Со сносом покончено?

Архитектурное наследие стало главной темой прошедшей недели: московские власти ликвидировали «комиссию по сносу», а питерские – границы археологического памятника на Охтинском мысу. Реставрация павильонов ВВЦ может обернуться строительством по соседству торгово-развлекательного комплекса-гиганта, а объекты «Лужников» – и вовсе пасть жертвой тотальной реконструкции.

mainImg
Печально знаменитую «сносную комиссию», успешно действовавшую при экс-мэре в качестве главного палача архитектурных памятников, наконец, распустили. Как пишет Газета.ру, за несколько лет этот аппарат, возглавляемый Владимиром Ресиным, успел отправить на кирпичи более трех тысяч исторических зданий, рассмотрев в общей сложности около четырех. Вновь создаваемая комиссия в целом сохранит полномочия предшественницы – она будет рассматривать все градостроительные вопросы в зонах охраны, кстати, не только сноса, но и нового строительства. Принципиален, главным образом, ее новый состав: как отметил советник Москомнаследия Николай Переслегин, теперь в нее войдут исключительно «порядочные люди». Известно, что приглашения получили ректор МАрхИ Дмитрий Швидковский, замдиректора Музеев Московского Кремля Андрей Баталов и Константин Михайлов из «Архнадзора». Переслегин добавил, что «это не совещательный орган. Кроме него, никто не будет иметь права принимать решения», цитирует «Коммерсант». Исправить ситуацию с охраной памятников в Москве, по его словам, обещает и новая программа «Культура Москвы 2012–2016 годы»,  в рамках которой чиновники Москомнаследия обещают разработать градостроительные регламенты по каждому дому внутри Садового кольца с тем, чтобы «больше не было никаких споров, дебатов и двойных трактовок».

Несмотря на многообещающие заявления, сам департамент в своих действиях по-прежнему непоследователен. На фоне громкого сноса Соборной мечети снятие охранного статуса с городской усадьбы XIX века по Аристарховскому переулку, 6, о котором пишут «Известия», выглядит, конечно, куда менее значительным. Тем не менее, такой жест Москомнаследия не может не удивлять. Хотя этот адрес уже успел засветиться в прошлогоднем перечне утраченных объектов наследия, руины усадьбы до сих пор живы. Жив, правда, и проект административно-офисного здания на их месте. Ликвидация охранного статуса – это фактически разрешение на снос, и если так подходить к делу, то зачем вообще создавать новую комиссию?

А в Петербурге местные власти и охранные органы в принципе не придерживаются единой политики в сфере наследия и периодически принимают решения то в пользу памятников, то в пользу застройщиков. Так, на днях арбитраж упразднил границы археологического памятника на Охтинском мысу, разрешив «Газпрому» его застройку, сообщает «Коммерсант». Еще в 2001 году этот участок был полностью поставлен на охрану, но потом появился проект «Охта-центра» и КГИОП в 2009 году урезал границы памятника, чтобы тот не мешал башне. Теперь, когда высотка переместилась на Лахту, а компания задумала застроить убыточный участок коммерческой недвижимостью, археологии и вовсе не нашлось места. Извлечь артефакты нельзя – их можно только музеефицировать, но тогда придется запретить «Газпрому» капитальное строительство. Кто победит в этом споре –  власти решат в конце октября, после очередной историко-культурной экспертизы результатов раскопок.

Еще одним крупным событием в сфере наследия стала московская часть общеевропейской ежегодной выставки Denkmal, проходящая сейчас в Манеже. Сам факт ее проведения и то, что экспозицию открывал лично мэр, – признаки повышенного внимания к памятникам и, может быть, даже желания Сергея Собянина поменять правила игры. Пока, правда, дальше громких заявлений и проектов дело не сдвинулось и, как считают «Московские новости», вряд ли сдвинется вообще. Все дело в менталитете: «Наследие является в Европе органической частью современной жизни», тогда как Denkmal в Манеже показывает проекты восстановления отдельных фасадов, иногда кварталов и даже улиц, но не задумывается о сохранении традиционной культуры и преемственности и даже не показывает это самое наследие, отмечает автор. «Российская газета», рапортует об успехах выставки совсем в другом ключе: на бюджетные деньги только в прошлом году в Москве отреставрированы целых 23 больших объекта, не уточняя, правда, что в основном, речь идет лишь о фасадах.

