традиционных орнаментов. Проект выиграл номинацию «Малоэтажные здания (коттеджного типа)» смотр-конкурса Зодчество ВРН 2025 года.
Три в одном объеме
Ресторан Maison rouge от DA bureau интересен не столько тотальным использованием красного цвета и не формотворчеством на основе культовой лава-лампы, сколько реализацией абсолютно невероятного фокуса – соединением в одном пространстве трех форматов работы заведения.
Коллективное архитектурное
Проект Сергея Кончекова получил грант конкурса Burning Man Honoraria 2026 и будет построен в Блэк-Рок-Сити к началу фестиваля. Объект, отвечая на тему конкурса Axis Mundi («Ось мира») представляет собой башню, которая акцентирует проблему отчуждения людей в эпоху цифровых технологий: она трансформируется только при синхронизации множества участников, в ответ на движения и звуки превращаясь в световой столп.
ЖК «Начало»: космическая станция на Пресне
На месте КБ «Мотор», где десятилетиями делали оборудование для космоса, теперь строится жилой комплекс с названием «Начало» – и Генпро не упустили случай поиграть с этим контекстом. Обтекаемые башни, скруглённые углы, террасы с садами на высотных этажах – всё это должно считываться как орбитальная станция нового поколения.
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Низкий старт
Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Сила Кармадона
Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.
Трибьют модернизму
Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Упражнение с рельефом
Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
Внимательный фланер
Проект «Прогулки с архитектором», основанный Светланой Васильевой, заслужил определенное признание уже не только в профессиональных кругах, но и «около». И вот он издал свой первый путеводитель. Не замахиваясь на всю Москву, авторы взяли треть или четверть от наработанной на экскурсиях информации. Зато получился компактно-плотный, нетяжелый томик с выверенной информацией.
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
Пресса: Сергей Кузнецов: «Если проект не вызывает эмоций –...
В этом году пост главного архитектора Москвы покинул Сергей Кузнецов, который занимал его почти 14 лет. Должность пока остается вакантной, а сам Кузнецов осваивается в новой для себя роли – архитектора будущего в госкорпорации ВЭБ.РФ. На полях ПМЭФ-2026 архитектор рассказал «Ведомости. Городу» о результатах работы в столице, новых профессиональных планах и важности неудач.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
На холме и под холмом
Казахстанское бюро Cogarts благодаря участию в конкурсе смогло примерить на градостроительный контекст Астаны давний предмет своего интереса и исследований – курган. Комплекс сочетает признаки ландшафтного объекта и общественно-культурного центра, создает точку притяжения для окраинного района и возвращает в повседневность важный для степной культуры образ.
Синтез дизайна и технологий
Во главу угла современных офисов ставятся удобство и легкость коммуникации между сотрудниками, что, по мнению ученых, дает синергетический эффект. Примером может служить интерьер Центра новых технологий «Норникеля» от бюро «АРХИСТРА», уже получивший Премию «Офисы Нового Поколения» / Best Office Awards 2026 в номинации «Бренд и имидж».
Иллюзии и мечты
На АРХ МОСКВЕ прошла выставка финалистов и состоялось подведение итогов онлайн-конкурса художественной фотографии и цифрового искусства «Архитектура: фото&диджитал. Иллюзия совершенства», который третий год подряд организует ГК «Галс-Девелопмент».
Ремесло в городе
Концепция комплексного развития исторического центра города Городца, разработанная бюро KARST, охватывает все ключевые общественные пространства города – улицы, набережную, главную смотровую площадку и музейный квартал. Решения направлены на то, чтобы создать узнаваемые точки притяжения, проявив историю и традиционные промыслы города. В создании малых архитектурных форм, например, предполагается участие фабрики городецкой росписи. Из необычных решений – сделать повседневный быт частью дизайна и с помощью мест-тайников распределить туристические потоки: в поисках пряничного барабана, например, можно пойти новым маршрутом.