Исчезновение деревянного города

В анфиладе музея архитектуры открылась выставка, посвященная деревянной архитектуре Нижнего Новгорода. Публикуем эссе Марины Игнатушко, посвященное центральной части выставки – фотографиям Влада Ефимова и Юрия Пальмина, и их предмету – исчезающей деревянной архитектуре Нижнего Новгорода.

author pht

Автор текста:
Марина Игнатушко

14 Марта 2009
mainImg

Ядром выставки стали работы двух известных московских фотографов, Влада Ефимова и Юрия Пальмина, сделанные в рамках специального проекта. К этой художественной части присоединились два других проекта, журналистское исследование от ‘GEO’ и стенды, посвященные работе нижегородских реставраторов НИП «Этнос», специализирующихся в числе прочего на реставрации и каталогизации деревянной архитектуры. Эти проекты стали удачным информационным дополнением к художественной фотовыставке.

В результате выставка получилась более объемной, чем можно было бы ожидать от фотопроекта. Она привлекла внимание специалистов. А всем остальным продемонстрировала – появление этой выставки сейчас не случайно. Если в последней трети XX века деревянные дома в Нижнем Новгороде тихо разрушались от старости и небрежения, а в 1990-е их даже пытались сохранять, то недавно (да что уж там - после прихода губернатора Шанцева) в судьбе этих представителей среовой застройки наметился печальный поворот: значительная часть деревянных домов подлежит уничтожению. На их месте, на окраинах юго-восточной, исторической части города, задумано жилое строительство. Может быть, кризис этому помешает и дома продолжат тихо разрушаться. А может быть, и нет.

Но все то, что говорилось на открытии, как-то не оставляет деревянному городу надежды – либо дома снесут, вычеркнув то, что понадобится, из реестра памятников; либо сожгут; либо они разрушатся от старости; надежда на спасение есть у зданий со статусом памятника, но и они после реставрации подчас выглядят несколько… пластмассовыми, что ли. Иллюзий о сохранении деревянных кварталов, как кажется, уже никто не питает – все, что остается, это фотографировать. Так мы и возвращаемся к основной части выставки – фотографиям, зафиксировавшим дома и вместе с тем процесс их разрушения. Об особенностях этих фотографий, и этого разрушения – эссе Марины Игнатушко:

Если взять двух замечательных фотографов, поселить их в Нижнем Новгороде на несколько дней, объяснить, по каким адресам ходить, то вовсе не значит, что они будут покорно следовать инструкции, кропотливо изучать пропорции, искать сандрики и сравнивать разновидности резьбы. Им не нужен реестр, обмеры и пояснительные записки. Ждать от них художественных восторгов, а также точного обозначения «дом генерала» или «дом ямщика», просто наивно. Их произведения не украсят «Записки краеведов», потому что не содержат методичных исследований о том, затронула ли переделка  габариты фасадов, или изменения коснулись только архитектурной пластики. И количество снимков не влияет на картину целого. Представление о целом ускользает, растворяется во множестве осколков-впечатлений…

Помня, как результаты экспедиций  выглядят в справочниках, научных публикациях и в путеводителях, в первый момент ощущаешь легкий привкус поражения. Ну не этого следовало ожидать от серьёзной затеи!
Где  протест против снесения старых домов и попытка увидеть в них памятники архитектуры?!
Нет протеста.

Нет даже вопросов, в ответ на которые пытливые умы собирали бы конференции, изучали опыт и предпринимали меры по сохранению исторического наследия.
Нет в этих съёмках Ефимова и Пальмина документальной фиксации исторической среды. Но и самой среды тоже – давно нет.
Слои сталкиваются  как природные стихии. Формы утратили стабильность. Первоначальный замысел растрепало время. Сами домики настраивают на иной масштаб восприятия, провоцируют  чувства.

В прогулке по старому городу художники увлечены  эстетическими переживаниями. Полутона, ритмы теней, прозрачность и плотность, ряды и нагромождения, округлое и прямое, массивное и изящное, - всё это дышит тепло и спокойно…
Да, именно – тепло и спокойно, побуждая не к действию, а к медитации.
Мы так же бродим по городу, давно позабыв исторические сюжеты, даты, байки, не отличая пилонов от пилястр. Полностью – во власти визуальных, пространственных переживаний, иногда окрашенных личными воспоминаниями.