Почти ни один наш обзор в последнее время не обходится без обсуждения перспектив «Большой Москвы» – и сейчас тема номер один вновь появилась в прессе. Главный столичный архитектор Александр Кузьмин дал по этому поводу интервью газете «Московские новости». В частности, Кузьмин высказал предположение, что присоединенная территория будет иметь три зоны урбанизации – наибольшую в радиусе 8 км от МКАД, «плавающие» в зелени городские образования и зону «рекреации». Работа над освоением «Большой Москвы»  началась для Кузьмина, как ни странно, с задания «разобраться с историческим наследием». На очереди – урбанистический конкурс. Правда, главный архитектор считает, что в нем едва ли будет победитель, делается это ради смотра концепций, которые подготовят приглашенные авторские коллективы.

Продолжают обсуждаться в прессе и ряд больших московских проектов – реконструкции ВВЦ, Лужников и Политехнического музея. Любопытный поворот на днях произошел в концепции обновления территории Всероссийского Выставочного Центра: как пишет «Коммерсант», бизнесмены Год Нисанов и Зарах Илиев предложили отреставрировать за свой счет часть павильонов и фонтанов центральной аллеи в обмен на возможность построить в юго-западной части выставки масштабный ТРЦ с океанариумом, круглогодичным пляжем, зоной аттракционов и.т.п. Площадь его составит около 300 тысяч кв. м. – для сравнения, сейчас площадь всех сооружений ансамбля всего на полсотни больше. Зато инвесторы обещают воздержаться от нового строительства в историческом ядре и природном комплексе, т.е. примерно на 50% территории. Кстати, два памятника, существующие на месте будущего ТРЦ – Клуб натуралистов и кинотеатр «Панорама» – они тоже обещают сохранить. Первый вице-премьер Игорь Шувалов, на днях покинувший пост председателя совета директоров ВВЦ, этот план уже одобрил, замечает газета. Что будет с остальным новостроем, общую площадь которого прежнее руководство исчисляло примерно в 740 тысяч кв. м., пока неизвестно.

Кстати, в обновленном ВВЦ, возможно, появится филиал Политехнического музея. Тем временем, сам Политехнический до конца октября замер в ожидании приговора: Попечительский совет не смог выбрать победителя в конкурсе на реконструкцию здания и оставил пока двух – японских архитекторов Кавамуру и Исигами и американца Томаса Лизера, работающего совместно с Михаилом Хазановым. Как пишет Газета.ру, оба проекта превышают пределы дозволенного в отношении исторического памятника, к тому же в самой идее сделать из псевдорусского стиля нечто инновационное заключается трудно разрешимое противоречие. В общем, на то, чтобы окончательно убедить жюри в своей правоте, у обоих претендентов есть около двух-трех недель.

Новыми радикальными идеями теперь удивляют и консультанты реконструкции спорткомплекса «Лужники» – британская компания Colliers international. Подробности проекта недавно опубликовала «Комсомольская правда». Свою главную идею – отделить профессиональный спорт от любительского и зоны отдыха – британцы собираются воплотить довольно смелыми перестановками внутри ансамбля: например, взять и поменять местами плавательный бассейн и Малую спортивную арену. Большую спортивную арену перекраивать обещают более бережно – увеличивать ее вместимость будут не надстройкой, а подкопом: на месте футбольного поля выкопают 6-тиметровый котлован и опустят туда поле, продлив вниз крутые трибуны, как в цирке. Насколько это дорого в реализации, будут считать эксперты, а москвичей пока больше волнует другой вопрос: уцелеют ли в ходе реконструкции хотя бы фасады этого замечательного ансамбля, ведь ни одно здание «Лужников» до сих пор не поставлено на охрану.
zooming
Реконструкция Политехнического музея © ARUP, Дзунья Исигами.
zooming
Реконструкция Политехнического музея © Тома Лизер, Михаил Хазанов