Воспоминания никак не соотносятся с историей и бытом старых домов. Поэтому съёмка деревянного города сторонним наблюдателем – эксперимент чистый, не нагруженный частным опытом и сентиментальными отношениями.  В этом взгляде на старый Нижний местный мифологический контекст не прочитывается, поэтому изображение выходит на иной уровень обобщения. Деревянный город – это руины русской  идентичности,  утратившей волю, «почти природного процесса забвения прошлого». Руинированное пространство освобождает от иллюзий повседневности, примиряет с силой времени.
Гипнотическое очарование распада философы связывают с восприятием руин в конечном счёте как продукта природы. Человеческая целесообразность уступает бессознательным силам.

Быть может, потому поджоги старых деревянных домов  во имя новостроек  вызывают возмущение: в  естественную гармонию увядания  вторгается нетерпение и жадность. Приближающийся к руинам гул бульдозеров и машин пугает, потому что сигнализирует о конце созерцания.

Обращение к феномену руины симптоматично.
Руина отличается от мусора: она ценна сама по себе – как многослойный эстетический объект, где «прошлое и настоящее слиты в единую форму». Восприятие не зависит от того, соединит ли наше  воображение  фрагменты в существовавшее прежде целое. Руина – это «остатки во времени некоего целого, которое выражает себя исчерпывающим образом в случайном времени собственной части». Она не просто даёт некое представление о гармонии прошлого, но провоцирует новые переживания.
Эта форма переживаний нуждается лишь в пространстве и времени: пояснения, перечень дат и имён становится утомительным дребезжанием, не оформленным  в мелодию.
Определение руины как «формы слияния» помогает понять и негативность практики так называемого воссоздания памятников. Разобрали деревянный дом по брёвнышку, выбросили гнильё, оставили три подлинных венца, обновили «столярку», собрали объект на новом надёжном месте – а не греет! Пропорции, объёмы вроде те же, только опыт повседневного слит уже с аттракционом. Попытка не просто остановить время, а проигнорировать его.

Медитации Ефимова и Пальмина в деревянном Нижнем Новгороде имеют результат  в полном соответствии с жанром. Фотографии отражают видение человека с иной картиной мира, чем была у строителей деревянных домов: сказался опыт съёмок авторами современной архитектуры и советского конструктивизма. 
Трансцендентная чувственность перекодировала  смыслы, выразив духовное не в обращении к историческому, а с помощью цвета и абстрактных форм. Случайность, зыбкость кустарной геометрии деревянных домов придают этим абстракциям человеческое звучание. «Печаль моя светла» - как же иначе…

Зал с фотографиями и «лайтбоксами» Владислава Ефимова
На открытии выставки
Ирина Агафонова, главный архитектор НИП «Этнос»
Директор музея Давид Саркисян и Виталий Рудченко (искусствовед, фотограф, сотрудник Свода памятников ГИИ)


14 Марта 2009

author pht

Автор текста:

Марина Игнатушко
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.
Фантазия о дикой природе
На кампусе компании Vitra в Вайле-на-Рейне, в знаменитой «коллекции» зданий звездных авторов – пополнение: там создают сад по проекту Пита Аудолфа.
Пресса: Как клип трансформирует город. Григорий Ревзин о городе...
В надежде на будущее обычно присутствует то ли презумпция, что смутность настоящего не может не проясниться, то ли воля к ее прояснению. Будущее всегда стремилось к целостности — пожалуй, мы теперь в первый раз переживаем время, когда это не так.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Музей на железной дороге
Новое здание Кантонального музея изящных искусств по проекту Barozzi Veiga – первый пункт мастерплана этих архитекторов: рядом с вокзалом Лозанны возникает арт-квартал Platform 10.
Курортная история
Про участок в Геленджике, планы развития которого начались в 2005 году и пришли к завершению только сейчас, миновав стадии многоквартирного дома среднего, затем большого размера и наконец воплотившись в таунхаусы со скатными кровлями.
Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.
Премия Москвы: итоги 2020
Названы пять проектов-лауреатов Архитектурной премии Москвы. Впервые среди победителей – объект транспортной инфраструктуры и проект, реализуемый в рамках программы реновации.
Метро как источник энергии
В Лондоне заработала первая ТЭЦ, которая использует «потерянное тепло» метрополитена: для отопления жилых домов и начальной школы. Авторы архитектурного проекта – Cullinan Studio.
Городская «обманка»
Новый корпус музея Хельги де Альвеар по проекту Emilio Tuñón Arquitectos в Касересе на западе Испании кажется неприступным, но на самом деле пешеходы могут сократить путь через его сад и террасу.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.