07 Октября 2011

Технологии и материалы
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Сейчас на главной
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.
Особняком стоять
Клубный дом на улице Грязнова в Иркутске, построенный по проекту бюро «Мегаполис», вписан в сложившуюся застройку без прямых стилистических заимствований. Разделение здания на два кирпичных объема, соединенных стеклянной вставкой, мансардные кровли из зеленой меди и рельефная кладка позволяют переосмыслить исторический код средствами современной архитектуры.
Школа как центр сообщества
Архитектурное бюро akvk+partners выпустило книгу, в которой соединило свой опыт проектирования образовательных пространств с исследованием концепции школы как центра городского сообщества. Книга предлагает экскурс в историю педагогики и сопутствующую реакцию архитектуры, богатый иллюстративный материал, а также практические рекомендации, собранные в удобные схемы и диаграммы.
Майолика, бревно, аптека
По проекту компании «М.Г. Прайват Реконстракшн» в Петербурге вернули к жизни особняк Эдуарда Бремме – редкий для города памятник деревянного зодчества. Реставрацию провели методом полной переборки сруба: пригодными для сохранения оставалось не более 30% бревен, недостающие собирали в Ленинградской области. Теперь здание стало частью жилого комплекса Amo.
Пресса: Дым сгоревшего Отечества
Узкое: кто ответит за пожар? Координатор Архнадзора Константин Михайлов - о "поразительном молчании московских и федеральных властей относительно пожара усадебного дома в Узком".
Псевдопериптер
По проекту БЮРО ЧЕЛЫ в Городском парке культуры и отдыха города Ярцево построен деревянный павильон. Архитектурные решения отсылают к утраченной сцене в неоклассическом стиле, а также бумагопрядильным станкам местной фабрики Хлудовых – оба этих явления удалось связать с помощью псевдопериптера. Павильон стал одним из победителей IX Всероссийского конкурса лучших проектов создания комфортной городской среды в 2024 году.
Сити на Фабричной
Под руководством основателя бюро «Яузапроект» Ильи Заливухина в Новосибирске завершился воркшоп, в котором участвовали студенты нескольких вузов. Итогом стал мастер-план развития территории в районе улицы Фабричная – центральной по расположению, но периферийной по содержанию. Среди предложений: совмещение высокоплотного сити с исторической и малоэтажной застройкой, развитие зеленого каркаса и речной марины, интеграция ТПУ с наземным метро и подключение образовательной типологии.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Чашка Петри
Для сотрудников и посетителей ОЭЗ «Технополис Москва» в Алабушево открылся Сквер фармацевтики, спроектированный бюро 8 LINES и АФА. Сад с гладью водоема ограничивает кольцо с медитативной подсветкой и оросительной системой, а ландшафтные композиции перемежаются с малыми архитектурными формами – сочетание всех этих элементов напоминает чашку Петри, которую ученый рассматривает под микроскопом.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Расщепление света
Бюро Le Atelier создало шоурум для производителя лакокрасочных материалов TALATU как антитезу типичным шоурумам. Демонстрация ассортимента здесь происходит опосредованно, а сами образцы становятся составными элементами общей дизайнерской концепции, скорее подходящей научной лаборатории, чем представительству компании.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Как к себе домой
Придумывая концепцию благоустройства для жилого комплекса в Тюмени архитекторы бюро «ВЕЩЬ!» вдохновились его названием – «Домашний». Дворы превратились в интерпретацию гостиной, кухни, игровой или балкона, а общий бульвар стал коридором, который соединил все «комнаты». Идею поддерживают огород в виде разделочной доски, огромная мебель на детских площадках, «ковер» из мощения, люстры и другие оригинальные МАФы.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
Фрачная пара с гвоздикой
На прошлой неделе Анатолий Борисов и Borisov Architects презентовали новое пространство своего офиса. Он расположен в здании начала XX века с кирпичной кладкой стен и сдвоенными арочными окнами – а решен подчеркнуто графично: белый, черный, серый. С небольшими, но зато очень яркими, красными акцентами.
Готовая декорация
В поселке Сосново недалеко от Санкт-Петербурга есть место, где каждый может ощутить себя либо путешественником во времени, либо участником съемок исторического фильма. В кафе, созданном Анастасией Постниковой и ее командой из pad-bureau, царит волшебная атмосфера, из которой совсем не хочется уходить.
Королевство бензоколонок
Осталось два дня, сегодня и завтра, чтобы зайти на выставку АЗС во Флигеле-Руине Музея архитектуры. Это уверенно, подробно, но и живо сделанная экспозиция-исследование истории – в равной мере дизайна, архитектуры и собственно предмета. Керосинки, маслораздаточные колонки... и, собственно, станции. Автомобильно-топливная культура, преимущественно, XX века.
Стояние на «бумаге»
В Музее архитектуры открылась вторая итерация выставки «Бумажная архитектура» – подготовленная куратором, экспозиционным дизайнером и «главным архивариусом» движения Юрием Аввакумовым. Это большое, важное начинание и великое движение. Набор работ свежий, малоизвестный широкому кругу любителей, красивый в совершенно разном смысле... Но самое любопытное – насколько увиденное цепляется на актуальные темы современности. Как будто в свои 1980-е – они всё уже знали. Хотя, может, так и есть?